Неподвижно стоял небольшой корабль.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Неподвижно стоял небольшой корабль.



 

– Твоя правда, Пьер де Галь, – поддержал старого моряка доктор. – А ловко действуют эти малайские пираты! Эта хорошенькая яхта для них просто клад. Они с удовольствием сделают из нее разбойничье судно.

– Вы говорите яхта, доктор? – спросил Андре.

– Английская увеселительная яхта. Разве вы не видите флага и значка яхт-клуба?

– Хорошее теперь у нее увеселение, нечего сказать, – заметил Фрике.

Проа близко подошла к пирогам, в которых сидели нападающие Ее приближение сначала не вызвало тревоги у малайцев, которые подумали, что это идет подкрепление. Но вот они заметили белые шапки и блестящие карабины европейцев и поняли свою ошибку. Бандиты архипелага подняли яростный крик и, потрясая длинными мечами, так называемыми кампиланами, устремились на утлую лодку с желанием немедленно ее разнести. Но их маневр не удался.

– Пли! – крикнул Андре раскатистым голосом.

Проа извергала огонь, точно вулкан. С обоих бортов сверкали выстрелы, точные, меткие. Крики торжества сменились воплями боли и агонии. По временам было слышно, как пули впивались в тело и ударялись о кости. Не прошло полминуты, а уже две пироги вынуждены были удалиться. Подъехали две другие, но и их постигла та же участь. А ружейные выстрелы все продолжались, и все так же размеренны и метки они были, точно на военном учении.

Укрывшись за бортом лодки, четыре европейца беспрерывно палили, как будто их двадцать человек. Малайцам казалось, что белые не заряжали своих карабинов, а карабины у них неистощимы.

Два даяка, наклоняясь над веслами, с удовольствием смотрели на истребление своих непримиримых врагов – малайцев. Проа прорвала линию пирог и поплыла к кораблю.

– Пора покончить с этим! – вскричал Фрике. – Дуло моего карабина так нагрелось, что жжет руки.

– Намочи его в воде. Я сам так делаю, и мне ничего.

– Отличная мысль! Вот и легче стало. Мне кажется, мы окажем англичанам неоценимую помощь, и они должны будут нам поставить мачтовую свечку.

За лодкой на почтительном расстоянии плыли пираты. Теперь уже можно было переговариваться с кораблем. Андре окликнул яхту.

У борта показался человек, вооруженный карабином.

– Бросьте нам канат! – крикнул Андре.

Англичанин придумал лучше. Понимая, что взбираться таким путем на корабль и долго, и из-за малайцев опасно, он быстро спустил им лестницу на штирборте. Ее нижняя площадка коснулась воды.

– Ну, Князек, полезай! – сказал Андре.

Негр собрал снаряжение и вскочил на лестницу.

– Теперь ты, Фрике.

– Готово! – сказал парижанин, одним духом перемахнув через лестницу.

– Теперь вы, господин Пьер. Доктор, а что же вы?

Затем Андре сказал несколько слов по-малайски даякам, которые послушно покинули пирогу. Андре остался один. Он приблизился к платформе, встал на нее и сильным ударом ноги оттолкнул пустую лодку, которая поплыла прочь и скрылась из вида.

Пираты гребли изо всех сил, стараясь настичь Андре, но он остановился на середине лестницы, хладнокровно навел карабин и выстрелил.

Один за другим раздались четыре выстрела с промежутком в четверть минуты. Четыре малайца повалились, как снопы. После этого молодой человек, не торопясь, взошел по лестнице и, точно в салоне, элегантно раскланялся на палубе с пожилым господином, около которого уже собрались наши французы и негр.

Малайцы были напуганы. Они ушли из-под выстрелов, но не оставили своего намерения. Они, очевидно, продолжали обдумывать способ захватить английское судно, которое представлялось им лакомым кусочком.

Защитники могли рассчитывать на несколько минут передышки перед новой отчаянной атакой. Андре окинул яхту взглядом и удивился, что на ней так мало народу: всего пять человек, включая седого джентльмена.

