ТОП 10:

О рассказе Анатолия Приставкина «Фотографии»



И вдруг открылся мне и поразил…

Сиротский смысл семейных фотографий.

Николай Рубцов

Детский дом, где живут прибывшие из Москвы брат с шестилетней сестрой Людочкой, находится далеко от дома, от отца и матери, и от родных людей. Соединяют детей с их прошлой жизнью семейные фотографии, которые они регулярно разглядывают.

Среди фотографий они находят мать и отца, самих себя и тетю. Каждое разглядывание дает ощущение встречи с родными людьми, теплые воспоминания и вселяет надежду на скорое свидание с ними.

Трагичность ситуации состоит в том, что при каждой встрече «теряется» то одна, то другая фотографии: сначала матери, за ней отца, а затем тети. Выбывает из их жизни и надежда на встречу с дорогими людьми. Остаются фотографии только маленькой сестры и брата, которым предстоит долгая жизнь в Детском доме.

Печальный и вместе с тем жизнеутверждающий рассказ, в котором утрата не зачеркивает надежды на собственные силы. Заботливый и ответственный за сестренку старший брат и привязанная к нему Людочка – они вместе, а это уже семья, и она не погибнет.

Можно надеяться и нам, читателям, что жесткие казенные условия Детского дома не уничтожат душевной теплоты этой маленькой семьи и памяти детского сердца.

 

Анатолий ПРИСТАВКИН

ФОТОГРАФИИ

Мы жили далеко от дома, я и моя сестренка, которой было шесть лет. Чтобы она не забывала родных, раз в месяц я приводил сестренку в нашу холодную спальню. Сажал на кровать и доставал конвертик с фотографиями.

– Смотри, Люда, вот наша мама. Она сильно болеет.

– Болеет… – повторяла девочка.

– А это папа наш. Он на фронте, фашистов бьет.

– Бьет…

– Вот это тетя. У нас неплохая тетя.

– А здесь?

– Здесь мы с тобой. Вот это Людочка. А это я.

И сестренка хлопала в крошечные синеватые ладошки и повторяла: «Людочка и я. Людочка и я …»

Из дому пришло письмо. Чужой рукой было написано о нашей маме. И мне захотелось бежать из детского дома куда-нибудь. Но рядом была моя сестренка. И следующий вечер мы сидели, прижавшись друг к другу, и смотрели фотографии.

– Вот папа наш, он на фронте, и тетя и маленькая Людочка…

– А мама?

– Мама? Где же мама? Наверное затерялась…Но я потом найду. Зато смотри, какая у нас тетя. У нас хорошая тетя.

Шли дни, месяцы. В морозный день, когда подушки, которыми затыкали окна, покрывались пышным инеем, почтальонша принесла маленький листок. Я держал его в руках, и у меня мерзли кончики пальцев и что-то коченело в животе Два дня я не приходил к сестренке. А потом мы сидели рядом, смотрели фотографии…

Вот наша тетя. Посмотри, какая у нас удивительная тетя! Просто замечательная тетя. А здесь Людочка и я…Людочка и я…

– А где же папа?

Сейчас посмотрим.

– Затерялся, да?

– Ага. Затерялся.

И сестренка переспросила, поднимая чистые, испуганные глаза:

– Насовсем затерялся?

Шли месяцы, годы. И вдруг нам сказали, что детей возвращают в Москву, к родителям. Нас обошли с тетрадкой и спросили, к кому мы собираемся ехать, кто у нас есть из родственников. А потом меня вызвала завуч и сказала, глядя в бумаги:

– Мальчик, здесь на некоторое время остается часть наших воспитанников. Мы оставляем тебя с сестренкой. Мы написали вашей тете, спрашивали, может ли она вас принять. Она к сожалению…

Мне зачитали ответ.

В детдоме хлопали двери, сдвигали в кучу топчаны, скручивались матрацы. Ребята готовились в Москву. Мы сидели с сестренкой и никуда не собирались. Мы разглядывали фотографии.

– Вот Людочка. А вот я.

– А еще?

– Еще? Смотри, и здесь Людочка и здесь… И меня много. Ведь нас очень много, правда?»

 

Вопросы для обсуждения:

 

1. Как жилось детям в далеком от родной Москвы Детском доме?

2. Что значило для брата и сестры разглядывание семейных фотографий?

3. Почему одна за другой исчезали фотографии – сначала мамы, потом отца, а затем и тети?

4. Зачем, по-вашему, брат утаивал от сестренки причину исчезновения фотографий?

5. Как вы понимаете смысл заключительных слов рассказа, произнесенных мальчиком: «Ведь нас очень много, правда?»

6. Как вы представляете себе дальнейшую судьбу этой маленькой семьи.

