ТОП 10:

Тело должно быть предоставлено Богу



представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения вашего (12:1б)

Второй и следующий по порядку элемент представления себя Богу - это принесение Ему наших тел. Подразумевается, что верующие после того, как они предоставили Богу свои души через веру в Иисуса Христа, призваны представить свои тела Ему в качестве жертвы живой и святой.

В Септуагинте (греческом Ветхом Завете) слово "паристеми" (представить) часто использовалось в качестве технического термина, обозначавшего размещение священником приношений на жертвеннике. Следовательно, это слово означает передачу, представление. Христиан как членов Божьего святого священства (см. 1 Пет. 2:5) здесь призывают к совершению действительно священных действий и служения. Поскольку этот глагол употреблен в повелительном наклонении, то призыв имеет вес приказа.

Первое, что нам велено представить Богу, это наши тела. Поскольку наши души принадлежат Богу через спасение, Он уже владеет внутренним человеком. Но Он также хочет владеть внешним человеком, в котором обитает внутренний человек.

Наши тела, однако, это нечто большее, чем просто физическая оболочка, в которой живут наши души. Это также место, где обитает наша ветхая неискупленная человеческая природа. Фактически, наша человеческая природа -часть нашего тела, но это не относится к нашим душам. Наши тела включают в себя нашу человеческую природу, наша человеческая природа включает нашу плоть, а наша плоть включает в себя наш грех, о чем ясно говорится в Рим. 6 и 7.

Следовательно, в наших телах заключено не только наше физическое естество, но также и злые устремления нашего разума, эмоции и воля. "Ибо, когда мы жили по плоти, - сообщает нам Павел, - тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших, чтобы приносить плод смерти" (Рим. 7:5). Однако, спустя длительное время после того, как он был спасен, апостол признал: "Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих" (Рим. 7:22-23). Иными словами, искупленная душа должна пребывать в плотяном теле, которое все еще есть оплотом греха, местом, которое с готовностью может покориться нечистым мыслям и стремлениям. Это мощная сила в наших "смертных телах", которые соблазняют и искушают нас совершать зло. Наши "смертные тела", когда они уступают давлению плотяного ума, снова становятся орудием греха и неправедности.

Страшно подумать, что наши грешные неискупленные тела, если мы позволим им это, все еще способны разрушать побуждения нашей искупленной и вечной души. Тело по-прежнему есть центр греховных желаний, эмоциональной подавленности и духовных сомнений. Павел сообщил об этом, когда сказал: "Но усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным" (1 Кор. 9:27). Для того чтобы вести святую жизнь и проповедовать христианство, а также чтобы служить эффективно, даже великий апостол должен был прилагать значительные и постоянные усилия для того, чтобы контролировать человеческую и греховную часть своего существа, которая настойчиво стремилась управлять и разрушать его жизнь и его работу для Господа. Из Рим. 8 мы узнали, что он должен был умертвить плоть. Павел также сказал, что Бог дал ему "жало", чтобы пронзать его гордую плоть (2 Кор. 12:7).

Полезно понимать, что дуалистическая греческая философия все еще доминировала в римском мире в Новозаветные времена. Эта языческая идеология считала дух или душу исконно доброй, а тело исконно злым. И поскольку тело считалось ничего не стоящим и в любом случае в конце концов смертным, то что бы ни делалось для него или с ним, не имело значения. По очевидным причинам такая точка зрения открывала двери перед разного рода безнравственными действиями. Прискорбно, но многие верующие раннехристианской церкви, имеющие многочисленных подражателей в сегодняшней церкви, легко опускались до безнравственных поступков, характерных для их прежней жизни, оправдывая свой грех ложной и еретической мыслью о том, что тело не может повредить душе и не обладает духовным и вечным значением. Поскольку безнравственность, как и в наши дни, была очень распространена, многие христиане, которые сами не вели безнравственную жизнь, были терпимы к греху собратьев по вере, полагая, что речь идет лишь о естественных делах плоти, которая совершенно не имеет духовного влияния или ответственности.

Однако Павел ясно учит, что тело управляется искупленной душой. Он сказал согрешающим христианам, что тело не для безнравственности, но для Господа; а Господь для тела (см. 1 Кор. 6:11-13).

Св. Писание ясно говорит, что Бог создал тело как доброе (см. Бытие), и что вопреки продолжающемуся разложению грехом, тело, в котором пребывает искупленная душа, также однажды будет искуплено и очищено. Даже теперь наши неискупленные тела могут и должны покоряться силе наших искупленных душ.

