Архетипического строения личности.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Архетипического строения личности.



 

 

Реальный гиперотец, как и реальная женщина с гиперматеринской защитой в структуре личности, часто страдает от различных страхов за своих близких и/или от ревности, поэтому он стремится оградить опекаемых им близких от внешнего мира, не давая им с этим миром взаимодействовать. Реальный муж-гиперотец может самоотверженно трудиться на благо любимой жены и детей, но при этом неосознанно удерживает их в детском состоянии. Его бессознательная защитная стратегия захвата и удерживания настолько тотальна, что онспособен строить отношения только с инфантильными людьми. В отличие от зрелого отца, несущего в структуре своей личности опыт побед над сдерживающими развитие внутренними и внешними силами, иначе говоря — успешный опыт проживания множества инициаций, гиперотец не способен инициировать своих подопечных. Он не заинтересован в том, чтобы создавать условия для роста и развития их личностной автономии, условий, в которых они могли бы обучаться выживать самостоятельно, творчески решать задачи, становиться более зрелыми. Гиперотец невольно хочет удерживать близких в своей символической утробе, чтобы ощущать свою наполненность и значимость.

Таким образом, гиперотцовство, как и гиперматеринство, неизбежно подавляет, а значит — тормозит развитие как истинного мужского, так и истинного женского начал личности (рис. 11). Муж-гиперотец нередко заметно старше жены, и, если он страдает от навязчивой ревности, то бессознательно обесценивает женские качества жены, подчеркивая ее детские черты. Его жена, взрослея и испытывая растущую потребность реализовать свою женственность, начинает искать пути выхода на свободу из-под гиперотцовской опеки мужа. Из-за того, что женственность ее подавлена, она может страдать от гинекологических или других психосоматических нарушений.

Дочь таких родителей, выходя из семьи, может иметь трудности образования собственных отношений с миром мужчин, тайно оставаясь "вечной невестой" своего сверхзаботливого отца. То же ожидает дочь деспотичного, авторитарного и жесткого отца, так как гиперзабота и деспотизм имеют одинаково удерживающую природу. Они являются результатом пленяющей и подавляющей силы внутреннего Кощея — сверхподавленной мужественности. Выбор дочери, воспитанной гиперотцом, падает на мужчину с материнским типом заботы либо — на мужчину-деспота.

Юноша, выросший в такой семье, с одной стороны, наследует очень ценные для семейной жизни способности гиперопекать и сверхзаботиться, и поэтому имеет больше возможностей для создания достаточно успешного союза с женщиной. Но с другой стороны, гиперзабота — результат его неуверенности в себе как мужчины: отец показал ему, как быть сверхматерью, но не как быть мужчиной. Поэтому юноша из семьи, возглавляемой гиперотцом, стремится к материнскому контролю над своей избранницей, а затем — над их детьми.

Союз "женщины-дочери" с "мужчиной-гиперотцом" основан, прежде всего, на инфантильной потребности обоих в безопасности, которая выражается следующим образом: женщина по отношению к своему мужу занимает позицию "я твоя дочь", а мужчина в адрес жены реализует позицию "я твоя мать". Развиваясь, их отношения неизбежно сталкиваются с кризисами роста. Первыми ласточками, сигналящими о том, что "пришла весна", и пора отделяться от "родителей", то есть — выходить на более высокие уровни мужской и женской зрелости, могут стать сексуальные проблемы с обеих сторон.

Мужское и женское начала во внутреннем мире человека вечно стремятся к развитию своих содержаний, к созреванию, к активному энергообмену друг с другом и — к здоровому балансу мужских и женских функций. Их успешный рост рано или поздно приводит к уменьшению внутренних областей гиперматеринской защиты (Дракона), и, как следствие, — к разрежению напряжения во внутренней области гиперотцовской защиты (Кощея). Поэтому все отношения между реальными мужчиной и женщиной, основанные на "дочерне-отцовской" философии, по мере уменьшения "массы" Дракона и ослабления его давления на Кощея, приходят к естественному здоровому кризису, призванному дать мужскому и женскому началам личности мужа и жены новый духовный статус.

Как мы выяснили, суть этого кризиса состоит в том, что, с одной стороны, гиперматеринская и гиперотцовская структуры, действуя как ригидные защитные механизмы, стремятся во что бы то ни стало удержать свою лидирующую позицию внутри личности. Удержать они стараются и передовые аспекты мужского и женского начал от развития и созревания, а также - от образования союза между ними. Ради этой бессознательной цели внутренние Дракон и Кощей порой готовы пожертвовать даже здоровьем своего хозяина, его личным счастьем и другими благами, нанося ущерб интересам целостной личности.

Однако, этому "бунту" противостоит развивающееся истинное мужское начало. Ему свойственно вечное стремление находить и побеждать внутренних Дракона и Кощея, вырываться из-под их контроля и освобождать прекрасное женское, чтобы соединиться с ним в счастливом союзе.

