ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОСНОВНЫХ МЕТОДОВ



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОСНОВНЫХ МЕТОДОВ



Уже первые попытки классификации интересующих нас методов убеждают, что здесь невозможно обойтись с по­мощью какого-либо одного fundamentum divisionis. Этих ос­нований множество. В качестве их могут выступать и объем исследуемой совокупности (в таких случаях различают, ска­жем, методы всеобщего и выборочного охвата материала), и характер высказываний общественности (с этой точки зре­ния можно выделить, например, методы инспирирования и методы фиксирования самопроизвольно выраженного обще­ственного мнения), и технические средства исследования (отсюда — разнообразные методы письменного, устного, оч­ного, заочного и прочего сбора материала) и т. д. В резуль­тате получается довольно значительное число методов и еще более значительное число их разновидностей. Вместе с тем, если мы хотим понять существо проблемы фиксирования общественного мнения, не стоит увлекаться количеством и деталями. Напротив, необходимо по возможности увязать, систематизировать все существующие методы, представить их как нечто более или менее целостное. А для этого дол­жны быть приведены в систему и различные основания классификации.

На наш взгляд, наиболее глубоким, изначальным среди них является то, которое связано с характеристикой самого объекта исследования. Что мы имеем в виду? То, что иссле­дуемые социологом факты — мнения, суждения обществен­ности— выступают в момент исследования в двух принци­пиально различных формах: или 1) как внешне объективи­рованные в той или иной деятельности людей, или 2) как факты непосредственно самого сознания. Очевидно, в пер­вом случае социолог должен зафиксировать самопроизвольно выраженные мнения и приступить к их анализу, в то время как во втором он должен еще обнаружить, выявить, «со­здать» их, то есть создать условия для того, чтобы эти мне­ния получили соответствующее внешнее выражение, объек­тивировались. Отсюда — две большие группы методов изу­чения общественного мнения:

(8) Методы изучения внешне объективированных фактов сознания.

(9) Методы изучения непосредственных фактов сознания.

Остановимся сначала на первых.

Методы изучения объективированных фактов сознания
Как известно, мнения внешне объективируются прежде всего в специфической знаковой деятельности — речи, В первую очередь это — устная речь, разговорный язык, посредством кото­рого люди обмениваются друг с другом мыслями в процессе непосредственного общения. Обстоятельные беседы или го­рячие споры в кругу друзей, случайные разговоры где-ни­будь в трамвае или с соседом по квартире — таковы первич­ные формы выражения

суждений. Именно с ними связаны первые методы изучения общественного мнения, определяе­мые обычно как методы наблюдения [197].

а) Наблюдение. В данном случае процесс выражения мнений совершается помимо усилий социолога, без какого- либо его участия — исследователь занимает здесь созерца­тельную, сугубо пассивную позицию, «смотрит» на изучае­мый объект «со стороны». Вместе с тем речь тут идет о фиксировании моментальных явлений: устная речь пред­ставляет собой такую форму объективирования мнений, ко­торая позволяет «схватить» их лишь в момент высказыва­ния. В данном случае мнения не получают никакой иной внешней формы своего выражения (закрепления), которая бы давала им «вторую (самостоятельную) жизнь» — вне про­цесса высказывания, и потому они не существуют, вернее, перестают существовать для исследователя, если он не успел зафиксировать их на слух, «пронаблюдать» непосред­ственно в момент речи.

Общая социология различает два основных типа наблю­дения: 1) внешнее наблюдение и 2) участвующее наблюде­ние. Оба они сохраняют свое значение при изучении обще­ственного мнения. При этом внешнее наблюдение осущест­вляется тут, в силу специфики объекта исследования, в многочисленных формах (сознательного или неосознанного, случайного или планомерного) подслушивания. Что же ка­сается участвующего (включенного) наблюдения, то оно, как и всегда, состоит в том, что исследователь не ограничи­вается одноразовыми соприкосновениями с объектом, а вхо­дит в состав исследуемой социальной среды и благодаря этому получает возможность на протяжении длительного времени и систематически изучать ее настроения, взгляды, интересы и т. п. В сущности, это — многократно повторенное, растянутое во времени подслушивание.

