ТОП 10:

Итоги и перспективы российско-американских отношений



Практика современной международной политики сформировала новую, соответствующую реалиям XXI, а не XX в. повестку дня, касающуюся отношений между Россией и США. Важнейшими пунктами этой российско-американской повестки, несомненно, являются: предотвращение распространения ОМП, борьба с международным терроризмом и международной организованной преступностью, а также совместные усилия по укреплению стабильности в Евразии.

За последние годы в российско-американских отношениях начала утверждаться модель партнерства. Партнерство означает, что РФ и США строят свои отношения исходя не из идеологических догм * (как в годы холодной войны) и не из союзной солидарности (как было бы, если бы они стали союзниками), а из своих национальных


интересов. В случае если их интересы совпадают, никакие идейные расхождения более не пометают взаимовыгодному сотрудничеству двух стран (борьба с терроризмом, нераспространение, торговля, тех4 нологические обмены). В тех же областях, где позиции двух держав расходятся, они действуют в соответствии со своими национальны* ми интересами, а не с пожеланиями партнера (расширение НАТО, войны против Югославии и Ирака, поставки оружия Китаю и т. д.^ Вряд ли можно говорить о создании системы равноправного парт*1 нерства в ситуации, когда внешнеполитическая стратегия США предусматривает в перспективе «решительное, но вместе с тем реалистичное и разумное применение силы, при котором соблюдение американ-^. ских интересов и защита американских ценностей сочетались бь|-с открытым осознанием собственного мирового превосходства» [6]. По мнению американских партнеров, нереалистично ожидать си метрии во взаимоотношениях, которые больше не являются симметричными. Однако партнерству нет разумной альтернативы, оно — на»-, более устойчивая модель двусторонних отношений.

Российско-американские отношения стали гораздо более сбалансированными. Период значительной односторонней зависимости России от американской помощи и поддержки уходит в прошлое, тепе уже США нуждаются в российском содействии и в борьбе с терроризмом, и в предотвращении распространения оружия массового поражения, и в урегулировании ряда локальных конфликтов. Это обстоятельство в полной мере проявилось после 11 сентября 2001

Угроза распространения ОМП и средств его доставки превращается в серьезнейший вызов международной стабильности и безопасности. Очевидно, что без самого тесного российско-американского взаимодействия в деле предотвращения распространения такого opyжия решить эту задачу не удастся. Так как США и Россия располагают крупнейшими военно-промышленными комплексами в мире, они несут за нераспространение оружия массового поражения особую ответственность.

Бесспорно, за последние тринадцать лет российско-американское сотрудничество стало важным фактором, содействующим укреплению режима нераспространения. Тем не менее в новых исторических условиях это сотрудничество может и должно быть активизировано. По мнению российского специалиста-международника С. А. Караганова, «Россия и Соединенные Штаты должны объединить свои усилия, чтобы помочь странам, обладающим ядерными материалами, в деле обеспечения безопасного хранения этих материалов или же


чтобы скупить их избыточные запасы. Россия могла бы предоставить людей и необходимое ноу-хау, а США могли бы взять на себя прежде всего финансирование; к участию следует пригласить и другие государства» [7].

Хорошим примером такого российско-американского сотрудничества с третьими странами в деле нераспространения стала уникальная операция, проведенная 22 августа 2002 г. Россией, США и Сербией по перевозке из Белграда в российский Димитровград 50 кг высокообогащенного урана из югославского института ядерных наук «Винча». Американские спецслужбы подозревали, что к этому высокообогащенному урану, поставленному Советским Союзом бывшей Югославии для исследовательских целей, подбираются разведки некоторых «стран-изгоев». Проведенная совместная операция предотвратила возможность попадания высокообогащенного урана в эти страны.

