ТОП 10:

Они были повешены рука об руку.



 

Этот раздирающий душу хор сменил другой – хор торжествующих, опьяненных демонов. Зарево в последний раз ярко вспыхнуло и начало угасать.

Повинуясь голосу сострадания, Пьер и Фрике вернулись на берег и, крадучись, стали приближаться к месту кровавой тризны. А дикий хор пел свою песню.

Пьер и Фрике пробрались наконец к поляне, освещенной, словно факелами.

Ужасное зрелище представилось их глазам.

Все китайцы, пассажиры «Лао-цзы», спасшиеся с парохода на шлюпках, висели над кострами. Они были повешены рука об руку, ведь дикари очень изобретательны в деле утонченного мучительства. Толпа дикарей, мужчин и женщин, человек пятьсот, кричала вокруг повешенных, отрывая от тел несчастных дымящиеся куски мяса.

Вид двухсот мучеников и толпы опьяненных кровью каннибалов способен был свалить в обморок человека с самыми крепкими нервами.

 

ГЛАВА IV

 

Первые открытия в Океании. – Мореплаватели XVI, XVII и XVIII веков. – Магеллан, Менданья, Мендоса, Кавендиш, Симон Кордес, Зибальт Верт, Фернандес де Кирос, Бугенвиль, Торрес, Лемер, Схаутен, Виллем Янсзон, Ньюитс, Гертос, Ян Карстенс и Вилль ван Колстер, Эдельс и Гутман, Абель Тасман, Коули, Дампир, комодор Байрон, Джеймс Кук, Лаперуз, Боден, Крузенштерн, Дюмон-Дюрвиль. – Оргия над человеческим мясом. – Каннибалы Кораллового моря. – Слишком поздно. – Единственный уцелевший из двухсот китайцев. – Юнга с «Лао-цзы».

За исключением нескольких пустынных островов крайнего севера и юга, незаметно сливающихся с вечными льдами, все водное пространство земного шара находится в руках человека. Он давно покорил его, и, казалось бы, славные имена Колумба, Кука, Магеллана должны уйти в область легендарного.

Но, наоборот, теперь всем цивилизованным миром овладела какая-то лихорадка, толкающая на исследование малоизвестных стран. Чувство национального первенства никогда не играло такую важную роль, как в конце XIX века. Люди бросаются в глубь девственных стран, презирая усталость, болезни и смерть. Многие из них делаются мучениками, погибают и приносят свою кровь в жертву открытиям человечества.

В то время как мореходы и флотоводцы XVI–XVII веков довольствовались только поисками неизвестных стран и открытием их, ученый путешественник XIX века исследует новые земли и знакомит с ними мир.

Эра исследований сменила эпоху открытий.

Девятнадцатому веку как будто хочется написать последнюю страницу истории завоевания мира. Это будет самая блестящая страница во всей книге.

Поднять таинственную завесу, скрывающую Африку, перешагнуть через бесплодные пустыни Австралии, проникнуть в глубь обозримых лесов царицы рек Амазонки – вот задача и цель тружеников науки.

Мы видим, как варварство отступает назад, шаг за шагом, перед факелами пионеров цивилизации, и если один из них падает на этом тернистом пути, то другой подымает светоч, не давая ему погаснуть.

Теперь, когда мы лихорадочно следим за успехами этих отважных людей, шествующих мирным путем, будет весьма кстати воскресить в памяти имена тех путешественников, которые подготовили для них почву.

Первым, кто смело устремился навстречу неведомому в надежде найти богатые страны, был португалец Магеллан, которого Карл V послал в Тихий океан «для отыскания южного прохода». Магеллан отплыл с пятью судами. В пути два капитана из его эскадры взбунтовались и повернули назад. Магеллан остался с двумя кораблями и, в довершение несчастья, болезнь свалила его с ног. Но это его не остановило. 21 октября 1520 года он достиг пролива, который носит теперь его имя. Он его прошел, поднялся к норд-осту и пересек экватор близ меридиана 170° восточной долготы от Парижа. Здесь он открыл группу островов, которые окрестил именем Разбойничьих, а ныне названных Марианскими. Сделав еще несколько открытий, Магеллан отправился в обратный путь. Но, увы, ему не суждено было увидеть родину! 5 апреля 1521 года он был убит в стычке с дикарями архипелага Фиджи.