Некоторые буржуазные социологи считают названные методы чуть ли не самыми эффективными в деле изучения общественного мнения, поскольку, с их точки зрения, фигура исследователя-инкогнито как ничто другое способствует по­лучению наиболее объективной, свободной от намеренных искажений и какой-либо тенденциозности информации. Од­нако с такой высокой оценкой наблюдения согласиться не­возможно. И не в силу прописной морали (как, кстати, пола­гают некоторые критики), утверждающей, что «подслуши­вать нехорошо», а также не потому, что «в условиях социа­лизма и социологи, и общественные организации того или иного коллектива трудящихся, и администрация — все вы­полняют единую задачу», в результате чего, мол, исчезает разница в объективности между официальной и неофициаль­ной информацией [198] (напротив, выше мы видели, что эта проблема сохраняет свою актуальность в нашем обществе). Дело в самом существе рассматриваемых методов.

Прежде всего результаты, получаемые с помощью наб­людения, отличаются не только высокой объективностью, но и, как правило, совершенной случайностью (особенно при внешнем наблюдении). И если первая особенность составляет плюс метода, то вторая оборачивается его ничем не восполнимым минусом. По высказанным вслух и услышанным исследователем суждениям никогда нельзя определить, яв­ляется это мнение общественным или индивидуальным. И тем более таким способом невозможно зафиксировать кар­тину общественного мнения в целом: исследователь не мо­жет быть уверен ни в том, что были высказаны, ни — в еще большей степени — в том, что ему удалось услышать все существующие в обществе (или в рамках изучаемой среды) взгляды на вопрос. В результате собранные факты оказы­ваются случайными, «надерганными».

А кроме того, в силу отмеченной выше специфики дан­ной формы выражения мнений (возможность фиксирования мнений лишь непосредственно в момент их высказывания), изучение мнений с помощью рассматриваемых методов — чрезвычайно громоздкое, трудоемкое дело. Исследователю подчас приходится весьма долго ждать момента, когда люди «заговорят», и каждый раз он должен затрачивать немалые усилия, чтобы технически обеспечить свое участие в беседе по формуле: «присутствуя, отсутствовать». К тому же оба эти момента совпадают крайне редко: обычно люди обмени­ваются мнениями, когда поблизости нет ни одного социолога, и наоборот — социолог может занять самую удобную для на­блюдения позицию, а ожидаемый им разговор не состоится.

Подобная абсолютная «неуправляемость» объекта иссле­дования резко сокращает возможности применения методов наблюдения при изучении общественного мнения. С по­мощью этих методов можно добиться известного эффекта, но не эффективности. И то лишь в случаях, когда речь идет об аморфном фиксировании общественного мнения — уста­новлении того, «о чем вообще поговаривают в народе». Если же задача состоит в том, чтобы измерить высказывания общественности по какому-то конкретному вопросу, методы наблюдения оказываются практически вообще непри­менимыми.

б) Анализ документов. Другой формой знаковой деятельности, в которой внешним образом объективируются мнения людей, является письменная речь. Благодаря ей члены общества получают возможность обмениваться друг с другом мыслями не только в процессе непосредственного общения, но и, так сказать, на расстоянии. Соответственно этому значительно раздвигаются и границы изучения обще­ственного мнения. При этом на первый план выдвигаются методы анализа документов.