Нельзя недооценивать масштаб тех проблем, с которыми сталкивается взаимодействие двух стран в деле нераспространения оружия массового поражения. Сохраняются серьезные разногласия между США и РФ по вопросу о последствиях для нераспространения российского военно-технического сотрудничества с третьими странами, и прежде всего с Ираном. Иран, впрочем, не единственная страна, военно-экономическое сотрудничество России с которой за последние десять лет вызывало озабоченность в Соединенных Штатах. Так, намерение России продать Индии криогенные двигатели и технологию их производства также вызывали с американской стороны обвинения в нарушении режима нераспространения ракетных технологий. Кроме того, американская сторона высказывала свои возражения по поводу продаж российских вооружений таким странам, как Китай, Сирия и Кипр. И это недовольство не ограничивалось лишь заявлениями американских должностных лиц; против некоторых российских компаний, фирм и институтов были введены американские дискриминационные меры и экономические санкции. В российском ВПК с раздражением воспринимают подобные заявления и действия Вашингтона, усматривая в них попытки потеснить российских конкурентов на международных рынках двойных технологий.

Колин Пауэлл, госсекретарь США в 2000-2005 гг., отмечает: «У нас, конечно, есть области, где наши мнения не совпадают. Мы ожидали, что Россия активно поддержит нашу политику в отношении Ирака, и до сих пор надеемся на изменение позиции Москвы по вопросу иранской ядерной программы. У нас есть разногласия по поводу некоторых аспектов российской политики в Чечне. Однако наши отно-


шения в целом больше не окрашены былым антагонизмом. Сегодня мы в достаточной степени доверяем друг другу, чтобы решить даже самые трудные проблемы, возникающие в отношениях между нами» [8|.

Свидетельством интенсификации двустороннего диалога по проблеме международного терроризма стало создание Российско-американской рабочей группы по борьбе с терроризмом. Это решение было принято в ходе Майского саммита в Москве. Как указывалось в принятом 24 мая 2002 г. «Совместном заявлении президентов об антитеррористическом сотрудничестве», «среди прочих вопросов Рабочая группа будет заниматься угрозами ядерного, биологического и химического терроризма».

Тем не менее, похоже, правы те специалисты-международники, которые полагают временным сближение Российской Федерации и Соединенных Штатов на почве борьбы с международным терроризмом. Достаточно было России занять твердую самостоятельную позицию по вопросу войны в Ираке, чтобы началось российско-американское «охлаждение».

Несомненно, что международный терроризм будет и впредь представлять серьезнейшую угрозу международной безопасности, в том числе и для РФ, и для США. Однако после завершения контртеррористической операции в Афганистане, успех которой был бы невозможен без России и западноевропейских союзников Америки, США отказались ввести санкции против Афганистана за наркоторговлю, посчитав, что это противоречит американским интересам. Между тем после победы над режимом талибов производство наркотиков в Афганистане, направляемых прежде всего в Россию и Европу, выросло в десятки раз. Однако видимость стабильности в этой стране, базирующаяся на хрупком согласии с тамошними «полевыми командирами» (а сегодня ведущими наркопроизводителями) для Вашингтона важнее, чем проблемы наркотраффика в Россию и Европу. Не случайно в выступлении перед участниками Международного конгресса информационных агентств в сентябре 2004 г. президент В. Путин высказал озабоченность и недовольство деятельностью американо-британских оккупационных сил в Афганистане. Тем временем в США все чаще высказывается озабоченность по поводу сохранения демократических институтов в России.

Трагические события 11 сентября показали, что главная угроза безопасности США исходит из центра Евразии. Именно туда перемещается в настоящее время ось мировых проблем, и это обстоятельство потенциально превращает Россию и США в заинтересованных


партнеров друг для друга в деле обеспечения международной стабильности. Ведь, как показали события вокруг Афганистана после 11 сентября, только Соединенные Штаты и РФ могут предоставить друг другу реальную помощь в борьбе с общими врагами, среди которых самым опасным является исламский радикализм.

По мнению американского специалиста по российско-американским отношениям Р. Легволда: «В XXI в. роль "стратегического тыла" Соединенных Штатов играют не Европа и Северо-Восточная Азия, а огромный беспокойный регион, простирающийся от восточных границ Турции до западных границ Китая и вдоль южных границ России. Раз США собираются устранить угрозы, исходящие из этого региона, то ни одна страна не будет более ценна в качестве союзника, чем Россия... Россия и Соединенные Штаты, совместно предотвращающие основные стратегические угрозы нового века, особенно те, которые исходят из Евразии, будут иметь такое же значение в формирующемся мировом порядке, какое имели важнейшие альянсы с участием США в прошлом» [9].

