Концепция науки в неопозитивизме.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Концепция науки в неопозитивизме.



 

Неопозитивизм, или аналитическая философия, возникает в 20-х годах 20 столетия как попытка продолжить решение вопроса о взаимоотношении философии и науки в новых условиях неклассической науки на принципиальных положениях позитивизма. Согласно позитивизму, философия не имеет права претендовать на статус самостоятельной науки и заниматься содержательным исследованием особой сферы реальности. Подлинное, положительное (позитивное) знание о действительности может быть получено лишь в виде результатов отдельных специальных наук. Чем же должна заниматься философия?

На этот вопрос попытались по-новому, но в рамках традиций позитивизма, ответить участники Венского кружка философов, логиков и математиков, возглавляемого Максом Шликом (1882-1936), австрийским физиком-теоретиком. У истоков неопозитивизма стояли также Людвиг Витгенштейн (1889-1951), Рудольф Карнап (1891-1970), Бертран Рассел (1872-1970) и др.

Исторически первой формой неопозитивизма был логический позитивизм, или логический эмпиризм. Его возникновение напрямую связано с новыми направлениями в развитии науки, в частности, физики микромира. Физическая реальность начала описываться при помощи таких объектов, о которых нельзя было определенно сказать, что они наблюдаются. Возникла проблема осмысления понятий. Кроме того, наступил этап мощной матема­тизации научного знания. Казалось, что на кончике пера ученые открывают мир.

Отвечая на запросы науки логические позитивисты в центр своих научных интересов поставили проблему значения, эмпирической осмысленности научных утверждений. Логические позитивисты пришли к выводу ,что предметом философии не может быть теория научного познания, как думали махисты, поскольку она имеет все еще слишком мировоззренческий, слишком содержательный характер. Философия вообще, по их мнению, не имеет предмета, потому что она не содержательная наука о какой-то реальности, а род деятельности, сводящийся к анализу естественных и искусственных языков.

Как говорил Л. Витгенштейн, «философия есть не теория, а деятельность, заключающаяся и проявляющаяся в прояснении смысла научных понятий». Философ не столько дает знания, сколько занимается терапевтической деятельностью, удаляя мнимое знание. Таким образом, философия должна заниматься логическим анализом языка науки. Как и первый позитивизм, неопозитивизм лишает философию своего предмета. Философия – это логика науки и призвана давать синтаксические правила вместо философских аргументов. Ее функция состоит в уточнении и совершенствовании языка конкретных наук. Сам же язык науки – продукт произвольного соглашения между учеными. Это конвенциональная трактовка научного знания.

Философская деятельность преследует две цели:

1)элиминировать из науки все не имеющие смысла рассуждения и псевдо проблемы, возникающие в результате неправильного употребления языка, нарушения его логических правил, обусловленных прежде всего теми или иными идеологическими запросами;

2)обеспечить построение идеальных логических моделей осмысленного рассуждения.

Логический позитивизм спекулировал на реальных проблемах, поставленных развитием неклассической науки:

-проблема осмысленности научных утверждений;

-проблема возможности опытной проверки абстрактных теоретических положений;

проблема соотношения содержательных и формальных компонентов научной теории.

В разработанной представителями логического позитивизма методологии научного исследования дано описание типов научной теории, выделены и зафиксированы некоторые виды научных определений и объяснений, что представляет определенную ценность для логико-методологических исследований.

Б. Рассел выдвинул положение о том, что все высказывания делятся на три основные группы: 1) логико-математические (аналитические) категории. Они носят конвенциональный характер; 2) эмпирические (синтетические) категории; 3) метафизические (научно неосмысленные) понятия. Философия должна проанализировать высказывания, имеющее хождение в науке, т. е. вторую группу. В ее функции входит изъятие из науки всех научно-неосмысленных высказываний и обеспечение построения идеальных моделей осмысленного научного рассуждения.

В качестве критерия отбора научности или не научности понятий была выдвинута концепция верификации знания или принцип верификации высказываний. Принцип верификации (от лат. veritas – истина) был сформулирован Л. Витгенштейном в его работе «Логико-философский трактат» (1921). Принцип верификации утверждает: истинность всякого утверждения о мире должна быть в конечном счете установлена путем его сопоставления с чувственными данными.

Для логического позитивизма истина – есть совпадение высказывания с непосредственным опытом. Но научное и философское знание не соприкасаются с опытом непосредственно, а опосредованно, через целую цепь рассуждений. Непосредственно не связанные с опытом высказывания неопозитивисты назвали «молекулярными высказываниями». Их можно разбить на составные части – «атомарные высказывания», т. е. те, которые могут быть напрямую сопоставлены с подтверждающим или опровергающим опытом. При проверке на истинность необходимо пройти весь путь построения молекулярных предложений и свести их до «атомарных» или «протокольных высказываний».