В массе письменных свидетельств, фиксирующих мысли и чувства современников, весьма большое место занимают личные документы: частная переписка, дневники, записки людей, их письма и заявления в различные социальные ин­ституты (например, в органы печати) и т. п. В рамках реше­ния определенных задач подобного рода источники могут сыграть важную роль в деле исследования общественного мнения. Напомним, что В. И. Ленин рекомендовал самым тщательным образом изучать письма населения в редакции газет, а также в органы власти с целью определить «злобы дня», измерить настроения масс и т. д. Велико значение и дневников: они дают возможность понять общее состояние сознания тех или иных слоев населения. Вообще большое достоинство личных документов состоит в том, что содержа­щаяся в них информация отличается в принципе высокой степенью искренности. Особенно это относится к частной переписке. Но то же можно сказать и о дневниках или пись­мах в газету, при условии, что эти документы остаются част­ным делом человека, не предназначаются для опублико­вания.

И все же анализ личных документов занимает в общем объеме методов изучения общественного мнения довольно ограниченное место. Это связано с рядом обстоятельств, в це­лом повторяющих минусы методов наблюдения.

Во-первых, значительная, и как раз наиболее ценная в смысле объективности, часть личных документов крайне труднодоступна для исследования: частные письма и днев­ники не предназначаются для постороннего глаза.

Во-вторых, при изучении документов исследователь в большинстве случаев не может ставить перед собой каких-либо определенных задач, поскольку «неуправляемое» со­держание письменных высказываний и исследовательский интерес совпадают далеко не всегда, и вынужден идти «на поводу» за материалом. В меньшей степени это относится к письмам, поступающим в редакции газет, так как содержа­ние газетной страницы так или иначе влияет на характер почты, круг ее тем и т. д. Однако и здесь основная масса сти­хийно приходящих писем носит по своей проблематике со­вершенно «неуправляемый» характер [199]. В результате их изу­чение может дать более или менее полное представление о том, что интересует в данный момент корреспондентов, и лишь в значительно меньшей мере, в принципе чисто слу­чайно, ответить на вопросы, которые интересуют исследова­теля. Это крайне затрудняет, а еще чаще делает просто невозможным использование метода анализа личных доку­ментов при проведении целенаправленных, тематических из­мерений общественного мнения.

Наконец, с помощью рассматриваемого метода нельзя получить полного спектра всех существующих в обществе (или в той или иной отдельной среде) по данному вопросу мнений. Вернее, социолог никогда не может быть уверен сам и доказать другим, что зафиксированные в собранных им до­кументах высказывания отражают с необходимой полнотой все существующие точки зрения. А раз так, значит подобный материал, с точки зрения исследования общественного мне­ния в целом, будет носить характер случайного, отличаться ненадежностью.

Отмечаемые недостатки (особенно последний) в общем и целом присущи и методам анализа документов другого рода — общественных документов, представляющих собой или материалы, авторами которых являются коллективы, об­щественность (таковы решения массовых собраний, прото­колы заседаний и постановления различных общественных организаций, документальные отчеты учреждений и пред­приятий и т. п.), или материалы, авторами которых являются отдельные лица, но которые получили общественное выра­жение с помощью социальных институтов (таковы, напри­мер, выступления прессы) [200]. И все же их фактическое зна­чение в деле изучения общественного мнения относительно велико. Это объясняется тем, что общественные документы несравненно более доступны для исследования, чем личные. Немалую роль при этом играет и то, что процесс отбора не­обходимого материала для тематических обследований обще­ственного мнения в случае обращения к общественным доку­ментам значительно облегчен.

в) Анализ практических действий. Наконец, есть еще одна внешняя форма, в которой самопроизвольно объективируются мнения общественности. Это — поступки, действия, непосредственная практическая деятельность лю­дей. В таких случаях исследование общественного мнения осуществляется с помощью методов анализа практических действий. Причем эти методы, как и методы анализа доку­ментов, могут быть двух видов: это или анализ получивших определенное общественное выражение действий отдельных личностей (сюда относятся, например, широко распростра­ненные на Западе исследования выступлений руководителей различных общественных течений и сил, в частности пар­ламентских лидеров), или анализ непосредственных дейст­вий (манифестации, забастовки, вооруженные выступления и т. д.) самих широких масс.

