ТОП 10:

Джон Уайтсайд Парсонс — Антихрист Космической Эры



На темной стороне спутника Земли, в 37 градусах к северу и 171 градусе к западу, поверхность прорезает кратер. С 1972 года на лунных картах этот пустынный участок носит имя Парсонс, в честь одного из первых ученых, занимавшихся космосом, Джона (Джека) Уайтсайда Парсонса (1914–1952), чьи новаторские исследования в области ракетного топлива и взрывчатых веществ помогли совершить человечеству первые шаги в исследовании внеземного пространства. Вряд ли можно представить себе лучший памятник магу, работы которого с таким энтузиазмом посвящены лунному женскому принципу во всей его таинственности. Бурный роман Парсонса с Женским Демонизмом в образе Бабалон, помимо прочего, вывел его в полную опасностей сферу внутреннего космоса, на одинокий его инициатический путь, оборвавшийся с его смертью в результате взрыва во время эксперимента.

Когда человек проживает свою жизнь столь бурно, и заканчивается она так трагично в молодом возрасте, то после себя он оставляет полный набор «ингредиентов» для легенды. В случае Джека Парсонса, прожившего всего 37 лет, вечный соблазн набросить романтическое покрывало майи на былые события еще более велик. И в результате многие возвели своего идола Парсонса на пьедестал, заретушировав повседневные банальности, присущие любой человеческой жизни, преследуя жалкую цель посмертного сохранения культа личности. Приятная для глаз задумчивость Парсонса, характерная для янки мятежность и жестокая ранняя гибель сделали его Джеймсом Дином сексуальной магии, одним из байронических персонажей типа «живи быстро, умри молодым», завораживающих утраченными возможностями своего нереализованного потенциала. Даже его пышный дом, где он провел последние десять лет жизни — огромный, мрачный викторианский особняк, унаследованный им от отца — выглядит так, словно сошедшая со страниц романа декорация для мудреца. Архетип таинственного и рокового гения редко находил столь полное воплощение во плоти и крови.

Когда мы проводили исследования, посвященные феномену Парсонса, нам посчастливилось встречаться, разговаривать или переписываться с теми, кто непосредственно был знаком с этим человеком, магом и ученым. И мы узнали о том, что он был ранимым, склонным к тихим размышлениям, социально неадаптированным, рассеянным, и, по всей видимости, прославился своей физической неуклюжестью и потливостью в той же мере, как и ныне превозносимым блестящим умом и загадочностью. Большинство ученых коллег Парсонса и их жен считало его интерес к магии своего рода бестолковым, эксцентричным, но безвредным хобби. И многие из них рассказывали нам о своем впечатлении, что его малопонятная сексуальная магия психологически осложнялась противоречиями, связанными с тошнотворно близкими отношениями с матерью и болезненным переживанием своей безотцовщины. Работу Парсонса с богиней Бабалон надо рассматривать в контексте того, что в издевательском автобиографическом наброске «Исследование, сделанное Мастером Храма» он назвал «опасной привязанностью» к своей матери. В этом же тексте Парсонс тонко замечает, что его «обращение к Бабалон представляло собой сублимацию эдипова комплекса». (Охочие до жареного материала биографы неоднократно пользовались, хотя и с большой натяжкой, этим аспектом психосексуальной конституции мага в качестве довода к обвинению Парсонса в реальных кровосмесительных отношениях с матерью, однако объективных доказательств этому нет).

Его стремление обрести подобие отца, отягощенное тем, что настоящий отец бросил его в раннем возрасте, ярко бросается в глаза на примере слепой сыновней привязанности, которую он проявлял по отношению к своим магическим наставникам Уилфреду Смиту и Алистеру Кроули. С ними он в итоге порвал и пустился на поиски собственного пути. Всем сексуальным магам темной волны для полного понимания природы своих отношений с партнерами по сексу и с эзотерическими силами мужского и женского начала стоит внимательно проанализировать психологию и нередко скрытую динамику влияния родителей, что подчас оказывает решающее воздействие на формирование представления о мужском и женском. Придирчивый сексуальный самоанализ Парсонса представляет собой ценную модель данного аспекта поступательного процесса эротического миропонимания для адепта пути левой руки.

