ТОП 10:

Мир-системный анализ И. Валлерстайна



Для полноты картины приведем еще один прогноз будущей роли нашей страны в системе международных отношений — прогноз известного американского социолога Иммануила Валлерстайна. Его внешнеполитическая концепция часто определяется как неомарксистская. Такая характеристика справедлива лишь в том отношении, что, подобно К. Марксу, И. Валлерстайн видит главную детерминанту политики, в данном случае международной, в экономике. В своей основе международные отношения, по Валлерстайну, есть прежде всего отношения экономические. Главная категория его анализа — «современная мир-система», несводимая к отдельным государствам. Объединяет эту «современную мир-систему» единая капиталистическая «мир-экономика», возникновение которой Валлерстайн относит приблизительно

к 1500 г. Каждое государство занимает в мир-системе определенное место, изменить которое чрезвычайно трудно, а подчас просто невозможно. Логика капиталистической мир-экономики неизбежно воспроизводит деление стран мира на ядро и периферию, причем первое всегда находится в привилегированном положении по отношению ко второй. Государства, входящие в состав ядра капиталистической мир-системы, имеют возможность жить за счет эксплуатации периферии. Такой порядок не изменится никогда, поскольку он вытекает из самой сущности мир-экономики. Помимо государств, входящих в состав ядра или периферии, существуют еще и полупериферийные государства. Эти государства не входят в состав ядра мир-системы, но и не относятся целиком к периферии.

Таким типичным полупериферийным государством, по мнению Валлерстайна, была Россия начиная с реформ Петра I и Екатерины II. Несмотря на эти и последующие попытки реформирования, России не удалось войти в состав ядра, но одновременно она сумела избежать участи периферийных стран, ставших в большинстве колониальными придатками ведущих государств мира. Традиционный «товар», определяющий место и роль России в мир-системе, — это ее геополитическая мощь и военная сила. Именно эти факторы заставляли считаться с Россией другие государства и позволяли ей иметь статус «сверхдержавы». Принципиально не изменили эту ситуацию и годы советской власти. Как считает И. Валлерстайн, перемены в отдельной стране или даже группе стран не способны оказать влияние на фундаментальные свойства мир-системы. С его точки зрения, мировая система социализма была полной фикцией, поскольку определяли логику мирового экономического развития законы капиталистического рынка.

Оценки, которые дал Валлерстайн холодной войне и ее итогам, а также перспективам развития международных отношений после ее окончания, весьма оригинальны и даже экстравагантны, они резко расходятся с общепринятыми оценками. Валлерстайн считал, что пик могущества США пришелся на 1945 г., когда эта страна вышла из Второй мировой войны в качестве мирового экономического и политического лидера. Соединенные Штаты оказались единственным государством в рамках ядра мир-системы, избежавшим разрушений и других негативных последствий войны. Напротив, эта страна нарастила свой промышленно-экономический потенциал.

Для дальнейшего функционирования и развития американской экономики необходимо было восстановить и сохранить остальную часть ядра мир-системы — Западную Европу и Японию. Поэтому в Ялте США и СССР договорились о разделе мира на две сферы влияния. В американскую сферу вошли прежде всего страны ядра, в советскую — преимущественно периферийные и полупериферийные государства. Как полагает Валлерстайн, США сознательно пошли на такой раздел, поскольку не имели ни достаточного количества ресурсов, ни желания осуществлять глобальный контроль над всем миром. В границах своей зоны ответственности США сначала способствовали восстановлению экономики Западной Европы и Японии, а затем, пользуясь своим превосходством, привязали их к себе военно-политически, заключив соответствующие договоры (НАТО для Западной Европы, Договор о совместной безопасности для Японии). Для поддержания дисциплины внутри своего блока США необходим был образ внешнего врага. В качестве такового и стали рассматривать Советский Союз. Вместе с СССР США начали большую игру под названием «холодная война». Советский Союз выступал в качестве подыгрывающего партнера, поскольку преследовал свою цель — усилить контроль над союзниками.