Ясно, что значение этих форм исследования неравно­ценно. Качество картины мнений, получаемой путем изуче­ния действий общественных лидеров, определяется множе­ством условий — начиная с точно фиксируемой степени осу­ществления в обществе демократии и характера отношений между лидером и представляемой им группой (выражает или не выражает лидер интересы и настроения стоящих за ним масс, если выражает, то насколько полно и точно, и т. д.) и кончая «неуловимыми» «иррациональными» мо­ментами в поведении лидера, определяемыми его сугубо лич­ными свойствами. Наличие или, напротив, отсутствие тех или иных из этих условий способно привести и на практике сплошь и рядом приводит к возникновению несоответствий между позицией лидера и позицией собственно обществен­ного мнения, и это обстоятельство весьма затрудняет изу­чение последнего путем обращения к данной форме его объ­ективирования.

Напротив, анализ действий масс в большинстве случаев позволяет весьма точно фиксировать выраженное таким об­разом общественное мнение. Ведь содержание этого мнения прямо формулируется в лозунгах, под которыми проходят демонстрации, в требованиях, с которыми выступают заба­стовщики, или в разного рода политических программах, за осуществление которых ведется вооруженная борьба. Подоб­ная целенаправленность массовых действий (хотя она, ра­зумеется, может быть более или менее четкой) делает рас­сматриваемый способ изучения общественного мнения весьма эффективным, свободным от ошибок, особенно, если речь идет о таких решительных действиях, как революцион­ные выступления масс с оружием в руках. Вместе с тем понятно, что в практике исследования общественного мне­ния данный метод играет все же довольно скромную роль. Это связано с тем, что общественное мнение отнюдь не по любому поводу выражается в столь решительной форме. Во всяком случае, обращаясь к данной форме объективиро­вания мнений, исследователь не получит представления о содержании общественного мнения по многим проблемам, фактически обсуждаемым общественностью и интересую­щим его самого.

Методы изучения непосредственных фактов сознания  
В этом смысле методам изучения внеш­не объективированных фактов сознания несравненно предпочтительней методы изучения непосредственных фактов со­знания. Здесь исследователь с самого начала занимает решающую активную позицию, сам инспи­рирует высказывания общественности по тому или иному, строго определенному вопросу, сам определяет условия и форму этих высказываний и т. д.— в результате «не­управляемые» суждения

общественного мнения ста­новятся полностью «управляемыми» и создается реальная возможность (разумеется, при соблюдении непреложных ме­тодологических и методических требований) получить широ­кую и объективную картину мнений. По своему характеру эти методы в принципе совпадают с так называемыми мето­дами опроса; в общем объеме современных исследований об­щественного мнения они занимают ведущее место, играют определяющую роль.

В нашей социологической литературе термин «метод оп­роса» употребляется обычно аморфно, без каких-либо даль­нейших указаний на его точное содержание. Между тем та­кая практика недопустима. Прежде всего потому, что не­редко этим термином обозначаются и такие специфические формы высказываний общественного мнения, инспирирован­ных исследователем, которые (как, например, теоретические конференции [201]) весьма далеки от обычных представлений об опросе (кстати, в том числе и поэтому, с нашей точки зре­ния, гораздо точнее применительно к рассматриваемой те­перь совокупности способов изучения общественного мнения говорить не о методах опроса, а именно о методах фиксиро­вания непосредственных фактов сознания, хотя в целях эко­номии изложения мы будем пользоваться преимущественно первым термином). А во-вторых, даже и там, где речь идет о «чистом» опросе одним лицом другого лица или других лиц, термин «метод опроса» также выражает, как на это уже обратил внимание В. Ядов, «слишком широкое и достаточно неопределенное понятие. В сущности, здесь имеются в виду не один, а несколько различных приемов или методов» [202].