Господь создал наши тела, как и наши души, для Себя, и в нынешней жизни Он не может действовать через нас, не действуя некоторым образом через наши тела. Если мы говорим для Него, это должно происходить при помощи наших уст. Если мы читаем Его Слово, это должно происходить при помощи наших глаз (или рук для тех, кто слеп). Если мы слышим Его слово, это должно происходить при помощи наших ушей. Если мы идем совершать Его работу, то это должно происходить при помощи наших ног. И если мы помогаем другим во имя Его, то это должно происходить при помощи наших рук. И если мы думаем для Него, то это происходит при помощи нашего ума, который сейчас пребывает в нашем теле. Не может быть никакого освящения, никакой святой жизни без наших тел. Вот почему Павел молился: "Сам же Бог мира да освятит вас во всей полноте, и ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа" (1 Фес. 5:23).

Поскольку наши тела все еще не искуплены, они постоянно должны быть преданы Господу. Именно по этой причине Павел предостерег: "Итак да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его" (Рим. 6:12). Затем Павел дает положительное наставление, сходное с наставлением, содержащимся в разбираемом нами тексте (12:1), предварив его отрицательным: "И не предавайте членов ваших греху в орудие неправды, но представьте себя Богу, как оживших из мертвых, и члены ваши Богу в орудие праведности" (Рим. 6:13). Под Божьим управлением наши неискупленные тела могут и должны стать орудием праведности.

Павел задает верующим в Коринфе риторический вопрос: "Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои?" (1 Кор. 6:19). Иными словами, наши неискупленные тела временно есть дом Божий! Именно потому, что наши тела все еще смертны и греховны, "мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего" (Рим. 8:23). Павел объяснил филиппийцам, что наше духовное "жительство - на небесах, откуда мы ожидаем и Спасителя, Господа нашего Иисуса Христа, Который уничиженное тело наше преобразит так, что оно будет сообразно славному телу Его, силою, которою Он действует и покоряет Себе все" (Фил. 3:20-21).

Мы не можем предотвратить того, чтобы остатки греха не упорствовали в наших смертных телах. Но мы способны силою Господа не давать этому греху управлять нашими телами. Поскольку через Иисуса Христа нам дана новая духовная природа, грех не может царствовать в наших душах. И он не должен царствовать в наших телах (см. Рим. 8:11). Грех не будет царствовать, "если духом умерщвляете дела плотские" (Рим. 8:13; ср. 6:16). (Для полного обсуждения Рим. 6-8 см. том "Римлянам 1-8" этой серии толкований.).

Павел наставляет нас Божьей милостью представить наши несовершенные, но полезные тела Господу в качестве жертвы живой, святой. Как отмечено выше, Павел пользуется языком Ветхозаветных обрядовых жертвоприношений в скинии и храме, языком священников-левитов. Согласно закону, иудей должен принести жертвенное животное священнику, который возьмет его, умертвит и поместит на жертвенник от имени человека, который принес его.

Но жертвоприношение, требуемое законом, больше не имеет никакого влияния или даже символического воздействия, потому что "Христос, Первосвященник будущих благ, пришед с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворною, то есть, не такового устроения, и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление" (Евр. 9:11-12).

Жертвоприношения мертвых животных больше не благоугодны Богу. Поскольку Агнец Божий был принесен в жертву вместо них, то теперь искупленные Господа должны приносить себя - все, чем они есть и чем обладают, в качестве жертвы живой. Единственное благоугодное служение по Новому Завету -это предоставление себя Богу.

С самого начала первым и самым важным Божьим требованием для приемлемого служения было верное и послушное сердце. Вследствие своей веры, а не материальных приношений "Авель принес Богу жертву лучшую, нежели Каин" (Евр. 11:4). Поскольку главное Божье желание - это верное и послушное сердце, Самуил упрекал царя Саула за неполное уничтожение Амалика и его животных и за разрешение израильтянам принести в жертву Господу в Галгале некоторых из этих животных. Пророк сказал: "Неужели всесожжения и жертвы столько же приятны Господу, как послушание гласу Господа? Послушание лучше жертвы и повиновение лучше тука овнов" (1 Цар. 15:22).

Давид, преемник Саула на троне, понимал эту истину. Когда пророк Нафан упрекал его за прелюбодеяние с Вирсавией, Давид не предложил в жертву животное, но признал: "Жертва Богу дух сокрушенный; сердца сокрушенного и смиренного Ты не презришь, Боже" (Пс. 50:19). Давид представил Богу свое кающееся сердце как живую жертву, а не показной обряд, и был прощен (2 Цар. 12:13).

