Слова, наиболее часто применяемые для описания эмоциональных состояний 





Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Слова, наиболее часто применяемые для описания эмоциональных состояний



(перевод англоязычной статистики)

Уровень интенсив- ности Категория чувств
Счастье Печаль Страх Неуверенность Раздражение, гнев Сила, потенциал Слабость, неадекватность
Сильный   Возбужденный Взволнованный Восхищенный Восторженный Исступленный Окрыленный Ликующий     Отчаявшийся Безнадежный Угнетенный Подавленный Сокрушенный Жалкий Покинутый Разбитый Всеми оставленный Паникующий Охваченный ужасом Боязливый Напуганный Трусящий Ошеломленный   Смущенный Дезориентированный Недоверчивый Сконфуженный     Оскорбленный Враждебный Разъяренный Взбешенный Злой Грубый Полный ненависти Недоброжелательный Мстительный Могучий Властный Полный сил Могущественный     Испытывающий стыд Бессильный Ранимый Малодушный Трусливый Несостоятельный  
Умеренный     В приподнятом настроении Благополучный Счастливый   Оптимистичный Веселый Бодрый Полный энтузиазма Радостный Заинтересованный   Удрученный Приведенный в смятение Разочарованный Одинокий Неблагополучный Несчастный Пессимистичный Грустный Ущемленный Сломленный Подавленный   Волнующийся Беспокойный   Шаткий Ненадежный   Напряженный Озабоченный   Ощущающий угрозу Взволнованный   Сомневающийся Растерянный Опасающийся   Ненадежный   Озадаченный   Раздраженный Раздраженный Рассерженный Обиженный Безумный Расстроенный   Разбитый Обиженный Чувствительный Нетерпеливый Упрямый   Выносливый Важный Уверенный Бесстрашный Энергичный Храбрый Отважный Смелый Самоуверенный Адекватный Самонадеянный Уверенный в себе Компетентный Умелый Смущенный Бесполезный Деморализованный Беспомощный Изнуренный Глупый Неспособный Некомпетентный Несведущий Неадекватный Взбудораженный  
Слабый     Понравившийся Приятный Довольный Умиротворенный Удовлетворенный Спокойный   Потерянный   Обескураженный Разочарованный Унылый Подавленный Одинокий     Пугливый Нервный Возбужденный Стесненный Напряженный Тревожный Настороженный Подозрительный Раздражительный Хмурый Неприветливый Ненадежный Удивленный Неуверенный Колеблющийся Нерешительный Обеспокоенный Встревоженный     Обеспокоенный Раздосадованный Брюзга Неудачник Озабоченный     Решительный Определенный Стойкий Способный Сильный     Хилый Болезненный Кроткий Смиренный Неспособный Слабый Аутсайдер    

Источник: «The skills of helping», by Carkhuff, R, R., & Anthony, W. A.


На третьем уровне по шкале Каркхуффа ответ консультанта расценивается как «равнозначный» ответу клиента. Рисунок 6.3 юмористически отражает сущность подобного взаимодействия.

 

Рис. 6.3.Взаимные реакции клиента и консультанта

Источник: Goud [cartoon], 1983, Personnel and Guidance Journal, 61, p. 635. © 1983 by АСА.

 

На четвертом и пятом уровнях отклик консультанта эмоционально богаче высказывания клиента. Эта способность воспринимать больше, чем сказано, отличает консультирование от беседы или от других форм поведения, не связанных с профессиональной помощью (Carkhuff, 1972). Следующий диалог является примером эмпатической ответной реакции высокого уровня.

Клиент. Я пробовал заниматься то одним, то другим до тех пор, пока не устал настолько, что почувствовал, что скоро просто рухну.

Консультант. Вся ваша жизнь, словно карусель нескончаемой смены занятий; вы должны снизить темп, пока вас не хватил удар. Вам следует серьезней относиться к своей личной жизни.

