ТОП 10:

ЛИЧНОСТНАЯ ПРЕДРАСПОЛОЖЕННОСТЬ К АДДИКТИВНОМУ ПОВЕДЕНИЮ



Суть алкоголизма и наркомании состоит в том, что здесь целью человека выступает стремление изменить свое психи­ческое состояние. Независимо от того, при каких обстоятель­ствах подросток начал употреблять психотропные вещества, какие тогда у него были мотивы, мы говорим о наличии за­болевания в том случае, если выявлена именно эта цель — изменить свое психическое состояние. Поэтому найти пси­хологические причины алкоголизма и наркомании — это значит ответить на вопрос: почему человек хочет изменить свое психическое состояние именно искусственным (хими­ческим) путем.

Психологические аспекты борьбы с алкоголизмом и нар­команией несовершеннолетних состоят прежде всего в вы­явлении психологической готовности к употреблению пси­хотропных веществ, т. е. таких психологических особеннос-

тей подростков, которые являются своего рода «слабым зве­ном» в процессе социализации личности. Именно эти пси­хологические особенности провоцируют «уход от реальнос­ти» при столкновении с жизненными трудностями.

Поиск «структуры личности» алкоголика или наркома­на, а также исследования с целью выявить «специфический профиль» личности проводились в основном зарубежными учеными с применением многих личностных тестов. Резуль­таты показывали, что существует ряд общих черт, свойствен­ных людям, злоупотребляющим наркотиками или алкого­лем. Это — слабое развитие самоконтроля, самодисципли­ны; низкая устойчивость к всевозможным неблагоприятным воздействиям, неумение преодолевать трудности; эмоцио­нальная неустойчивость, склонность неадекватно реагиро­вать на фрустрирующую ситуацию, неумение найти про­дуктивный выход из конфликта.

Нетрудно заметить, что эти черты личности свойствен­ны не только алкоголикам и наркоманам, а и просто плохо социально адаптированным людям, тем более несовершен­нолетним. Наверное, многие трудновоспитуемые подростки имеют такой же психологический портрет, хотя они и не употребляют психоактивных веществ. Но здесь невольно воз­никает опасение: «Может быть, пока еще не употребляют?» Ведь именно эти личностные особенности вызывают откло­нения в поведении, напряженность в социальных контак­тах, что, в свою очередь, может быть связано с возникно­вением у подростка потребности изменить свое психичес­кое состояние.

Следовательно, влечение подростка к употреблению пси­хоактивных веществ является симптомом более общего лич­ностного неблагополучия. Психологическая готовность под­ростка к употреблению психотропных веществ, формируясь постепенно, исподволь, реализуется при возникновении соответствующей ситуации в жизни подростка. Поэтому, если несовершеннолетний начинает злоупотреблять алкоголем или наркотиками, это никогда не бывает случайно, чисто ситу­ативно. При всей неожиданности, видимой импульсивности такого поведения подростка его алкоголизация (или нарко­тизация) является логическим завершением предшествую­щего развития.

Е

Отсутствие у подростка психологической готовности к употреблению таких веществ, напротив, дает ему своего рода «запас прочности», обеспечивающий возможность проти­востоять неблагоприятному влиянию алкогольного (нарко­тического) окружения. Не случайно поэтому можно приве­сти множество примеров, когда в одной и той же группе профтехучилища или в рабочей бригаде, где существуют стойкие алкогольные традиции, кто-то из несовершенно­летних начинает злоупотреблять спиртным и потом «спива­ется», а кто-то остается равнодушным к выпивке, хотя и участвует в совместных застольях, подчиняясь групповым нормам. Даже эпизодическое употребление наркотиков или иных токсических веществ, через которое прошли многие подростки, входящие в асоциальные группировки, для не­которых из них так и осталось эпизодом.

Употребление психотропных веществ подростками, не имеющими ни биологической предрасположенности, ни психологической готовности к этим действиям, обычно не закрепляется как привычная форма поведения, и по мере взросления, приобретения личностной зрелости может в единичных случаях пройти «само собой», без вмешатель­ства медиков и без применения каких-либо иных мер воз­действия. «У здоровых подростков (имеется в виду не только физическое и психическое, но и нравственное здоровье. — Авт.), однако, алкоголизация никогда не приобретает сис­тематичности, интенсивности, что соответствует общему рисунку их поведения, лишенному крайностей. В литературе мы можем найти подтверждение того, что алкоголизация есть поведенческий феномен, соответствующий крайностям поведения. О том, что алкоголизация подростков — нередко лишь составляющая «букета» девиантного поведения, ука­зывали многие исследователи — не только наркологи, но и социологи... Во всех случаях, мотивационно и прогности­чески это особое явление, которое следует рассматривать вне наркологии» (И.Н. Пятницкая, 1988, с. 186-187).

