ТОП 10:

О рассказе Николая Чуковского «В последние дни»



Николай Чуковский (1904–1965)– сын известного каждому ребенку в нашей стране –Корнея Чуковского – тоже был писателем. Он участвовал в обороне Ленинграда. С первого дня войны был военным корреспондентом газеты «Красный Балтийский флот». Самый известный его роман о Великой Отечественной войне «Балтийское небо», по которому был снят фильм. Для детей им написан рассказ «Девочка и жизнь» о блокадных днях Ленинграда. В связи с темой Победы, мы предлагаем, небольшой отрывок из его рассказа «В последние дни». Речь в нем идет не столько о наступлении мира, сколько о последней военной операции по спасению летчика Седова, самолет которого был сбит фашистами накануне капитуляции. Любопытно, что сообщение о капитуляции немцев летчик Седов проспал, и узнал об этом великом событии самым последним из летной команды.

 

Николай ЧУКОВСКИЙ

 

В ПОСЛЕДНИЕ ДНИ

(фрагменты из рассказа)

В тот самый день, когда по радио сообщили, что Берлин взят нашими войсками, летчик Коля Седов был сбит зенитным снарядом.

Это видел летчик Лукин, всегда летавший вместе с Седовым. Они вдвоем кружили над морем, следя за движением немецких кораблей, удиравших из Любавы. В Любаве и ее окрестностях немцы были нашими войсками вплотную прижаты к морю и могли удирать только по воде. Истребители Лукин и Седов вели разведку: выслеживали уходившие немецкие суда.

Оба они знали, что война вот–вот кончится, что немцы обречены и что эта разведка, быть может, последнее боевое задание, которое им поручили. Чувство торжества и счастья не покидало их в полете ни на мгновение. А между тем разведка оказалась трудной, потому что ветер гнал по морю длинные полосы тумана. Коля Седов только оттого и попал под снаряд, что слишком близко подошел к удиравшему суденышку, стараясь разглядеть его сквозь туман.

У Лукина горючего оставалось на семь минут полета – ровно столько, сколько нужно, чтобы долететь до аэродрома. Он как раз собирался повернуть к дому и приказать Седову следовать за собой. Но не успел он произнести ни слова, как услышал у себя в шлемофоне резкий грохот – это в самолете Седова взорвался снаряд. Лукин обернулся, увидел пылающий самолет, волочащий за собой столб бурого дыма, и помчался к нему.

Седов выпрыгнул из самолета. Метров восемьсот пролетел он, не раскрывая парашюта. Наконец парашют раскрылся. И падение резко замедлилось.

Кружась вокруг парашюта, мечущегося на ветру, Лукин думал только об одном: раскроется у Седова резиновая лодка или не раскроется? Как все морские летчики, Седов был снабжен резиновой лодкой, занимавшей в сложенном виде очень мало места и раскрывавшейся от прикосновения к воде.

Лукин тоже имел такую лодку, но никогда не видел, как она раскрывается. И потому не был уверен, раскроется ли лодка Седова. Но не успел он сделать третьего круга, как лодка раскрылась. Она была похожа на байдарку. В ней сидел Седов и махал Лукину рукой. Волосы Седова развевались на ветру – он, падая, потерял свой шлем.

Лукин сейчас ничем не мог ему помочь. Он убедился, что немецкого судна, сбившего Седова, отсюда, снизу, не видно. До берега было километров восемь. Горючего у Лукина осталось на три минуты. Медлить больше невозможно, Он взмыл и помчался…

Мины Седову не страшны – лодочка его слишком легка, чтобы подорваться на мине. Не страшны ему пока и «Фокке–вульфы» – они не найдут Седова в темноте, да и не станут искать. Вот разве на рассвете… Но увидит ли еще Коля Седов этот рассвет? Если его перевернет волной, или вынесет на берег, к немцам…

Сдав самолет технику, Лукин, не ужиная, побрел по темному пустынному аэродрому к кубрику. Летчики уже поужинали и только что пришли из столовой. В столовой они слушали московскую радиопередачу, полную подробностей взятия Берлина, и обсуждали ее.

