Соответствие мер Германии положениям статей I:1 и XIII ГАТТ.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Соответствие мер Германии положениям статей I:1 и XIII ГАТТ.



Соответствие мер Германии положениям статей I:1 и XIII ГАТТ.

Группа рассмотрела вопрос о том, являлся ли тот факт, что Германия не предоставила преимущества, выгоды и привилегии в отношении определенных видов продуктов из рыб семейства clupeoid, представляющих интерес для Норвегии, аналогичные выгодам и преимуществам, предоставленным Германией в отношении других продуктов из рыбы того же семейства, представляющим интерес для Португалии, нарушением со стороны Германии положений п. 1 ст. I и п. 1 ст. XIII Генерального соглашения. Группа отметила, что различия в таможенном режиме были основаны не на происхождении товара, а на допущении о том, что продукты из clupea pilchardus, clupea sprattus и clupea harengus не являются "аналогичными продуктами" в значении ст. ст. I и XIII. Группа отметила также, что в тексте Генерального соглашения содержится разграничение между "аналогичными товарами" и "непосредственно конкурирующими или взаимозаменяемыми товарами" и что положение о режиме наиболее благоприятствуемой нации распространяется только на "аналогичные товары". Группа не посчитала необходимым давать определение термина "аналогичные товары" в контексте рассмотрения жалобы Норвегии с целью вынесения решения о том, должны ли консервы из clupea pilchardus, clupea sprattus и clupea harengus рассматриваться как "аналогичные продукты". Хотя жалоба Норвегии была в значительной степени основана на понятии "аналогичные товары" в значении Генерального соглашения (Германия это не отрицала), Группа посчитала, что будет достаточным рассмотреть вопрос о том, была ли двумя сторонами в ходе переговоров в г. Торки достигнута явная или подразумеваемая договоренность о предоставлении этим продуктам такого режима, как если бы они были "аналогичными товарами" в значении Генерального соглашения.

Доказательства, представленные Группе, указывали на то, что в ходе переговоров в г. Торки делегация Германии последовательно исходила из того, что консервы из различных типов clupeae были разными продуктами; формулировка п. 1604 и его подпунктов не оспаривалась другими делегациями, и в действительности по различным подпунктам проводились отдельные переговоры. Делегация Норвегии безуспешно пыталась добиться, чтобы консервированные шпроты и сельдь рассматривались как сардины в целях маркетинга, и, не добившись этого, удовлетворилась заверениями в том, что равенство в отношении таможенного режима будет сохранено. По-видимому, таким образом Правительство Норвегии с целью добиться распространения выгод и преимуществ, предоставляемых в отношении clupea pilchardus на продукты из clupea sprattus и clupea harengus, полагалось на заверения, которые, как оно считало, были им получены в ходе переговоров, а не на безусловное действие положения о наиболее благоприятствуемой нации.

Правительство Германии облагало импорт сбором, равным немецкому налогу с оборота; ставки этого компенсационного налога были установлены Законом, который вступил в силу после завершения переговоров в г. Торки. В ходе этих переговоров несколько делегаций, включая делегацию Норвегии, обсуждали эту проблему с делегацией Германии, но не получили определенной информации о том, как будет применяться этот компенсационный налог.

Из доказательств, представленных Группе, следовало, что ставка компенсационного налога обычно составляет 4 процента, но может повышаться до 6 процентов, если будет установлено, что бремя внутренних налогов на аналогичные отечественные продукты равно или превышает эту цифру. При расчете такого бремени налоговое ведомство Германии учитывало не только 4-процентный налог с оборота, взимаемый с готовой продукции, но также и так называемый Vorbelastung, т.е. влияние налогов, которые были выплачены на сырье и полуфабрикаты на различных этапах переработки. Поскольку налоговые органы Германии установили, что налоговое бремя на отечественные продукты из clupea sprattus и clupea harengus превышало 6 процентов, ставка на аналогичные импортные продукты была установлена на уровне 6 процентов. Поскольку внутреннее производство продуктов из clupea pilchardus отсутствовало, импорт такой продукции облагался налогом по стандартной ставке 4 процента. Налоговая разница в 2 процента между различными видами импорта представляла собой фактор, негативно влияющий на конкурентное положение норвежской продукции.

Группа отметила, что действие немецкого компенсационного налога приводило к тому, что немецкие продукты из clupea sprattus и clupea harengus облагались налогом с оборота по ставке 4 процента (если не принимать во внимание Vorbelastung), в то время как аналогичная импортная продукция облагалась компенсационным сбором по ставке 6 процентов, и что дополнительный налог в размере 1 процента может взиматься в случае продажи импортером своей продукции оптовику.