 

Мине (Means, 1973) тщательно изучил четвертый и пятый уровни эмпатии, чтобы продемонстрировать, как консультанты могут обогащать восприятие клиентом собственного эмоционального опыта, влияний окружающей среды, собственного стиля поведения, самооценки, ожиданий и убеждений в отношении его самого. Высказывания клиента чрезвычайно разнообразны, поэтому консультанты должны проявлять гибкость в своих ответных реакциях (Hackney, 1978). Содержит ли ответная реакция консультанта точную эмпатию, определяется по реакции клиентов (Turock, 1978). В любом случае в фазах понимания и действия важно, чтобы консультанты интегрировали оба уровня эмпатии, которые они используют, отвечая клиентам, обращающимся за помощью.

 

Самораскрытие

 

Самораскрытие — это сложное, многогранное явление, которому было посвящено более двухсот научных трудов (Watkins, 1990). Оно может быть кратко определено как «техника сознательного, преднамеренного раскрытия клиницистами информации о своей жизни за пределами отношений консультирования» (Simone McCarthy & Skay, 1998, p. 174). Основополагающая работа в этой области принадлежит Сиднею Жорарду (Jourard, 1958, 1964). По Жорарду, самораскрытие заключается в том, чтобы представить себя другому с помощью раскрытия сведений личного характера. Жорард обнаружил, что самораскрытие помогает устанавливать доверие и способствует формированию взаимоотношений консультирования. Взаимному самораскрытию он дал название диадический эффект (Jourard, 1968).

Самораскрытие клиента необходимо для успешности процесса консультирования. Однако самораскрытие консультанта не всегда обязательно. «В каждом конкретном случае взаимоотношений консультанта с клиентом вопрос о самораскрытии консультанта должен решаться отдельно»; при этом необходимо побеспокоиться о том, чтобы степень самораскрытия соответствовала «потребностям клиента» (Hendrick, 1988, р. 423).

Клиенты больше доверяют тем консультантам, которые делятся с ними информацией личного характера (конечно, в разумных пределах). В таких случаях клиент идет на ответное самораскрытие (Curtis, 1981; Kottler et al., 1994). Подростки особенно охотно общаются с теми консультантами, которые демонстрируют «определенную незащищенность и доступность на личностном уровне» (Simone et al., 1998, p. 174). При первоначальном собеседовании консультанты используют специальную форму самораскрытия. Они в письменной форме предоставляют клиентам сведения о себе и о сущности процесса консультирования (в качестве образца подобного документа можно рассматривать контракт, представленный на рис. 5.1). Кроме того, они используют самораскрытие непосредственно в процессе консультирования, особенно в фазах понимания и действия, открывая клиентам уместные в данной ситуации факты своей жизни. Спонтанное самораскрытие может существенно облегчить процесс сближения с клиентом (Doster & Nesbitt, 1979; Watkins, 1990).

Согласно Игану (Egan, 1998), самораскрытие консультанта выполняет две принципиальные функции: предоставление примера и развитие новой точки зрения. Наблюдая за самораскрытием консультантов, клиенты сами учатся быть более открытыми. Самораскрытие консультанта поможет клиенту увидеть, что консультанты также не свободны от проблем и не лишены чувств (Hackney & Cormier, 1994). Слушая рассказ об определенных сторонах личной жизни консультантов, клиенты могут анализировать аналогичные аспекты собственной жизни (например, такие свои качества, как упрямство или страх) и понимать, что некоторые трудности и переживания универсальны и с ними вполне можно справиться. Иган (Egan, 1998) подчеркивает, что самораскрытие консультанта должно быть лаконичным и целенаправленным, не должно выходить за рамки проблемы клиента и не должно использоваться часто. Этот процесс не является линейным, и большее самораскрытие не обязательно приведет к лучшим результатам. Прежде чем применять самораскрытие, консультантам следует спросить себя: «Действительно ли я хорошо продумал, почему и зачем я использую самораскрытие? Точно ли я выбрал момент, не тороплюсь ли я с этим, правильно ли распределяю время сессии? Не существует ли других, более эффективных и менее рискованных способов, позволяющих добиться тех же целей?» (Simone et al., 1998, pp.. 181-182).