Многие из тех, с кем мы беседовали о Парсонсе, подтверждали его выводы о себе как о человеке, подверженном «романтике, самообману, склонности полагаться на других»; эти качества нашли свое губительное выражение в невероятно скверном характере, который он постоянно проявлял в своей недолгой жизни. Если полагаться на сведения из вторых рук, то может сложиться впечатление, что научные заслуги Парсонса сделали его своего рода магическим Эйнштейном. Но также надо добавить, что некоторые из ученых-коллег видели в нем пиромана, пусть талантливого, но все же самоучку, не получившего образования в колледже, несдержанного, умственно неполноценного специалиста в узкой области, обожающего опасность и всякие взрывы. Фраза «сумасшедший ученый» часто срывалась с губ тех, кто рассказывал нам о своем впечатлении от знакомства с Парсонсом. Он легко пускался во всяческие авантюры и временами впутывался в продажу американских авиакосмических секретов иностранным державам — этот любительский шпионаж вкупе с воинствующим либерализмом привлек к его персоне внимание ФБР во время параноидных дней холодной войны с Красной Угрозой. Парсонс, подобно многим магам, любил понаблюдать через замочную скважину чужую жизнь; его вуайериститская наклонность жить жизнью других выражалась в привычке коллекционировать и изучать странных и живописных персонажей. Если добропорядочные авиакосмические специалисты, с которыми он работал, считали его, мягко говоря, чудаком, то богемные оккультисты из Голливудского и Пасаденского О.Т.О. поражались тому, как он сумел подвизаться на серьезной работе, связанной с хранением государственной тайны. Циркулируя между двумя сферами, столь не сочетающимися друг с другом, Парсонс всюду оставался загадкой.

Стоя прочно одной ногой на непоколебимых основах научного метода, Парсонс в значительной степени был более реалистичен и практичен по сравнению со среднестатистическим оккультистом, для которого характерно теряться в собственных субъективных фантазиях. Но любовь к дешевой научной фантастике, фэнтези и новым в то время сказкам про НЛО часто уносила его в утопические полеты воображения. Эту капризную черту в характере Парсонса Кроули отметил в письме к своей ученице Джейн Вульф: «Проблема Джека — в его слабости, а его тяга к романтике — он пишет стихи — является в настоящее время скорее помехой. Он находит удовольствие в чтении какой-то журнальной халтуры или «оккультных» романов (если бы он только знал, как их стряпают!) и сам хватается за перо». (Цитата по книге: Майкл Стейли. Возлюбленный Бабалон. Перевод А. Остапчук.) (Кроули прекрасно понимал о чем, он говорит, ибо сам сфабриковал несколько плохих оккультных романов.) И все же Парсонса можно признать уникальным визионером, по меньшей мере, в одном пункте: еще в 30-е годы он искренне верил, что полет человека на Луну — возможен.

Последние годы жизни Парсонса нередко описывают как время подступающей душевной болезни. Его решение официально сменить имя на Беларион Армилусс Ал Даджджал Антихрист в 1948 году, после принятия клятвы Магистра Храма, было сочтено объективным доказательством его безумия. Одно из последних немногочисленных его писем, адресованное в 1952 году телемскому коллеге Карлу Гермеру, судя по всему, предрекает наступление психического коллапса: «Операция началась с появления цветовых психосоматических симптомов и быстро развилась в острый психоз. Оператор переходил из состояния маниакальной истерии в депрессивное меланхолическое оцепенение и обратно приблизительно 40 раз, при этом развивались остракизм, кризисы и умственная неполноценность». (Там же.) До сих пор невыясненные обстоятельства его смерти, случившейся вскоре после этого письма, оставляют открытым вопрос о том, как могли бы развиться симптомы его мании.

Составление полного портрета Парсонса выходит за рамки нашей темы, однако данные предварительные замечания необходимо было сделать перед тем, как мы поговорим о том, что на самом деле стоит за посмертным образом этого человека как некого магического супергероя. Однажды кто-нибудь напишет качественную биографию Парсонса, отметив многочисленные грани его личности, но сейчас давайте вычленим наиболее эффективные для сексуального мага левой руки компоненты его учения. Прежде всего, нас будут интересовать те аспекты магической практики Парсонса, которые можно реально использовать для вызывания подходящего сексуального партнера (неважно, какого пола) для Великого Делания эротической алхимии. И разобраться в этом вопросе нельзя, не набросав сначала в общих чертах парадоксальный магический контекст, в котором развивался самозваный Антихрист Калифорнии.