Полезный пример различия между мертвой и живой жертвой - это история об Аврааме и Исааке. Исаак был сыном обетования и единственным наследником, через которого мог быть выполнен договор Бога с Авраамом. Он был чудесным образом зачат, когда Сарра, жена Авраама, уже давно вышла из детородного возраста. Лишь от Исаака мог произойти избранный Богом народ, граждане которого будут бесчисленны, как звезды на небе и песчинки на берегу (см. Быт. 15:5; 22:17). Но когда Исаак был юношей, Бог приказал Аврааму: "Возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа, и там принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой я скажу тебе" (Быт. 22:2). Без вопросов и колебаний Авраам немедленно начал следовать приказу. Достигнув Мориа и привязав Исаака к жертвеннику, Авраам был готов вонзить свой нож в сердце возлюбленного сына.

Если бы он совершил это жертвоприношение, Исаак был бы мертвым приношением, таким как овцы или бараны, которые позже будут приноситься в жертву на жертвеннике храма священниками Израиля. Авраам должен был быть живой жертвой, как бы говоря Богу: "Я буду повиноваться Тебе, даже если это означает, что я буду жить без моего сына, без моего наследника, без надежды, что будет выполнено обещание договора". Но Исаак, сын обетования, был бы мертвой жертвой.

В Евр. 11:19 сказано, что Авраам был готов принести в жертву Исаака, поскольку он был уверен, что Бог сможет воскресить его из мертвых, если это необходимо для выполнения Его обетования. Авраам был готов совершить абсолютно все для Бога и для веры в Него, независимо от того, насколько велики требования и насколько ужасающа жертва, поскольку Бог будет верен.

Бог не требовал ни у отца, ни у сына выполнения этого жертвоприношения. И один, и другой уже представили настоящую жертву, которую Бог хотел - их готовность отдать Ему все, что им дорого.

Жертва живая, которую мы должны представить Господу, умершему за нас, - это готовность подчинить Ему все наши надежды, планы; все, что представляет для нас ценность; все, что по-человечески важно для нас; все, что для нас существенно. Подобно Павлу мы должны в этом смысле умирать каждый день (см. 1 Кор. 15:31), поскольку для нас жизнь - Христос (см. Фил. 1:21). Ради своего Господа и для тех, кому он служил, апостол позже свидетельствовал: "Но если я и соделываюсь жертвою за жертву и служение веры вашей, то радуюсь и сорадуюсь всем вам" (Фил. 2:17).

Поскольку Иисус Христос уже совершил единственное жертвоприношение, которое требует Новый Завет и которое имеет силу спасти людей от вечной смерти, то все, что остается верующим сегодня - это представить себя в жертву живую.

Рассказывают историю об одном китайском христианине, который проникся состраданием, когда многие из его соотечественников были взяты чернорабочими на шахты Южной Африки. Чтобы иметь возможность свидетельствовать своим братьям-китайцам, этот выдающийся человек продал себя угольной компании на пять лет, чтобы стать чернорабочим. Он умер там, все еще будучи рабом, но перед этим он привел к Христу более двухсот человек. Он был живой жертвой в самом полном смысле этого слова.

В середине 17-го столетия довольно известный англичанин был захвачен алжирскими пиратами и сделан рабом. Будучи рабом, он основал церковь. Когда его брат организовал его освобождение, он отказался от свободы, приняв обет оставаться рабом до смерти, чтобы продолжать служить в церкви, которую основал. Сегодня его имя написано на мемориальной доске в алжирской церкви.

Давид Ливингстон, известный миссионер в Африке, писал в своем дневнике:

"Люди говорят о жертве, которую я принес, проведя значительную часть моей жизни в Африке. Но можно ли называть жертвой то, что представляет собой просто возвращение малой толики нашего великого долга перед Богом, который мы никогда не сможем возвратить? Может ли быть жертвой то, что вознаграждается плодотворным трудом, сознанием совершения добра, спокойствием ума и светлой надеждой на чудесную участь в будущем?..

Долой такие слова, такие взгляды и такие мысли! Разумеется это не жертва. Это скорее привилегия. Беспокойство, болезнь, страдание или опасность в сравнении с упомянутыми выше удобствами и выгодами жизни могут вызвать у нас замешательство и привести к тому, что дух поколеблется и ослабеет, но пусть это будет лишь на мгновение. Все это ничто в сравнении со славой, которая будет открыта в нас и для нас. Я никогда не приносил жертв. Об этом мы не должны говорить, когда вспоминаем о великой жертве, которую совершил Он, оставивший престол Своего Отца в небесах, чтобы отдать Себя за нас" ("Livingstone's Private Journal: 1851-53", ed. I. Schapera [London: Chatto & Windus, 1960] стр. 108,132).

Подобно Ливингстону, христиане, которые представляют себя в живую жертву, обычно не считают это жертвой. И это не жертва в смысле утраты чего-нибудь ценного. Единственное, что мы всецело отдаем Богу, чтобы оно было удалено и уничтожено, - это грех и все греховное, что приносит нам лишь вред и смерть. Но когда мы представляем Богу себя в живую жертву, Он не разрушает то, что мы даем Ему, но очищает его не только для Своей славы, но и для нашего нынешнего и вечного блага.

