ТОП 10:

Возражения против признания битвы мироизменяющим событием



Другие историки не согласны с такой оценкой.

Алессандро Барберо пишет: «В наше время историки склоняются к тому, чтобы преуменьшать значение битвы при Пуатье, указывая на то, что цель арабских сил, разгромленных Карлом Мартеллом, состояла не в завоевании франкского королевства, а лишь в разграблении богатого монастыря святого Мартина в Туре».

 

Подобным же образом Томаш Мастнак пишет: «Современные историки создали миф, представляющий эту победу так, будто она спасла христианскую Европу от мусульман. Эдуард Гиббон, например, называл Карла Мартелла спасителем христианства, а битву при Пуатье – сражением, изменившим мировую историю... Этот миф дожил до наших дней... Современники битвы, однако, не преувеличивали ее значимости. “Продолжатели Фредегара”, писавшие, вероятно, в середине восьмого века, описывали битву как одно из многих сражений между христианами и сарацинами – даже более того, как одну из войн, которые вели франкские правители за добычу и территорию... Один из продолжателей Фредегара изображал битву при Пуатье такой, какой она и была в действительности: эпизодом в борьбе между христианскими князьями в то время, когда Каролинги стремились установить свою власть в Аквитании».

 

Ливано-американский историк Филип Хитти полагал, что «в реальности на поле сражения при Туре ничего не решилось. Мусульманская волна, уже находившаяся за тысячу миль от своей исходной точки у Гибралтара – не говоря уже об ее базе в Аль-Кайраване – уже исчерпала себя и дошла до своего естественного предела».

То мнение, что битва не имела никакой исторической важности, подытожил Франко Кардини, который сказал в книге «Европа и Ислам»: «Хотя необходимо благоразумно подходить к развенчанию или “демифологизации” сражения, никто более не считает его ключевым. “Миф” о важности этого отдельного военного столкновения дожил до наших дней скорее как клише средств массовой информации, которое сложнее всего искоренить. Хорошо известно, как пропаганда, устроенная франками и папством, прославляла победу, имевшую место на дороге между Туром и Пуатье…»

 

В своем вступлении к «Спутнику читателя о мировой истории» Роберт Коули и Джеффри Паркер подводят итог мнению современных сторонников такого взгляда на битву при Туре: «Изучение военной истории в последние годы претерпело радикальные перемены. Старый подход под барабанную дробь и фанфары уже не годится. Такие факторы, как экономика, снабжение, разведка и технологии, заняли то место, которое раньше отводили только битвам, кампаниям и подсчету людских потерь. Такие слова, как „стратегия“ и „операция“, приобрели смысл, которого не имели еще поколение назад. Новые подходы и исследования изменили наше отношение к тому, что раньше казалось самым важным. Например, некоторые сражения, которые Эдвард Кризи перечислил в своей знаменитой книге 1851 года “15 решающих сражений мира“ вряд ли достойны упоминания, и столкновение между мусульманами и христианами в 732 году, когда-то считавшееся переломным событием, теперь низведено до положения массированного набега».

 


Заключение

Некоторые современные историки и авторы в других областях соглашаются с Уильямом Уотсоном и продолжают утверждать, что битва явилась одним из поворотных моментов мировой истории. Профессор религии Хьюстон Смит говорит в книге «Мировые религии: великие традиции мудрости»: «Если бы не разгромная победа Карла Мартелла при Пуатье в 732 году, весь западный мир мог бы сегодня быть мусульманским». Историк Роберт Пэйн на стр. 142 своей «Истории Ислама» сказал: «Более могущественные мусульмане и распространение ислама стучались в дверь Европы. И распространение Ислама было остановлено на дороге между французскими городами Тур и Пуатье, когда он успел только просунуть голову в Европу».

 

Консервативный военный историк Виктор Дэвис Хансон разделяет его взгляд на макроисторическое значение битвы: «Ученые последнего времени считают, что битва при Пуатье, так плохо запечатленная в источниках того времени, была не более чем набегом и, таким образом, конструктом западного мифотворчества или что победа мусульман могла быть предпочтительней сохранения франкского господства. Ясно то, что битва при Пуатье ознаменовала общее продолжение успешной защиты Европы (от мусульман). Окрыленный победой при Пуатье Карл Мартелл продолжал очищать Южную Францию от исламских захватчиков в течение десятилетий, объединять враждующие королевства, закладывая основание империи Каролингов, и обеспечивать наличие готовых и надежных войск из местных поместий».

 

Пол Дэвис, другой современный историк, который обращается к обеим сторонам дискуссии по поводу того, действительно ли битва определила дальнейшее направление истории, как утверждает Уотсон, или являлась сравнительно малозначащим набегом, как пишет Кардини, говорит: «Спас ли Карл Мартелл Европу для христианства или нет, это повод для споров. Однако в чем нет сомнений, это в том, что его победа обеспечила владычество Галлии в течение более чем века».