На основании изучения представленных материалов Группа пришла к выводу об отсутствии достаточных доказательств, подтверждающих нарушение Правительством Германии обязательств, предусмотренных ст. ст. I:1 и XIII:1 ГАТТ. Группа не посчитала необходимым рассматривать вопрос о том, противоречило ли фактическое применение немецкого компенсационного налога положениям ст. III:2, или о том, противоречил ли отказ либерализации импорта продуктов из clupea sprattus и clupea harengus, несмотря на то что он не противоречит положениям ст. XIII:1 Генерального соглашения, другим положениям ст. ст. XII - XIV.

В результате мер, принятых в рамках программы либерализации торговли Организацией европейского экономического сотрудничества (ОЕЭС), Правительство Германии приняло решение включить продукты из clupea pilchardus в список товаров, не облагаемых пошлиной с 1 апреля 1952 г., в то время как на продукты из clupea sprattus и clupea harengus по-прежнему распространялись ограничения. Следовательно, продукты из clupea pilchardus, производившиеся на территории стран ОЕЭС, импортировались в Германию без ограничения, в то время как импорт продуктов из других видов не мог превышать квот, которые могли предоставляться Германией в одностороннем порядке, либо согласовываться на основании двусторонних торговых соглашений. Группа пришла к выводу, что такое различие в таможенном режиме представляет дополнительный негативный фактор с точки зрения относительного конкурентного положения норвежской продукции.

Цифры, представленные сторонами, подтверждали существенное снижение экспорта норвежских продуктов из clupea sprattus и clupea harengus в Германию в течение первых семи месяцев 1952 г. по сравнению с экспортом за соответствующий период 1951 г. Однако эти данные включали в себя экспорт, предназначенный для военных баз США в Западной Германии, который не облагался импортной пошлиной, а колебания объемов немецкого импорта рыбных консервов из всех источников в последние годы были весьма неравномерными. В силу этих фактов Группа посчитала, что анализ статистики торгового оборота едва ли позволит сделать определенные выводы в отношении причинной связи между мерами, принятыми Правительством Германии, и сокращением объема норвежского экспорта рыбной продукции в Германию.

Группа также не видела необходимости в статистическом подтверждении ущерба для вынесения решения в отношении аннулирования или сокращения преимуществ в соответствии со ст. XXIII ГАТТ.

Доступ на рынок.

Группа приступила к анализу вопроса о предполагаемом нарушении Японией ст. I ГАТТ путем предоставления товарам, произведенным в США, более благоприятных условий доступа по отношению к третьим странам. Группа указала на заявление США об отсутствии какого-либо секретного соглашения, касающегося доступа американских компаний на рынок Японии, и что вопрос преференциального доступа ни разу не обсуждался США и Японией в ходе переговоров, предшествовавших заключению Соглашения. Группа изучила Соглашение и пришла к выводу, что ничто не препятствовало Японии предоставлять иностранным товарам доступ на свой рынок в соответствии с режимом наибольшего благоприятствования. Статистические данные, представленные Японией, показывали существенное превышение импорта полупроводников из третьих стран в сравнении с импортом из США <1>.

--------------------------------

<1> Там же. Пункт 125.

 

Группа не согласилась с выводом ЕС, что, если бы доступ полупроводников на рынок Японии осуществлялся на недискриминационной основе, не было бы никакой необходимости заключать двустороннее соглашение между Японией и США. Группа отметила, что существовало множество двусторонних соглашений, устанавливавших недискриминационный режим торговли. ЕС утверждали, что обязательства Японии согласно двустороннему соглашению о принятии мер в отношении "иностранных аффилированных компаний" могли указывать на намерение предоставить импорту из США более благоприятный режим, потому что на территории Японии была только одна такая компания и она являлась американской. Группа не придала этому аргументу решающего значения, потому что не получила доказательств, что компании из других стран не имели возможности создавать в Японии юридические лица, как это сделала американская компания. Таким образом, Группа пришла к выводу, что это было лишь ничем не обоснованное предположение о предоставлении таких преимуществ <1>.

--------------------------------

<1> Там же. Пункт 126.

 

На основании изложенного Группа пришла к выводу, что представленная информация не подтверждала, что меры, предпринятые Японией по улучшению доступа на свой рынок полупроводников, предоставляли какие-либо преимущества товарам происхождением из США в нарушение ст. I ГАТТ.