 

 

«Любовный культ»

Начинающих сексуальных магов пути левой руки эта книга, возможно, вдохновит на создание собственных групп по изучению и практике эротической алхимии. В заключительном разделе мы выскажем соображения, которые, на наш взгляд, должны лежать в основе развития любого сексуально-магического сообщества. Однако самой поучительной преамбулой к некоторым практическим проблемам, потенциально угрожающим сексуально-магической группе, послужит краткий обзор участия Джека Парсонса в деятельности Ложи Аgape. Мужчины и женщины темной волны часто вполне искренне ищут освобождения от ограничений общественной и личной сексуальной стратегии. Но едва в игру вступает организационный фактор (об этом пойдет речь в нижеследующем рассказе), как вам надо быть готовым к встрече с такими качествами пашу, как собственнические притязания, борьба за власть и лицемерное притязание на то, что всякое проявление чувственности обладает «спиритуальной» природой.

В марте 1941 года Уилфред Т. Смит, англичанин-экспатриант, уполномоченный Кроули возглавить Ложу Аgape в Лос-Анджелесе, сообщил Великому Зверю о новом последователе О.Т.О. О 26-летнем молодом человеке Смит написал: «Думаю, что наконец-то я встретил действительно превосходного человека, Джона Парсонса. Со следующего вторника он начинает переговоры с целью расширить сферу нашей деятельности. У него превосходный разум, его интеллект острее моего… Думаю, Джон Парсонс будет полезен для нас». То была приятная весть для Кроули, давно уже недовольного работой своих калифорнийских учеников, которых он с презрением называл обычными «любителями». Зверю оставалось жить всего шесть лет, он не отличался крепким здоровьем, и его волновал вопрос, возникнет ли новое поколение телемских лидеров, которым он сможет передать свою миссию.

Другой член Ложи Agape, актриса немого кино Джейн Вульф, учившаяся вместе со Зверем на Чефалу, также пришла в восторг от новичка, записав в своем магическом дневнике о Парсонсе: «Я вижу в нем достойного преемника Териона (Θηρίον (греч.) — «Зверь».) [магическое имя Кроули]».

Получив такие восторженные отзывы, Кроули начал считать Парсонса подходящим руководителем Ложи Аgape, все больше дистанцируясь от Уилфреда Смита, чьи способности он давно поставил под вопрос. Парсонс рано обнаружил талант к научной работе и еще подростком вел компетентные научные беседы с видным немецким специалистом по авиа-космонавтике Вернером фон Брауном; столь же глубокий интерес этот вундеркинд на всю жизнь сохранил в своем сердце к магии. В 1927 году в возрасте 13 лет, если верить его «Книге Антихриста», Парсонс попытался вызвать дьявола в зримом облике; об этой операции он рассказывал, что она состоялась, хотя при этом упрекал себя в «проявлении трусости, когда Он появился». По всей видимости, искреннее осмысление Дьявола как живого существа в прямом смысле слова, с которым можно вступить в общение, резко отличалось от философии Кроули, который был относительно далек от сатанических мифов. Современный читатель, привыкший к превалирующему сегодня плоскому представлению о Сатане как о стильном молодом человеке, должен учитывать, насколько несформировавшимся был сатанизм в Америке 20-х годов. То, что юный Парсонс пустился в исследования столь туманной области, не имея поддержки со стороны несколько меркантильной оккультной субкультуры, которую мы имеем сегодня, доказывает, как далек он был от общепринятого уже в начале своей инициации.

Литературный агент Форрест Джей Акерман, среди многочисленных клиентов которого был Л. Рон Хаббард, в 1940-е годы знал Парсонса, поскольку оба они состояли в Обществе Научной Фантастики Лос-Анджелеса. Акерман обрисовал нам Парсонса как «типаж в духе Говарда Хьюза, (Хьюз, Говард (1905–1976) американский мультимиллионер.) высокий, стройный, смуглый, привлекательный». Его жена Элен тоже стремилась попасть в ряды О.Т.О., и юная, симпатичная пара была с радостью принята в сообщество сексуальной магики, нуждавшееся в приливе свежей крови.

Со своим живым умом, природной склонностью к магии и научным подходом к инициации молодой ракетчик показался отличной кандидатурой на роль лидера, которого уже давно подыскивали Кроули и угасающий О.Т.О. Но с самого начала Парсонс заявил о своей независимости, плохо вписывавшейся в иерархическую и доктринерскую структуру кроулианского О.Т.О. Хотя Парсонс восторженно воспринял Телему в качестве фундамента собственной религии и восхищался Кроули, обращаясь к нему «возлюбленный отец», он продемонстрировал куда более дальновидный и творческий подход к магии, нежели его собратья по Ложе, действовавшие исключительно по книге (Закона).