Несмотря на близкую опасность, француз, хорошо зная нравы и обычаи британцев, поспешил выполнить необходимую формальность – представился сам и представил своих друзей. Англичанин крепко пожал руку каждому и объявил, что он сэр Гарри Паркер, капитан и хозяин яхты «Конкордия».

Но пираты были уже близко, и разговаривать было некогда. Вода пенилась от ударов весел, нужно было действовать как можно скорее. Англичанин с большим тактом отвел Андре в сторону и передал ему командование, объяснив это тем, что очень плохо объясняется по-французски, а это может навредить делу.

Молодой человек любезно поклонился и выразил благодарность:

– Хорошо. Мы постараемся оправдать ваше доверие. Господин Пьер де Галь, артиллерия – дело ваше.

Боцман приложил руку к шапке и встал на свое место. Фрике подошел к Андре и тихо сказал:

– Месье Андре, малайцы непременно нападут.

– Очень может быть.

– Не поручите ли мне защиту палубы?

– Как это?

– Я бы расставил несколько капканов, о которые пираты порежут себе ноги, как только вступят на борт.

– Как хочешь. Только действуй скорее.

– Пошлите со мной двух человек в провиант-камеру. Мажесте, иди и ты.

Не прошло десяти минут, как француз снова появился на палубе, таща ящик с бутылками. За ним с такой же ношей шли его товарищи. Мгновенно ящики были опустошены.

– Клико номер один… Вермут… Эль завода «Брасс и Кº». Бордо… Сколько божественных напитков идут не по назначению!.. Эй вы, бейте бутылки, не жалейте… Пускай вино льется – чище палуба будет.

Раздался звон разбитой посуды. Содержимое бутылок разлилось, смешалось и потекло по доскам, а осколки бутылок рассыпались по палубе.

– Еще разок сходим… этого мало. У нас нет иного выхода.

Второй поход за бутылками окончился быстрее, чем первый, и скоро палуба почти вся была завалена битым стеклом.

– Вот и капканы готовы, – весело сказал Фрике. – Что значит хорошо снабженный погреб: у нас еще осталось, чем освежиться после битвы.

– Эти французы очень храбры и находчивы, – бормотал про себя восхищенный сэр Паркер.

– Пора, господин Пьер, – сказал Андре ровным голосом.

Линия лодок была уже в одном кабельтове от яхты. Пьер быстро наклонился над двенадцатифунтовой пушкой, заряженной картечью.

– Первая! – крикнул он.

На пироги посыпался железный град. Линия наступления нарушилась, и показались обломки дерева и тонущие тела.

Затем раздался залп ружей. Пьер бежал к другому орудию, пока первое заряжали снова. Треск стал еще сильнее, и нападавшие, не ожидавшие такого приема, завыли от злобы и боли.

Хладнокровие и ловкость защитников яхты уравновешивали их силы с силами неприятеля. Но численный перевес все-таки был на стороне последнего. Долго ли могла продолжаться битва? Несмотря на понесенные тяжкие потери, малайцы подвигались вперед. Они переменили тактику, сделав бесполезными и митральезу, и пушку-револьвер. Бандиты вылезли из лодок и плыли, толкая их перед собой, так что выстрелы мало их задевали. По временам из-за бортов лодок появлялись головы и сейчас же исчезали; круг нападающих больше не размыкался.

Вот они были уже совсем близко от яхты. Андре хладнокровно подошел к сэру Паркеру:

– Не замечаете ли вы, сэр, что судно слегка колышется?

– Да, действительно. Чувствуется прилив. Через минуту мы будем подняты водой. Как жаль, что на яхте совершенно нет угля!

– Все равно мы не смогли бы продержаться до тех пор, пока разведем пары. Ох, этот штиль!.. Скажите, ваши матросы хорошо умеют управлять парусами?

– Это все народ проверенный!

– Прикажите готовить паруса. Это необходимо. Мы сделаем последнее усилие отразить абордаж. А там, быть может, поднимется и ветер.

– Очень хорошо.