Поиск методов диагностики предрасположенности к ал­коголизму и наркомании, по мнению большинства нарко­логов и психиатров, считается неразрешимой задачей. Они полагают, что невозможно учесть многоаспектность прояв-

лений такой предрасположенности. К тому же, весьма сложно отличить продром алкоголизма (предболезнь) от начала уже собственно заболевания.

Выявление феномена психологической готовности под­ростков к употреблению психотропных веществ вносит кор­рективы в эти представления. Личностный подход к про­блеме алкоголизма и наркомании позволяет применить новые, качественно иные критерии определения пред­расположенности к употреблению психоактивных веществ. Выяснение вопроса о том, какие личностные качества под­ростка, какие их особенности могут в дальнейшем стать от­правным звеном такой предрасположенности, было пред­метом нашего специального исследования. Изучались три группы подростков:

1) подростки, которые хорошо социально адаптирова­
ны, — группа «норма»;

2) социально дезадаптированные подростки, которые,
однако, не замечены в употреблении психотропных ве­
ществ, — группа «трудные»;

3) подростки, эпизодически употребляющие психотроп­
ные вещества (алкоголь, опий, гашиш и др.), — экспери­
ментальная группа.

Использовались проективные методы исследования лич­ности, экспериментальная беседа. Следует отметить, что исследуемые подростки не были больными, т. е. у них еще не было ни психической, ни тем более физической зависи­мости от психоактивных веществ. Отсутствие болезненной симптоматики было обязательным условием отбора испы­туемых. Это обусловлено тем, что влияние алкоголя и нар­котиков на психику уже на первой стадии заболевания (а тем более на второй) вызывает ряд изменений в личност­ных особенностях подростка. В этом случае результаты пси­хологических исследований скорее отражают закономерно­сти влияния психоактивных веществ на личность, чем вы­являют те личностные особенности, которые являются составляющей психологической готовности к алкоголизму и наркомании.

Следующим моментом, о котором необходимо сказать, является сложность работы с данным контингентом. Если

несовершеннолетние, злоупотребляющие алкоголем, до­вольно спокойно рассказывают о фактах злоупотребления, легкомысленно оправдывая при этом свое поведение, то подростки, эпизодически употребляющие наркотики, ве­дут себя совершенно иначе. Они знают, что их ждет уго­ловная ответственность и обязательная госпитализация, и поэтому всячески скрывают наркопотребление. Даже нахо­дясь в воспитательно-трудовой колонии (ВТК) или в спе­циальном психоневрологическом диспансере (СПНД) для несовершеннолетних (основная часть исследований прово­дилась в ВТК МВД Украины в г. Новгород-Северский и СПНД в г. Кривой Рог), они не сразу признаются в упот­реблении наркотиков, несмотря на подтверждающие это факты (например, шрамы на кубитальных венах, задержа­ние органами милиции в состоянии наркотического опья­нения или данные лабораторных исследований, свидетель­ствующие об употреблении наркотических веществ не по­зднее, чем за 36 часов до задержания). Поэтому работа с такими подростками строилась на основе проективных ме­тодов исследования, а значительная часть информации была получена в ходе психотерапевтических мероприятий и в ре­зультате анализа документов (характеристики, заключения врачей, сведения о семье, биографические данные и т. п.).

Мотивационная сфера

Исследование структурных компонентов личности под­ростков, которые эпизодически употребляют алкоголь и наркотики, мы начали с изучения мотивационной сферы. Мотивация "занимает ведущее место в структуре личности, поскольку мотивы являются движущими силами деятельно­сти и поведения. Результаты исследования свидетельствуют о том, что ведущие мотивы большинства наших испытуе­мых экспериментальной группы отличаются бедностью со­держания. Например, 79% подростков, рассказывая о своей жизни, о своих хобби, отмечают в качестве любимых заня­тий пассивно-развлекательные виды деятельности: «Люблю сидеть и балдеть под музыку», «Больше всего люблю лежать и ни о чем не думать», «Больше всего люблю ничего не делать». Это подтверждается и размышлениями подростков относительно своего будущего. Большинство из них (69%)

на вопрос о том, как они представляют свое будущее, к чему стремятся, чего пытаются достичь в своей жизни, рав­нодушно пожимают плечами и отвечают: «Не знаю», «Ни­когда об этом не думал», «А зачем мне об этом думать, разве от меня что-то зависит?» Некоторые дают ответы, которые отражают ситуативные желания: «Купить мото­цикл», «Жить в таком месте, где бы меня не могла достать милиция» и т. д. При сравнении этих данных с рассуждени­ями подростков группы «норма», которым характерны мо­тивы самосовершенствования и самореализации, создается впечатление, что их сверстники из экспериментальной груп­пы живут в каком-то нереальном мире, не задумываясь над тем, что и для чего они делают, почему поступают так, а не иначе.