Это может показаться странным, но, учитывая сексуальную ненасытность самого Кроули, Зверя, как говорят, крайне раздражала привычка харизматического Смита совращать почти каждую согласную на то женщину, состоящую в Ложе. Одной из сестер, ставшей любовницей Смита, была Элен Парсонс. Связь эта, в соответствии с телемской максимой о том, что «ни у кого нет права собственности на человеческую плоть», установилась с полного согласия Джона Парсонса. Молодой ученик видел в Смите отца-наставника — и даже «Аватару Бога» — и не желал вмешиваться в его Истинную Волю, даже если она затрагивала его собственный брак. Это старательное преодоление социально-обусловленной сексуальной ревности было частью попытки Парсонса, направленной на то, чтобы освободиться от норм своего времени и воспитания, а также представляло центральный аспект парсонсовской трактовки сексуальной магии. Однако его привычка позволять эксплуатировать себя в этом смысле оказалась опасным моментом в его недолгой жизни. Как бы то ни было, Парсонс перенес любовные чувства на младшую сестру своей жены Сару Нортрап, известную как Бетти, которая также вступила в О.Т.О.

Позднее Парсонс называл случившееся поворотным моментом в своей эротической инициации, рассказывая о себе во втором лице в «Анализе Мастера»: «Бетти была нужна, чтобы уйти от Элен в этот критический момент. Если бы этого не произошло, ваша угнетенная гомосексуальная составляющая могла бы вызвать серьезное расстройство. Кроме того, ваша страсть к Бетти придала Вам магическую силу, в которой Вы так нуждались в то время, а акт прелюбодеяния с привкусом кровосмешения казался магическим подтверждением Закона Телемы». (Цитата по книге: Майкл Стейли. Возлюбленный Бабалон. Перевод А. Остапчук.)

Кроули, боровшийся за выживание в мрачном Лондоне военного времени, проявил меньшую снисходительность, услышав об этих далеких калифорнийцах; он решил, что они опустили идеал сексуальной инициации до уровня пошлой мыльной оперы. В одном из многочисленных бранных писем к Смиту Кроули обвинил его в том, что он снискал О.Т.О. «репутацию этой отвратительной гнусности, “любовного культа”». Поскольку самого Кроули последние двадцать лет обвиняли примерно в том же самом, нам кажется, что этот неожиданный всплеск пуританства в старческом возрасте был просто уловкой для того, чтобы низложить Смита. Его усиливающаяся авторитарность в Ложе стала причиной роста недовольства среди раздираемых внутренними склоками братьев и сестер Агапе.

Кроули назначил Парсонса исполняющим обязанности мастера Ложи, несмотря на проницательное наблюдение, что он «очень молод и подвержен мимолетным увлечениям». (Там же.) Мешала этому восхождению к власти над Ложей парсонсовская горячая преданность своему низвергнутому предшественнику Смиту, объявленному Кроули persona non grata. Юная жена Парсонса Бетти открыто презирала Смита, что, по всей видимости, усложнило и без того напряженную ситуацию.

Преследовавший Парсонса с юных лет интерес к сатанизму и темным проявлениям божественного всегда отличал его от прочих, более традиционно-благодушных магов Ложи. Теперь у него стала возникать зловещая слава заклинателя демонов и еще более мрачных сущностей черной магии при помощи Вуду; эти практики были совершенно незнакомы американцам 40-х годов. Члены Ложи Аgape писали Кроули, жалуясь, что эксперименты их нового лидера создают жутковатую атмосферу в общинном доме, где проходили их встречи. Казалось, Парсонса не интересуют его обязанности в Ложе, поскольку он все дальше уходил от исполнения ортодоксальных кроулианских ритуалов, предпочитая пускаться в собственные сексуально-магические авантюры.

Он даже осмелился упрекать самого Кроули, говоря, что его довольно садистское обращение с ославленным Уилфредом Смитом было несправедливо. В знак протеста Парсонс вышел из О.Т.О. в 1943 году; об этом событии Кроули сделал запись в своем дневнике, сопроводив ее своим типичным женоненавистническим выпадом в адрес жены Парсонса: «Письмо об отставке от щенка Джека; его морда прилипла к заднице драной кошки». Зверя взбесило это неповиновение, но все же он просил Парсонса не выходить из рядов его паствы, что свидетельствует об уважении, которое он, вероятно, испытывал к многообещающему, хотя и упрямому, ученику, в ком многие продолжали видеть вероятного наследника телемского трона. Хотя Парсонс номинально оставался главой Ложи вплоть до 1946 года, его усиливающееся увлечение — если не сказать одержимость — чарующей женской мистикой Бабалон неизбежно сформировало у него еретические взгляды. В итоге он охарактеризовал О.Т.О. как «отличную подготовительную школу для Адептов, но едва ли подходящий Орден для манифестации Телемы». Как всегда бывает с настоящими магами, Парсонс начал с ученичества в догматичной школе, а пришел к осознанию и обретению личной суверенности.