После неудачных попыток Гарсиа Хофре Лоайсы и Алонсо де Саласара Альваро де Сааведра открыл большие земли, которые назвал Новой Гвинеей, считая, что они находятся поблизости от африканской Гвинеи.

В 1533 году Гурдат, Грижальи, Гаэтано прошли этим же путем, но ничего нового не нашли.

Менданья и Мендоса, в свою очередь, забрались в глубь Великого океана и открыли группу островов, сказочно богатых и потому получивших название Соломоновых. Затем они наткнулись на острова Изабелла, Меламты, Маркизские, которые посетили впоследствии Кук в 1794 году и Крузенштерн в 1804 году.

Знаменитый английский адмирал Дрейк в 1577 году прошел путем Магеллана и открыл массу островов, но не позаботился нанести их на карту и потому потерял на многие из них право открытия.

Только в 1586 году Кавендиш совершил полное кругосветное путешествие. Он покинул Плимут и направился через Атлантический океан мимо мыса, ныне носящего название Горна, прошел Магеллановым проливом и вернулся в Европу, обогнув мыс Доброй Надежды.

Два голландских моряка, Симон Кордес и Зибальт Верт, прославили свою страну, пройдя Магеллановым проливом и поднявшись до филиппинских островов и Японии.

Лоцман Педро Фернандес Кирос в скором времени открыл группу островов, которую он назвал Сагитера (ныне Таити), Бугенвиль – остров Матеа и группу Больших Киклад (Кук назвал их потом Новыми Гебридами). Торрес, плававший вместе с Киросом, отделился от него близ Гвинеи и нашел пролив между Новой Голландией и Новой Гвинеей, который до сих пор носит его имя.

В 1616 году два голландца, Лемер и Схаутен, открыли новый пролив ниже Магелланова, обогнули мыс Горн и открыли Собачьи, Кокосовые и 15 июня Разбойничьи острова.

В разное время Виллем Янсзон, Ньюитс, Гертос, Ян Карстенс и Вилль ван Колстер, Эдельс и Гутман начали исследовать материк Австралия, а голландец Абель Тасман обессмертил себя открытием Новой Зеландии, островов Амстердам, Роттердам, Принца Уильяма, группы островов Общества и других, закончив свое изумительное путешествие в Батавии в 1643 году.

С году на год победы увеличивались, и острова обширной водной равнины Великого океана начинали заселяться. В 1663 году англичанин Коули находит остров Галапагос, а несколько позже его соотечественник Дампир открыл проход между Новой Британией и Новой Гвинеей.

Комодор Байрон первый составил подробную карту Океании и открыл острова, названные им островами Герцога Йоркского, и некоторые другие.

Но слава этих мореходов бледнеет с появлением знаменитого Кука… Он делает три кругосветных путешествия, в продолжение десяти лет держит океан в своей власти, до конца исследует Полинезию, открывает массу островов, систематизирует карты своих предшественников и трагически заканчивает свою морскую карьеру в 1779 году на Сандвичевых островах, будучи убитым дикарями. Куку по справедливости принадлежит слава первого географа Великого океана.

Так же печально закончил свой жизненный путь и другой знаменитый путешественник Лаперуз, ставший преемником отважного капитана в Тихом океане.

XIX век начинается открытиями Бодена и русского адмирала Крузенштерна, который исследует северные области вплоть до Японского архипелага и Курильских островов.

Дюмон-Дюрвиль замыкает славную череду мореходов Великого океана. Судьба этого человека замечательна: он пренебрегал опасностью, рисковал жизнью, отправляясь в неизвестные страны и отваживаясь с небольшим экипажем высаживаться в местах, населенных дикими племенами, и погиб пятидесяти лет, но не в море, а в вагоне сошедшего с рельс поезда железной дороги.

Дюмон-Дюрвиль не только мореплаватель, но и большой ученый. Он был геологом, гидрографом, ботаником и астрономом и первый начал исследовать открытые страны, изучать их климат, флору и фауну.

Исследовав Черное море и написав о нем целый трактат на латыни, Дюмон-Дюрвиль отправился в экваториальные страны и пробыл там шесть лет, собрав за это время богатейшие ботанические, минералогические и зоологические коллекции.