Проблема истины центральная в логическом позитивизме. Выделяют логическую и эмпирическую истинность. Логическая истинность – это взаимо согласованность предложений. В неопозитивизме это стало решаю­щим критерием истины. Эмпирическая истинность устанавливается с помощью верификации. Как уже отмечалось, принцип верификации, по мнению логических позитивистов, позволяет доказать имеет или нет научный смысл то или иное предложение. Если путем формально-логических операций не удается установить соответствие предложений чувственным данным, то они объявляются не имеющими смысла.

Однако принцип верификации сразу же обнаружил свою ограниченность:

1)он не применим к высказываниям исторического характера;

2)предложения логики и математики не верифицируются и принимаются конвенционально;

3)принцип верификации не применим к целостной системе знания, а лишь к отдельным высказываниям. Но целое не есть сумма частей, а следовательно и верификация частей не означает верификации целого.

4)возможны высказывания, которые не верифицируются в настоящий момент, но в будущем способны к верификации;

5)сами законы вообще не верифицируются, такой операции может быть подвергнуто конечное число наблюдаемых проявлений закона.

Более того, вскоре обнаружилось, что не только многие научные высказывания не верифицируются, но и сам принцип верификации. Следовательно его провозглашение является высказыванием не имеющим смысла. Принцип верификации вступал в противоречие с научной теорией. Действительно, наука, как утверждают неопозитивисты, опирается на опыт. Но она не может развиваться только на основе опыта, она опирается на творческое, конструктивное мышление, которое создает новый результат на прямую не содержащийся в эмпирических данных. Логический позитивизм столкнулся с непреодолимым препятствием – невозможностью свести науку только к эмпирическому уровню. Таким образом, программа логического позитивизма по построению «идеального языка науки» на основе неких абсолютно достоверных и предельно простых «атомарных предложений» оказалась несостоятельной.

Начиная с конца 30-х годов 20 века Л. Витгенштейн отказывается от односторонней ориентации на логику и идею логически совершенного языка, рассматривая его лишь как одну из возможных «языковых игр». Витгенштейн увлекается идеей анализа многообразия форм обыденного языка и их эмпирического описания. Эти его разработки были напечатаны посмертно в труде под названием «Философские исследования» (1953). На базе этой работы возник лингвистический позитивизм. Значительное влияние на формирование идей лингвистического анализа оказал английский философ, представитель неореализма Джордж Эдуард Мур (1873-1958), а наиболее крупными представителями были Гилберт Райл (1900-1976) и Джон Остин (1911-1960).

Лингвистический анализ сознательно противопоставляет себя логическому позитивизму. Это выразилось в принципиальном отказе лингвистических аналитиков 1) от верификационной теории значения, 2) от тезиса о том, что научное рассуждение является идеальной моделью всякого осмысленного рассуждения, 3) от логико-позитивистского редукционизма теоретических высказываний к эмпирическим и пр.

В противоположность логическому позитивизму лингвистические аналитики подчеркивали, что используемый в обыденной жизни язык содержит множество различных подразделений, или «языковых игр» (Л. Витгенштейн). Логика функционирования формально одних и тех же слов в каждом из этих языковых подразделений, контекстов принципиально различна. Поэтому слова и выражения, которые внешне кажутся одинаковыми, по существу имеют несовпадающие значения и применяются на разных основаниях в зависимости от контекста их употребления. Причем в контекст включается а) цель говорящего и б) отношение высказывания к реальной ситуации его произнесения, т. е. «язык-игра» полагается не замкнутым отношением одних слов к другим, а включенным в реальную человеческую жизнедеятельность. Лингвистический позитивизм рассматривает язык как социальный институт и «форму жизни».

Важнейшим понятием лингвистической философии является понятие «значение». Значение – это не некая особая реальная сущность и не абстрактный объект, заданный в языке формализованной семантики, а тот или иной способ употребления слова в определенном контексте. Принципиальным для лингвистического анализа является не просто указание на существование в обыденном языке различных, не сводимых друг к другу слоев, контекстов и т. д., а признание того, что количество этих контекстов, в сущности, необозримо. Более того, невозможно выявить какие бы то ни было черты общие для разных употреблений одного и того же слова. А это значит, что по крайней мере для большинства слов актуально используемого, обыденного языка невозможно дать какие бы то ни было общие дефиниции.

Сказанное не относится к искусственно построенным, техническим языкам, которые могут употребляться в специальных науках для специальных целей, а применимо лишь к обычно используемому разговорному языку.

Лингвистические аналитики считают, что философские проблемы возникают как раз в результате непонимания логики естественного языка. Поэтому и решены они могут быть лишь путем анализа именно языка, путем тщательного выявления и кропотливого описания многообразных контекстов словоупотребления. Причем в качестве метода анализа не может быть использован аппарат формальной логики для целей разрешения философских проблем, ибо последние существуют именно как результат непонимания многообразия и не сводимости друг к другу различных языковых контекстов. Поэтому выполнение различных задач философского анализа лучше всего достигается средствами неформального анализа неформализованного обыденного языка.