На начальном этапе холодной войны и на Западе, и на Востоке весьма схожим образом боролись с инакомыслием — это маккартизм с его «охотой на ведьм» в США и политические процессы в СССР и в восточноевропейских странах. На самом деле, полагал Валлерстайн, устранялись подлинно левые силы, представлявшие угрозу для самой мир-системы и лежащей в ее основе капиталистической мир-экономики. Вопреки общепринятому мнению Валлерстайн не считал, что в годы холодной войны сложилась биполярная система международных отношений, поскольку экономический потенциал Советского Союза никогда не был равноценен экономическому потенциалу США. Но этим странам было выгодно играть роль противостоящих друг другу сверхдержав, и они долгое время делали это.

В отношении стран периферии, превратившихся в особый «третий мир», и СССР, и США проводили схожую политику, основанную на одних и тех же принципах. Валлерстайн не видел существенных различий между идеями американского президента В. Вильсона и В. Ленина по поводу судеб колониальных и зависимых народов. Оба считали необходимым сначала предоставить им независимость, а затем помочь преодолеть экономическую отсталость и выйти на уровень развитых стран. Разница заключалась в том, что с точки зрения либерала В. Вильсона идеалом экономического устройства являлся свободный рынок, а большевик В. Ленин предлагал отсталым народам путь к экономическому процветанию, который минует капиталистическую стадию развития. И Советский Союз, и Соединенные Штаты пытались расширить зону своего влияния за счет развивающихся стран, но место этих стран в мир-системе принципиально не менялось. По Валлерстайну, лишь отдельные государства периферии и полупериферии могут войти в состав ядра мир-системы. Для большинства остальных изменить их положение как объектов эксплуатации со стороны наиболее развитых стран невозможно, пока существует капиталистическая мир-экономика. Однако долгое время сохранялась иллюзия возможности национального развития. В отдельные периоды некоторые развивающиеся страны могли пользоваться благоприятными для себя колебаниями мировой экономической конъюнктуры.

Игра под названием «холодная война» продолжалась до тех пор, пока основные игроки — СССР и США — сохраняли к ней интерес и могли ее продолжать. Со временем интерес стал угасать, а возможности для ее ведения уменьшаться. США утратили роль безоговорочного экономического лидера в рамках ядра мир-системы, следовательно, утратили возможность реально контролировать своих ближайших союзников, поэтому потеряла смысл и затеянная с целью оправдания такого контроля игра. Советский Союз исчерпал ресурсы для продолжения этой игры, поскольку его неэффективная экономика не выдерживала ни бремени гонки вооружений, ни бремени поддержки многочисленных друзей и союзников по всему миру. В итоге по взаимному согласию США и СССР холодную войну прекратили.

Вопреки распространенному мнению, в частности высказывавшемуся 3. Бжезинским, окончание холодной войны не означало победу США и наступление Pax Americana, а, наоборот, означало конец эпохи американской гегемонии и лидерства. Окончание холодной войны не стало «концом истории» как некого «золотого века» человечества, а привело к обострению старых и появлению новых конфликтов. В отличие от С. Хантингтона причины грядущих конфликтов Валлерстайн видит не в цивилизационных, а в экономических факторах. Так, он полагает, что уже в начале XXI в. можно ожидать вызовов и даже прямых нападений государств маргинализированного, бедного и отсталого Юга на богатый Север, а также захватнических войн между самими государствами Юга, может быть, и с применением ядерного оружия. Но самая главная угроза, которая может исходить от периферии по отношению к ядру мир-системы, — массовая миграция населения с Юга на Север.

Представления К. Маркса о том, что целью пролетариата является уничтожение капитализма, по мнению Валлерстайна, не соответствуют современным условиям. В конце XX в. под пролетариатом в рамках мир-системы следует понимать все население стран периферии. В предшествующие десятилетия в третьем мире сохранялись надежды на лучшее будущее, но с окончанием холодной войны эти надежды рухнули. Большинство стран Юга утратило свое прежнее стратегическое значение, а в экономическом отношении они отодвигаются еще дальше на периферию мирового хозяйства. Большинство инвестиций в рамках мир-экономики в обозримом будущем будут направлены, по мнению Валлерстайна, в Китай, отчасти — в Россию и восточноевропейские страны. Положение большинства периферийных стран и их населения будет только ухудшаться. Современный пролетариат — население стран Юга — хочет не уничтожить капитализм, а жить при капитализме. Поскольку это невозможно на его родине, масса мигрантов из Африки и Азии стремится в благополучные страны Севера. Этот исход уже начался, и он повлечет за собой различные негативные последствия. Как уже отмечалось, Валлерстайн, противореча распространенному мнению, утверждает, что холодная война закончилась не победой, а историческим поражением либерализма. В качестве аргументов он приводит, с одной стороны, фактическое крушение вильсоновского плана самоопределения и последующего развития колониальных стран и народов, а с другой — предрекает свертывание всех завоеваний социального либерализма и либерального социализма в развитых странах.