Клайн (Kline, 1986) замечает, что клиенты считают самораскрытие рискованным и могут колебаться, идти ли на этот риск. Их нерешительность может принимать форму отказа от обсуждения проблем, смены предмета разговора, молчания или чрезмерной говорливости. Клайн полагает, что консультанты могут помочь клиентам преодолеть эти страхи, если наряду с раскрытием информации о себе и побуждением клиента к самораскрытию применят ряд других приемов: займутся анализом отрицательных эмоций клиента в отношении процесса консультирования, оговорят с клиентом круг обсуждаемых тем и, используя прием конфронтации, будут избегать специфических вопросов.

Непосредственность реакции

«Непосредственностьреакции подразумевает понимание консультантом и обсуждение с клиентом того, что происходит в отношениях консультирования, в частности чувств, впечатлений и ожиданий клиента, а также желаний консультанта» (Turock, 1980, р. 169; выделено автором). Существует три основных типа непосредственной реакции:

• непосредственная реакция, связанная с отношениями в целом, — «Что мы делаем?»;

• непосредственная, немедленная реакция на события данной консультационной сессии — «Что происходит между вами и мной в данной сессии?»;

• открытое высказывание личного отношения, непосредственная (не отсроченная) личностная реакция на поведение и высказывания клиента, которые иногда могут быть вызывающими, — «Мне нравится то, как вы берете ответственность за свои действия в данной ситуации» (Egan, 1998, р. 180-181).

Иган (Egan, 1998) полагает, что непосредственная, не отсроченная реакция в консультационных отношениях трудна и требует от консультанта высокого мастерства, а также большей смелости и настойчивости, чем какой-либо другой навык межличностных отношений.

Тарок (Turock, 1980) упоминает три основных опасения, которые испытывают многие консультанты в отношении непосредственного реагирования. Во-первых, они могут опасаться неправильного истолкования клиентами их слов. Непосредственность реакции требует, чтобы консультанты делали гипотетические предположения или интерпретации того, о чем думают или что чувствуют их клиенты, и неверное предположение может служить причиной потери доверия клиентов к консультантам.

Во-вторых, непосредственная реакция может дать неожиданные результаты. Многие навыки консультирования, например отражение, имеют предсказуемые последствия, тогда как непосредственная реакция — нет. Использование ее может разрушить сложившиеся близкие отношения между консультантами и клиентами. В итоге могут пострадать рабочие взаимоотношения.

В-третьих, непосредственная реакция может побудить клиента завершить консультирование, потому что он больше не может контролировать взаимоотношения или влиять на них. Некоторые клиенты играют в игры, такие как «Я ужасен, не так ли?», и ожидают от своих консультантов соответственного реагирования (Berne, 1964). Когда клиенты получают неожиданный ответ, они могут решить прекратить взаимоотношения. Иган (Egan, 1998) утверждает, что непосредственная реакция наиболее уместна в следующих ситуациях:

• в недостаточно управляемых взаимоотношениях;

• когда в отношениях присутствует напряжение;

• когда актуален вопрос доверия;

• когда существует значительный социальный разрыв между консультантом и клиентом;

• когда существует зависимость клиента;

• когда присутствует зависимость консультанта;

• когда имеется привязанность между консультантом и клиентом.

Юмор

 

Юмор подразумевает забавную, неожиданную реакцию на вопрос или ситуацию. Чтобы использовать юмор в консультировании, консультант должен, во-первых, обладать чувством юмора и, во-вторых, уметь своевременно его применять. Юмор в консультировании никогда не должен использоваться для того, чтобы унизить кого-либо. Правильно используемый юмор представляет собой «клинический инструмент, который имеет широкое терапевтическое применение» (Ness, 1989, р. 35). Юмор может помочь обойти сопротивление клиента, ослабить напряжение и помочь клиенту отвлечься от психологической боли. От «ха-ха» нередко один шаг до «ага», до более ясного восприятия ситуации, то есть инсайта (Kottler, 1991). Например, когда консультант работает с клиентом, который не уверен, хочет ли он принимать участие в консультировании или нет, консультант может завести следующий диалог:

Консультант. Джоан, сколько необходимо консультантов, чтобы сменить электрическую лампочку?

Клиент (колеблясь). Я не знаю.

Консультант. Только один, но лампочка должна действительно захотеть, чтобы ее поменяли.