Лингвистические философы считают, что «метафизические» псевдо утверждения возникают в результате нарушения правил употребления некоторых слов обыденного языка. При этом философские дискуссии порождаются отнюдь не всеми, а лишь некоторыми словами нашего языка, например, такими, как «знать», «реально», «в самом деле», «кажется», «вероятно», «истинно», «существует». Остается предположить, что именно эти слова обладают какими-то присущими им особенностями, представляющими особые возможности для злоупотребления ими. «Метафизики»-философы либо употребляют эти слова в тех контекстах, в которых они не могут употребляться согласно правилам обыденного языка, либо пытаются дать им некие общие определения, игнорирующие существование реальных, не сводимых друг к другу языковых контекстов.

Соответственно свою задачу аналитические философы видят в том, чтобы вскрыть источник «метафизических» псевдопроблем и выявить реальный, подлинный смысл слов, неправильно употребляемых философами-«метафизиками». Так, например, если путем анализа слова «знать» выявляется, что оно имеет целый ряд контекстуальных значений, между которыми вряд ли можно найти что-либо общее, то, утверждают лингвистические аналитики, не существует какой-либо общей дефиниции знания и, следовательно, задача построения общей философской теории познания лишена смысла.

Поскольку логический позитивизм наряду с задачей элиминации «метафизических» псевдоутверждений ставил перед философами цель построения идеальных моделей осмысленных рассуждений, критическая задача дополнялась там некоторой конструктивной. Представители лингвистического анализа сводят свои задачи к чисто негативным, или, как они сами предпочитают говорить, «терапевтическим», т. е. к элиминации философских проблем, к избавлению философии от нее самой.

Идеалом лингвистических аналитиков стал философ, не формулирующий никаких философских, «метафизических» тезисов, не пытающийся решать мировоззренческие проблемы, не конструирующий онтологические и гносеологические системы, зато занятый высоко профессиональной и специализированной деятельностью по выявлению с помощью особой техники точного смысла слов и выражений, обнаружению и устранению бессмыслицы.

Л. Витгенштейн говорил, что в прошлом были великие философы, а теперь впервые в истории появились философы «искусные». Строго говоря, Витгенштейн не считал философию наукой, а философа ученым. Философ-аналитик не строит каких-либо объясняющих теорий или гипотез, которые могут подтверждаться или не подтверждаться фактами. Не похож он и на логика или математика, который строит дедуктивные конструкции и доказывает теоремы, исходя из некоторых аксиом.

Философ-аналитик занят анализом смысла слов и выражений обычного языка, описанием того, что реально дано в языке. Философия, таким образом, есть описательная дисциплина, но не в смысле описательной эмпирической науки, которая делает общие выводы на основе статистического подсчета разных случаев.

Язык интересует философа не в его чисто лингвистических качествах, а как носитель значений. При этом одно и то же значение может быть выражено разными языковыми средствами и даже в разных национальных языках. Значения философом могут быть выявлены путем своеобразного «идеального эксперимента», т. е. мысленного представления возможных ситуаций, в которых употребляется то или иное слово, «всматривания» в работу языка и фиксация того, что «непосредственно очевидно».

«Мы должны избавиться от всяких объяснений, и одно лишь описание должно занять их место», - пишет Витгенштейн. Он в беседе с Дж. Муром заявил, что наиболее ценным его достижением является не получение тех или иных философских результатов, а разработка техники, метода разрешения философских проблем.

Изучение практики лингвистических аналитиков показало, что хотя они были, по их мнению, ярыми противниками «метафизики», сами на деле исповедывали особый вид «метафизики», выступающей в обличии техники языкового анализа. Представление о возможности устранить из науки специфически философскую мировоззренческую проблематику и превратить философию в разновидность специальной технической дисциплины оказалось мифом. Появилось понимание того, что надо выходить за рамки «философской терапии». В рамках анализа значений обыденного языка единственная возможность позитивной работы могла заключаться в том, чтобы исследовать значение не только тех слов и выражений, которые вызывают философские затруднения, но вообще разнообразных языковых форм безотносительно к их связи с философией. В этой связи лингвистический анализ выходит за рамки философии и превращается в некую специальную дисциплину, а обыденный язык – в объект научного изучения, что означает формулирование теорий и гипотез по всем правилам, принятым в современной науке.

История развития неопозитивизма показала несостоятельность противопоставления философских и специально научных проблем и потребность в исследовании философско-методологической проблематики науки. Представители последней исторической формы позитивизма – постпозитивизма вернулись к традиционным философским вопросам и предложили свой вариант философии науки.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-23; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.117.38 (0.006 с.)