Суицид как индикатор духовного кризиса государства

О духовном неблагополучии современного российского обще- ства свидетельствует резкий рост в постсоветский период числа са- моубийств. Суицид выступает индикатором духовно-психологической устойчивости общественных систем.

Еще Л.Н. Гумилев рассматривал самоубийства в качестве индика- тора создания антисистемы. Автор теории этногенеза выделял особо предрасположенные к суицидальной практике субкультуры (тантрист- ская, исмаилитская, манихейская, старообрядческая). Их парадигма определялась биофобскими установками мировосприятия и психо- ментальности. Л.Н. Гумилев связывал распространение биофобии в обществе с фазами надлома в процессе этнического развития. Дей- ствительно, в периоды разрушения установившейся шкалы мировоз- зренческих координат, утраты традиционных ценностных ориентиров кривая самоубийств резко возрастала. Массовым суицидом была от- мечена, в частности, эпоха упадка Римской империи153.

Беспрецедентной в мировой истории была масштабность жертв суи- цида эпохи трансформации Московского царства в Российскую империю. Старообрядческая апокалиптика стала формой суицидальной рефлек- сии. Ожидая наступления конца света, в «гарях» покончило с собой более 20 тыс. старообрядцев. В ответ на церковные инновации звучали призывы

¹⁵³ Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. СПб, 1993. С. 475–483.

всю Русь спалить всероссийским пожаром154. Петровская вестернизация России также репродуцировала суицидальные мотивы. Ее опыт заставля- ет предположить, что и современные цивилизационные инновации яви- лись одним из вызвавших новую волну самоубийств обстоятельств.

В суицидально-патологические тона был окрашен закат Российской империи155.

По оценке многих беллетристов, тема самоубийств была едва ли не основной для русской общественной мысли. В 1912 г. безусловный ав- торитет в психологической науке В.М. Бехтерев жаловался, что психиа- трические клиники в стране переполнены как никогда ранее. Ученый связывал развитие данной патологии с переживанием обществом по- следствий революции 1905–1907 гг.156 «У нас на Руси все оплевано, все взято на подозрение, не на что опереться, все шатко, нечем жить…», — писала А. М. Горькому одна из кандидаток в самоубийцы157.

Современная Россия — единственная страна в мире, в которой ста- тистика смертей от самоубийств выше, чем по любой другой причине внешней смертности, в т.ч. убийствам. Статистические данные по клас- су внешних причин смертности за период постсоветского развития российского государства даны на рис. 2.5.12158.

 

45

40

35

30

25

20

15

10

5

0                                                           год

 

От суицида От убийств

От транспортных травм всех видов

От случайных отравлений алкоголем От случайных утоплений

1991        1996        2001       2006

 

Рис. 2.5.12. Коэффициент смертности по классу внешних причин

 

¹⁵⁴ Сапожников Д.И. Самосожжение в русском расколе со второй половины ΧVΙΙ и до конца ΧVΙΙΙ вв. Кн. 3–4.// ЧОИДР. М.,1891.

¹⁵⁵ Жбанков Д. Современные самоубийства // Современный мир. 1910. № 3. С. 33–35.

¹⁵⁶ Бехтерев В.М. О причинах самоубийств и возможной борьбе с ними // Вестник Знания. 1912. № 3.

¹⁵⁷ Колтоновская Е. Самоценность жизни: эволюция в интеллигентской психологии // Образование. 1909. № 5. С. 91–110.

¹⁵⁸ Демографический ежегодник России. 2005: cтат. сб. М., 2005. С. 339.

Следует иметь в виду, что самоубийства есть наиболее резкая фор- ма выхода их психически-стрессового и психически-депрессивного со- стояний. Очевидно, что духовный кризис стал весомым компонентом увеличения числа умерших и по ряду других классов причин смерти, в частности, болезней систем кровообращения (на которую приходит- ся наиболее значительная часть умерших) и психических расстройств (за первую половину 1990-х гг. смертность по данному классу возросла почти в четыре раза)159.