Клиент (смеясь). Догадываюсь, что я — электрическая лампочка, которая не решила.

Консультант. Быть в нерешительности — это нормально. Мы можем работать над этим. Однако наши сессии, возможно, были бы более плодотворными, если бы вы могли переключиться на то, что бы вы хотели изменить в своей жизни и над чем мы могли бы совместно поработать. Это позволит нам лучше-сфокусироваться.

 

В целом юмор может способствовать творческому мышлению, помочь сохранять ясный взгляд на вещи и облегчить исследование сложных, труднопреодолимых или абсурдных аспектов жизни (Bergman, 1985; Piercy & Lbbsenz, 1994). Однако «консультанты должны помнить, что для того, чтобы применять юмор с пользой, они должны понимать, что является смешным и в каких обстоятельствах это смешно» (Erdman & Lampe, 1996, p. 376).

Конфронтация

 

Конфронтация, так же как и непосредственная реакция, часто понимается неправильно. Неосведомленные консультанты могут подумать, что конфронтация — это нападки на клиентов, разновидность шоковой терапии; это, конечно же, недопустимо (Egan, 1990). Напротив, конфронтация представляет собой как бы приглашение. В лучших своих образцах конфронтация призывает клиента к рассмотрению, изменению или контролю определенного аспекта поведения, который в настоящий момент не существует или используется неуместно. Иногда конфронтация позволяет дать метакоммуникационную обратную связь, не совпадающую с желаниями и ожиданиями клиента. Такая реакция может не согласовываться с тем, как клиент воспринимает себя и обстоятельства (Wilcox-Matthew, Ottens & Minor, 1997).

Конфронтация может «помочь людям более четко увидеть, что происходит, какие это будет иметь последствия и как принять на себя ответственность за действия по изменению ситуации, чтобы сделать жизнь более эффективной, а взаимоотношения с другими более благоприятными» (Tamminen & Smaby, 1981, p. 42). Позитивная, ответственная, осторожная, адекватная конфронтация способствует личностному росту и поощряет непредвзятое исследование себя самого. Если консультант недостаточно владеет этим навыком, конфронтация может фактически оказаться вредной для клиента. Избегание конфронтации в отношении поведения клиента известно как эффект замалчивания (MUM effect) и приводит к тому, что консультирование оказывается менее эффективным, чем могло бы быть (Rosen & Tesser, 1970).

Существуют, однако, определенные условия использования конфронтации (Leaman, 1978). Консультант должен быть уверен в том, что взаимоотношения с клиентом достаточно прочны, чтобы выдержать конфронтацию. Кроме того, консультант должен удачно подбирать время для конфронтации и помнить о мотивах, которые привели к акту конфронтации (Cavanagh, 1990). Более продуктивной в конечном итоге оказывается конфронтация в отношении сильных сторон клиента, чем его слабостей (Berenson & Mitchell, 1974). Консультант должен побудить клиента воспользоваться теми ресурсами, которые он до этого не мог применить.

Независимо от того, направлена ли конфронтация на сильные стороны клиента или его слабости, в осуществлении процесса конфронтации консультанты используют конструкцию типа «Вы сказали... однако...» (Hackney & Cormier, 1994). Например, в первой части конфронтации консультант может сказать: «Вы сказали, что хотите больше выходить в свет и общаться с людьми». Во второй части консультант выдвигает на первый план разногласие или противоречие в словах и действиях клиента. Он может сказать: «Но вы просиживаете у телевизора от четырех до шести часов каждый вечер».

Заключение контракта

Существует два аспекта заключения контракта: первый касается процесса достижения цели, другой — конечного результата. При определении цели консультант действует в рамках теоретической базы, которая направляет его действия. Для достижения цели клиент учится менять образ мышления, свои чувства и поведение. Для консультантов и клиентов естественно взаимодействовать, опираясь на договоренность. Гудиер и Брэдли (Goodyear & Bradley, 1980) указывают, что все межличностные взаимоотношения являются договорными, но в некоторых видах отношений это проявляется более явно, чем в других. Поскольку среднее число консультационных сессий может быть небольшим, от пяти до шести (Lorion, 1974), то для пользы дела, а также в целях экономии времени целесообразно применять контрактную систему. Подобная система позволяет обеим сторонам участвовать в определении направления консультационного процесса и в оценивании сдвигов. Она помогает консультанту и клиенту быть более целенаправленными (Brammer, 1993).