Такая же картина и в отношении мотивов употребления алкоголя и наркотиков. Несмотря на то, что нам удалось установить хороший психологический контакт с подростка­ми и беседы проходили в атмосфере доверия и взаимопони­мания, так и не удалось выяснить истинных причин, кото­рые определили развитие их пристрастия к алкоголю или наркотикам. Например, 43% подростков объяснили, что начали употреблять психотропные средства потому, что это им нравится, 27 — потому, что им было интересно испы­тать действие наркотических веществ, 24 — ничего не смог­ли ответить, 6% — не желали «отставать» от товарищей. Та­кие высказывания позволяют лишь фиксировать внешние, поверхностные мотивы. И это не случайно.

Дело в том, что для осознания сложных, глубинных, реально действующих мотивов своего поведения человек должен иметь высокий уровень развития личности, опре­деленные навыки самоанализа, стремление понять самого себя. Все это не присуще нашим испытуемым. Зачастую, даже искренне желая объяснить причины употребления алкоголя или наркотиков, они не в состоянии это сделать, поскольку сами их не осознают. Более того, именно невоз­можность осознания действительных причин своей нарко­тизации и есть основное препятствие в предупреждении и преодолении наркомании и алкоголизма. Это подтвержда­ет и наркологическая практика, где одной из важнейших задач психотерапевта является помощь больному в осозна-

ний действительных (а не представляемых) причин его наркотизации.

Использование проективных методов исследования лич­ности позволило нам выявить значительные отклонения в мотивационной сфере подростков экспериментальной груп­пы. Не останавливаясь на процедуре исследования, отметим самое основное, что необходимо знать педагогам, воспита­телям, школьным психологам, подростковым врачам, нар­кологам.

1. Направленность мотивационной сферы подростков,
эпизодически употребляющих психотропные вещества, в
сравнении с «нормой» значительно отличается. Обычных
подростков побуждает к деятельности потребность в дости­
жении успеха (благодарности, награды, похвалы и т. д.). У
подростков экспериментальной группы эта потребность за­
торможена (или совсем не развита). Их побуждает к дей­
ствию иное — избежать наказания, поражения, отрицатель­
ных эмоций и т. д.

2. Даже потребность в новых впечатлениях, в одинако­
вой степени присущая всем подросткам, проявляется по-
разному. В группе «норма» проявление этой потребности
связано, прежде всего, с интеллектуальной активностью. У
подростков, эпизодически употребляющих психотропные ве­
щества, — с социальными девиациями, с экспериментиро­
ванием, направленным на изменение своего состояния со­
знания.

3. Обычные ребята рассматривают свою деятельность в
качестве источника положительных эмоций. Подростки экс­
периментальной группы ожидают от своей деятельности
только отрицательных эмоций.

4. В группе «норма» подростки считают необходимым пре­
дусматривать результаты своей деятельности, анализировать
последствия поступков, брать на себя ответственность за них.
Подростки экспериментальной группы не только не пре­
дусматривают результаты своих действий, но и вообще не
чувствуют себя субъектом деятельности. По их мнению, все,
что с ними происходит, не зависит от их воли и не является
следствием их поведения. Жизнь они понимают как нагро­
мождение случайных явлений, которые невозможно преодо-

леть или избежать. Поэтому никакие усилия человека не имеют смысла.

Какое значение имеют отмеченные особенности моги вационной сферы личности для понимания сущности нар­комании?

Напомним, что движущей силой жизнедеятельности че­ловека являются потребности. Удовлетворение потребнос­тей вызывает положительные эмоции. Человек, не имею­щий отклонений в развитии личности, уже в подростковом возрасте хорошо осознает связь между своими действиями, удовлетворением своих потребностей и положительными эмоциями. Осознавая себя субъектом деятельности, подрос­ток учится руководить обстоятельствами, поскольку знает, что от его действий в значительной мере зависит, получит он положительные эмоции (удовлетворение, награду, по­хвалу, радость) или нет.

Совсем иное поведение свойственно подросткам, эпизо­дически употребляющим наркотики. Они не осознают себя субъектами собственной деятельности и поэтому считают, что не могут руководить обстоятельствами своей жизни, достичь положительных эмоций благодаря выполнению об­щественно значимой деятельности. Однако потребность в достижении положительных эмоций от этого не утрачивает­ся. Подросток стремится ощутить состояние удовлетворения, радость, но не видит путей достижения этого. Поняв, что такое состояние можно вызвать искусственно, он, не ко­леблясь, начинает употреблять психотропные вещества.