Стоит отметить, что свое блистательное уклонение от прямой дороги он совершил, будучи одержимым женщиной, а это признак посвященного пути левой руки. И не просто женщиной, а Инанной, Великой Вавилонской Блудницей. Так ее древние чары вернулись к жизни вдали от песков Ирака.

 

 

Опасности Работы Бабалон

Пожалуй, самым знаменитым эпизодом в подобной полету метеорита жизни Джека Парсонса стал его вызов женского элементала, проведенный вместе с коллегой в период между 4 января и 4 марта 1946 года — эту сексуально-магическую операцию он назвал «Работой Бабалон». По форме и методологии эта Работа не представляет собой ничего необычного; Парсонс с коллегой-магом следовали традиционным основам герметического ритуала, как тот проводили еще в елизаветинские времена, разве что внедрили туда сексуально-магические техники, позаимствованные в О.Т.О. Ее значение для магов пути левой руки состоит, прежде всего, в том, что немногие западные маги оставили столь подробные отчеты о контакте с энергией Шакти, соединении мужчины с богиней, неистовые вибрации которого во времени и пространстве ощущаются и по сей день.

Сексуальная магия темной волны — не просто средство переноса энергии, высвобождающейся в физическом половом акте, на инициатические цели. Одним из самых малоизученных видов эротической инициации является вызов сексуального партнера (неважно какого пола) в физической оболочке для выполнения особых магических задач. В практическом смысле Работа Бабалон является для адепта пути левой руки одним из поразительных исторических примеров «волшебного» обретения сексуально-магического партнера. Теория Карла Юнга утверждает, что контрасексуальная сущность в неразвитом состоянии присутствует в психике каждого человека — женская анима в мужчине, мужской анимус в женщине — эти субъекты противоположного пола осмысливаются как нереализованная часть личности. Для посвященного пути левой руки порождение магического спутника осуществляется в буквальном смысле в собственной плоти через сущности, суверенные по отношению к адепту, причем не только в физическом плане. Обрести такого спутника удается крайне редко. Справедливым будет сказать, что большинство магов (как мужчин, так и женщин) никогда не находят свое истинное альтер-эго, того (той), кто, помимо прочего, станет внешним воплощением их внутренней анимы/анимуса. Но когда это все-таки случается, как в случае в Джеком Парсонсом (он, по крайней мере, судя по всему, искренне верил, что добился этого своей Работой Бабалон), сила каждого из партнеров в магическом плане резко увеличивается.

Парсонс много размышлял о концепции магического союза, биполярного выражения мистического андрогина. В 1948 г., спустя два года после Работы Бабалон, он описал в «Книге Антихриста» пережитый им опыт:

 

 

«И некто, плотно закутанный в одежды и покрывало, показал мне знак и велел смотреть, и, когда я взглянул, передо мной вспышкой пронеслись четыре прошлые жизни, в которых я не сумел достичь своей цели. И я видел жизнь Симона Волхва, поклоняющегося Блуднице Елене как Софии, и узрел, что причиной моей неудачи была Хубрис, гордыня. И мне открылась моя жизнь в теле Жиля де Рэ, когда я попытался сделать Жанну д’Арк Королевой Ведьм и потерпел поражение из-за ее глупости и, опять же, моей гордыни… И опять, в облике графа Калиостро, новый провал, ибо не сумел постичь природу женщин в моей Серафине».