1.21 ВЕНСКАЯ БИТВА (1683 г.) – ВТОРАЯ ИСЛАМСКАЯ ВОЛНА[189]

 

Битва при Вене произошла 11 сентября 1683 года, после того, как Османская империя два месяца осаждала Вену, столицу Австрии. Победа христиан в этой битве навсегда положила конец завоевательным войнам Османской империи на европейской земле, и обеспечило политическую гегемонию династии Габсбургов в Центральной Европе.

В крупномасштабном сражении победили польско-австрийско-германские войска под командованием Яна III Собеского, короля Польши. Войсками Османской империи командовал Кара-Мустафа, великий визирь Мехмеда IV.

 

Осада турками Вены началась 14 июля 1683 года, численность османской армии составляла примерно 90 тысяч человек. Самой осадой занимались 12 000 янычар, а еще 70 000 турецких солдат следили за окрестностями. Решающее сражение произошло 11 сентября, когда к Вене подошли объединенные силы Священной Лиги общей численностью 84 450 человек.

 

Битва стала переломным событием в трехсотлетней войне государств Центральной Европы против Османской империи. В течение последующих 16 лет австрийские Габсбурги отбили у турок значительные территории – южную Венгрию и Трансильванию.

 

Османская империя всегда стремилась захватить Вену. Стратегически важный крупный город, Вена контролировала Дунай, (соединявший Черное море с Западной Европой), а также торговые пути (из Восточного Средиземноморья в Германию). Перед тем, как начать вторую осаду австрийской столицы (первая была в 1529 году), Османская империя в течение нескольких лет тщательно готовилась к войне. Турки чинили дороги и мосты, ведущие к Австрии и к базам снабжения своих войск, на Балканы, куда они свозили со всей империи оружие, воинское снаряжение и артиллерию.

 

Кроме того, Османская империя оказывала военную поддержку венграм и некатолическим религиозным меньшинствам, жившим в занятой Габсбургами части Венгрии. Там на протяжении многих росло недовольство антипротестантской политикой императора Австрии Леопольда I Габсбурга, ярого сторонника католической Контрреформации. В итоге это недовольство вылилось в открытое восстание против Австрии, и в 1681 году протестанты и прочие противники Габсбургов объединились с турками, которые признали предводителя восставших венгров Имре Текели королем «Верхней Венгрии» (восточная Словакия и северо-восточная Венгрия, ранее отвоеванной им у Габсбургов). Они даже обещали венграм создать специально для них «Венское королевство», если город попадет в оттоманские руки. Тем не менее, до начала осады между Габсбургами и Османской империей, благодаря Вашварскому мирному договору, на протяжении 20 лет царил мир.

 

В 1681-1682 годах резко участились столкновения между силами Имре Текели и австрийскими правительственными войсками. Последние вторглись в центральную часть Венгрии, что и послужило поводом к войне. Великий визирь Кара Мустафа-паша сумел убедить султана Мехмеда IV разрешить наступление на Австрию. Султан приказал визирю войти в северо-восточную часть Венгрии и осадить два замка – Дьер и Комаром. В январе 1682 года началась мобилизация турецких войск, а 6 августа 1682 года Османская империя объявила Австрии войну.

 

В те времена возможности снабжения делали крайне рискованным любое крупномасштабное наступление. В этом случае после всего трех месяцев боевых действий турецкой армии пришлось бы зазимовать далеко от родины, на вражеской территории. Поэтому в течение 15 месяцев, прошедших с начала мобилизации турок до их наступления, австрийцы интенсивно готовились к войне, заключали союзы с другими государствами Центральной Европы, что и сыграло решающую роль в поражении турок. Именно в эту зиму Леопольд I заключил союз с Польшей. Он обязался помочь полякам, если турки осадят Краков, а поляки, в свою очередь, обязались помочь Австрии, если турки осадят Вену.

 

31 марта 1683 года в Императорский Двор Габсбургов пришла нота об объявлении войны. Ее послал Кара Мустафа от имени Мехмеда IV. На следующий день турецкая армия отправилась из города Эдирне в завоевательный поход. В начале мая турецкие войска прибыли в Белград, а затем пошли на Вену. 7 июля 40 000 крымских татар стали лагерем в 40 км к востоку от австрийской столицы. Австрийцев же в том районе было вдвое меньше. После первых схваток Леопольд I отступил в Линц с 80 000 беженцев.

 

В знак поддержки король Польши летом 1683 года прибыл в Вену, демонстрируя тем самым готовность выполнить свои обязательства. Ради этого он даже оставил свою страну незащищенной. Чтобы уберечь Польшу от иноземного вторжения во время своего отсутствия, он пригрозил Имре Текели разорить дотла его земли, если тот посягнет на польскую землю.