В развитых странах благодаря деятельности либеральных и социал-демократических партий и профсоюзов утвердились принципы уважения и соблюдения прав человека. Наемные трудящиеся заняли достойное положение в обществе и обрели высокий уровень материального благосостояния. Наплыв нелегальных мигрантов заставил власти благополучных стран Западной Европы и Северной Америки принимать меры к сдерживанию миграции, что, по мнению Валлерстайна, приведет к усилению репрессивных мер, нарушению прав человека, которые будут принесены в жертву интересам защиты коренного населения. Но полностью остановить миграцию невозможно, число незаконных мигрантов будет расти, оказывая негативное воздействие на рынок труда. Выходцы из стран третьего мира станут быстро растущим резервом дешевой рабочей силы, что повлечет за собой рост безработицы и снизит заработную плату основной массы трудящихся. Все это неизбежно спровоцирует конфликты между коренным населением и мигрантами, имеющими более низкий уровень образования, исповедующими иные религии и обладающими иной системой ценностей. Усиление социальной и национальной напряженности будет сопровождаться усилением репрессивных действий властей и тем самым отходом от принципов либеральной демократии. Наступит конец и социальному государству всеобщего благосостояния. Не в последнюю очередь это произойдет и потому, что наплыв выходцев из стран Юга, неспособных полностью интегрироваться в общество западных стран, подтолкнет часть вчерашних мигрантов на криминальный путь. Рост уголовной преступности, конфликты национального, социального и религиозного характера повлекут за собой увеличение расходов на обеспечение безопасности. Перераспределение ресурсов из сферы общественного производства и социальных услуг в сферу охраны общественного порядка негативно скажется на уровне жизни основной части населения. По мнению Валлерстайна, к середине XXI в. уровень жизни в США может приблизиться или даже стать ниже того, какой был на рубеже 80-90-х гг. XX столетия.

Отрицая биполярный характер системы международных отношений в прошлом, И. Валлерстайн, снова противореча общепризнанным представлениям, предполагает возможность появления биполярности в будущем, после окончания холодной войны. Это обусловлено процессами, которые разворачиваются во всей мир-системе.

Политолог предполагает, что нестабильными будут отношения внутри ядра мир-системы. Экономическая конкуренция выявляет в ней три основных центра силы — США, Японию и объединенную Европу. Но в дальнейшем неизбежно объединение США и Японии в один блок, имеющий антиевропейскую направленность. Неизбежным считает И. Валлерстайн и использование этим блоком Китая для расширения своих возможностей в конкурентной борьбе с европейскими странами. В этой ситуации противовесом альянсу США с Японией и Китаем может стать создание российско-европейского блока. Россия снова будет востребована в ее традиционной роли -центра геополитического и военного могущества. Хотя сегодня потенциал России ослаблен, американский политолог не сомневается, что он будет вскоре восстановлен.

Общий прогноз И. Валлерстайна относительно перспектив нашей страны далек как от крайнего оптимизма, так и от чрезмерного пессимизма. В ответах на вопросы российского журнала «Свободная мысль» он говорил: «Я убежден, что Россия, как всегда, будет очень стараться повысить статус в мир-системе и, как всегда, усилия ее будут полу

успешны. Завтра (то есть в последующие 20-90 лет) вам предстоят не катастрофа и не процветание, а обычная для России ухабистая история» [6].