 

О рассказе М. Пришвина «Козочка» из серии его рассказов «Моя прекрасная мама»

Повесть известного писателя, классика детской литературы Михаила Пришвина (1873–1954) «Моя прекрасная мама» представляет собой цикл рассказов о ленинградских детях, эвакуированных в ярославскую область, в местечко, называемое Ботик. Оно находится на берегу Плещеева озера, вблизи русского города Переславль-Залесский.

В усадьбе хранится ботик Петра Первого, откуда и произошло название усадьбы и ее окрестностей.

В прекрасном белом каменном доме в советское время была устроена географическая станция. Во время блокады Ленинграда, как рассказывает сам Пришвин, сюда эвакуировали детей, чьи матери погибли в Ленинграде. Дети были сильно истощены, но наша простая и сильная природа пришла им на помощь.

По словам писателя «к тому времени, когда запел соловей, детишки оправились, забегали, запели, защебетали». Помогало детям окрепнуть и участие самого Пришвина, который добивался от местных властей, чтобы они создавали детям нормальные условия для жизни в Детском доме.

Из рассказов, помещенных в повести «Моя прекрасная мама», предлагаем рассказ «Козочка» (так назвал девочку Валю сам писатель), наиболее характерный для всей серии рассказов о ленинградских детях.

 

 

Дети, вывезенные из Ленинграда в дошкольном возрасте, при добром отношении к ним, привыкали к взрослым воспитательницам и часто называли их мамами, забывая настоящих мам. Но не так все однозначно. Жизнь без родителей и далеко от дома, даже если она вполне благополучная, неожиданно давала знать о себе, возвращая в щемящей памяти родные стены и образ «настоящей» мамы.

 

Михаил ПРИШВИН

 

КОЗОЧКА

 

На Ботик стала ходить повариха, хорошая, ласковая женщина, Аграфена Ивановна: никогда к детям она не придет с пустыми руками и одевается всегда чисто, дети это очень ценят. Женщина она бездетная, муж пропал без вести на фронте. Поплакала, люди утешили: не одна ведь она такая осталась на свете, а на людях и смерть красна.

Очень полюбилась этой бездетной вдове в детдоме на Ботике одна девочка, Валя, – маленькая, тонкая, в струнку, личико всегда удивленное, будто молоденькая козочка. С этой девочкой стала Аграфена Ивановна отдельно прогуливаться, сказки ей сказывала, сама утешалась ею, конечно, как дочкой, и мало–помалу стала подумывать, не взять ли и вправду ее себе навсегда в дочки.

На счастье Аграфены Ивановны, маленькая Валя после болезни вовсе забыла свое прошлое в Ленинграде: и где там жила, и какая там у нее была мама, и кто папа. Все воспитательницы в один голос уверяли, что не было случая, когда бы Валя хоть один раз вспомнила что-либо из своего прошлого.

– Вы только посмотрите, – говорили они, – на ее личико: не то она чему-то удивляется, не то вслушивается, не то вспоминает. Она уверена, что вы ее настоящая мама. Берите ее и будете счастливы.

– То-то вот и боюсь, – отвечала Аграфена Ивановна, – что она удивленная и как-будто силится что-то вспомнить. Возьму я ее, а она вдруг вспомнит, – что ж тогда?

Крепко подумав, все взвесив, совсем было решилась вдова взять себе в утешение Валю, но при оформлении вдруг явилось препятствие. Хотя в детдоме все были уверены, что отец Вали погиб – об этом говорили и прибывшие с фронта бойцы: погиб у них на глазах, – но справки о смерти не было, значит, по закону нельзя было отдавать на сторону девочку.

– Возьмите, – говорили ей, – условно, приедет отец – возвратите.

– Будет Вам шутить! – отвечала Аграфена Ивановна. – Дочку так брать страшно, все будет думаться: придет час и отберут. Нет уж, что уж тут, брать так брать, а так уж – что уж тут!

После этих слов повариха целый месяц крепилась, не заглядывала на Ботик. Но, конечно, дома, в своем желтом домике в Берендееве, тосковала по дочке. Плакала, а девочка тоже не могла утешиться ничем: мама ее бросила! А когда повариха не выдержала и опять пришла с большими гостинцами – вот была встреча! И опять все уговаривали взять условно, и опять Аграфена Ивановна упорно повторяла свое:

– Брать так брать, а то уж, что уж так-то брать!

Так длилось месяца два. В августе пришла бумага о смерти отца Вали, и Аграфена Ивановна увезла свою дочку в Берендеево…

Кого прельстит рыженький блеклый домик в три окошка, обращенный в туманы Берендеева болота!.. А Вале, девочке-сироте, было в рыжем домике все на радость. Валя ко всему тянется, весело ей, как будто и в самом деле пришла в свой родной домик, к настоящей маме. Очень обрадовалась Аграфена Ивановна и, чтобы девочке свой домик совсем как рай показать, завела патефон.

