ТОП 10:

Религиозная, философская и научная картины мира.



 

Интеллектуальная составляющая любого мировоззрения – миропонимание, иногда называется картиной мира. Со­держание этого мировоззренческого компонента определя­ется в зависимости от того, говорим мы о теоретическом уровне функционирования мировоззрения или о жизненно-практическом уровне. Обыденная картина мира, или миропонима­ние в его жизненно-практическом срезе, базируется на повседневных знаниях эмпирического толка, складывается стихийно и к объективной реальности может иметь весьма сомнительное отношение. Миропонимание на теоретиче­ском уровне, или теоретическая картина мира, представлено научными, философскими, религиозными идеями. Именно о них сейчас пойдет речь.

Религиозная картина мира. В своем генезисе и разви­тии философия тесно связана с религией. Слово «религия» восходит к латинскому существительному religio, означа­ющему благочестие, святость, и глаголу religare – связы­вать, соединять. Оба смысла сохраняются в современном представлении о религии и религиозности. Религия опреде­ляется как внутренне интегрированная система верований, чувств и действий, направленных на установление отноше­ний со «сверхъестественным».

И философия, и религия возникают из мифа и являются системами развернутых ответов на мировоззренческие воп­росы. И философия, и религия обсуждают проблемы уст­ройства мироздания, природы и сущности человека, его мес­та в мире. Однако между ними существует принципиальное различие в способах интерпретации этих проблем. Филосо­фия использует средства разума, опирается на объективные знания и формулирует свои выводы в рациональной форме.

Религия постигает свой предмет совершенно иначе. В религиозном мировоззрении акцент делается на веру, а не на доказательство и аргументацию. Результаты религиозно­го размышления формулируются в конкретных, наглядно-чувственных образах. Религия предлагает человеку верить, переживать и сопереживать, а не размышлять и делать вы­воды. Кроме того, религия предлагает готовые ответы на мировоззренческие вопросы, тогда как в философии ни один вывод не предопределен. Религиозная доктрина не предполагает какой-либо критики или трансформации фун­даментальных положений, а в философии критичность яв­ляется необходимым условием движения мысли. Религия предлагает человеку абсолютные идеалы, нормы и ценнос­ти, во всяком случае, она называет их таковыми. Филосо­фия же никогда не дает гарантий, что очередной ответ яв­ляется окончательным. Философия вообще не дает никаких гарантий, освобождая человека даже от иллюзии их воз­можности. Религиозные идеи всегда сопровождаются конк­ретными действиями: обрядами и ритуалами, и этим рели­гия также отличается от философии, не предполагающей никаких ритуальных действий.

Еще один вопрос, который требует обсуждения в связи с темой соотношения философии и религии, – это вопрос о вере. Вера – особый феномен сознания, неустранимый из контекста духовной культуры и личной жизни человека. Веру не следует отождествлять только с ее религиозной формой. В русском языке существует слово «доверие», ко­торое как раз и фиксирует внерелигиозный аспект веры. Доверие к себе, вера в собственные силы, доверие к дру­гому, доверие к авторитетам, субъективная убежденность в чем-либо – именно эти феномены формируют новый вектор че­ловеческой жизни. Хотя познание в науке и философии невозможно без веры.

Почти любая научная или философская теория базируется на некоторых предпосылках, которые принимаются без дока­зательств, т.е. на веру. В науке эти положения формулиру­ются явно, в философии, как говорилось выше, они могут некоторое время оставаться неявными. Средневековый фи­лософ Августин, уловив эту особенность человеческого по­знания, предложил следующую формулу, выражающую суть любой познавательной установки: «Верую, чтобы по­нимать». Конечно, Августин имел в виду религиоз­ную веру, однако предложенный им принцип описывает и ситуацию рационального, внерелигиозного познания.

На неустранимость веры из философии обращали вни­мание многие мыслители. В частности, немецкий философ К. Ясперс говорит о феномене философской веры, без ко­торой невозможно познание трансцендентного бытия. Если религия объявляет веру откровением, порождая нетерпи­мость, фанатизм, ненависть и, в конце концов, войны, то философская вера носит принципиально иной характер. Философская вера не является откровенной, она существу­ет в союзе со знанием, представляя собой особый акт воли. Философская вера не может стать догмой, поскольку явля­ется осознанием бытия и его истоков, стремится понять са­мое себя. Именно философская вера, по мысли К. Ясперса, может объединить человечество.

