Публицистика петровского времени.

Петровские указы В начале XVIII в. развивалась публицистика. Сам им-ператор и государство здесь задавали тон. Многие Петровские указы носили публицистический характер, они убеждали и воспитывали подданных в нужном для абсолютистского государства духе: например, пропагандировалась идея превосходства государственных и царских интересов над всеми остальными, постоянно внушалась мысль о все-могуществе государства и его полиции, о их полезности для всего общества, для «общего блага».

Надо отдать должное Петру, который, говоря о себе как о самодержце, отвечающем только перед Богом, все же заявлял, что у царя тоже есть обя-занности. Править Россией во имя ее блага, не жалеть для отечества «жи-вота своего» первый русский император считал своим долгом.

Ф.Прокопович и Ф.Салтыков Самым знаменитым публицистом и оратором слыл Феофан Прокопович. Он был автором «Слова по-
хвального о флоте российском», «Правды воли монаршей» и многих дру-
гих публицистических сочинений, направленных на прославление пет-
ровских преобразований.

Другой петровский публицист Федор Салтыков ратовал за усиление са-модержавной власти российского монарха и расширение дворянских при-вилегий при незыблемости крепостного права. Салтыков, побывавший в числе волонтеров за границей, приветствовал европеизацию России, счи-тая, что таким путем она превратится в могущественную державу и пре-одолеет свое отставание от Европы.

И.Т.Посошков. Самым оригинальным сочинителем петровской эпо-
хи являлся самоучка — торговый человек из крестьян
Иван Тихонович Посошков. Он был автором нескольких сочинений. Всю
жизнь И.Т.Посошков искал правду. В 1724 г. он закончил «Книгу о скудо-
сти и богатстве», где хвалил одни реформы Петра и осмеливался критиче-
ски высказываться о других — о введении подушной подати, в частности.
Посошков впервые в России четко высказал мысль, что богатство страны
определяется не столько набитой государственной казной, сколько нали-
чием зажиточных и процветающих подданных, особенно крестьян и тор-
говых людей. Говоря о необходимости иноземных заимствований, он не
одобряет излишнего увлечения этим, что дает повод зашитникам стари-
ны, говорить, что проводимые реформы не согласны с духом русского на-
рода. В крепостном праве Посошков видит большой вред. Он с сочувстви-
ем описывает несчастных крестьян, разоренных налогами, поборами, по-
винностями и произволом властей и помещиков. Требует публицист и
справедливого суда, равного для всех: «каков земледельцу, таков и купече-
скому человеку, убогому и богатому...»

«Книга о скудости и богатстве» предназначалась для Петра, но неизве-стно, читал ли ее император. Если читал, то, возможно, с этим и связан неожиданный арест Ивана Посошкова в 1725 г. К тому времени Посошков был обеспеченным человеком. Он владел винокуренным заводом, город-скими домами и лавками, имел даже приобретенное в обход законам, за-прещавшим недворянам владеть землей с крепостными, поместье и

80 душ крестьян. Как только Посошкова взяли под караул, его имущество было опечатано. В стенах Тайной канцелярии 1 февраля 1726 г. семидеся-тилетний старик Иван Тихонович Посошков умер.

Подметные тетрадки Существовала и оппозиционная (враждебная) Петру публицистика. Еще в 1697 г. монах московского Анд-
реевского монастыря Авраамий подал Петру тетрадку, в которой критико-
вал непорядки в управлении и лихоимства приказных людей, а также при-
зывал царя отказаться от «непотребного поведения», увлечения флотом и
иноземными новшествами и вести «приличное сану житие».

Основная масса враждебных правительству произведений была ано-нимной. Естественно, эти сочинения не печатались, а гуляли по стране в виде рукописных подметных писем и тетрадок. Их подкидывали обычно на людных местах — у церквей или рынков. Большинство тетрадок вышло из старообрядческой среды.

Петр выступал в них как царь-антихрист, петровское время определялось как время, предшествующее концу света, «добрым людям» давался совет уклоняться от участия в «бесовских делах» царя, бежать в окраинные пустынные места, где и ждать второго пришествия Христа и Страшного суда.

Традиционная для Руси вера в доброго царя в народных подметных листах, как и в устных слухах, нашла отражение в легендах о подмене царя, «злой царь — не настоящий царь», и в идеализации образа царевича Алексея. Кстати, в первой половине XVIII в. появилось кесколько самозванцев, выдававших себя за Алексея. Но органы сыска: Сыскной приказ, Преображенский приказ, Тайная канцелярия — выловили самозванцев и их сподвижников, поэтому деятельность «царевичей» не вылилась в народный бунт.

Дворянская оппозиционная мысль. В высших слоях общества также имелись люди, которые осуждали многое, особенно слепое копирование
западноевропейских обычаев, манер, забвение старомосковских обычаев. Например, сподвижник Петра I, брат знаменитого
полководца М.М.Голицына — Дмитрий Михайлович Голицын, полагал,
что из Европы следовало брать науки и умения, но лучшее — из русской
жизни, а также русскую одежду, привычки, воззрение не нужно было из-
гонять или подвергать осмеянию. Действительно, распространившееся
при Петре в части общества презрение ко всему российскому, преклоне-
ние перед всем, что шло с Запада, не было полезным ни тогда, ни впослед-
ствии. Созвучно Д.М.Голицыну были настроены некоторые знатные вель-
можи из старой аристократии. Однако сочинения подобного толка появи-
лись позже, во время царствований наследников Петра I.