Они все уже знали о несчастье с Седовым и, увидев Лукина, приумолкли. Они любили Седова, боялись за его судьбу и жалели, что в такой счастливый день его нет вместе с ними…
Все уже спали, когда в кубрику вошел командир полка. Он подошел к койке Лукина, сел у его ног и стал обсуждать с ним план спасения Седова.

Они сразу сошлись на том, что Лукину следует вылететь при первых проблесках зари, чтобы найти Седова раньше, чем его найдут «Фокке–вульфы»

– Прогноз погоды на завтра хороший. – сказал командир полка, уходя. – Через час ветер уляжется, и волны станут меньше…

На востоке за лесом чуть–чуть розовело. Пора. Самолет понесся на запад, к морю. Он пролетел через немцев, прижатых к берегу и был уже далеко над морем, когда сзади, из–за берега встало солнце.

Лукин несся то вверх, чтобы видеть подальше, чтобы не пропустить ни одного метра поверхности. Он то приближался к берегу, то уходил в открытое море. Седова не было.

Лукин в отчаянии готов был уже сообщить на командный пункт, что ночью Седов погиб и дальше искать его бесполезно, как вдруг на поверхности моря, в стороне берега, заметил несколько всплесков – словно большая рыба, разыгравшись на солнце, пыталась выскочить из воды.. Лукин отлично знал, что это такое. Такими с высоты кажутся разрывы артиллерийских снарядов, падающих в воду. Немецкие береговые батареи обстреливали море. Почему?

Там, где разрывы снарядов были гуще всего, Лукин увидел лодочку Седова.. От Седова до берега было не больше двух километров…

Среди всех этих разрывов Седов неподвижно сидел в своей лодочке, ко всему равнодушный. Казалось, что он дремал. Может быть, он умер? Но когда Лукин пронесся над самой головой Седова и обернулся, ему показалось, что Седов приподнял голову и смотрит на него.

Наконец, появился гидросамолет. Лукин помчался к нему навстречу, чтобы привести его к Седову. Теперь Лукин Был спокоен. Если в ближайшие три минуты ни один снаряд не попадет в лодочку, Седов будет спасен.

Гидросамолет сел на воду в полукилометре от Седова, и как большая белая птица, поплыл к нему, оставляя за собой длинный пенистый след. И сразу же немецкие артиллеристы, обрадовавшись, что перед ним такая крупная мишень, оставили Седова в покое, и перенесли огонь на плывущий гидросамолет. Столбы воды ежесекундно обступали его со всех сторон, окружали его все теснее…Лукин понял, что гидросамолет погибнет, если сейчас же не взлетит. И гидросамолет взлетел.

Командный пункт полка поминутно запрашивал Лукина о положении дел. Из переговоров по радио Лукин знал, что все наши авиационные, морские и сухопутные части, расположенные вокруг на сто километров, знают о Седове и внимательно следят за его судьбой. Сам командующий флотом приказал сделать все возможное, чтобы Седов был спасен. И действительно, все возможное делалось – там, за минным полем, уже сияли на солнце присланные для спасения Седова катера.

Страшно было смотреть, как шли они ощупью, один по следу другого, то сворачивая, то останавливаясь, иногда даже пятясь назад. При свете дня мину легче заметить, чем в сумерки, и все же каждое мгновение Лукин ждал взрыва. Но взрыва не было. Оба катера медленно, но упорно приближались к берегу, и мало–помалу их движения становились все увереннее.

Катера неслись, а снаряды рвались вокруг, и сверкающие столбы обступали их все гуще и гуще. И вдруг над передним катером возникло небольшое плотное облачко дыма. Лукину сначала показалось, что в катер попал снаряд и поджег его. Нет, он ошибся. Облачко дыма росло, росло. Протянулось за катером бесконечным хвостом и, повиснув, скрыло полморя. И Лукин, ликуя, понял: дымовая завеса!..