 

 

Здесь мы встречаемся с распространенным оккультным феноменом мага, который верит, что он (она) некогда был тем или иным прославленным адептом прошлого; подобное убеждение настолько субъективно, что не имеет большой ценности для объективного наблюдателя. Гораздо важнее, однако, для нас парсонсовское ощущение преемственности в западной традиции мужчины-мага и женщины-инициатрикс; это направление пережило совсем недавно свое возрождение в виде культа Багряной Жены. Первая упомянутая им магическая пара — Симон Волхв и Елена — конечно же, напрямую связана с Движением Бабалон. Именно уникальный сексуально-магический дар проститутки Елены из Тира (вполне вероятно, что она прошла инициацию в храме сакральной проституции, посвященной Астарте в Финикии) в первую очередь вдохновил Парсонса на создание концепции Бабалон. Парсонс, в отличие от Кроули, всегда был более верен историческим фактам, несмотря на неизлечимое пристрастие молодого мага к романтике. Дон Уэбб в книге «Семь ликов тьмы» выдвигает гипотезу, что Симон Волхв на самом деле был хранителем гораздо более древнего учения о женском мистицизме, которое, как он предполагает, передал ему его учитель Досифей, тоже гностик из Самарии. Уэбб называет Досифея «автором великого евангелия от Сета, известного как «Три стелы Сета» … [он] скорее всего, придумал — или пересказал на основе более старых источников — миф о Багряной Жене». Здесь нам предлагается еще одна интересная связь Бабалон с богом Сетом, звено в цепи от древнеегипетского мифа об Астарте и сексуальных похождения Сета к результатам Работы Бабалон в рамках восстановленного сегодня Храма Сета.

Парсонс, несомненно, осознавал, что его поиск Багряной Жены связывает его с традицией, идущей из древних времен, и тема исторической преемственности, — он был убежден в этом, — постоянно преследовала его в прошлых воплощениях. Стоит также отметить, что он великолепно представлял себе возможные опасности, сопряженные с вызовом Женского Демонизма в человеческом обличье, которое он предпринял. Симон Волхв, если верить мифу, был уничтожен христианским культом, несмотря на охранительную магию его обожествленной Блудницы Елены, духа гностической мудрости, обретшего человеческую плоть. Вторая «прошлая жизнь», когда, как вспомнилось магу Парсонсу, он был Жилем де Рэ, также окончилась поражением — он потерпел неудачу с тем, что представлялось ему чистым принципом женщины-воительницы, воплощенным в шаманской шакти Жанне д’Арк. Впоследствии он был казнен как серийный убийца за то, что использовал детскую кровь в алхимических опытах. Калиостро был самым знаменитым оккультистом эпохи Просвещения, алхимиком, герметистом и авантюристом из розенкрейцеровских масонов; и по сей день одни видят в нем величайшего адепта, другие — неразборчивого в средствах шарлатана. Соучастницей его преступлений была его прекрасная юная любовница Серафина, именно ей он приписывал свою магическую силу, поэтому ее можно отнести к ряду Багряных Жен. Оба они плохо кончили, сам Калиостро умер бесславной смертью в тюрьме.

Парсонсовская интеграция в свою психику этих полумифических магических персонажей прошлого заключает в себе важный магический урок. Если он назвал Симона Волхва, де Рэ и Калиостро — тех, кто, по его мнению, провалил Великую Работу — то возникает вопрос: в какой мере он запустил механизм собственного поражения и катастрофической гибели, «накликал» себе роковую судьбу? Магу следует соблюдать крайнюю осторожность в выборе прототипов из мифологии и истории, иначе упущенные из виду саморазрушительные качества этих прототипов затмят разворачивание собственного сознания. К несчастью своему, Парсонс проигнорировал этот метод, и сегодняшний маг, бездумно переносящий эффектную легенду о Парсонсе в личный универсум, отдает себя во власть очень изменчивой и опасной энергии. По этому же поводу надо добавить, что ни один из неподдающихся подсчетам сексуальных магов, гордо провозглашающих себя инкарнацией Великого Зверя 666, не принимает в расчет настроя на саморазрушение, нищету и безумие, которые неотъемлемо будут присущи призыву образа Кроули в собственную жизнь.

На наш взгляд, Парсонс — это не герой, которого надо копировать, а предостерегающий пример Абсолютного Глупца, искавшего Грааль Женского Демонизма. Тонкий — даже гениальный — знаток многих туманных и специфичных областей, но без капли здравого смысла. Парсонс вызвал к жизни неуправляемую силу, очень быстро его сгубившую. Поруганный, ограбленный и сгоревший — чрезмерная цена, заплаченная им за перенос темной мощи Бабалон в наше время, и в конце от него не осталось ничего кроме углей от принесенной им жертвы богине, которую он обожал.