Прозрачность.

Группа рассмотрела жалобу ЕС о том, что меры в отношении экспорта полупроводников на рынки третьих стран, а также меры, направленные на улучшение доступа товара на японский рынок, не были прозрачны, что противоречило ст. X ГАТТ. Группа, применив принцип экономичности правосудия, пришла к выводу об отсутствии необходимости подробно изучать этот вопрос, так как уже был сделан вывод, что рассматриваемые в деле меры не соответствовали положениям ст. X ГАТТ. Что касается отсутствия прозрачности по мерам в отношении доступа на рынок, то Группа, с учетом указанной в п. п. 125 и 126 Доклада аргументации, не смогла выявить какие-либо меры, представлявшие собой требование, ограничение либо запрет импорта, информация о которых должна быть опубликована в соответствии с положениями ст. X.

 

3. Комментарии

 

При рассмотрении дела "Торговля полупроводниками" Группой были проанализированы вопросы применения мер, которые, на первый взгляд не являясь ограничительными, на практике вели к искажениям нормальных торговых отношений. Группа пришла к выводу, что Правительством Японии была создана административная система, посредством которой оказывалось давление на частный сектор с целью прекращения экспорта по ценам ниже себестоимости производства. Группа заключила, что такой комплекс мер обладал всеми признаками системы экспортного контроля со стороны Правительства Японии. Эта система, по сути, являлась неправомерным вмешательством в торговлю со стороны государства.

Важным является вывод Группы о том, что ст. XI:1, в отличие от других положений ГАТТ, не ссылается на определенные законы или постановления, но говорит о мерах в более широком смысле. Таким образом, эта формулировка ясно указывает на то, что любая мера, введенная или поддерживаемая договаривающейся стороной, которая de facto ограничивает экспорт или продажу для экспорта любых товаров, подпадает под действие этого положения. При этом такая мера нарушает ст. XI ГАТТ независимо от своего правового статуса, потому что необязательная мера может быть эквивалентна обязательным требованиям, что и было доказано в рассмотренном деле. Даже такие, на первый взгляд, меры, как мониторинг экспорта, на практике могут оказывать серьезное ограничительное воздействие на торговлю. Любые ограничения экспорта либо требования к экспортерам возлагают на последних дополнительные издержки, будь то временные, организационные либо финансовые. Это, в свою очередь, оказывает неблагоприятное воздействие на торговлю третьих стран.

 

4. Статус решения

 

В ноябре 1987 г., когда еще не было завершено рассмотрение спора Третейской группой, Япония внесла необходимые изменения в свое законодательство.

 

6. Ограничения импорта тунца (ЕС v. США)

 

Доклад Третейской группы от 16 июня 1994 г. <1>.

--------------------------------

<1> USA - Restrictions on Imports of Tuna. GATT Doc. DS29/R (1994) (далее - доклад Группы).

 

США - ответчик; ЕС - истец; Австралия, Канада, Колумбия, Коста-Рика, Сальвадор, Япония, Новая Зеландия, Таиланд и Венесуэла - третьи стороны.

Состав Группы: Дж. А. Мейсил, У. Лэнг, А. Оксли.

Основные вопросы, рассмотренные Группой.

(i) Национальный режим по ст. III ГАТТ.

(ii) Количественные ограничения по ст. XI ГАТТ.

(iii) Общие исключения по ст. XX ГАТТ.

 

1. Обстоятельства спора

 

В 1991 г. впервые в истории ГАТТ был рассмотрен конфликт между торговлей и экологией <1>. При рассмотрении дела "США - Ограничения импорта тунца" Группа пришла к выводу, что запрет, введенный США на импорт желтоперого тунца и продуктов вторичной переработки на основании Закона о защите морских млекопитающих, противоречил положениям ст. XX ГАТТ. Во время рассмотрения этого спора переговоры о создании Североамериканской ассоциации свободной торговли между США и Мексикой подходили к завершению, и поэтому ни США, ни Мексика не желали усложнять их ход обсуждением в Совете ГАТТ доклада Группы. В связи с этим доклад Группы формально так и не был представлен для одобрения Советом ГАТТ. Несмотря на это, дело стало символом столкновения интересов сторонников защиты окружающей среды и сторонников развития торговли, открыв тем самым новую веху в развитии международной торговли.

--------------------------------

<1> USA - Restrictions on Imports of Tuna. GATT Doc. DS21/R.

 

Вскоре в рамках ГАТТ возник новый спор, который и будет рассмотрен ниже.