Это верно. Существует по меньшей мере три оси диффе­ренциации, относительно которых можно описывать различ­ные методы активного выявления и фиксирования общест­венного мнения. Они определяются или характером про­граммы, по которой предлагается высказываться обществен­ности, или формой, в которую облекается процесс высказы­вания, или объемом программы, точнее, степенью полноты охвата изучаемой совокупности.

В отношении первой оси дифференциации различаются, с одной стороны, способы фиксирования общественного мне­ния, высказывающегося по свободной программе, в сущно­сти, даже вовсе без программы, настолько широко бывает ее содержание, а с другой — способы фиксирования обществен­ного мнения, отвечающего на строго определенные вопросы.

а) Беспрограммный опрос. Если придерживаться точной терминологии, то методы, относящиеся к данной группе, менее всего могут быть названы опросом, поскольку здесь отсутствует характерное для последнего отношение между опрашивающим (исследователем) и опрашиваемым (исследуемым). В частности, исследователь здесь не поль­зуется традиционной формой вопросов, и больше того — само его обращение к аудитории с просьбой высказаться по суще­ству не рассчитано на обязательный ответ, носит, скорее, риторический характер и т. д.

Вместе с тем такое выражение мнений характеризуется и элементами настоящего опроса. Они проявляются прежде всего в том, что общественное мнение выражается здесь не стихийно, не самопроизвольно, но по инициативе исследова­теля, в ответ на его стремление зафиксировать содержание общественного мнения. С другой стороны, и исследователь здесь не только пассивно слушает, что говорит обществен­ность, но сам организует ее высказывания — не задавая кон­кретных вопросов, определяет тему обсуждения, следова­тельно, общие границы высказываний и т. д.

Последнее обстоятельство, кстати, ясно обнаруживает, что специфика рассматриваемой формы опроса заключается отнюдь не в том, что исследователь тут вовсе не предлагает аудитории никакой программы. Напротив, как видим, он формулирует и общую проблему для обсуждения, и конкрет­ные темы в рамках этой общей проблемы. Дело заключается и не в том, что предлагаемая в таких случаях программа от­личается крайне широким содержанием, включает в себя множество вопросов,— известно, что подобным признаком нередко отличаются и программы, предлагаемые для анке­тирования. Суть дела в другом—в том, что предлагаемая программа не является обязательной для говорящего, не требует, чтобы говорящий с необходимостью затрагивал все стороны обсуждаемой проблемы, высказывался по всем пунктам программы и т. д.

Иными словами, беспрограммный характер рассматри­ваемой формы опроса заключается не в том, что исследова­тель не предлагает исследуемым программы, но в том, что последние высказываются без программы, затрагивают каж­дый в соответствии с собственным желанием ту или иную тему в рамках общей программы. Тот же факт, что предла­гаемая программа отличается, как правило, исключительно широким содержанием, а также то, что говорящим предо­ставляется полная свобода в выборе предмета и формы вы­сказывания, еще более усиливает беспрограммный, или сво­бодный, характер этих высказываний. В результате послед­ние оказываются чаще всего несовместимыми (в смысле неперекрещивающимися) по своему содержанию.

С точки зрения формы, в которую облекается процесс высказывания, существенное значение имеет прежде всего наличие или отсутствие контакта исследователя с говоря­щим. Если такой контакт имеется, беспрограммный опрос осуществляется в виде беседы на заданную тему, если такой контакт отсутствует (процесс выражения мнений происходит без прямого, личного участия исследователя), такой опрос принимает форму изложения на заданную тему.

В свою очередь изложение может быть устным и пись­менным. Примером первого является как раз участие людей в теоретических конференциях, в работе разного рода собра­ний и совещаний. Классическим примером второго — органи­зация широкого потока писем в органы печати путем прове­дения разного рода дискуссий по тем или иным проблемам. Одним из конкретных случаев применения метода письмен­ных изложений (этот метод часто называют корреспондент­ским) является и получившее у нас в последнее время ши­рокое распространение проведение в печати массовых об­суждений проектов законов и важных документов.