 

 

«Ты станешь живым пламенем перед тем, как она обретет плоть…»

Двух важнейших протагонистов своей необычной судьбы, партнеров для Работы Бабалон, Парсонс отыскал при помощи самого обычного газетного объявления. Когда отец Парсонса, бывший своему сыну чужим человеком, умер в 1942 году, молодой ученый с удивлением узнал, что ему достался в наследство роскошный особняк в европейском стиле, расположенный в богатом квартале консервативной Пасадены. Джек нарек свое новое жилище «Парсонаж» и, не откладывая в долгий ящик, пустился в эксперименты со свободной любовью, наркотиками и общинным существованием, на двадцать пять лет опередив хиппи с их образом жизни. (Многие комментаторы мусолили идею, что дух, рожденный Работой Бабалон, в шестидесятые обрел форму в виде феномена сексуальной революции и женской эмансипации, которые позднее приняли такой размах в Калифорнии.) Для привлечения, так сказать, свободных субъектов, которых Парсонс и его новая подруга Бетти искали в качестве компаньонов, и с целью обеспечения необходимого дохода, они поместили объявление в местной газете, сообщавшее, что в жильцы берутся «только атеисты и люди с богемными привычками». Все свободные финансы, полученные от постояльцев, Парсонс добросовестно пересылал Кроули, чье Телемское Аббатство, несомненно, послужило образцом для Парсонажа. Респектабельные ученые, инженеры и физики тесно общались с маргинальными магами, художниками и известными научными фантастами, такими как Роберт Хайнлайн, А. Э. Ван Вогт и Рэй Брэдбери, задолго до того, как те заработали серьезный литературный статус.

Альва Роджерс, один из начинающих авторов, оказавшихся в Парсонаже, в 1962 году написал о своем эксцентричном хозяине: «Светские хлыщи встречали безжалостный отказ в жилье. Здесь поселилась профессиональная предсказательница и ясновидящая, которая всегда носила соответствующую одежду. Она украсила свое жилище символами и предметами какого-то таинственного народа. Здесь жила дама, уже довольно немолодая, но поразительно красивая; она утверждала, что в разное время была любовницей половины знаменитых мужчин Франции. Здесь обитал прославленный органист, игравший в крупнейших кинотеатрах эры немого кино. Здесь каждый был личностью».

Богатые соседи Парсонса без восторга отнеслись к шумным вечеринкам, которые отныне стали сотрясать их тихий квартал, а слухи об «оргиях с черной магией» в итоге привели к тому, что на одно особенно бурное мероприятие наведалась полиция. Когда они увидели, как обнаженная женщина прыгает через костер, словно на языческом празднестве, Парсонсу удалось умерить любопытство официальных лиц лишь предъявив документы, свидетельствующие о том, что он ученый, занимающийся разработкой сверхсекретного оружия по приказу правительства США. Досье ФБР на Парсонса — свидетельство тому, что сексуально-магические увлечения ученого и необычный образ жизни находились в зоне наблюдений со стороны государства. Дяде Сэму не давала покоя мысль, что специалист, ведущий важные исследования в военное время, якшается с атеистами и богемой, антиобщесвенными типами, подозрительно напоминающими коммунистов. Одна из самых больших комнат дома — украшенная внушительным портретом Кроули — была отведена для становившихся более нерегулярными встреч членов Ложи Аgape. Постояльцы Парсонса привыкли к спектаклю в средневековом духе, когда облаченные в ритуальные одежды телемиты со свечами в руках шествовали в надушенную благовониями залу.

 

[Иллюстрация: Парсонс хранил свои личные магические бумаги, в том числе «Книгу Бабалон», в этой коробке, она упоминается в его отчете о Работе Бабалон. Фотография сделана через несколько часов после гибели Парсонса.]

 

Опасность, связанная с собиранием вокруг себя потенциально опасных сил, обострилась с появлением на сцене поздней осенью 1945 года нового лица — 34-летнего писателя-фантаста, уволенного из американского флота в офицерском звании. Парсонс, запоем читавший научно-фантастические журналы, где публиковался Лафайет Рон Хаббард (1911–1986), с радостью принял знаменитого писателя в богемном анклаве, собиравшемся в Парсонаже. Альва Рождерс, деливший с Хаббардом комнату, описал его так: «умеющий добиваться своего, беспринципный и неотразимый. Не только в обществе, но и с дамами. Он был настолько напористым и неотразимо беспринципным, что всего через несколько недель похерил весь дом Парсонса к негодованию бедняги Джека. Добился он этого нехитрой уловкой: как следует поездив по ушам девушке Джека». В Ложе Уилфред Смит увел сексуально-магическую подругу Парсонса, его жену Элен, и та же история повторилась с Хаббардом и Бетти. Артур Джин Кокс, знавший в то время молодого Хаббарда, рассказал нам, что Л. Рон уже успел снискать себе в научно-фантастических кругах соответствующую репутацию благодаря тому, что «с чужими женами наставлял рога их мужьям, пользуясь своим сексуальным магнетизмом».

