ТОП 10:

Нидерландский боевой порядок выявил свою тактическую маневренность. Хорошо взаимодействовали его составные части, а также рода войск — пехота, кавалерия и артиллерия. Бой протекал организованно.



В бою при д. Моок оба противника придерживались старой тактики квадратных колонн, хотя уже и появился зародыш нового (развертывание аркебузеров за специально насыпанным валом). В бою при Ньюпорте выявились элементы новой, зарождавшейся линейной тактики в форме неглубокого строя нидерландских полуполков, доказавших свои преимущества перед испанскими терциями с их глубоким построением. Однако новый боевой порядок не просто вытягивался в форме линейного строя, а расчленялся по фронту и в глубину, предоставляя командующему большие возможности в смысле тактических комбинаций и длительного воздействия на ход боя.

После боя при Ньюпорте испанские войска в Нидерландах и флот испанцев понесли ряд тяжелых поражений. В 1609 г. испанский король с республикой Соединенных провинций (Голландией) вынужден был заключить перемирие на 12 лет, признав ее независимость. Договор юридически закреплял расчленение Нидерландов. Большая часть территории страны [374] осталась во владении испанского короля. Нидерландская буржуазная революция и война за независимость полностью не решили как внутренних социальных проблем (уничтожения остатков феодальных порядков), так и внешних территориальных вопросов (полной ликвидации испанского владычества). В отношении внутренней борьбы следует отметить, что соперничество между Антверпеном и Амстердамом решилось в пользу последнего.

* * *

Войну Нидерландской буржуазной революции второй половины XVI в. Меринг назвал важнейшей войной с точки зрения исторического развития. Но причину ее он видел лишь в отпадении Нидерландов от испанского владычества. Неправильно определив причины и характер войны, Меринг не вскрыл ее движущих сил. «Буржуазный торговый капитал» понял «безумие капиталистического абсолютизма» и поэтому «голландский купец победил испанского дворянина и купца». Торговля, «хорошие деньги» — вот что, по мнению Меринга, решило войну между Испанией и Голландией. На самом же деле движущие силы этой войны определялись революцией, борьбой за свободу и независимость молодой буржуазной республики против феодальной монархии.

Победу Нидерландской буржуазной революции в борьбе с испанской феодальной монархией Меринг объяснял регулярной выплатой жалованья солдатам нидерландской армии, что могло обеспечить только буржуазное правительство; богатая испанская монархия оказалась не в состоянии решить этот вопрос. Такое объяснение представляет собой концепцию вульгарного «экономического материализма», неспособного вскрыть характер и движущие силы войны. Оно затушевывает главное — борьбу нового буржуазного общества со старым феодальным миром, ту борьбу, в которой рождались новые моральные и материальные силы, способные отстоять новые, прогрессивные общественные порядки.

Профессор Косьминский в предисловии к советскому изданию труда Пиренна «Нидерландская революция» совершенно правильно подчеркнул ту большую роль, которую Нидерланды, и особенно буржуазная революция этой страны, сыграли в истории Европы. Эта самая ранняя буржуазная революция оказала также влияние и на развитие устройства вооруженных сил и военного искусства государств Западной и Восточной Европы. В ходе революции и войны за независимость создавались предпосылки организации новых военных систем и возникновения нового военного искусства. Многолетняя военная практика нидерландцев подготовила переворот в военном деле. Эта практика явилась исходным [375] пунктом военного искусства гражданской войны в Англии и Тридцатилетней войны. В XVII в. русское правительство закупало в Голландии оружие и порох, Петр I и многие дворяне по его приказу учились военному и военно-морскому делу в Амстердаме, у голландцев.

Пиренн правильно подчеркнул важное значение инженерной техники в ходе войны, когда искусным инженерным сооружениям одной стороны противопоставлялись искуснейшие инженерные сооружения другой стороны. Умелое использование солдатами кирки и лопаты начало играть большую роль.

Исход войны, утверждал Пиренн, решался «силой техники, и Нидерланды, столь часто служившие Европе опытным полем в социальных вопросах, стали теперь для нее настоящим опытным полем в военном отношении. Сюда со всех концов стекались молодые дворяне, желавшие получить выучку в военном деле, и здесь в обоих вражеских лагерях выковывалось множество великих полководцев: Мориц и Фридрих-Генрих Нассауские, граф Бюккуа, Тилли, Карл и Эрнст Мансфельды и многие другие»{385}.

Действительно, в ходе освободительной войны возникали в военном деле новые элементы, но основной базой этого процесса являлась не только военная техника, которая была одинаковой для обеих сторон, но прежде всего переворот в общественных отношениях в Нидерландах, цели и характер освободительной войны. Поэтому в создании предпосылок нового военного искусства неодинакова роль нидерландской и испанской армий. Буржуазные историки недооценивают также и значение Нидерландской народной войны в развитии военного дела. Слишком много Пиренн насчитал и великих полководцев, не отличая таковых от талантливых военачальников.