Русский философ Л. Шестов построил развернутую си­стему, центральной категорией которой выступила катего­рия веры. Основной пафос философствования Л. Шестова направлен против авторитарной мудрости предшествую­щих веков. Силу протестовать против авторитетов, в том числе и философских, дает вера: вера в собственную сво­боду, в безграничные возможности индивидуального разума и силу индивидуальной воли. Оказываясь в ситуации абсурда, ведущего за пределы добра и зла, человек пробуж­дается к вере. Несмотря на то, что Л. Шестов в своем твор­честве широко использует библейские сюжеты, говорит он не только о религиозной вере. Русский философ имеет в виду как раз ту всепроникающую способность сознания, которая определяет человеческую деятельность в любых сферах, позволяет добиться успеха, обрести свободу и, в конце концов, сформировать собственную судьбу.

Помимо мировоззренческого характера, философию и религию роднит еще одна черта. Несмотря на апелляцию к эмоционально-чувственной стороне человеческой приро­ды, любая развитая религиозная система содержит в себе отпечаток выраженной системности, то есть так же, как и фи­лософия, носит характер умопостигаемой мировоззренче­ской доктрины. Религия, будучи одним из вариантов ответа на мировоззренческие вопросы, представляет собственную версию картины мира.

Принципиальная особенность религиозного миропони­мания – удвоение мира. В религиозном сознании действи­тельность существует в двух плоскостях: профанной и сак­ральной, или естественной и сверхъестественной. Сверхъ­естественное, сакральное, – первично, оно определяет жизнь людей в обыденном мире, естественное, профанное, – вторично. Современная религиозная картина мира пытает­ся ассимилировать последние данные науки о строении Вселенной, сущности жизни, возможностях человеческой психики. Однако религиозный ответ на мировоззренческие вопросы предполагает принципиальную неспособность че­ловека переступить черту, разделяющую назначение и повседневную видимость. Единственным способом объединения верующего с божественным миром является культ: обряды, ритуалы, молитвы, в некоторых случаях – медитация, а местом, где происходит пересечение священного и обыденного, высту­пает храм.

В зависимости от типа религии (монотеизм, политеизм), а также вариантов внутри одного типа (монотеистического – христианство, ислам, иудаизм; политеистического – буд­дизм, греческий и римский политеизм), задаются разные картины мира. Однако это разнообразие в деталях. Суть религиозного миропонимания неизменна. Центр религиозной картины мира – Бог или множество богов. Бог непоз­наваем, поскольку является существом, чьи качества пре­восходят возможности человеческого восприятия и пони­мания. Обыденное религиозное сознание, как правило, конкретизирует образ божественного существа, придавая ему антропоморфные, личностные характеристики. В мо­нотеистических религиях власть Бога безгранична, Бог творит мир и управляет им в соответствии со своим замыс­лом. Понятно, что в религиозной интерпретации боже­ственный замысел превышает возможности человеческого разумения. Впрочем, религиозный взгляд на мир не пред­полагает рационального понимания и объяснения, не пред­полагает он также непротиворечивости. Религиозная картина мира – объект веры, а не система координат для дальнейше­го движения мысли.

Представления о пространстве и времени в религии так­же принципиально двойственны: существует пространство и время профанного, эмпирического мира и мира сакраль­ного. Причем в божественном мире время трансформиру­ется в вечность, а пространство распадается на различные уровни: небо (рай) и подземное царство (ад) с целым сон­мом существ, их населяющих. Небесное и подземное цар­ства в свою очередь подразделяются на подуровни, выстра­иваясь в сложные иерархические системы.

Если в представлении о сакральном времени различные религии сходятся (время божества – это вечность), то в понимании времени обыденного мира предлагаются раз­ные варианты. Христианское время растянуто в линию: от сотворения мира через грехопадение первых людей до вто­рого пришествия Бога и Страшного суда. Начало и конец земного времени смыкаются с божественным, а все, что происходит внутри исторической линии, предопределено божественным замыслом и развивается в соответствии с божественной волей. В греческом политеизме или в буд­дизме предлагается циклическая концепция времени. Все­ленная возникает из хаоса, развивается, а затем погибает, чтобы родиться вновь. Причина гибели, как правило, одна и та же: грехи человека, сумма которых превысила некий заданный уровень, удерживающий мир от гибели.

Религиозная картина мира предлагает человеку един­ственный приемлемый способ существования – спасение бессмертной души и преодоление собственной греховной природы. Правда, в буддизме, свободном от идеи вины и греха, смыслом существования признается освобождение от круга перерождений и растворение индивидуального «я» в высшем сознании. Однако это не меняет сути дела: религиозное устремление человека это устремление к потустороннему миру, в каком бы виде это потустороннее не представало. Руководством на пути являются вера и пра­вильное поведение, с помощью которых достигается очи­щение от грехов в исламе или христианстве или освобож­дение от колеса перерождений (сансары) в буддизме.