Парсонс, решивший первое время стараться смотреть на вещи с оптимизмом, в 1945 году в письме к Кроули писал: «Месяца три назад я познакомился с Роном… писателем и исследователем, о котором мне доводилось слышать и раньше… Он джентльмен… честный и умный, мы стали хорошими друзьями. Он переехал ко мне, и, хотя Мэгги [прозвище Бетти] и я до сих пор дружим, она перенесла свои сексуальные предпочтения на Рона». Парсонс оценил в Хаббарде его природный талант к магии, несмотря на отсутствие подготовки, предположив, что «он наиболее телемитский человек из всех, кого я когда-либо встречал» (Цитата по книге: Майкл Стейли. Возлюбленный Бабалон. Перевод А. Остапчук.) станет идеальным партнером в задуманных им «экспериментах». По поводу Бетти Парсонс написал Кроули: «Я был глубоко привязан к ней, но у меня нет никакого желания контролировать ее эмоции. Но я могу, — надеюсь, что могу, — управлять своими собственными». (Там же.) Еще Парсонс сообщил, что, по словам его харизматического гостя, тот соприкасался с Женским Демонизмом и видел «прекрасную крылатую женщину с рыжими волосами, которая получила от него имя Императрица. Она указывает ему путь в жизни, и уже несколько раз выручала его в трудных ситуациях». (Цитата по книге: Фрэнсис Кинг. Современная Ритуальная Магия.) Неизвестно, говорил ли Хаббард правду или же просто рассказывал своему впечатлительному хозяину то, что тот хотел услышать; однако образ рыжеволосой женщины нашел интересное совпадение, как показали дальнейшие события. При этом надо учитывать вероятность того, что сия сверхъестественная женщина была проекцией анимы Л. Рона Хаббарда, чьи рыжие волосы очень бросались в глаза.

В январе 1946 года Парсонс задумал «[вызвать] дух элементала к материальному существованию», вдохновившись инструкциями Кроули, изложенными им в восьмой главе «Магики в теории и на практике». «Я решил воспользоваться Энохианскими Таблицами доктора Джона Ди (1527–1608) и Эдварда Келли», — писал Парсонс, имея в виду британских магов Ренессанса, чья знаменитая операция 1584 года включала в себя первое упоминание имени «Бабалон». Часто отмечалось, что сотрудничество Ди/Келли и Парсонс/Хаббард, несмотря на разделяющие их столетия, отмечены многими общими чертами. Придворного алхимика Келли современники нередко называли беспринципным шарлатаном и преступником, паразитировавшим на талантливом, но легковерном Джоне Ди, бывшим одним из величайших ученых своей эпохи. Парсонс попросил Хаббарда быть «Писцом» на планируемой операции, и ту же самую роль доверил Келли Ди в их сотрудничестве. (Странно, что Парсонс назвал Хаббарда писцом, поскольку на самом деле в процессе Работы именно Хаббард диктовал Парсонсу свои видения.)

Даже в сексуальной жизни у них много было общего. Келли, который якобы увлекся молодой женой Ди, как Хаббард — Сарой (Бетти) Нортрап, утверждал, что дух по имени Мандини приказал, чтобы оба мага пользовались своими женами «вместе» — предлагая другу спиритуально-мотивированный обмен женами; Парсонс же в аналогичной ситуации к соблазнению Бетти Хаббардом отнесся спокойно. В 1950-ом году, оглядываясь на разрушительные для его личной жизни последствия Работы Бабалон, Парсонс сам говорил о сходстве Хаббарда с Келли, предположив, что некий бесплотный разум вошел в их сознание во время ритуала, повредив душевное состояние. Парсонс писал: «Голос, говорящий через Келли, привел к страшному распаду его личности. Потрясающе напоминает мою собственную Работу с Роном. После этого Келли ограбил Ди, скрылся с его женой, и продолжил преступную карьеру мошенника». (Цитата по Майкл Стейли. Возлюбленный Бабалон. Перевод А. Остапчук.) Очевидно, Парсонс заподозрил, что, воспользовавшись Энохианскими Таблицами Келли/Ди, он активировал некую некромантическую энергию, перенесшую нечто из личностей этих людей в Работу Бабалон.







Последнее изменение этой страницы: 2016-07-11; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.207.238.169 (0.016 с.)