б) Программный опрос. Другая группа способов выявления и фиксирования общественного мнения связана с понятием «программный опрос». Это — опросы в узком, в собственном смысле этого слова, где присутствует и фи­гура исследователя, задающего вопросы, и фигура исследуе­мого, отвечающего на них. Важнейшей особенностью данной формы изучения общественного мнения является то, что и вопросы и ответы регламентируются здесь определенной программой, то есть характеризуются однообразной структу­рой в каждом акте отношения, возникающего между опра­шивающим и опрашиваемым. Первый формулирует опреде­ленную совокупность вопросов, на которую он хочет полу­чить ответ. Второй в обязательном порядке должен ответить на эти вопросы.

Правда, и здесь, в рамках программного опроса, степень определенности программы, или запрограммированности во­просов и ответов, может быть весьма различной. Исследова­тель может ставить запрограммированные вопросы в сво­бодной манере, не придерживаясь в каждом конкретном слу­чае одних и тех же формулировок, вносить в процесс опроса элементы беседы, то есть дополнять запрограммированные вопросы какими-то другими своими суждениями, позволяю­щими установить более тесный контакт с говорящим, про­яснить ему замысел исследования, выявить более точное со­держание его мнения и т. д. и т. п. Тогда говорят о методе (или методах) бесед по определенной программе, или интер­вьюирования. А с другой стороны, вопросы перед исследуе­мым могут ставиться и в жестко фиксированной форме, в виде совершенно строгих, однообразных формулировок. Тогда говорят о методе (или методах) анкетирования. При­менение этого последнего метода связано с программой, вы­раженной в письменной форме, в виде так называемой ан­кеты (анкетной карточки, анкетного бланка, карточки опроса и т. д.).

И интервьюирование, и анкетирование может быть как индивидуальным, обращенным к одному лицу, так и группо­вым, обращенным сразу к некоей совокупности, группе лиц. В первом случае ответы на вопросы выражают мнение од­ного человека, во втором — мнение целого коллектива.

Поскольку беседа по программе может быть только уст­ной, весьма важное значение в рамках данного вида иссле­дования приобретает различение протоколируемых и непротоколируемых интервью. Как подчеркивают многие социологи, при исследовании общественного мнения по щепетиль­ным вопросам лучше прибегать к методу непротоколирован­ного интервью, потому что факт фиксации высказываний может отрицательно воздействовать на говорящего [203].

В отличие от интервьюирования, анкетирование всегда связано с ведением протокола ответов опрашиваемого. Од­нако при этом оно может быть как устным, так и письмен­ным. В первом случае исследователь обращается к опраши­ваемому с устными вопросами (например, по телефону) и сам записывает ответы последнего на анкетный бланк (этот метод нередко называют интервью-анкетой). При письмен­ном анкетировании анкетный бланк вручается непосредст­венно опрашиваемому, и он лично заполняет его. Наряду с названными видами существует еще смешанное, письменно- устное анкетирование; «в этом случае опрашиваемое лицо са­мостоятельно заполняет карточку опроса, но в дальнейшем исследователь, принимая карточку, имеет возможность уточ­нить детали, поставить дополнительный вопрос и т. д.» [204].

Говоря о методах анкетирования, можно принимать во внимание и техиику проведения опроса; тогда, например, следует выделить анкетирование по программам, содержа­щим исключительно одни закрытые вопросы (такой метод называется голосованием, или анкетой-молнией), а в рамках устного анкетирования — опросы с наличием или отсут­ствием визуального контакта между анкетером и опраши­ваемым, и т. д. Однако гораздо более существенное значение имеет учет такой стороны дела, как наличие или отсутствие вообще непосредственных контактов между исследователем и исследуемым. С этой точки зрения различаются програм­мный личный и программный заочный опросы. Ясно, что в объем первого входят все перечисленные выше виды интер­вьюирования и анкетирования. Объем второго совпадает с письменным анкетированием (случаи, когда опрос прово­дится, например, по почте).