Поскольку тунец в восточных тропиках Тихоокеанского региона часто плавает вблизи дельфинов на более низких глубинах, рыболовецкие суда в этом регионе, как правило, окружают стаи дельфинов кошельковым неводом при лове тунца. По различным оценкам, в 1986 г. эта практика привела к гибели около 133000 дельфинов. К 1991 г. благодаря изменениям в методах ловли количество ежегодно погибающих дельфинов сократилось до 27500. Усилия отдельных стран, направленные на снижение уровня гибели дельфинов, привели к принятию соответствующих законодательных актов. Координация международных программ осуществлялась, в частности, Межамериканской комиссией по тропическому тунцу (МАКТТ), организующей исследовательские проекты, программы обучения и наблюдения, направленные на снижение опасности гибели дельфинов. В 1992 г. правительства большинства стран, осуществляющих промышленный лов тунца, подписали соглашение в рамках МАКТТ, целью которого являлось снижение числа ежегодно гибнущих в результате лова тунца дельфинов до 5000 к 1999 г. <1>.

--------------------------------

<1> Соглашение, заключенное в июне 1992 г. между Колумбией, Коста-Рикой, Эквадором, Мексикой, Никарагуа, Панамой, США, Вануату и Венесуэлой.

 

Заключительные положения.

Группа отметила, что цели устойчивого развития, включающие в себя защиту и сохранение окружающей среды, признаются всеми Договаривающимися Сторонами ГАТТ. Группа подчеркнула, что предметом данного спора была не правомерность экологической политики США, направленной на защиту и сохранение популяции дельфинов. Предметом рассмотрения был вопрос о том, могли ли США, преследуя экологические цели, вводить торговые эмбарго с целью обеспечения изменений в политике других Договаривающихся Сторон, проводимой в пределах их собственной юрисдикции. Группа, таким образом, должна была решить вопрос о том, согласились ли Договаривающиеся Стороны, посредством предоставления друг другу в соответствии со ст. XX права вводить торговые меры, необходимые для защиты жизни и здоровья растений, животных и человека или направленные на сохранение истощимых природных ресурсов, также предоставить друг другу право вводить с такой целью торговые эмбарго. Группа рассмотрела этот вопрос в свете признанных способов толкования и пришла к выводу, что ни один из них не подкрепляет мнения о том, что текст ст. XX содержит такого рода соглашение <1>.

--------------------------------

<1> Там же. Пункт 5.42.

 

Группа далее отметила, что порядок разрешения споров не допускает расширения или уменьшения прав Договаривающихся Сторон. Она указала, что в рамках Генерального соглашения существуют другие процедуры, в соответствии с которыми Договаривающиеся Стороны могут освобождаться от выполнения определенных обязательств. Группа отметила, что отношения между экологическими и торговыми мерами будут рассматриваться в контексте подготовки к ВТО <1>.

--------------------------------

<1> Доклад Группы. Пункт 5.43.

 

Группа также пришла к заключению, что запрет на импорт тунца и продуктов из тунца, введенный США в соответствии с разделами 101 (a)(2); 305 (a)(1) и (2) ("Эмбарго в отношении основного импортера") и разделом 101 (a)(2)(C) ("Эмбарго в отношении стран посредников") Закона о защите морских млекопитающих не отвечает требованиям примечания к ст. III, противоречит ст. XI:1 и не подпадает под действие исключений, предусмотренных ст. XX (b), (g) или (d) ГАТТ <1>.

--------------------------------

<1> Там же. Пункт 6.1.

 

3. Комментарии

 

С началом 1990-х гг. ряд развитых стран стали последовательно выступать с предложениями о включении в ст. XX ГАТТ так называемой экологической оговорки. В частности, предлагалось включить в ст. XX ГАТТ ссылки на многосторонние соглашения в области защиты окружающей среды, при несоблюдении которых в отношении государств-нарушителей могли применяться меры по ограничению торговли. На первый взгляд это предложение направлено на очень благородную цель - защиту окружающей среды. Однако на самом деле защита экологии является всего лишь прикрытием. Основная цель экологической оговорки предусматривает ограничение конкурентоспособности развивающихся стран, экологические стандарты которых не соответствуют высоким западным стандартам. В условиях либерализации международной торговли таможенные пошлины на промышленные товары практически не оказывают влияния на условия конкуренции. И поэтому в ход идут более изощренные средства борьбы, такие как экологические стандарты, связанные с условиями изготовления и производства товаров.