Томас и Эзелл (Thomas & Ezell, 1972) отмечают несколько других преимуществ использования контракта в консультировании. Во-первых, контракт обеспечивает письменную фиксацию целей, о которых договорились консультант и клиент, и принятого курса действия. Во-вторых, формальная сущность контракта и его временные ограничения могут стать стимулом для такого клиента, которому свойственна тенденция откладывать исполнение конкретных действий. В-третьих, если контракт подразделяется на ясно выделяемые части, это даст клиенту ясное ощущение того, что проблемы могут быть решены. В-четвертых, контракт возлагает ответственность за любое изменение на клиента и, таким образом, заключает в себе возможность передавать инициативу клиенту и делать его более чутким к окружению и более ответственным за свое поведение. Наконец, контрактная система путем специального оговаривания числа сессий гарантирует, что клиенты будут регулярно возвращаться к консультированию.

Существует несколько подходов к заключению контрактов. Гудиер и Брэдли (Goodyear & Bradley, 1980) предлагают несколько рекомендаций для обеспечения максимальной эффективности этого действия.

• Консультантам важно показывать своим клиентам, что цель консультирования — это работа. Важно начинать с вопроса клиенту: «Над чем бы вы хотели поработать?», а не с вопроса: «О чем бы вы хотели поговорить?»

• Крайне важно, чтобы контракт о консультировании относился к изменениям в клиенте, а не в тех людях, которые не присутствуют на сессиях. Консультант действует как консультант-эксперт, когда клиент хочет исследовать поведение другого человека, например ребенка, подверженного вспышкам гнева, но работа подобного рода ограничена.

• Консультант должен настаивать на контрактах, позволяющих избавиться от использования клиентом таких слов, как «попробовать» или «может быть», которые не являются конкретными. Подобные слова, как правило, приводят к неудаче клиента в достижении цели.

• Консультант должен быть осторожен по отношению к целям клиента, направленным на удовлетворение запросов других людей, и к тем целям, формулировка которых включает слова типа «должен». Подобные цели имеют внешний источник, а не ведут к внутреннему благополучию клиента. Например, если в определение начальной цели клиент включает утверждение: «Мне бы следовало больше радовать своего супруга», он сможет действовать в соответствии с такой целью только временно, потому что подобная цель не может достаточное время служить внутренним стимулом. Чтобы избежать включения в контракт такого рода целей, консультант должен выяснять, чего действительно хочет клиент.

• Необходимо конкретно определять, чего клиенты желают достичь посредством консультирования. Существует большое различие между клиентами, которые заявляют, что они хотят быть счастливыми, и клиентами, которые объясняют, что они хотят сбросить 10 фунтов или знакомиться по крайней мере с тремя новыми людьми в день. Последние цели являются более конкретными, поэтому и консультанты и клиенты обычно знают, когда эти цели достигнуты.

• Консультант должен настаивать на том, чтобы контракты фокусировались на изменении. Клиенты могут захотеть понять,.почему они делают что-то, но одно лишь понимание этого редко оказывается действенным. Следовательно, консультанты должны придавать особое значение контрактам, которые способствуют изменению в поведении, мыслях или чувствах клиента.