Современная культура предлагает человеку множество вариантов религиозных ответов на мировоззренческие воп­росы. Однако мировыми религиями признаются только три: христианство, ислам и буддизм. Версии мироздания, мо­рально-этические нормы в них разнятся по содержанию, однако структура и смысл ответов один – устремленность к миру потустороннего, сверхъестественного и сведение смысла человеческого существования к поискам спасения.

Научная картина мира.Исключительное – именно так можно характеризовать влияние науки на мировоззре­ние современного человека. Тот образ науки, который сформировался к XVIII веку не в последнюю очередь благо­даря усилиям философии, породил в массовом сознании культ научного знания. Ссылка на данные науки, апелля­ция к научности на протяжении двух с половиной столетий оставалась последним аргументом в мировоззренческих спорах. В Новое время и эпоху Просвещения наука по сути дела играет роль религии, способной дать ответы на фун­даментальные вопросы устройства мира и бытия человека. Культ науки как окончательного, объективного и достовер­ного знания, знания «в последней инстанции» породил в массовом сознании особое отношение к тому образу мира, который предлагается наукой. Взгляд науки долгое время приравнивался к взгляду абсолютной истины. Научная кар­тина мира понималась как точная копия реальности, суще­ствующей вне и независимо от человека. При этом совер­шенно упускалось из виду, что наука – это подвижная, изменяющаяся система знаний, формируемая человеком, а человек, как известно, не застрахован от заблуждений. Тем более страховкой не может служить простая вера в автори­теты, питавшая культ науки на протяжении XVII–XIX веков.

Механистическая картина мира, долгое время отожде­ствляемая с научной картиной и, следовательно, единственно истин­ной, сформировалась в Новое время. Базой для этого типа миропонимания послужили физика И. Ньютона и онтоло­гия Р. Декарта. Классическая наука исходила из вещно-объективной картины мира. В рамках этой парадигмы че­ловек выступал как природное тело в ряду других тел и поэтому, оставался принципиально необъяснимым в своих «невещных» проявлениях. Механистическая картина мира оказывалась дуалистической, поскольку помимо природно­го мира необходимо было постулировать мир человеческой свободы, морали, красоты. Подразумевалось, что мир при­родный, в котором нет ничего человеческого, можно опи­сать объективно, не учитывая факта присутствия в нем че­ловека. Такое описание, в конце концов, и должно было стать точной копией объективной реальности.

В рамках механистической научной картины мира Все­ленная предстает как хорошо отлаженная машина, действу­ющая по законам строгой необходимости, явления и вещи связаны между собой в цепочку причин и следствий. Все­ленная представляет собой пустое пространство, в котором по четким, легко просчитываемым траекториям движутся массы вещества. Материя в свою очередь состоит из, неде­лимых атомов, обладающих постоянной массой. Время, так же как и пространство, абсолютно, однонаправлено и неза­висимо от вещества, которое в этом времени существует. Подобный субстанциональный взгляд на пространство и время был предложен И. Ньютоном и долгое время считал­ся естественным и единственно возможным.

Понятно, что местом человека в подобном мире являет­ся место одного из винтиков хорошо отлаженного механиз­ма. Возникновение жизни и сознания в такой Вселенной случайно и поэтому не поддается исчерпывающему объяс­нению. Человеческая судьба и свобода, творчество и не­стандартное поведение остаются загадкой. В какой-то мо­мент тотально объективистский, бесстрастный взгляд науки просто перестает замечать субъективное – челове­ка, устраняя его из картины мира.

Однако в науке так же, как и в философии, происходит смена стилей мышления, мировоззренческих парадигм и способов интерпретации проблем. Научная картина мира не является неизменной. Кризис и революция в физи­ке на рубеже XIX–XX веков повлекли за собой трансформацию основных «параметров» механистической научной картины мира. Суть этих изменений можно описать так: механистический взгляд на мир сменился взглядом органи­ческим. В рамках органической парадигмы Вселенная предстает как совокупность связей, а не вещей. Со­временная наука, в том числе и естественная, стремится изу­чать взаимодействия, связи, а не отдельные, замкнутые объ­екты. В рамках органической научной парадигмы мир представляет собой неделимую реальность всеобщих свя­зей, а не мозаику разрозненных элементов.

Начало трансформации от механистического к органи­ческому представлению о мире положили новые открытия в физике: общая и специальная теория относительности А. Эйнштейна, опыты с радиоактивными альфа-частицами Э. Резерфорда, работы по квантовой механике Н. Бора, от­крытие В. Гейзенбергом принципа неопределенности. Даль­нейшее содержательное наполнение новой парадигмы про­исходило за счет данных, предоставляемых психологией, в рамках которой сформировалась концепция бессознатель­ной психики, биологией и генетикой с их новыми достиже­ниями в области постижения сущности жизни. Развива­ющаяся наука XX в. перестала видеть мир простым и яс­ным. Более того, она вынуждена была вернуть в этот мир человека. Взгляд современной науки перестал быть тоталь­но объективистским.