Особого внимания в этом деле заслуживает вывод Группы о том, что политика сохранения дельфинов в восточных тропиках Тихоокеанского региона, которую проводили США в пределах своей юрисдикции в отношении своих граждан и судов, относится к категории мер, предусматриваемых ст. XX (g), а также вывод о том, что текст ст. XX (g) не содержит каких-либо ограничений в отношении местонахождения истощаемого природного ресурса, подлежащего сохранению. Этот вывод имеет важнейшее практическое значение, поскольку фактически признается право членов ВТО принимать меры, носящие экстерриториальный характер.

Безусловно, право ВТО все дальше отходит от границ государств, все глубже проникая в сферы, традиционно считавшиеся областями исключительно внутригосударственного регулирования. Так, если в 1948 г. нормы ГАТТ регулировали исключительно вопросы трансграничной поставки товаров, то теперь нормы ВТО регулируют такие вопросы, как защита прав интеллектуальной собственности, недискриминационный доступ на рынок услуг и т.д. Но это отнюдь не означает, что компетенция ВТО также должна распространиться на методы изготовления и производства товаров, поскольку это может противоречить целям и задачам ВТО.

 

4. Статус решения

 

Доклад Группы не был принят.

 

7. Налог на алкогольные напитки

(ЕС, Канада, США v. Японии)

 

Доклад Апелляционного органа принят Органом по разрешению споров ВТО 4 октября 1996 г. <1>.

--------------------------------

<1> Japan - Taxes on Alcoholic Beverages. 1996. AB-1996-2. WT/DS8/AB/R, WT/DS10/AB/R, WT/DS11/AB/R.

 

Япония и США - апеллянты; Канада, ЕС, Япония и США - ответчики по апелляции.

Состав арбитров: Дж. Лакарт-Муро, Дж. Бакхус, С. Эль-Наггар.

Основные вопросы, рассмотренные Апелляционным органом.

(i) Статус принятых докладов.

(ii) "Аналогичные товары" и "превыше" в соответствии с первым предложением ст. III:2 ГАТТ.

(iii) "Непосредственно конкурирующие и взаимозаменяемые товары" в соответствии со вторым предложением ст. III:2 ГАТТ.

(iv) Правомерность применения теста "по цели и результату" по ст. III ГАТТ.

 

1. Обстоятельства спора

 

Осенью 1995 г. США, ЕС и Канада обратились в ОРС с просьбой назначить Третейскую группу с целью установить, является ли японская система внутреннего налогообложения алкогольной продукции на основании Закона о налоге на алкогольную продукцию <1> фактически защитной мерой по отношению к "сотю" (преимущественно национальному товару) и дискриминационной по отношению к остальным (преимущественно импортным алкогольным напиткам). Заявители утверждали, что более высокий налог, которым облагаются все алкогольные напитки, кроме "сотю", ухудшает конкурентные возможности этих товаров в соответствии со ст. III:2 ГАТТ 1994.

--------------------------------

<1> "Shuzeiho" (японский Закон о налоге на алкогольную продукцию), Закон N 6 от 1953 г. с последующими поправками. Этот Закон лежит в основе внутренней системы налогообложения, применяемой ко всем алкогольным напиткам, соответствующим определению произведенных в Японии или импортируемых напитков с содержанием алкоголя, равным или превышающим один процент, и предназначенным для потребления в Японии.

 

Тесты, использованные Группой для установления нарушения положений ст. III:2, основывались на описательных критериях для классификации алкогольных напитков как "аналогичных" или "непосредственно конкурирующих" <1>. Вопрос о том, являются ли товары "аналогичными" или "непосредственно конкурирующими", оценивался в каждом отдельном случае на основании "наилучшего суждения" Группы <2>. В отношении потенциально "аналогичных" товаров Группа рассматривала физические характеристики, конечных потребителей и тарифные классификации товара. После установления "аналогичности" товаров Группа принимала решение о том, был ли налог на импорт установлен на уровне, "превышающем" налог на отечественную продукцию. Если такое "превышение" было установлено, тогда мера считалась защитной и нарушающей ст. III:2. После того как было установлено, что товары являются "непосредственно конкурирующими", Группа сравнивала налоговые ставки и, наконец, устанавливала, имеет ли фискальная мера защитный характер.

--------------------------------

<1> Доклад Группы. Пункт 6.21; доклад Апелляционного органа. Пункт H.1.a.

<2> Там же.

 

Рассмотрев это дело, Группа пришла к выводу о нарушении Японией своих обязательств в рамках ст. III:2.