В реальной жизни примером затянувшегося сопротивления внутреннего Кощея может служить хроническая болезнь мужа-гиперотца, чаще возникающая на поздних этапах развития супружеских отношений "муж-отец — жена-дочь". На поверхностном причинном уровне болезнь является следствием перенапряжения мужа-гиперотца в режиме сверхответственности и/или навязчивой ревности. Но если заглянуть глубже, нам открывается пласт еще более веских причин — внутренний Кощей, то есть сверхподавленная мужественность мужа-гиперотца. пытается за счет болезни тела сохранить доминирующее положение не только в пространстве его собственной личности, но и — в семье. В самом деле, если чрезмерный защитный контроль над домочадцами становится гиперотцу не по плечу, так как они набираются сил и все больше стремятся на свободу, то, будучи больным, ему легче удерживать близких рядом. Они обязаны заботиться о нем, и их воля ограничивается их долгом быть рядом с больным. То же может происходить и с женщиной, личность которой опирается преимущественно на гиперматеринскую структуру — она нередко неосознанно старается удерживать близких около себя с помощью болезни.

В других случаях о кризисе в браке женщины-дочери с мужчиной-гиперотцом сигнализируют измены со стороны супруги. Созревающую женственность супруги все больше влечет мир мужчин, которые воспринимают ее именно как женщину, а не как девочку, не как ребенка.

Все это неизбежный, богатый терниями и лаврами путь естественных инициаций, предлагаемых самой жизнью. Так как дальнейшее созревание мужской и женской структур личности неизбежно, важно содействовать этому процессу, вовремя проживая необходимые инициации, способствующие росту мужской и женской зрелости. В противном случае, когда эти инициации создает жизнь, — мы нередко воспринимаем их как драматические события и не всегда можем разглядеть в них этапы личной эволюции.

Рис. 11. Схема отношений в паре, где отношения строятся по

принципу " муж-отец — жена-дочь"".

 

"Отцовская" программа

В инициационной терапии при участии ростовского психолога Олешко Т. С. создана стратегия последовательного формирования внутренней функции зрелого отца. Как мы уже определили, отцовское начало является фундаментальной основой для развития здорового мужского начала личности мужчины или женщины. Формирование зрелой фигуры Внутреннего Отца начинается с момента зачатия, а, возможно, и раньше. От того, хотел ли, ждал ли отец своего ребенка, предпочитал ли рождение сына или дочери, как и насколько заботился о матери в период ее беременности и родов, а также — в период раннего детства ребенка, зависит структура наиболее архаичного слоя отцовской внутренней фигуры, формирующейся в личности ребенка. Еще раз отметим, что здоровье диадных отношений матери и младенца, которым посвящено большое количество психоаналитических и медицинских исследований, целиком и полностью зависит от полноты психологической и социальной защищенности матери со стороны отца ребенка. В отсутствии мужской-отцовской заботы с этой функцией может и должен справляться инициированный, зрелый Анимус женщины-матери.

Последующие, постархаические (следующие за питающими и взращивающими) стадии формирования отцовского начала личности связаны с обучающей, инициирующей функцией реального отца и — с его благословляющей, духовной функцией. Все эти отцовские защищающие функции личности можно активизировать с помощью целого ряда последовательных инициационных тем, которые строго учитывают ступени онтогенетического формирования внутреннего отцовского начала в личности мужчины или женщины.

Стратегию создания зрелых защитных механизмов личности на основе здоровой отцовской функции, можно рассматривать как первоочередную и фундаментальную задачу глубинной психотерапии. Поскольку именно отцовские функции, как показала практика, являются первичной духовной питательной средой для формирования здорового детского, мужского и женского начал личности, терапию можно начинать с формирования внутренней отцовской защиты. Достаточно защищающие отцовские функции имеют свойство распространять во внутреннем мире мужчины или женщины сигнал об отмене перенапряжения в области материнской гиперзащиты. Поэтому в результате последовательного нежесткого проживания инициационных тем одной только "Отцовской программы" у участников инициаций уже исчезают излишнее внутреннее напряжение, многие тревоги и страхи, появляются ощущения наслаждения жизнью и уверенности в гармоничном будущем.

"Отцовская" программа учитывает онтогенетические потребности развития личности, начиная с раннего детства до зрелого возраста. В этом подходе синтезирован нежесткий алгоритм инициаций в технике символдрамы (автор метода Ханскарл Лейнер) и собственно — инициационной терапии. По мере необходимости, темы "отцовской программы" можно совмещать с другими, в частности, с актуальными "женскими" инициационными темами.

Для последовательной инициационной работы с природным началом области Внутреннего Отца используются широко известные в практике по методу символдрамы темы "Дельфин", "Слон", "Бык", "Медведь", "Волк", "Помогающий волк", "Лев", "Лось", "Олень", "Конь", "Кентавр", символизирующие архаичное отцовское начало. Использование этих тем для инициаций позволяет воссоздать здоровую инстинктивную основу контакта детского начала личности — Внутреннего Ребенка — с природными отцовскими силами. Перечисленные темы соответствуют наиболее ранним ощущениям, связанным с отцом, которые переживает плод, а затем — младенец и маленький ребенок. Если образы дельфина и слона, например, архетипически соответствуют защищающему, доброму и играющему с ребенком отцу, то образ быка позволяет отреагировать и интегрировать в целостную структуру личности агрессивное мужское начало отцовской природы. У дельфина есть еще одно важное символическое значение — дельфин как прообраз сперматозоида отражает отцовскую инициативу в дарении жизни ребенку во время зачатия.