Однако многие американские специалисты в области международных отношений, в частности уже упоминавшийся 3. Бжезинский, негативно относятся к перспективам партнерства с Россией на евроазиатском континенте и в постсоветской Центральной Азии (см. главу XVIII).

Успех российско-американского сотрудничества в деле укрепления стабильности и безопасности в Евразии во многом будет зависеть от того, в какой мере официальный Вашингтон проявит готовность рассматривать такие ведущие страны региона, как Россия, Китай и Индия, в качестве равноправных стратегических партнеров. До сих пор в своей региональной политике в Евразии американская элита исходит из того, что системы безопасности в этом регионе должны строиться на основе расширяющегося на Восток Североатлантического альянса, где России в лучшем случае уготована роль младшего партнера с совещательным голосом. Между тем у России (как, впрочем, и у КНР и у Индии) имеются свои интересы безопасности и свои представления о том, каким образом они должны быть защищены, и великие державы Евразии не готовы поступаться своими интересами безопасности для того, чтобы угодить глобальным амбициям США.

Пока же Соединенные Штаты в своей международной политике по-прежнему придерживаются двойных стандартов: с одной стороны, единолично определяют страны, представляющие угрозу миру


и национальным интересам США, и без мандата Совета Безопасности ООН осуществляют интервенцию против Ирака; с другой — не хотят признавать вполне законное право России на формирование системы безопасности на постсоветском пространстве. Как пишет тот же 3. Бжезинский: «Москва уже поддалась искушению использовать нынешнюю озабоченность Америки беспорядками в Ираке, разногласиями с Европой и нарастающим напряжением в отношениях с Ираном и снова стала оказывать давление на Грузию и Азербайджан, требуя от них отказаться от стремления присоединиться к евроатлантическому сообществу. Кремль наращивает усилия по недопущению любого продолжительного военного и политического присутствия США в Центральной Азии, что может затруднить Соединенным Штатам задачу привлечения центральноазиатских государств к более обширной региональной деятельности по противоборству исламскому фундаментализму в Афганистане и Пакистане. В этом случае мусульманский экстремизм вроде того, что проповедовала организация "Талибан", может возродиться в масштабе всего региона» [10].

Пример применения США двойных стандартов приводится даже в докладе Комиссии по национальным интересам США в отношении России. По мнению авторов доклада, одной из ошибок администрации Дж. Буша-младшего является «чрезмерная поддержка Государственным департаментом многосторонней региональной организации ГУУАМ, в которую входят Грузия, Украина, Узбекистан, Азербайджан и Молдавия. Даже тогда, когда Белый дом стремится наладить стратегическое партнерство с Москвой, Госдепартамент убеждает недовольных членов ГУУАМ (изначально объединение было создано для противодействия России) не покидать эту организацию, и предоставляет ей существенную финансовую помощь. Одно дело — поддерживать стремление правительств стран — членов ГУУАМ создать региональную организацию, и совсем другое — вынуждать некоторые правительства оставаться участниками этой организации, которая, по их мнению, не служит интересам их стран. Такая тактика неизбежно вызывает раздражение российских официальных лиц и заставляет их беспокоиться по поводу намерений США относительно стран бывших республик Советского Союза; в то же время она практически ничего не дает Соединенным Штатам взамен» [11].

На рубеже тысячелетий Россия сделала свой внешнеполитический выбор. Отныне Российская Федерация видит свое место на международной арене рядом с Западом, а не против него. Разумеется, взаимная адаптация и России, и Запада происходит и будет протекать


непросто. России еще предстоит на деле продемонстрировать готовность соблюдать признанные нормы международных отношений и занять свое место в мировом сообществе; а Соединенным Штатам предстоит отказаться от «эгоизма сильного», научиться учитывать национальные интересы своих реальных и потенциальных союзников и воспринимать Россию как «нормальную» страну — партнера в разрешении наиболее острых проблем современного мира.