Несмотря на то что США согласились с решением по спору, они подали апелляцию в отношении примененного Группой теста для установления нарушений ст. III:2 и снова предложили в качестве альтернативы тест по "цели и результату". В своих аргументах США основывались на формулировках ст. III:2, и в частности, отмечалось, что ст. III:1 предусматривает общее обязательство договаривающихся сторон не применять внутренние налоги или сборы "к импортированным или отечественным товарам таким образом, чтобы создавать защиту для отечественного производства". США утверждали, что конкретные обязательства, сформулированные в ст. III:2, должны пониматься в контексте ст. III:1, которая представляет собой часть контекста ст. III:2. Группа должна установить аналогичность и конкурентное положение товаров и дать оценку тому, насколько использованная Японией классификация имела целью "создавать защиту для отечественного" товара. По мнению США, "применяться... таким образом, чтобы создавать защиту", должно интерпретироваться в значении меры, имевшей целью и создавшей в результате ее применения защитный механизм для отечественного производства. Если мера не преследует цели и не создает в результате защитного эффекта, значит, товары не являются аналогичными или "непосредственно конкурирующими" в целях ст. III:2 ГАТТ 1994.

 

2. Анализ доклада Апелляционного органа

 

Бремя доказательства.

Основной вопрос, поставленный Апелляционным органом, состоял в том, возлагается ли бремя доказательства в делах о нарушении ст. 6 Соглашения по текстилю на сторону, подавшую жалобу.

При рассмотрении этого дела Группа выделила два аспекта, связанных с бременем доказательства. С одной стороны, Группа считала, что на Индии как стороне, подавшей жалобу, лежит бремя представления фактических и юридических аргументов с целью установления того, что ограничения, введенные США, противоречат ст. 2 Соглашения по текстилю и что решение США о введении защитной меры противоречит положениям ст. 6 Соглашения по текстилю.

С другой стороны, Группа полагала, что вопрос о бремени доказательства также возникал в контексте "установления причинения серьезного ущерба" или его "реальной угрозы". Группа придерживалась мнения, что ст. 6 Соглашения по текстилю четко указывает на обязательство стороны, принимающей меру, представить доказательства выполнения условий ст. 6. Группа, в частности, отметила, что на момент принятия решения о необходимости введения предлагаемых ограничений США были обязаны продемонстрировать, что они выполнили соответствующие условия применения ст. ст. 6.2 и 6.3 Соглашения по текстилю.

Апелляционный орган отметил, что, несмотря на то что решение Группы не является образцом ясности, Группа не допустила в своих выводах правовых ошибок. Апелляционный орган, в частности, согласился с Группой, что именно Индия должна была представить доказательства и аргументы, "достаточные для установления презумпции о том, что решение США о введении переходных защитных мер не соответствует обязательствам по статье 6 Соглашения по текстилю" (сославшись на процессуальную норму - actori incumbit probatio ("бремя доказательства лежит на истце")).

Апелляционный орган также указал, что как только такая презумпция установлена, США должны представить доказательства и аргументы для ее опровержения. Апелляционный орган не посчитал возможным согласиться с тем, что "система судебного урегулирования сможет работать, если она допускает, что простое заявление претензии может представлять собой доказательство. Поэтому неудивительно, что различные международные суды, включая Международный суд, последовательно принимают и применяют правило о том, что сторона, которая утверждает наличие факта независимо от того, является ли она истцом либо ответчиком, несет ответственность за предоставление доказательств" <1>. Апелляционный орган сформулировал соответствующее правило следующим образом: "Кроме того, общепризнанным каноном доказательства в гражданском праве, общем праве и, в действительности, в большинстве правовых систем является то, что бремя доказательства лежит на стороне, будь то истец или ответчик, которая заявляет определенную претензию или делает заявление в свою защиту. Если такая сторона приводит доказательства, достаточные для презумпции обоснованности такого заявления, то бремя переносится на другую сторону, которая проиграет дело, если не представит достаточных доказательств для опровержения данной презумпции".

--------------------------------

<1> См.: Kazazi M. Burden of Proof and Related Issues: A Study on Evidence Before International Tribunals. Kluwer Law International, 1996. P. 117.