Новые научные достижения показали, что человеческое сознание изначально вплетено в систему объективных свя­зей вещей и явлений и влияет не только на восприятие этой реальности, но и на саму реальность. Один из цент­ральных принципов новой органической парадигмы утверж­дает, что мир устроен таким образом, что появление в нем человека является закономерным.

Новая научная парадигма отказывается от субстанцио­нальной концепции пространства и времени в пользу реля­ционной. Согласно теории относительности простран­ство и время принципиально зависимы друг от друга и со­ставляют единый пространственно-временной континуум. Свойства пространства-времени зависят от позиции наблюдателя, скорости протекающих процессов и масс материи. Согласно современному научному взгляду на мир, материя не сводится к веществу, существуя как в вещественной, так и в полевой форме, а также в виде плазмы и вакуума. Трансформации материи могут быть описаны одновремен­но как взаимодействия частиц и как волновые процессы. Кроме того, связи между событиями и явлениями во Вселен­ной необъяснимы только с точки зрения ньютоновско-картезианской причинности, поэтому требуются иные спосо­бы интерпретации существующих в мире закономерностей.

Таким образом, в рамках новой научной парадигмы Вселенная предстает как постоянно развивающийся орга­низм, а человек – как одна из ступеней бытия, законы ко­торой не вступают в противоречие с законами других уров­ней существования мира. Современная научная картина мира только формируется, и поэтому в ней множество противоречий и нестыковок. Однако очевидна тенденция из­менений – от статики к динамике, от раздельности к взаимосвязанности, от механистического дуализма человече­ского и природного миров к органическому монизму.

 

Философская картина мира

На стадии формирования философское знание было тесно связано с научным знанием. В Ан­тичности философией назывался весь комплекс теоретиче­ских знаний, из которого затем выделились области конкрет­ных исследований. В современной философии существуют разделы, которые напрямую связаны с научным знанием — так называемые проблемы конкретно-научных дисциплин. Философия, так же как и наука, имеет эссенциалистскую направленность (направленность на сущность), в ней при­ветствуются логическая аргументация и доказательность выдвигаемых положений. С наукой философию сближает опора на рационально-теоретические методы исследова­ния, выработка достоверных, общезначимых принципов и положений. И в науке, и в философии знание выражается в рациональной форме, в виде понятий, суждений и умоза­ключений.

Однако, в отличие от философии, наука не носит миро­воззренческого характера, она ничего не говорит человеку о его жизненных, экзистенциальных нуждах. Предметом научного исследования в сфере гуманитарной, социальной или естественной является только один из полюсов мировоззренческого отношения: либо человек, либо мир. Ни одна наука не стремится прояснить фундаментальное миро­воззренческое отношение. Ни одна наука не решает вопроса о свободе, истине или красоте, хотя ее могут интересовать возможности человеческого сознания и воли, особенности восприятия физической реальности. Ни одна наука не выявляет уни­версальные связи и не проясняет фундаментальные пред­посылки бытия. Именно поэтому философию не следует отождествлять с наукой.

Изложению основных идей философской картины мира бу­дут посвящены все последующие страницы. Поэто­му здесь мы ограничимся лишь описанием основных прин­ципов, на которых строится философское миропонимание.

Философские картины мира чрезвычайно разнообразны. Фундамент философской картины мира составляет та или иная концепция бытия. О материалистическом и идеалис­тическом, рационалистическом и волюнтаристическом, мо­нистическом и плюралистическом и т.п. вариантах фило­софской картины мира мы уже говорили. Философская картина мира никогда не предполагает окончательных ответов. В философии отсутствует понятие сакрального, хотя некоторые философские учения могут утверждать принципиальную ограниченность человеческо­го разума. Тем не менее, это не пределы, задаваемые проти­вопоставлением естественных и сверхъестественных начал. В фи­лософии принципиально отсутствует идея личного Бога, но при этом в некоторых философских системах предлагается понятие «Абсолютной идеи» или «Мирового духа». Философия использует все данные, предоставляемые естественными или общественными науками, для решения принципиаль­ных мировоззренческих вопросов, но никогда не замыкает­ся в сфере эмпирической конкретики. Любая философская картина мира является лишь приглашением к размышле­нию и самостоятельному поиску, а не окончательной вер­сией мироздания.

 







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-08; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.210.23.15 (0.008 с.)