Второе путешествие Дюмон-Дюрвиль предпринял через два года, надеясь отыскать следы погибшего Лаперуза. После трехлетнего скитания по водной равнине он набрел на остовы двух кораблей, лежащих на коралловых рифах. Это были «Буссоль» и «Астролябия» – корабли несчастного. Воздвигнув ему памятник, Дюмон отплыл через Яву, Сингапур и мыс Доброй Надежды назад во Францию. Он снова привез с собой богатейшие коллекции – десять тысяч образцов растительности Полинезии и не только.

Позже, желая углубить свои познания в области этнографии, Дюмон-Дюрвиль снова предпринял путешествие, открыв на этот раз остров Жуанвиль и Землю Луи-Филиппа. Посетив Маркизские, Каролинские острова, Таити и Самоа, ученый смело направился к югу, в арктические земли, где сделал важные для навигации наблюдения относительно течений и плавучих льдов. После этого он вернулся во Францию.

Если сложить все пути следования этого мореплавателя, то получившаяся прямая могла бы обогнуть земной шар по экватору четырнадцать раз.

Теперь, когда читатель вспомнил краткую историю открытий в Тихом океане, вернемся к нашим друзьям, выброшенным капризом судьбы на неизвестный островок, вероятно, находившийся вблизи Новой Гвинеи.

Фрике и Пьер де Галь, спрятавшись в кустах, долгое время не могли прийти в себя при виде страшной картины, представшей их глазам. Никогда в продолжение всей своей бурной жизни, полной неожиданностей, Пьер и Фрике не видели ничего подобного. Вид опьяненных кровью дикарей среди двух сотен мучеников леденил кровь в жилах.

Когда прошло первое оцепенение, Фрике с негодованием рванулся вперед.

– Потише, мой мальчик, – удержал его Пьер, – ты добьешься только того, что нас повесят рядом с китайцами.

– По крайней мере, я перебью дюжину этих зверей.

– Ну а дальше? Предположим, что мы убьем двадцать-тридцать человек, все равно останется несколько сотен.

– О, если бы у нас была митральеза, которую я видел в Гавре! Я зарядил бы ее картечью и пустил несколько залпов в толпу этих каннибалов.

– Посмотри, Фрике. Если глаза меня не обманывают, один из несчастных китайцев еще жив. Но они его сейчас убьют.

Действительно, группа людоедов бросилась на китайца, лежавшего под деревом. Они схватили его за косу и потащили к костру. Фрике прицелился. Миг – и огненная молния пронизала тьму; раздался выстрел, и один из каннибалов упал.

Китаец, пользуясь этим, приподнялся и побежал.

Когда испуг дикарей прошел, они пустились вдогонку за пленником. Раздалось еще два залпа, свалившие двух дикарей.

Китаец заметил, где находятся люди, желающие его спасти. Пользуясь замешательством дикарей, он спрятался в кустах близ Пьера и Фрике.

– Если ты понимаешь хоть слово по-французски, – сказал ему Пьер, – не шевелись.

Китаец замер. Томительная тишина воцарилась на поляне. Дикари были поражены суеверным ужасом. Непонятный звук и молния, загадочная смерть товарищей и невидимые враги – все это совершенно сбило их с толку.

– Последний залп! – скомандовал Пьер.

– Пли! – ответил Фрике.

И четыре выстрела уложили четырех дикарей.

Страшный вопль раздался в толпе каннибалов, и они рассеялись, как тьма при появлении солнца.

– Теперь в обратный путь, – скомандовал Пьер. – Надо возвратиться на плот, там безопаснее. Мы все равно не можем вернуть к жизни бедных китайцев; хорошо, что удалось спасти хоть одного.

Китаец, чудом спасенный, робко стоял между французами.

– Melci, messel… melci, – лепетал он прерывающимся голосом, благодаря своих спасителей.

– Что ты говоришь, мой мальчик?

– Я говолю melci… Вы спасли мне жизнь.

– А, понял! Ты хочешь сказать merci.

– Да.

– Как жаль, что мы не пришли вовремя, – с грустью сказал Пьер, – возможно, тогда не было бы этой бойни.

 

 

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-14; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.227.233.78 (0.008 с.)