 

Апелляционный орган отметил, что вопрос, какие именно доказательства и в каком объеме требуется представить для установления такой презумпции, в контексте ГАТТ и ВТО будет варьироваться от меры к мере, от положения к положению и от дела к делу. В ряде дел, рассмотренных в рамках ГАТТ 1947, подтверждается положение о том, что бремя установления нарушения по ст. XXIII:1(a) лежит на стороне, подавшей жалобу. В частности, Апелляционный орган сослался на споры "Меры в отношении импорта сардин" <1>, "ЕЭС - Меры в отношении животных жиров" <2>, "Канада - Импорт, распределение и продажа некоторых алкогольных напитков провинциальными торговыми агентствами" <3> и "США - Меры в отношении импорта, внутренней продажи и использования табака" <4>.

--------------------------------

<1> Adopted on October 31, 1952. BISD 1S/53. P. 15.

<2> Adopted on March 14, 1978. BISD 25S/49. Para. 4.21. See also European Communities - Refunds on Exports of Sugar, Complaint by Brazil, adopted on November 10, 1980. BISD 27S/69. Para. (e) of the Conclusions; Canada, Administration of the Foreign Investment Review Act, adopted on February 7, 1984. BISD 30S/140. Para. 5.13; and Japan - Tariff on Import of Spruce, Pine, Fir (SPF) Dimension Lumber, adopted on July 19, 1989. BISD 36S/167. Para. 10.

<3> Adopted on February 18, 1992. BISD 39S/27. Paras. 5.2 - 5.3.

<4> Adopted on October 4, 1994. DS44/R. Paras. 82 and 124.

 

Апелляционный орган отметил, что некоторые группы, рассматривавшие споры в рамках ГАТТ 1947 и ВТО, требовали предоставления доказательств от сторон, требующих защиты по ст. XX ГАТТ <1> либо по ст. XI:2(c)(i) ГАТТ <2>, в связи с нарушением обязательств, изложенных в ст. ст. III и XI:1. По мнению Апелляционного органа, ст. ст. XX и XI:2(c)(i) представляют собой исключения из ряда положений ГАТТ 1994, а не "позитивные правила, устанавливающие обязательства". Однако Апелляционный орган пришел к выводу, что рассматриваемое дело не относится к таким случаям. Соглашение по текстилю представляет собой переходный механизм, а ст. 6 является его неотъемлемой частью.

--------------------------------

<1> Canada - Administration of Foreign Investment Review Act, adopted on February 7, 1984. BISD 30S/140. Para. 5.20; United States - Section 337. Para. 5.27; United States - Measures Affecting Alcoholic and Malt Beverages, adopted on June 19, 1992. BISD 39S/206. Paras. 5.43 and 5.52; and Panel Report, United States - Standards for Reformulated and Conventional Gasoline, as modified by the Appellate Body Report, AB-1996-1, adopted on May 20, 1996. WT/DS2/9. Para. 6.20.

<2> Japan - Restrictions on Imports of Certain Agricultural Products, adopted on March 22, 1988. BISD 35S/163. Para. 5.1.3.7; EEC - Restrictions on Imports of Dessert Apples, Complaint by Chile, adopted on June 22, 1989. BISD 36S/93. Para. 12:3; and Canada - Import Restrictions on Ice Cream and Yoghurt, adopted on December 5, 1989. BISD 36S/68. Para. 59.

 

Сославшись на дело "США - Ограничения в отношении импорта нижнего белья из хлопка и синтетического волокна", Апелляционный орган отметил, что ст. 6 включает в себя основную часть прав и обязательств членов ВТО в отношении неинтегрированного сектора текстиля и одежды. Следовательно, сторона, которая ссылается на нарушение положений Соглашения по текстилю, должна представить соответствующие доказательства. Апелляционный орган согласился с мнением Группы о том, что именно Индия должна была представить факты и правовые аргументы, "достаточные для доказательства того, что переходные защитные меры, введенные США, не соответствовали обязательствам США в соответствии со статьей 2 Соглашения по текстилю". Индия поступила именно таким образом. После этого бремя доказательства переместилось на США, которые должны были представить факты и аргументы с целью опровержения позиции Индии. США оказались не в состоянии это сделать. И поэтому, по мнению Апелляционного органа, Группа правомерно сделала вывод о том, что США "нарушили положения статей 2 и 6 Соглашения по текстилю" <1>.

--------------------------------

<1> Доклад Группы. Пункт 8.1.

 

Статья II ГАТС.

ЕС оспорили вывод Группы о том, что обязательства, предусмотренные ст. II:1 ГАТС о предоставлении "не менее благоприятного режима", следует интерпретировать как требование предоставления не менее благоприятных условий конкуренции <1>.

--------------------------------

<1> EC - Regime for the Importation, Sale and Distribution of Bananas. WT/DS27/R/ECU, WT/DS27/R/MEX and WT/DS27/R/USA. P. 229.