Стена плотного дыма, растянувшись на много километров, скрыла от немцев и Седова и оба катера. Немцы перестали стрелять. Лукин тоже ничего не видел, потому что и сам попал в дымовую мглу, подымавшуюся все выше.

Когда он, наконец, из нее выбрался, он снова нашел лодочку Седова. Она была пуста. Два катера осторожно пробирались гуськом через минное поле, направляясь в открытое море.

Час спустя Лукин сидел в землянке командного пункта полка и звонил по телефону на базу катеров. Оттуда ему сообщили, что Седова уже привезли.

– Ну, как он? Здоров?

– Здоров.

Что делает?

– Спит.

Лукин и сам очень хотел спать. От бессонной ночи, от длинного полета, от пережитого волнения он весь был полон счастливой усталости. Он пошел в кубрик. Разделся и лег. «Седов спасен». – думал он, засыпая.

Спал он спокойно и очень долго, много часов. «Седов спасен!» – подумал он, проснувшись. Он пошел в землянку командного пункта и опять позвонил на базу катеров.

–Седов спит – ответили ему.

– Еще не просыпался?

– Не просыпался.

В этот день так ему и не удалось поговорить с Седовым – Седов спал. Только на следующее утро Седов, наконец, подошел к телефону.

– Коля!.. Ну как, выспался?

– Выспался.

– Очень было трудно на лодке7

– Очень. Ночью меня чайки измучили. Кружились надо мной, садились на голову, на плечи, я только и делал, что гонял их… Я знал, что меня выручат знал!

– Не сомневался…А ты слышал новость? Только что сообщили – Германия капитулировала.

Война кончилась. Это был первый день мира.

Вопросы для обсуждения:

1.Зечем в последний день войны наши летчики кружили над морем?

2. Как был сбит немцами летчик Седов и почему ему сразу не оказал помощи его боевой товарищ Лукин?

3. Каков был план у командира полка и у Лукина по спасению Седова и как он был реализован?

4. Какую роль сыграли гидросамолет и два катера по спасению Седова?

5. Как встретили первый день мира летчики Лукин и Седов?

6. Как вы думаете, почему немцы, зная, что Берлин взят советскими войсками, продолжали обстреливать наши катера и сбивать самолеты?

Дополнительная литература:

Анна Караваева. «Черные брови»

Григорий Бакланов «Почем фунт лиха».

Панова В. «Спутники».

 

Раздел17.

Возвращение.

«А дорогою степною шли с войны советские солдаты»

А. Коваленков

Не сразу после 9 мая 1945 года наши солдаты и офицеры вернулись домой. Великая Отечественная война завершилась, но Вторая мировая война, начавшаяся в 1939 году, еще не была закончена. На Востоке продолжала сражаться Япония – союзник поверженной Германии. Датой завершения этой операции считается 3 сентября 1945 года.

Вот тогда и началось массовое возвращение наших братьев и отцов с фронта. Многих бойцов, еще не снявших с себя военные шинели, встречали на вокзалах целыми эшелонами. Встречали их с цветами и плакатами нарядно одетые по этому случаю женщины и дети, на перронах звучала музыка. Люди радовались и плакали кто–то от счастья встречи, кто–то от вида искалеченных войной фронтовиков.

Но были и неожиданные одиночные возвращения в родные места, такие, как показано в рассказе детской писательницы Валентины Осеевой, хорошо знавшей жизнь поселков и деревень в военное время.

Но возвращались после войны не только солдаты с фронта, но и целые семьи из мест эвакуации на свои родные места.

Многим пришлось начинать жизни заново, ибо немцы оставляли после себя разрушенные города и села, порой целые безжизненные пространства, которые надо было восстанавливать и обживать.

 

Предлагаем обсудить:

Валентина Осеева «Отцовская куртка (в отрывках)

Петр Проскурин «Снова дома»

Михаил Зощенко «Интересный рассказ»







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.183.113 (0.008 с.)