Хотя контракт играет важную роль, помогая клиентам определить, понять и проработать специфические аспекты их жизни, контрактная система имеет недостатки. Окунь (Okun, 1997) подчеркивает, что контракты должны быть открыты для пересмотра обеими сторонами. Этот процесс зачастую требует времени и большого напряжения. Томас и Эзелл (Thomas & Ezell, 1972) упоминают ряд других недостатков контрактной системы. Во-первых, консультант не может обязать клиента заключить контракт. Соглашение не подразумевает внешнего характера награды или наказания, которые консультант мог бы использовать в целях принуждения клиента к достижению согласия. Во-вторых, некоторые проблемы клиента могут не слишком подходить для контрактной системы. Например, клиент, который хотел бы завести новых друзей, может оговорить в контракте посещение мест, где существует благоприятная возможность встретить тех людей, с которыми он хотел бы общаться. Тем не менее контракт не может гарантировать, что клиент заведет новых друзей. В-третьих, контрактный способ работы с проблемами сосредоточивается на внешнем поведении. Даже если выполненная работа идеально соответствует условиям контракта, клиент может не достичь проникновения в суть проблемы или не изменить восприятие. Наконец, начальная привлекательность контракта ограничена. Клиентам, которые заинтересованы в изменении и которые находят идею контракта свежей и привлекательной, со временем может надоесть подобная система.

Чтобы обеспечить успешное выполнение контракта, при определении его условий консультант должен принимать во внимание образование клиента и уровень его мотивации, сущность представленных проблем и то, какие средства доступны клиенту. Гудиер и Брэдли (Goodyear & Bradley, 1980) предлагают, чтобы консультант спрашивал клиента, как тот мог бы саботировать выполнение контракта. Этот вопрос помогает клиенту осознать наличие скрытого сопротивления выполнению соглашения.

Репетиция

 

Когда контракт заключен, консультант может помочь клиенту максимально увеличить шанс его выполнения, предоставив возможность репетировать или практиковать желаемое поведение. Старая пословица, гласящая, что повторение — мать учения, верна для клиентов, которые хотят достичь цели, в не меньшей степени, чем для спортсменов или артистов. Существуют два способа, которыми клиенты могут репетировать поведение: открытый и закрытый (Cormier & Cormier, 1998). В открытой репетиции клиент должен проговаривать или выполнять то, что собирается делать. Например, если женщина собирается пригласить мужчину на свидание, то перед тем, как на самом деле встретиться с ним, она захочет отрепетировать то, что она намерена сказать и как она собирается действовать. Закрытая репетиция — это фантазирование или размышление о желаемой цели. Например, студент, готовя речь, может сначала представить условия, в которых он будет выступать, а затем поразмышлять, как организовать материал, который он будет излагать. Это может снять ненужные опасения и помочь студенту выступить лучше.

Иногда клиенту требуется, чтобы во время репетиционного периода консультант выступал в роли тренера. Консультант может оказывать клиенту поддержку, напоминая о следующем действии (Bandura, 1976). Кроме того, роль тренера может заключаться просто в предоставлении клиенту обратной связи по поводу того, как он действует. Обратная связь означает помощь клиенту в осознании и корректировке любых областей проблемного поведения, которое может проявляться, например, в преувеличении достигнутого успеха. Обратная связь эффективна до тех пор, пока она не чрезмерна (Geis & Chapman, 1971). Для большей эффективности обратная связь должна предоставляться как устно, так и в письменной форме.

Кроме того, консультанты могут назначить клиентам домашние задания (иногда называемые «задания для закрепления» или «межсессионные задания»), чтобы помочь применять на практике полученные на консультационных сессиях навыки и распространить подобные навыки на соответствующие области жизни. Домашнее задание подразумевает дополнительную работу над развитием конкретного навыка (или навыков) вне консультационной сессии. Оно имеет многочисленные преимущества:

• сохраняет между сессиями сосредоточенность клиентов на релевантном поведении,

• помогает им четче видеть, в каком направлении происходит развитие,

• побуждает клиентов изменить поведение,

• помогает им оценивать и видоизменять свою деятельность,

• делает клиентов более ответственными за контроль собственных действий,

• знаменует крупные достижения в консультировании (Hay & Kinnier, 1998; Hutchins & Vaugh, 1997).

Очевидно, что консультанты, работающие в рамках когнитивно-бихевиорального подхода, придают домашним заданиям большое значение. Например, консультанты с такой теоретической подготовкой могут дать клиентам задание вести рабочий журнал, где фиксируется вся когнитивно-бихевиоральная сессионная работа. Ведение рабочих журналов стимулирует активность клиента и обеспечивает подробную фиксацию того, что сделал клиент. Два замечательных когнитив-но-бихевиоральных рабочих журнала с упражнениями, предназначенными для детей, предложили Верной (Vernon, 1989) и Кендалл (Kendall, 1990). Журнал «Decisions and Consequenses» Вернона акцентирует причинно-следственные связи, предлагая различные упражнения. Рабочий журнал Кендалла «Coping Cat Workbook» концентрируется на связях между мыслями и чувствами, предлагая детям заняться такой деятельностью, как наблюдение за жизненными событиями с точки зрения кота.