 

При рассмотрении этого вопроса Апелляционный орган отметил, что решающим здесь является вопрос о том, применяется ли ст. II:1 ГАТС только к случаям формальной или de jure дискриминации или она применима также к дискриминации de facto. Подход Группы к этому вопросу состоял в толковании фразы "режим, не менее благоприятный" в ст. II:1 ГАТС путем ссылки на п. п. 2 и 3 ст. XVII ГАТС. Группа утверждала, что стандарт "не менее благоприятного режима", предусмотренный п. 1 ст. XVII ГАТС, означает предоставление не менее благоприятных условий конкуренции независимо от того, достигается ли это путем применения формально одинаковых или формально различных мер. Пункты 2 и 3 ст. XVII служат цели систематизации этого толкования и не предусматривают новых обязательств для членов в дополнение к обязательствам, изложенным в п. 1. По сути, стандарт "не менее благоприятного режима" ст. XVII:1 разъясняется и закрепляется формулировками п. п. 2 и 3. Отсутствие аналогичных формулировок в тексте ст. II не является оправданием приписывания другого обычного значения в понимании ст. 31(1) Венской конвенции словам "не менее благоприятный режим", значение которых идентично в ст. ст. II:1 и XVII:1 <1>.

--------------------------------

<1> Доклад Апелляционного органа. Пункт 230.

 

Апелляционный орган нашел рассуждения Группы по этому вопросу не вполне удовлетворительными. Группа интерпретировала текст ст. II ГАТС в свете докладов групп, содержащих толкование обязательства в отношении национального режима ст. III ГАТТ. Группа также ссылалась на ст. XVII ГАТС, которая говорит об обязательстве в отношении национального режима. Апелляционный орган отметил, что ст. II ГАТС касается "режима наиболее благоприятствуемой нации", а не "национального режима". Поэтому положения других статей ГАТС, относящиеся к обязательствам в отношении национального режима, и предшествующая практика разрешения споров по ГАТТ в отношении толкования обязательства по предоставлению национального режима согласно ст. III ГАТТ 1994 не обязательно имеют значение в целях толкования ст. II ГАТС. Позиция Группы была бы более обоснованной, если бы она сравнивала обязательства в отношении режима наиболее благоприятствуемой нации, предусмотренные ст. II ГАТС, с обязательствами в отношении режима наиболее благоприятствуемой нации - и иными аналогичными обязательствами в ГАТТ 1994 <1>.

--------------------------------

<1> Там же. Пункт 231.

 

Статьи I и II ГАТТ 1994 применялись в прошлой практике к мерам, включающим дискриминацию de facto. Апелляционный орган сослался, в частности, на доклад третейской группы по делу "ЕЭС - Импорт говядины из Канады" <1>, в котором рассматривался вопрос о соответствии регламентов ЕС, предусматривающих беспошлинную квоту для высококачественной говядины, получаемой при зерновом откорме скота, положениям ст. I ГАТТ. Этими регламентами предоставлялось временное освобождение от уплаты импортной пошлины при условии предоставления сертификата подлинности. Единственным сертифицирующим агентством, имеющим право на выдачу сертификата подлинности, было агентство из США. Группа, таким образом, установила, что регламенты ЕС противоречили принципу наиболее благоприятствуемой нации по ст. I ГАТТ, поскольку их эффектом был отказ в доступе на рынок ЕС экспорта продукции любого происхождения, кроме США <2>.

--------------------------------

<1> European Economic Community - Imports of Beef from Canada, adopted March 10, 1981. BISD 28S/92; Spain - Tariff Treatment of Unroasted Coffee, adopted on June 11, 1981. BISD 28S/102; and Japan - Tariff on Imports of Spruce-Pine-Fir (SPF) Dimension Lumber, adopted on July 19, 1989. BISD 36S/167.

<2> Доклад Апелляционного органа. Пункт 232.

 

Стороны переговоров по ГАТС приняли решение использовать различные формулировки в тексте ст. ст. II и XVII ГАТС для обозначения обязательства о предоставлении "не менее благоприятного режима". Естественно, возникает вопрос: если намерение сторон переговоров по ГАТС заключалось в том, чтобы "не менее благоприятный режим" имел абсолютно одинаковое значение в ст. ст. II и XVII ГАТС, почему они не повторили п. п. 2 и 3 ст. XVII в тексте ст. II? Но в данном случае вопрос заключался не в этом. По мнен



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-26; просмотров: 226; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.227.97.219 (0.02 с.)