Тактика малайских пиратов особенно опасна для заштилевших парусных кораблей. Если корабль с невысоким бортом, если на нем нет значительной артиллерии и многочисленного экипажа, то он обычно погибает. Пираты окружают его со всех сторон сплошной линией, которую легко прорвать, но так же легко сомкнуть снова. Они страшны количеством. Каждая пирога с тремя-четырьмя малайцами представляет собой боевую единицу. Потеря одной из них ничего не значит в общей массе, которая настойчиво продолжает надвигаться на корабль. Круг делается все теснее, артиллерия становится бессильна. Наконец пираты вскакивают на корабль с бешенством хищников и ловкостью обезьян, бросаются на защитников и, нередко превышая их числом в пятьдесят раз, подавляют их сопротивление. Таков в большинстве случаев роковой исход атаки.

Несмотря на проворство и усилия французов, их ружейный огонь заметно ослаб, пока англичане готовили паруса, и осаждающие этим воспользовались. Отвратительный авангард морских демонов вынырнул из воды и устремился на носовую часть корабля, так как защитники столпились на корме, где на палубе было набросано меньше битого стекла. Держа в зубах кинжалы, пираты карабкались на яхту, цепляясь за дерево своими длинными крючьями. При этом они испускали дикие крики, чтобы ободрить плывущих сзади.

Сэр Паркер поднял с пола щепочку, зажег и положил на шпиль. Поднялась тонкая вертикальная струйка синеватого дыма. Ветра не было. Англичанин покачал головой и сказал:

– Если через две минуты дым не наклонится, мы погибли. Не правда ли, джентльмены, вы же не хотите живыми отдаться в руки этих разбойников?

– Нет… конечно, нет, – послышались крики.

– Хорошо. Я знаю, что делать.

Тем временем пираты вторглись на корабль.

– Ну, ребята, все кончено! – воскликнул Фрике.

Волосы у него растрепались, лицо и руки почернели от пороха.

Но вдруг победные крики малайцев сменились диким воем боли. Пираты замялись и подались назад. Ноги у них были изрезаны и окровавлены: они наткнулись на битое стекло.

Задние, ничего не зная, продолжали напирать на передних, те падали. Несколько минут стояла невообразимая давка.

Пьер воспользовался наступившим смятением и развернул пушку, направив ее вдоль палубы. Но он не стрелял: ему жаль было последнего выстрела.

Фрике торжествовал: его выдумка удалась.

– Не радуйся, – говорил ему Пьер, – посмотри лучше на них: передние падают, а задние по ним переходят. Они скоро наводнят всю палубу. Взгляни, их с полтысячи наберется.

– Стреляйте же, Пьер! Чего вы медлите? – закричал Андре.

Картечь проводит кровавую борозду в толпе бронзовых тел. Но брешь в ту же минуту заполняется.

– По-моему, господа, все кончено, – сказал сэр Паркер, готовясь уйти внутрь яхты с револьвером в руке.

– Хорошо, сэр, отлично, – ответил Андре. – Я вас понимаю. Мы взлетим на воздух, да?.. Так да здравствует Англия и да здравствует…

– Да здравствует Франция! – докончил почтенный джентльмен.

Андре почтительно снял шапку перед английским флагом, бессильно повисшим на флагштоке. Сэр Паркер прибавил:

– Мы еще успеем поднять французский флаг рядом с этим. Я тоже хочу отсалютовать благородному знамени вашей родины.

Вдруг на корабле произошло что-то необыкновенное. Негодяи, которых не смогла остановить уловка Фрике, отхлынули назад. Самые храбрые бросились в море. Что случилось? Откуда-то пришла помощь? Нет. Или, если хотите, да, но только подобная помощь хуже подкрепления.

Палуба яхты горела. По ней текли потоки пылающей жидкости. Это спирт, пролитый по ошибке вместе с вином и загоревшийся от последнего выстрела Пьера.

Для «Конкордии» нет спасения: на воде – остервенелые демоны, на палубе – пламя.

Заметив свою страшную ошибку, Фрике побледнел как полотно.

– Господин Андре, – воскликнул он в отчаянии, – что я наделал! Я хотел вас спасти и… погубил.

– Успокойтесь, – перебил его сэр Паркер. – Вы только опередили меня: я сам хотел взорвать яхту.

– Но я вовсе не хочу быть взорванным. Зачем? Этого не нужно. Мы должны жить!

 

 

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-08-14; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.228.52.223 (0.01 с.)