ТОП 10:

Почему не брали интеллигенцию?



А зачем ее брать? Это же прослойка. У нас ведь было два основных класса – рабочий класс и крестьянство, а также примкнувшая к ним прослойка интеллигенции. Она даже не считалась социальным классом по сталинской социальной стратификации. Интеллигенция должна обслуживать интересы рабочего класса и крестьянства. Обычная советская система.

В этой ситуации поступить в университет «с улицы» я не имел никаких шансов. Но у меня было особое обстоятельство – я был внуком своего дедушки, и не взять меня было трудно. Родители не были настойчивы в своих стремлениях устроить меня на этот факультет. Они, по-моему, даже не слишком лоббировали это дело. Я честно подготовился к экзаменам, но это мало подействовало бы, если б не одно обстоятельство. Нашлись могучие концы. Наш сосед по даче Трофимчук решил помочь. Просто потому, что я был другом его сына, того самого Вовки Трофимчука, который лежал мордой в салате у меня на столе. Он был парторгом мединститута и почему-то в те годы хотел взять моего отца на работу в Медин. Он пошел к парторгу университета и обеспечил мое поступление по партийной линии. Его жена была учительницей истории. Она меня готовила к экзамену. Я выучил весь толстенный вузовский учебник. Даже два. Но я бы в жизни не поступил, если бы Трофимчук не был членом обкома партии и не надавил на приемную комиссию. Ходили слухи, что он трахал тогдашнюю секретаря обкома по идеологии Изабеллу Всеволодовну Шершавую. Она тоже состояла в нашем дачном кооперативе. Мои родители, помню, поставили ему на даче после моего зачисления.

В то время, в сфере образования была несколько иная обстановка, чем сейчас. Я бы даже сказал, что в этом наблюдалось некоторое преимущество советской власти. Нынешняя государственная система образования до такой степени цинично продажна в массе и сути своей, что можно треснуть. Тогда этого не было. По блату поступить – пожалуйста. И то не всем удавалось.

Я не знал, что меня лоббируют такие могучие силы, и готовился к экзаменам очень тщательно. Представляешь мое удивление, – я садился отвечать и, едва успевал сказать несколько слов. Но меня прерывали экзаменаторы: «Ах, какой изумительный ответ! Вы отлично подготовились Поздравляем». Ставили мне пять с ходу. Короче, я поступил туда и оказался там учиться.

Кем работала Першина до своего назначения деканом?

В свое время, а это были времена деканства моего деда, она была аспиранткой. Как все люди. Вышла замуж за какого-то партийного босса. Вскоре он умер. Ходили упорные слухи, что не без ее участия. Слухи казались правдоподобными, потому что выдержать ее более одного дня, наверное, было невозможно. Она была прекрасной актрисой. Превосходно держалась, великолепно говорила. При этом, цинично лгала прямо в лицо, как товарищ Сталин. Глаза холодные, серо-голубого цвета. Когда смотрит на тебя, дурно становится. От этого бедняги она родила дочку. Дочка постарше меня лет на десять, или что-то в этом роде. Когда я был студентом, Першина меня возненавидела всеми фибрами своей советской души.

Из-за чего?

За все. Она всех ненавидела. Власть для нее была важна как самоцель. Она ею упивалась. Заире страшно нравилось унижать людей. При принятии любого решения, если можно было сделать хоть какую-нибудь гадость, то она ее делала. С наслаждением и воодушевлением. И использовала для этого все свои богатейшие творческие возможности.

Истфак действительно оказался грязнейшей партийной лавочкой. У студента не было почти никаких шансов заниматься чем бы то ни было, кроме истории партии. Конечно же, заниматься-то ты мог любой темой, но что делать дальше? Почти все аспирантуры были по истории партии. Поэтому на факультете практически не было приличных и по-настоящему квалифицированных преподавателей, кроме нескольких человек. Мне просто свезло, потому что эти редкие и удивительные люди стали моими учителями. Я понял, что образование человек получает индивидуально. Этими несколькими людьми для меня оказались три человека.

Первым был Петр Осипович Карышковский, в которого я влюбился сразу, едва он вошел в аудиторию. С тех пор прошло более сорока лет. Я никогда в жизни ничего подобного больше не видывал. Это был не человек, а истинное произведение искусства. Причем, очевидный и общепризнанный шедевр. Мне жаль людей, которые не видели «эту Мону Лизу». Другим таким преподавателем являлась Ирина Владимировна Завьялова. Она преподавала у нас историю средних веков. Такая строгая, чопорная старая дева. Завьялова питала ко мне слабость, потому что была влюблена когда-то в моего дедушку. Разумеется, не как в мужчину, а как в человека и ученого. Третьим оказался отец Андрюши Алексеева-Попова, Вадим Сергеевич. Он мне сильно нравился, хотя был не слишком хорошим лектором. Я имею в виду исполнение. Но ученым был очень квалифицированным. Остальной преподавательский состав, в массе своей, представлял довольно отвратительное зрелище. Настолько противное, что я даже не нахожу нормативной лексики, чтобы его описать. Среди них, конечно же, попадались разные люди, но это, как выражался Петр Осипович, все равно, что различать одно говно от другого. Скажем, жидкое от твердого…







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.231.228.109 (0.004 с.)