Однако консультанты, придерживающиеся любых теоретических взглядов, могут использовать домашние задания, если они хотят научить клиентов самостоятельно помогать себе. Чтобы домашняя работа была наиболее эффективной, необходимо конкретно привязать ее к некоторым измеримым поведенческим изменениям (Okun, 1997). Кроме того, чтобы быть значимой и полезной, она должна быть адекватна ситуации клиента (Cormier & Cormier, 1998; Young, 1998). Более того, если клиенты хотят получить пользу от применения этого метода, они должны выполнять все домашние задания.

«Количество видов домашних заданий ограничивается только творческими возможностями консультанта и клиента» (Hay & Kinnier, 1998, p. 126). К часто применяемым типам домашних заданий относятся: парадоксальные (попытка добиться противоположного эффекта), бихевиоральные (освоение новых навыков), рискованные действия (выполнение того, чего обычно боятся), мыслительные (размышление на заданные темы), письменные (ведение дневника или журнала), библиотерапевтические (чтение, слушание или просматривание литературы) и ничегонеделание (сделать перерыв в своих обычных занятиях) (Hay & Kinnier, 1998).

Перенос и контрперенос

 

Чтобы избежать циркулярного консультирования — «топтания на одном месте», консультанту необходимы такие качества (умения), которые помогают активизировать развитие процесса консультирования. Однако существует еще один аспект консультирования, который в не меньшей степени влияет на качество результата — это взаимоотношения между консультантом и клиентом. Способность консультанта и клиента эффективно работать друг с другом во многом зависит от отношений, которые устанавливаются между ними. Консультирование может сопровождаться сильными эмоциональными переживаниями (Cormier & Cormier, 1998; Sexton & Whiston, 1994). Иногда консультанты и клиенты искренне испытывают друг к другу неприязнь или оказываются личностно несовместимыми (Patterson & Welfel, 1994). Тем не менее в большинстве случаев они могут и должны преодолевать явления переноса и контрпереноса, являющиеся результатом мыслей и чувств, которые клиент и консультант испытывают и выражают по отношению друг к другу. Несмотря на то что не все теории консультирования в равной степени признают значение переноса и контрпереноса, эти два явления в той или иной степени почти всегда встречаются во взаимоотношениях консультирования.

Перенос.Перенос — это проекция клиентом прошлых или настоящих ощущений, установок или желаний на консультанта (Brammer & MacDonald, 1996; Brammer Abrego & Shostrom, 1993). Это понятие, пришедшее из психоаналитической литературы, первоначально обозначало перенос ощущений из прошлого. Однако сегодня оно не ограничено рамками психоаналитической терапии и может основываться на текущих переживаниях (Corey, Corey & Callanan, 1998).

Всем консультантам присуще то, что Джельсо и Картер (Gelso & Carter, 1985) описывают как стереотип переноса — «притягивающий» перенос образ, выработанный на основе личного опыта и какого-либо теоретического подхода. Клиент тоже реагирует на образ консультанта с точки зрения своего личного опыта и текущих условий. Манера консультанта сидеть, говорить, жестикулировать или смотреть может вызвать реакцию клиента. Подобным примером может служить высказывание клиента в адрес консультанта: «У вас голос, как у моей матери». Это утверждение может наблюдаться и вне связи с переносом. Но если клиент начинает вести себя по отношению к консультанту так, как вел бы себя с матерью, можно говорить о переносе.

В консультировании часто встречаются пять видов переноса: клиент может воспринимать консультанта: 1) как идеал, 2) как провидца, 3) как воспитателя, 4) как источник фрустрации или 5) как «пустое место» (Watkins, 1983, р. 207).