Наша живая жертва также должна быть святой. "Хагиос" (святой) буквально означает "отделенный для особой цели". В светском языческом греческом обществе это слово не означало нравственную или духовную чистоту. Созданные человеком боги были такими же греховными и испорченными, как и люди, которые создали их, и просто не было потребности в слове, которое выражало бы праведность. Подобно еврейским ученым, которые переводили греческий Ветхий Завет (Септуагинту), христиане очистили термин, используя его для описания Бога, благочестивых людей и всего благочестивого.

По Ветхому Завету, жертвенное животное должно было быть без пятен и не иметь других пороков. Эта физическая чистота символизировала духовную и нравственную чистоту, которую требовал Бог для приношений. Как верующий, который должен придти к Богу с неповинными руками и чистым сердцем (см. Пс. 23:4), так и предоставление христианином своего тела должно быть не только живой, но и святой жертвой.

Через Малахию Господь укорял тех, кто приносил в жертву слепых животных или животных с другими недостатками. "И когда приносите в жертву слепое, не худо ли это? Или когда приносите хромое и больное, не худо ли это? Поднеси это твоему князю! Будет ли он доволен тобою и благосклонно ли примет тебя?" (Мал. 1:8). Эти люди были готовы отдать второсортные приношения Господу, которые даже не подумали бы представить как дар или в виде уплаты налогов своему правителю. Они боялись людей больше, чем Бога.

Хотя мы считаемся праведными и соделаны праведными, благодаря спасению в Иисусе Христе, мы еще не стали совершенными в праведности. Поэтому замысел Господа в отношении Его Церкви заключается в том, чтобы "освятить ее, очистив банею водною, посредством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего-либо подобного, но дабы она была свята и непорочна" (Ефес. 5:25-27). Такую цель также ставил Павел перед теми, кому служил. "Ибо я ревную о вас ревностью Божиею, потому что Я обручил вас единому мужу, чтобы представить Христу чистою девою" (2 Кор. 11:2).

Печально, но как и в дни Малахии, многие люди сегодня готовы отдать Богу второсортное, остатки, которые мало значат для них, а еще меньше для Него.

Богу благоугодна только жертва живая, святая, предоставление себя и всего самого лучшего. Только таким образом мы можем принести Ему наше духовное служение.

"Логикос" (разумный) - термин, от которого происходят слова "логика" и "логический". Наши приношения Богу, несомненно, должны быть разумными. Апостол говорит это в свете бездны "богатства и премудрости и ведения Божия" и непостижимости судеб Его и неисследимости путей Его; и поскольку "все из Него, Им и к Нему" (Рим. 11:33, 36), включая Его неизмеримое милосердие, которое мы уже получили (12:1а), то наше единственно разумное, а значит и духовное служение - представить Богу все, чем мы есть, и все, чем мы обладаем.

Разумное служение - перевод греческого слова "латреиа", обозначающего служение любого рода, причем по контексту оно приобретает смысл служения Богу. Как и слова "паристеми" и "хагиос" (упомянутые выше), "латреиа" использовалось в греческом Ветхом Завете для описания служения Богу в соответствии с предписанными левитами церемониями и было частью языка священнических жертвоприношений. Священническое служение было неотъемлемой частью Ветхозаветного служения Богу. Писатель Послания к Евреям использует слово "латреиа" для описания служения или поклонения Богу, совершаемого Ветхозаветными священниками.

Истинное служение Богу не состоит из сложных и впечатляющих молитв, замысловатых литургий, витражей, зажженных свечей, широких одеяний, ладана и классической священной музыки. Оно не требует великого таланта, умения или лидерских способностей. Многое из этого может быть частью внешнего проявления истинного богослужения, но они благоугодны Богу, только если сердце и ум служителя всецело принадлежат Ему. Единственное разумное служение, которое воздает честь и угодно Богу, - это искренняя, любящая, глубокая и сердечная преданность и восхваление Бога Его детьми.

Во время конференции, на которой я проповедовал о различии между истинными и ложными верующими, ко мне подошел мужчина, у которого по щекам текли слезы. Он сокрушался: "Я думаю, что я не настоящий христианин". Я ответил: "Позвольте мне спросить у вас кое-что. Какое глубочайшее желание вашего сердца? Что дороже всего для вашего сердца? Что более всего прочего занимает ваш ум?" Он ответил: "Мое величайшее желание - отдать Иисусу Христу все, чем я есть и что имею". Я сказал: "Друг, это не может быть желанием ненастоящего христианина. Это порожденное Святым Духом желание искупленной души стать живой жертвой".







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-06; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.173.234.140 (0.016 с.)