...Таковы в целом, с нашей точки зрения, основные ме­тоды фиксирования общественного мнения. В конечном виде их классификация принимает следующий вид:

 

Методы фиксирования общественного мнения

I. Методы изучения внешне объективированных фактов сознания

 


 



А. Наблюдение —

Б. Анализ документов —

 

В. Анализ практических

действий —

 

1) внешнее

2) участвующее

3) личных

4) общественных

5) отдельных лиц

6) масс


II Методы изучения непосредственных фактов сознания (опросы)

Г. Беспрограммный опрос

 


а) личный —

б) заочный (изложение на

за­данную тему) —

 

7) беседа на заданную тему

8) устный

9) письменный (корреспондентский

метод)


Д. Программный опрос


а) личный —

интервьюирование (индивидуальное или групповое) —

анкетирование

(индивидуальное

или групповое) —

б) заочный —

10) протоколируемое

11) непротоколируемое

 

12) устное (интервью-анкета)

13) письменное

14) смешанное

15) письменный


 

Методы исследования с точки зрения охвата объема изучаемой совокупности  
Теперь вспомним о третьей оси диффе­ренциации методов активного выявле­ния и фиксирования общественного мне­ния — связанной с объемом программы. В известном смысле этот дифферент имеет значение и применительно к мето­дам пассивного фиксирования объективированных фактов сознания, поскольку и там число наблюдений или анализи­руемых документов может быть более и менее значитель­ным. Однако, с другой стороны, в силу отмеченной выше «неуправляемости» объекта исследования, в случае анализа объективированных фактов сознания

изучаемая совокуп­ность практически никогда не может быть охвачена доста­точно полным образом и — главное — в соответствии с зара­нее определенной (по объему) программой (невозможно, например, говорить о всеобщем наблюдении или об изучении личных документов, представляющих всех без исключения членов анализируемой группы, и т. д.). Словом, критерий объема программы, вернее, отношения объема программы к объему изучаемой совокупности, специфичен прежде всего для методов опроса.

Имея в виду эту сторону дела, социология, как и стати­стика, выделяет исследования со сплошным охватом объек­тов изучаемой совокупности, с охватом основного массива (решающего большинства) этих объектов, с охватом их ча­сти (определяемой в соответствии с теми или иными крите­риями), а также так называемые монографические исследо­вания, охватывающие не всю совокупность в целом и не ту или иную часть ее, а отдельных, единичных (типичных) представителей целого.

Если принять во внимание, что метод основного массива представляет собой в принципиальном отношении одну из конкретных форм исследования части целого, то примени­тельно к способам изучения общественного мнения можно говорить о трех основных методах:

1) всеобщем опросе,

2) выборочном опросе и

3) локальном опросе.

 

В случае всеобщего опроса число опрашиваемых (n) рав­няется числу членов (N) изучаемой совокупности («вселен­ной») или бесконечно близко к нему. Классическим образцом применения этого метода в рамках общества в целом яв­ляются всеобщие переписи населения, всеобщие выборы, ре­ферендумы и т. п.

При выборочном опросе число п всегда представляет со­бой большую или меньшую дробь от N. Таково в сущности большинство опросов, проводимых национальными институ­тами общественного мнения в масштабах страны.

Наконец, локальный опрос ограничивается изучением отдельных элементов (или сфер), входящих в структуру исследуемой «вселенной». Объектом исследования здесь яв­ляется также «вселенная» в целом (например, промышлен­ность данного города), непосредственным же его предме­том — какой-то единичный представитель этой «вселенной» (например, одно предприятие). Проводя опрос в рамках из­бранного локала, исследователь должен прийти к выводам, характеризующим «вселенную» в целом. Это заставляет его придерживаться определенных принципов отбора. Что же касается характера опроса, то в рамках избранного предмета он, понятно, может быть как всеобщим, так и выборочным.

 

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-23; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.239.58.199 (0.017 с.)