Следует также учесть, что разные классы Нидерландов пользовались различными средствами вооруженной борьбы. Крестьянско-плебейские массы создавали отряды лесных и морских гёзов и развертывали активную партизанскую и каперовскую войну, нападая на противника. Буржуазно-демократические силы создавали консистории, стрелковые гильдии, милиции и «комитеты восемнадцати», изгонявшие испанцев из городов и действовавшие в основном оборонительно, чем пользовался противник для собирания своих сил и перехода в наступление с целью подавления основных очагов революции. Дворянская оппозиция и другие попутчики буржуазной революции основным средством освободительной войны считали наемную армию, силами которой не только боролись с испанцами, но и подавляли восстания крестьянско-плебейских масс, преследуя цели удушения революции. [376]

Особенность военного строительства Нидерландской буржуазной революции заключается в том, что в ходе революции и войны за независимость была создана, по существу, первая буржуазная регулярная армия, являвшаяся, однако, военной организацией наемников, а не национальным войском. Зарождался и постоянный военно-морской флот.

Значение Нидерландской войны за независимость в развитии военного искусства заключается в основном в создании предпосылок и отдельных элементов маневренной стратегии и новой линейной тактики. В развитии военно-морского искусства большую роль сыграл бой у Лепанто, где выявились несостоятельность старой тактики гребного флота и неиспользованные возможности новых средств борьбы на море парусного флота. Разгром «Непобедимой Армады» представляет собой одну из первых ступеней новой военно-морской тактики парусного флота, оснащенного морской артиллерией.

Для освободительной войны Нидерландов характерна также связь и взаимозависимость военных действий на суше и на море. Без приморских баз даже каперовская война не могла иметь успеха. Поэтому осада и оборона многих приморских крепостей в Нидерландах представляла собой, по существу, борьбу за морские базы нидерландского или испанского флота, борьбу, являвшуюся важным содержанием стратегии воевавших сторон. Успешные действия морских гёзов и каперовского флота содействовали борьбе нидерландских сухопутных сил. Несомненно и обратное влияние успехов или неудач сухопутной войны на боевые действия нидерландских и испанских военно-морских сил.

В усовершенствовании военной организации и в развитии военного искусства большую роль сыграла деятельность Морица Оранского, которого можно назвать военным реформатором конца XVI и начала XVII в. Он тщательно изучал военно-теоретическое наследство древнего мира, в частности «Тактику императора Льва» (Византия), не перенося механически опыт прошлого в современные условия, но учитывая его положительное содержание. Основная заслуга Морица заключается в усовершенствовании нидерландской армии, в возрождении искусства обучения солдат и в создании новой техники строевой подготовки, изложенной и закрепленной в строевом уставе, явившемся основой единообразного обучения целой армии.

Обучение пехоты и конницы нидерландской армии достигло такой степени совершенства, что Мориц мог решаться в бою на перемену фронта боевого порядка и тактическое маневрирование подразделениями и частями (например, бой у Ньюпорта).

С увеличением действительности огня пехоты и артиллерии [377] и под влиянием изучения военных классиков древнего мира пехоту конца XVI в, начали располагать в бою мелкими частями в несколько линий. Под влиянием зародившихся понятий о важности резервов в боевом порядке, а также с целью сократить потери была уменьшена глубина строя. Идея эта нашла применение в нидерландском боевом порядке.

Длительная война Нидерландов за свою независимость поставила перед военными теоретиками того времени вопрос о роли конницы в бою и о способах ведения ею боя. Эта проблема обсуждалась уже в третьей четверти XVI в. Маршал Франции Блэз Монлюк (выслужившийся из рядовых солдат) в 1659 г. писал о высокой дисциплинированности рейтаров, представлявших собой зарождавшуюся кавалерию.

Практику войны с Нидерландами обобщали также и испанские военные теоретики. В 1592 г. Бернардино Мендоза издал «Историю Нидерландской войны», а в 1595 г. вышел труд «Теория и практика войны». В 1612 г. Георг Баста написал книгу «О легкой кавалерии», против многих положений и аргументации автора которой в 1616 г. выступил обервахмистр г. Данцига Иоганн Якоби фон Вальгаузен в произведении «Военное искусство на коне». Дискутировался вопрос о вооружении конницы (копье или пистолет) и ее боевом порядке (развернутый строй{386} или компактные эскадроны). Дельбрюк назвал это спором двух исторических эпох — рыцарства и кавалерии, т. е. старого рода войск, отжившего и отмененного новыми социально-политическими условиями и боевой практикой,и нового рода войск, который «не представляет собой дальнейшего развития рыцарства, но это — новообразование, ставшее на место рыцарства»{387}. Кавалерия как новый род войск, заменявший средневековое феодальное рыцарство, появилась на Западе около середины XVI в., или в третью четверть этого века, т. е. в период Нидерландской войны.

Рыцарь — это квалифицированный индивидуальный боец. При этом дисциплина и пистолет противоречили существу рыцарства и были для него неприемлемы. Дельбрюк правильно отметил, что кавалерия ведет свое начало от глубокого строя эскадрона. Наемники обучались ведению боя в строю и опрокидывали рыцарей компактной массой.

«С формированием сомкнутых эскадронов, — пишет Дельбрюк, — естественно исчезает смешанный бой — сопровождающие рыцарей вооруженные пешие слуги...

В последних сражениях гугенотских войн, при Кутрасе в 1587 г. и при Ивре в 1590 г., новый род войска, как мы [378] его теперь можем назвать — кавалерия, — настолько развился, что пехота, которая со времени появления швейцарцев играла первую роль, отходит на задний план»{388}. Кавалерия являлась средством маневра в бою и атаки.







Последнее изменение этой страницы: 2016-09-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.208.159.25 (0.005 с.)