Работа с темами "Медведь", "Лев", "Волк", "Помогающий волк", "Лось", "Олень", "Конь" и т. п. постепенно активизирует во внутреннем мире участников инициаций здоровые отцовские силы, последовательно переходящие от отцовских энергий — к мужским. Образы медведя, льва, помогающего волка и т. п. обладают свойствами наполнять, питать детское Я. Замечено, что в результате работы с ними снижаются пищевая, никотиновая и эмоциональная зависимости. Образы лося, оленя, коня и т. п. привносят в сознание мужчин и женщин ощущения собранности и точности, большей уверенности и внутреннего порядка. Символические образы самцов копытных имеют, наряду с защищающей, выраженную либидонозную окраску, что позволяет формировать в личности наиболее объемный архаичный мужской отцовский слой.

В инициационных сюжетах на вышеперечисленные темы плененные самцы животных чаще всего освобождаются, ломая загоны, совершая побеги из зоопарков и т. п. Рано или поздно, они оказываются на свободе, в естественных для их обитания условиях. Это говорит о стремлении архаичных мужских отцовских энергий к свободе от внутреннего подавления. Довольно часто в конце инициационных сюжетов самцы обзаводятся семьями и счастливо живут в окружении самки и детенышей. Заметно реже в конце инициационных образов животные превращаются в людей.

В случаях недостаточной активности внутренней отцовской функции в личности образы самцов животных представляются мультипликационными, картонными, фанерными или представляют собой скульптуры. Подробное описание их облика и ощущений от прикосновений к ним приводят к "оживлению" образов животных, а значит — к наполнению энергиями жизни символизируемых ими функций.

Тема "Кентавр" богата ресурсами коллективного сознания. Кентавр — мифическое существо, символизирующее выход сознания из архаичного мира мужского начала — в мир осознанного использования мужских природных сил.

Все перечисленные темы соответствуют задаче воссоздания в структуре личности области питающего и взращивающего отца.

Что касается инициирующей, обучающей отцовской функции, связанной одновременно с процессом сепарации, отделения от влияния отца, то задачу формирования этого отцовского аспекта с успехом решают следующие инициационные темы: "В гостях у Гнома" (гном - антропоморфный волшебный дарящий отцовский персонаж, благодаря малому росту адаптированный к восприятию маленького ребенка), "Покорение остроконечной горы" (остроконечная вершина — символ авторитета отца), "Машина" (символ динамичности и свободы мужских сил), "Побег из тюрьмы" (преодоление запретов), "Пистолет" (символ мужской власти и ответственности за жизнь), "Переход с контрабандой через границу" (преодоление запретов), "Меч" (символ мужской воли, решительности, инициативы, точности, победоносности), "Меч Великого Мастера" (привлечение высших ресурсов и образцов коллективного сознания для освоения сакральной составляющей мужских силы и воли), "Путешествие за сокровищами" (обучение духовному искательству), и т. п.

Болеевысокий уровень обучающей отцовской функции, переходящей в благословляющую функцию, инициируют темы "Садовник" (созидательное мужское начало), "Король" (управляющее, благословляющее мужское начало), "Мудрец" (хранитель сакральных знаний и сил), "Дед Мороз" (дарящее отцовское начало), "Добрый волшебник" (творящее и благословляющее отцовское начало), "Духовный учитель", "Великий Учитель", "Бог на Олимпе" (высшие духовные обучающие, испытывающие и благословляющие отцовские функции) и т. п.

Наиболее сложные задачи решаются с помощью завершающей инициирующе-благословляющей части "отцовской программы", направленной на благословение женского начала личности, пожелание женскому счастливой судьбы, а главное — на инициирование функции Жены.

Для этого проводятся инициации на темы "Морозко", "12 месяцев", "Благословение юноши (девушки) королем", "Благословение юноши (девушки) священником", "Благословение юноши (девушки) Великим Учителем", "Благословение сына (дочери) отцом" и т. п. И для мужчины, и для женщины такой инициационный опыт одинаково важен. Что касается мужчины, то насколько его Внутренняя Женщина является зрелой как Жена, настолько зрелой будет и реальная женщина рядом с ним.

В случае необходимости в ходе работы с внутренней отцовской функцией могут быть использованы инициации на темы исцеления отцовского начала — "Исцеление отца", "Исцеление короля" и т. п.

В ходе работы с образами "отцовской" программы, участникам инициаций следует, как и при работе с другими образами, по возможности, представлять себя в роли исследуемых персонажей, говорить "я" от их имени.

 

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-07; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.215.177.171 (0.023 с.)