 

События осады

Главная турецкая армия прибыла к Вене 14 июля. В тот же день Кара Мустафа отправил традиционный ультиматум о сдаче города. Граф Эрнст Рюдигер фон Штаремберг, командир оставшихся 11 000 солдат, 5000 ополченцев и горожан, при поддержке в 370 пушек, капитулировать отказался. За день до этого он получил известие о резне в Перхтольдсдорфе, расположенном к югу от Вены. Граждане этого города приняли соглашение о сдаче, но турки вероломно его нарушили и учинили резню.

 

Жители Вены уничтожили многие дома вне городских стен, и расчистили развалины, чтобы оставить осаждающих без прикрытия. Это дало возможность вести по туркам шквальный огонь, если бы те сразу пошли на приступ. В ответ Кара Мустафа приказал рыть в направлении города длинные траншеи, чтобы оградить своих солдат от огня.

Хотя у турок имелось 300 орудий, укрепления Вены были мощными, построенными по новейшим технологиям того времени. Поэтому туркам пришлось прибегнуть к более эффективному расходу пороха – к подкопу. Под массивными городскими стенами были вырыты туннели, куда планировалось заложить заранее приготовленные мины.

 

У турецкого командования было два варианта взятия города: либо ринуться всеми силами на приступ (что вполне могло привести к победе, так как их было почти в 20 раз больше, чем защитников города), либо осадить город. Турки выбрали второй вариант. Казалось бы, они поступили вопреки военной логике, однако штурм грамотно укрепленного города всегда стоит осаждающим огромных жертв. Осада же была прекрасным способом взять город при минимуме потерь, и это почти удалось. Единственное, чего оттоманы не приняли в расчет, – это время. Их неторопливость в деле захвата Вены, предшествовавшее этому неспешное продвижение армии вглубь Австрии привели к тому, что главные силы христиан подоспели вовремя.

 

Турки перерезали все пути снабжения осажденного города продовольствием. Гарнизон и жители Вены оказались в отчаянном положении. Истощение и страшная усталость стали настолько острыми проблемами, что граф фон Штаремберг приказал казнить любого, кто заснет на своем посту. К концу августа силы осажденных были практически полностью исчерпаны, но как раз в это время герцог Лотарингский Карл V разбил Имре Текели при Бизамберге, в 5 км к северо-востоку от Вены.

 

6 сентября польская армия перешла Дунай у города Тульна, в 30 км к северо-западу от Вены, и соединилась с императорскими войсками и идущими на помощь армиями из Саксонии, Баварии, Бадена, Франконии и Швабии, отозвавшимися на призыв Священной лиги, действия которой поддержал Папа Иннокентий XI. И лишь Людовик XIV, противник Габсбургов, не только отказался помогать, но и воспользовался ситуацией для нападения на Эльзас и другие области южной Германии, как во времена Тридцатилетней войны.

 

В начале сентября 5000 опытных турецких саперов взорвали один за другим значительные участки городских стен: Бургский бастион, Лебельский бастион и Бургский равелин. В итоге образовались бреши шириной в 12 метров. Австрийцы же пытались рыть свои туннели, чтобы помешать турецким саперам. Но 8 сентября турки все же заняли Бургский равелин и Низовую стену. И тогда осажденные приготовились сражаться в самом городе.

 

 

Ход сражения

Христианской армии, идущей на помощь, приходилось действовать быстро. Нужно было спасти город от турок, иначе союзникам пришлось бы самим осаждать захваченную Вену. Несмотря на многонациональность, союзники всего лишь за шесть дней наладили четкое командование войсками. Ядром войск стала польская тяжелая кавалерия под командованием короля Польши. Боевой дух солдат был силен, ибо они шли в бой не во имя интересов своих королей, а во имя христианской веры. К тому же, в отличие от крестовых походов, война велась в самом сердце Европы.

Кара Мустафа же, имея в своем распоряжении столько времени для организации успешного противостояния силам союзников, подъема боевого духа своих солдат, не сумел как следует воспользоваться такой возможностью. Он доверил защиту тыла крымскому хану и его кавалерии из 30-40 тысяч всадников.

 

Это достаточно серьезный вопрос – насчет участия татарских сил в битве под Веной. Хан чувствовал себя униженным оскорбительным обращением со стороны Кара Мустафы. Как сообщают, он отказался атаковать польские войска на их пути через горы, где легкая татарская конница имела бы сильное преимущество перед польской тяжелой кавалерией. Это оставило жизненно важные мосты незащищенными и позволило пройти объединенной габсбургско-польской армии, которая прибыла, чтобы снять осаду. Критики этой версии говорят, что именно Кара Мустафа, а не крымский хан, является ответственным за прекращение осады.