Консультанту может сначала понравиться явление переноса, которое представляет его в положительном свете. Но это сомнительные радости. Для того чтобы преодолеть какие бы то ни было эффекты, связанные с переносом, Уоткинс (Watkins, 1983) предлагает специальные приемы, показанные в табл. 6.2.

Каванах (Cavanagh, 19§0) указывает, что перенос может быть как прямым, так и непрямым (косвенным). Хорошим примером прямого переноса является ситуация, когда клиент думает о консультанте так же, как о своей матери. Непрямой перенос сложнее распознать. Он обычно обнаруживается в утверждениях или действиях клиента, которые не так явно напрямую связаны с консультантом (например, «Все это болтовня, пустая и безрезультатная» или «Я думаю, консультирование — это такой опыт, к которому я всегда стремился»).

Как прямой, так и косвенный перенос бывает негативным или позитивным. Негативный перенос имеет место тогда, когда клиент обвиняет консультанта в пренебрежительном отношении или в отрицательном воздействии. Несмотря на то что разбираться с отрицательным переносом на первых порах чрезвычайно болезненно, его необходимо преодолевать, чтобы взаимоотношения консультирования вернулись к реальности и в конечном счете оказались продуктивными. Отрицательный перенос оказывает прямое воздействие на качество взаимоотношений. Положительный перенос, особенно в мягкой форме, например выражение симпатий клиента к консультанту, обычно трудно признается консультантом, потому что он поначалу воспринимается как способствующий укреплению отношений (Watkins, 1983). Косвенные или умеренные формы положительного переноса наименее вредны для работы консультанта и клиента.

Каванах (Cavanagh, 1990) считает, что и отрицательный и положительный перенос являются формами сопротивления. Пока клиент удерживает внимание консультанта на проблемах, связанных с переносом, процесс выработки и достижения целей является малопродуктивным. Разрешить проблему переноса консультант может, скорее, действуя в конкретной ситуации, а не анализируя перенос и его источники. Например, если клиент жалуется, что консультанты заботятся только о том, чтобы ими восхищались, консультант может ответить: «Да, действительно, некоторые консультанты могут испытывать такую потребность, и это в самом деле не очень хорошо. Но сейчас мы говорим о ваших целях. Давайте вернемся к ним. Если же к вашим целям будут иметь отношение те потребности консультантов, о которых вы говорите, мы рассмотрим этот вопрос».

Кори и соавторы (Corey et al., 1998) усматривают в преодолении переноса терапевтическую ценность. Они полагают, что отношения клиента и консультанта улучшатся, если клиент исправит искаженное представление о консультанте. Внимательное исследование ситуации приведет к укреплению отношений, что выразится в увеличении доверия клиента и уверенности консультанта. Кроме того, избавившись от эмоций, связанных с переносом, клиент может лучше понять прошлое и свободнее действовать в настоящем и будущем.

Контрперенос.Контрперенос — это проекция эмоциональной реакции консультанта или особенностей его поведения на клиента (Hansen, Stevic & Warner, 1986). Например, консультант-женщина может вести себя в отношении своей клиентки так, как она вела себя в детстве по отношению к своей сестре. Такой характер взаимодействия может помешать терапевтической способности консультанта, не говоря уже об объективности. Если ситуация контрпереноса не будет адекватно разрешена, он может нанести вред отношениям консультирования.

Кернберг (Kernberg, 1975) использует два основных подхода к проблеме концептуализации процесса контрпереноса. В классическом понимании контрперенос рассматривается как негативное явление и оценивается как прямая или непрямая непроизвольная реакция консультанта на клиента. Общий подход более позитивно относится к контрпереносу. С этой точки зрения контрперенос рассматривается как диагностический инструмент для понимания различных аспектов бессознательных побуждений клиента. Бланк и Бланк (Blank & Blank, 1979) предложили третий способ концептуализации данного явления. Они считают, что контрперенос может носить как положительный, так и отрицательный характер. Уоткинс (Watkins, 1985) считает этот третий подход более реалистичным.


Таблица 6.2





Последнее изменение этой страницы: 2016-07-11; просмотров: 191; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 52.203.18.65 (0.012 с.)