Обозримое будущее, по крайне мере до середины XXI в., Валлерстайн видит в мрачных тонах: конфликты, кризисы на периферии и в центре мир-системы неизбежны, пока существует капиталистическая мир-экономика. Неомарксизм в лице Валлерстайна далек от социального оптимизма, который был характерен для К. Маркса, Ф. Энгельса и В. Ленина. Но у Валлерстайна можно найти суждения и выводы, схожие с классическим марксизмом. Так, он сохраняет веру в возможность революционного переустройства мира, правда, относя ее к неопределенно далекому будущему и считая, что она будет обусловлена появлением новых антисистемных сил, способных бросить вызов господствующей капиталистической мир-экономике.

При всей оригинальности и даже экстравагантности взглядов И. Валлерстайна некоторые его выводы заслуживают внимания. Прежде всего, это анализ последствий глобализации для развитых и развивающихся стран. Отдельные элементы противостояния США и Европейского союза, возможность которого прогнозировал ученый, можно наблюдать уже сегодня, хотя абсолютизировать противостояние между двумя центрами современной мировой политики и экономики было бы неверно. Однако подтвердить или опровергнуть идеи, выводы и оценки перспектив мирового развития после окончания холодной войны, сделанные И. Валлерстайном, так же как и Ф. Фукуямой, С. Хантигтоном, 3. Бжезинским, может только будущее. Изменения, происшедшие в мире за последние десятилетия, столь масштабны и глубоки, что для адекватного их осмысления и объяснения политической науке потребуется, очевидно, еще немало времени.

 

Примечания

1. Huntington S. P. The Clash of Civilizations? // Foreign Affairs. May-June. 1993.

2. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? // Полис. 1994. № 1 С. 34.

3. Там же. С. 36.

4. Huntington S. P. The Clash of Civilizations and the Remaking of the World Order. N. Y., 1996.

5. Бжезинский 3. Преждевременное партнерство // Полис. 1994. № 1.

Ь. Валчсрстаин II Россия и капиталистическая Минэкономики, 1500-2010 // Свободная мысль. 1996. № 5. С. 42.

 

Контрольные вопросы и задания

1. Почему концепция Ф. Фукуямы получила название «конец истории»?

2. Что такое цивилизации по С. Хантингтону и какова их роль в мировой политике и международных отношениях?

3. В чем С. Хантингтон видел причины грядущего «столкновения цивилизаций»?

4. В какой степени выводы и прогнозы С. Хантингтона подтверждаются, на ваш взгляд, современным мировым политическим процессом?

5. Какие постсоветские государства и почему выделяет 3. Бжезинский в качестве геополитических противовесов России?

6. В чем различия между периферийными и полупериферийными странами?

7. С какими прогнозами мирового развития, данными в работах И. Валлерстайна, вы можете согласиться, а с какими нет?

8. Как оценивают С. Хантингтон, 3. Бжезинский и И. Валлерстайн место и роль России в мировой политике и международных отношениях?

Литература

Бжезинский 3. Великая шахматная доска. М., 1998.

Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуаций в современном мире. СПб., 2001.

Глобальные и региональные проблемы в работах Иммануила Валлерстайна. М., 1998.

Дискуссия вокруг цивилизационной модели: С. Хантингтон отвечает оппонентам // Политические исследования. 1994. № 1.

Евстафьев Д. Г. Збигнев Бжезинский как зеркало американской геополитики // США: экономика, политика, идеология. 1994. № 5.

Киркпатрик Дж., Уикс Л., Бартли Р. и др. Ответы С. Хантингтону // США: экономика, политика, идеология. 1994. № 3.

Ланцов С. А. Мировая политика и международные отношения: Конспект лекций. СПб., 2000.

О цивилизационном факторе в мировой политике // Мировая экономика и международные отношения. 1994. № 11.

Рашковский Е., Хорос В. Мировые цивилизации и современность (К методологии анализа) // Мировая экономика и международные отношения. 2001. № 12.

Современные международные отношения: Учебник / Под ред. А. В. Торку-нова. М., 1999.

Фуку яма Ф. Конец истории? // Вопросы философии. 1990. № 3.

Фурсов А. И. Мир-системный анализ: интерпретация послевоенного периода (1945-1991). М., 1997.

Хантингтон С. Запад уникален, но не универсален // Мировая экономика и международные отношения. 1997. № 8.

Хантингтон С. Столкновение цивилизаций // Политические исследования. 1994. № 1.

 

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-08; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.173.234.140 (0.011 с.)