 

Татары были не единственным формированием османской армии, игнорировавшим приказы Мустафы. Османы также не могли положиться на своих валашских и молдавских союзников. Эти народы не любили турок, собиравших весомую дань с их стран и вмешивавшихся во внутреннюю политику с целью заменить правящих князей людьми, которые будут простыми турецкими марионетками. Когда молдавский князь Георгий Дука и князь Валахии Щербан Кантакузин узнали о турецких планах, они попытались предупредить Габсбургов и избежать участия в кампании, но османы настояли, чтобы они послали войска. Есть большое число популярных легенд о валашских и молдавских силах, участвовавших в осаде. Почти неизменно эти легенды описывают, как «они заряжали свои орудия соломенными ядрами, чтобы не повредить стены осажденного города».

 

Силы Священной лиги прибыли на Каленберг (Лысую гору), возвышавшуюся над Веной, и дали знать осажденным о своем прибытии, разведя сигнальные костры. Рано утром 12 сентября, перед сражением, для польского короля и его дворян была отслужена месса.

 

Сражение

Турки потеряли не менее 15 000 человек убитыми и ранеными, свыше 5000 мусульман попало в плен, союзники захватили все османские пушки. При этом потери среди защитников Вены составили 4500 человек.

Добыча, которая попала в руки войск Священной лиги и венцев, была столь же огромной, как и оказання ими помощь. Спустя несколько дней в письме к свой жене Ян Собеский писал: «Мы захватили неслыханные богатства… палатки, овец, скот и немалое число верблюдов… Это победа, равной которой еще не было, враг полностью уничтожен и всего лишился. Им остается только бежать, спасая свои жизни… Командир Штаремберг обнимал и целовал меня и называл меня своим спасителем».

Это бурное выражение благодарности не помешало Штарембергу приказать немедленно начать восстановление сильно поврежденных укреплений Вены – на случай турецкого контрудара. Однако это оказалось излишним.

Победа под Веной положила начало отвоеванию Венгрии и (временно) некоторых балканских стран. В 1697 году Австрия подписала с Османской империей Карловицкий мир. Задолго до этого турки расправились с потерпевшим сокрушительное поражение Кара Мустафой. 25 декабря 1683 года он был казнен в Белграде (удавлен шелковым шнурком, за каждый конец которого тянули несколько человек) по приказу командира янычар.

 

 

Значение

Хотя в то время еще никто этого не знал, битва под Веной предопределила ход всей войны. Турки безуспешно сражались последующие 16 лет, потеряв Венгрию и Трансильванию, пока окончательно не признали свое поражение. Конец войне был положен Карловицким миром. Сражение знаменовало исторический конец экспансии в Европу со стороны слабеющей Османской империи.

 

Политика Людовика XIV предопределила ход истории на столетия вперед: немецкоговорящие страны были вынуждены вести войны одновременно и на Западном, и на Восточном фронте. Пока германские войска сражались в составе Священной Лиги, Людовик воспользовался этим, завоевав Люксембург, Эльзас и Страсбург, разорил огромные территории на юге Германии. А Австрия не могла оказать немцам никакой поддержки в их войне с Францией, пока шла война с турками. Биография Эзекиеля дю Ма, графа де Мелак описывает опустошение значительной части южной Германии Францией.

 

В честь Собеского австрийцы возвели церковь на холме Каленберг, к северу от Вены. Железнодорожная трасса Вена-Варшава также носит имя Собеского. Созвездие Scutum Sobieskii (Щит Собески) назвали так, чтобы увековечить память о сражении.

 

Поскольку Собеский поручил свое королевство заступничеству Девы Марии Ченстоховской, папа Иннокентий XI постановил отмечать праздник Святого Имени Марии не только в одной Испании и Неаполитанском королевстве, но и во всей Церкви. Этот праздник празднуется 12 сентября.

 

Польско-австрийская дружба недолго длилась после этой победы, так как Карл V Лотарингский начал принижать роль Яна III Собеского и польского войска в битве. Ни сам Собеский, ни Речь Посполитая от спасения Австрии ничего существенного не выиграли. Напротив, битва под Веной ознаменовала зарождение будущей Австрийской империи (1804-1867) и падение Речи Посполитой. В 1772 и 1795 годах Габсбурги приняли участие в первом и третьем разделах Речи Посполитой, в результате чего это государство исчезло с политической карты Европы. А вот Османская империя никогда не признавала это разделение и предоставила убежище многим полякам.

 

Религиозное значение

Праздник Святого Имени Марии празднуется 12 сентября по литургическому календарю Римско-Католической церкви в ознаменовании победы в этом сражении христианской Европы над мусульманскими силами Османской империи. Перед сражением Ян Собеский поручил свои войска заступиничеству Девы Марии. После битвы Иннокентий XI объявил этот день праздником для всей Церкви.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-06; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.189.171 (0.017 с.)