Примечания

3. Российская газета. 2001. 22 февр. С. 11.

4. Российско-американские отношения при администрации Буша. Программа по новым подходам к безопасности России (PONARS). М., 2001. С. 5-6.

5. Сайме Д. Имперская дилемма Америки // Россия в глобальной политике. 2004. Январь-февраль. Т. 2. № 1. С. 134-135.

6. Вершбоу А. Новые экономические отношения России и США // Коммерсантъ. 26 ноября 2001.

7. Россия в глобальной политике. 2004. Январь-февраль. Т. 2. № 1. С. 149.

8. Сайме Д. Указ. соч. С. 142.

9. Караганов С. А. Новые вызовы. Политика безопасности России в будущем // Intern. Politik. 2002. № 7. С. 70.

10. Пауэлл К. Стратегия партнерства // Россия в глобальной политике. 2004. Т. 2. № 1. С. 124.

11. Legvold R. Crafting a U.S.-Russian Alliance // Nat. Interest. 2002. Dec. 20.

12. Бжезинский 3. Зыбучие пески гегемонии // Россия в глобальной политике. 2004. Март-апрель. Т. 2. № 2. С. 199-200.

13. Россия в глобальной политике. 2004. Январь-февраль. Т. 2. № 1. С. 147-148.

Контрольные вопросы и задания

1. К каким радикальным изменениям привело окончание холодной войны в отношениях между США и Россией?

2. Выделите основные этапы в развитии российско-американских отношений в 90-е гг. XX в.

3. Дайте характеристику российско-американских отношений на рубеже веков.

4. Как повлияли на российско-американские связи события 11 сентября 2001 г.?

5. Почему так важны для США и России проблемы нераспространения О МП?

6. Каковы основные проблемы российско-американских торгово-экономических связей?

7. Охарактеризуйте проблемы и достижения в сотрудничестве России и США в борьбе с международным терроризмом.

8. Каковы перспективы российско-американских отношений?

 


 

Литература

Балуевский Ю. Российско-американские отношения. Новая модель // Международная жизнь. 2002. № 8.

Батюк В. И. Россия и США: проблемы и перспективы сотрудничества. США на рубеже веков. М., 2000.

Бжезинский 3. Зыбучие пески гегемонии // Россия в глобальной политике. 2004. Март-апрель. Т. 2. № 2.

Делягин М. По силам ли России «новый прагматизм» США // Международная жизнь. 2001. № 3.

Как делается политика США и России. Принятие решений об использовании американских и российских вооруженных сил в региональных конфликтах конца XX века / Под ред. Дж. Р. Азраела, Э. Паина, А. Полова. М., 1996.

Киссинджер Г. Нужна ли Америке внешняя политика? К дипломатии для XXI века. М., 2002.

Коршунов С. Российско-американское партнерство и вызовы XXI века. Шанс на начало нового диалога существует // Международная жизнь. 2002. № 4.

Коршунов С. В. Вашингтон отрекается от Договора по ПРО // Международная жизнь. 2002. № 7.

Кулагин В. Россия—США. «Кое-что начинает получаться» // Международная жизнь. 2001. № 12.

Носов М. Г., Рогов С. М., Шмелев Н. П. Россия и Запад после 11 сентября 2001 года // США—Канада: экономика, политика, культура. 2002. № 6.

Политика США в меняющемся мире / Отв. ред. П. Т. Подлесный. М., 2004.

Пушков A. «QVO VADIS?» После встречи Путин—Буш // Международная жизнь. 2002. № 6.

Сайме Д. Имперская дилемма Америки // Россия в глобальной политике. 2004. Январь-февраль. Т. 2. № 1.

Софийский Н. Россия—США. Путь к прагматическому партнерству // Международная жизнь. 2001. № 7.

Уткин А. И. В Америке снова просыпается имперское мышление // Международная жизнь. 2002. № 7.

Уткин А. И. Единственная сверхдержава. М., 2003.

Уткин А. И. Мировой порядок XXI века. М., 2001.

 

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-08; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.175.120.174 (0.011 с.)