Сейчас и на Ботике есть патефон, а в то время, когда Валю брали, дети там патефона вовсе не слышали, и Валя не могла помнить патефон вовсе. Но патефон заиграл. И девочка широко открыла глаза.

«Соловей мой, соловей, – пел патефон, – голосистый соловей…»

Козочка удивилась, прислушалась, стала кругом озираться, что-то узнавать, вспоминать…

А где же клеточка?

– Какая клеточка?

– С маленькой птичкой. Вот она тут висела.

Не успела ответить, а Валя опять:

– Вот тут столик был, и на нем куколки мои…

– Погоди, – вспомнила Аграфена Ивановна, – сейчас я их достану.

Достала свою хорошую куклу из сундука.

– Это не та, не моя!

И вдруг у маленькой козочки что-то сверкнуло в глазах: в этот миг, верно, девочка и вспомнила все свое ленинградское.

– Мама, – закричала она, это не ты!

И залилась… А патефон все пел: «Соловей мой, соловей…»

Когда пластинка кончилась, и соловей перестал петь, вдруг и Аграфена Ивановна свое что-то вспомнила, закричала, заголосила, с размаху ударилась головой об стену и упала к столу и стонет и всхлипывает. Эта беда пересилила Валино горе, девочка обнимает ее, теребит и повторяет:

– Мамочка, милая, перестань! Я все вспомнила, я тебя тоже люблю, ты же теперь моя настоящая мама.

И две женщины, большая и маленькая, обнимаясь, понимали друг друга, как равные.

 

Вопросы для обсуждения:

1. Хорошо ли жилось эвакуированным ленинградским детям в Детском доме Ботика?

2. Как сложились отношения между Аграфеной Ивановной и девочкой Валей, потерявшей в войну родителей?

3. Чем объяснить, что Валя никогда не вспоминавшая свою родную мать и свой дом, неожиданно вспомнила их?

4. Как восприняла Аграфена Ивановна воспоминания девочки?

5. Какое чувство вызвал у вас этот рассказ? Как вы предполагаете дальнейшие отношения между Аграфеной Ивановной и Валей и их совместную жизнь?

 

Дополнительная литература:

Андриенко Н. «Дети Ленинграда»

Артюхова Н.М. «Светлана»

Бакин В. «Детдомовские сороковые»

Браун Ж. «Зорькина песня».

Воронкова Л. «Девочка из города»

Потапова Т. «Дети войны. Исторические хроники»

Шолохов М. «Судьба человека»

 

Раздел 5

 

В БЛОКАДНОМ ЛЕНИНГРАДЕ

 

Замотанный старым платком,

Один в промерзшей квартире,

Он смотрит на мир стариком,

В неполные эти – четыре.

Ольга Христолюбова

 

О детях блокадного Ленинграда написаны сотни литературных произведений, десятки сборников рассказов. О некоторых рассказах мы уже говорили. Напомним: Е. Катерли «Как на фронте», «Юрка-пенёк» Л. Пантелеев «На ялике», В. Каверин «Самое необходимое». (СНЯТЬ – это будет позже) И.Т.)

Они касались темы ленинградских подростков, заменивших в городе отцов на рабочих местах. и темы «Они помогали раненым» (УБРАТЬ – это будет позже И.Т.) В данном случае мы предлагаем рассказы о тех маленьких детях, которые остались в блокадном Ленинграде и «смерти смотрели в лицо». Кто–то из них вопреки невероятно трудным условиям вражеской блокады выжил, а кто–то умер от голода и холода или стал жертвой вражеского обстрела.

Напомним основные даты блокады Ленинграда:

8 сентября 1941 года. Замкнулось кольцо блокады.

28 сентября 1941 года. Бомбардировке подвергся Дворец пионеров.

8 декабря 1941 года. Заводы Ленинграда начали изготовлять печи–времянки для отопления квартир – «буржуйки».

17 декабря 1941 года. Начала действовать ледовая дорога через Ладожское озеро.

7 января 1942 года. Принято решение о расширении сети детских домов.

22 января. Начинается массовая эвакуация женщин, детей и стариков по льду Ладоги.

9 мая 1942. На Среднем проспекте Васильевского острова при артобстреле убиты 12 детей из детского сада, вышедших на прогулку.

1 сентября 1942 года. За парты село более 14 тысяч школьников.

4 декабря. Открылись детские столовые усиленного питания.

18 января 1943 года. Была прорвана блокада Ленинграда.

3 июня 1943 года. Началось вручение медалей «За оборону Ленинграда». Среди награжденных немало школьников.

17 октября 1943 года. Последний налет фашистской авиации на Ленинград.

27 января 1944 года. Завершение вражеской блокады.

 

Предлагаем обсудить:

Л.Пантелеев. Маринка

Ю.Яковлев. Девочка с Васильевского острова

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.205.96.39 (0.012 с.)