Самосознание, образ «Я»

«Я-концепция» человека так или иначе проявляется в расширенном описании себя. Анализируя такое описание, можно составить мнение о подсознательной мотивации са­мооценки. На этом и основывается использованный в ис­следовании «Тест двадцати утверждений об отношении к себе».

Результаты анализа материалов эксперимента свидетель­ствуют о низком уровне осознания подростками экспери­ментальной группы качеств своей личности, отсутствии на­выков самоанализа и тем более умения описывать себя. Даже легкое задание — ответить на вопрос: «Кто я?» — вызывает

большие трудности. Сначала подростки даже не соглашают­ся говорить о своих личных качествах: «Разве это возмож­но — говорить о себе? Пусть другие скажут», «Я не знаю, какой я, разным бываю, в зависимости от настроения».

Вероятно, такие ответы обусловлены не только низким уровнем развития самосознания, но и тем, что анализ соб­ственной личности у таких подростков обычно связан с от­рицательными эмоциями. Обычно трудновоспитуемые дети столько слышат об отрицательных чертах своего характера, что, естественно, просьба экспериментатора описать свою личность воспринимается ими как еще одно напоминание об их несоответствии социально ценным образцам. В связи с этим они агрессивно настроены, отвечают на вопросы с вызовом, иногда оскорбляются по пустякам.

Впоследствии, когда психолог устанавливал с ними хо­роший контакт, подростки начинали выполнять задания, но все равно оказывалось, что это им не по силам. Среди испытуемых 34% так и не выполнили задание, 58% — вы­полнили лишь на четверть, а остальные называли 8—10 ка­честв личности. Полностью выполнить требования, содер­жащиеся в методике, не смог ни один испытуемый.

Таким образом, уже количественный анализ свидетель­ствует о значительных отклонениях в развитии самосозна­ния подростков, эпизодически употребляющих алкоголь и наркотики. Качественный анализ дополняет и подтверждает его. Так, отчетов, в которых подростки характеризуют себя как личность (т. е. свои качества, способности, чувства), у испытуемых экспериментальной группы оказалось в три раза меньше по сравнению с количеством высказываний, отра­жающих внешность или формальные сведения о себе. На­пример, подросток говорил: «Я — учащийся ПТУ, высо­кий, брюнет, худощавый...» Но практически никто из них не характеризовал себя с точки зрения своих личностных особенностей, например, добрый, общительный, доверчи­вый, любознательный, смелый и т. д.

В процессе исследования использовалась также методика Хоппе—Серебряковой «Решение задач на сообразительность различной степени сложности», модифицированная в соот­ветствии с задачами нашего исследования. Целесообразность

применения этой методики в том, что она выявляет дина­мику отношений между субъективными компонентами са­мосознания: самооценкой и уровнем притязаний.

Модификация методики состояла в следующем: обыч­но, в соответствии с инструкцией, испытуемые должны письменно решать задачи по математике. Но вместо этого предлагалось складывать узоры из кубиков. Это изменение связано с тем, что письменные задания на карточках ассо­циируются у подростков с учебной деятельностью и вызы­вают у них ступор или отказ сотрудничать с эксперимента­тором. Если удавалось отмежеваться от ситуации школьного обучения, объяснить испытуемому, что методика выявляет сообразительность, т. е. естественную способность мыслить, и интеллект, не связанный с успешностью обучения в шко­ле, то его реакция была положительной. Т. е. подростки на­чинали решать задания, проявляя значительную высоту мо­тивации достижения.

Анализ полученных данных показал, что самооценка, уровень притязаний и их взаимодействие у подростков, ко­торые эпизодически употребляют наркотики, существенно отличаются как от показателей подростков группы «нор­ма», так и от показателей трудновоспитуемых учащихся, не употребляющих алкоголь и наркотики. Это отличие состоит в отказе продолжать деятельность при самых незначитель­ных трудностях. Какой бы ни была высокой мотивация вы­полнения заданий, испытуемый отказывался от избранной задачи, если она была сложной. Обычные школьники (как трудновоспитуемые, так и группа «норма») в большинстве случаев просили увеличить время на выполнение задания, если они не успевали его закончить, не хотели прекращать работу («Я почти сделал, еще минуточку»). Поведение же подростков, эпизодически употребляющих наркотики, было диаметрально противоположным — они сразу же отказыва­лись от работы.

Таким образом, структурные компоненты самосознания несовершеннолетних экспериментальной группы взаимодей­ствуют противоречиво: даже при наличии высокой мотива­ции достижения они отказываются от избранной цели дея­тельности при встрече с малейшими трудностями. Такое пове-

дение наблюдалось у 57% подростков, склонных к употреб­лению наркотиков и алкоголя. Боязнь неуспеха, нежелание даже попытаться преодолеть трудности свидетельствуют о невысоком уровне уверенности в своих возможностях.







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-23; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.229.122.219 (0.01 с.)