ТОП 10:

Экономическое развитие и социальный строй России в первой половине XIX в.



 

В первой половине XIX в. территория Российской империи выросла до 18 млн. кв. км в Восточной Европе, Азии (Сибирь и Кавказ), Север­ной Америке (Аляска). Население увеличилось почти вдвое и составля­ло более 70 млн. человек. Богатые ресурсы: леса, реки, распаханные угодья, полезные ископаемые (руды, уголь, нефть, драгоценные металлы и камни) давали все необходимое для быстрого промышленного разви­тия. Природное, хозяйственное и этническое разнообразие обусловлива­ло специфику разных районов страны.

В первой половине XIX в. территория Российской империи делилась на губернии и области, которые, в свою очередь, подразделялись на уез­ды. Количество губерний за первую половину века увеличилось в 1,5 раза за счет присоединения к России новых территорий, разукрупнения отдельных губерний или преобразования некоторых областей (Астра­ханской, Таврической) в самостоятельные губернии. Часть губерний объединялась в генерал-губернаторства и наместничества (Кавказское). Особый статус имели Великое княжество Финляндское, присоединенное к России в 1809 г., и Царство Польское, образованное в 1815 г. из час­ти польских земель.

Россия представляла собой абсолютистское и крепостническое госу­дарство. Во главе империи стоял царь, все больше сосредоточивавший все нити управления в своих руках. Основной социально-политической силой оставались дворяне. Государство в лице самодержавия в своей внутренней и внешней политике всеми средствами поддерживало их и мало заботилось об интересах складывающейся российской буржуазии. Наиболее многочисленной частью населения были крестьяне, разделен­ные на несколько категорий (помещичьи), или частновладельческие, государственные, удельные, экономические — бывшие монастырские и др.). Жители городов — купцы и мещане — составляли всего несколько процентов населения.

Для экономики России первой половины XIX в. характерны глубо­кие контрасты. Обновление — расширение товарно-денежных отноше­ний и применение вольнонаемного труда, начало технического перевоо­ружения промышленности — сочеталось с натурально-патриархальным укладом, крепостнической системой хозяйствования, использованием внеэкономического принуждения, рутинным состоянием техники. Капи­талистический способ производства требует, во-первых, рынка свобод­ной наемной рабочей силы, во-вторых, капиталов, т.е. денежных средств, вложенных в производство, и, в-третьих, относительно высокой покупательной способности населения. Однако крепостническая систе­ма препятствовала складыванию этих условий, тормозила развитие про­изводительных сил и, следовательно, мешала модернизации страны.

Россия шла своим путем, во многом отличавшимся от Запада. Бур­жуазные революции, произошедшие в Англии, Франции и других стра­нах, миновали Россию. В течение первой половины XIX в. она сохраня­ла свое традиционное экономическое и социальное устройство. Тем не менее, объективные, общенациональные потребности государства и субъективные интересы самодержавия, постепенное развитие произво­дительных сил привели к падению крепостного права в 1861 г. и, следо­вательно, изменению экономического и социально-политического уст­ройства России.

Сельское хозяйство.

В первой половине XIX в. Россия оставалась аграрной страной. В сельском хозяйстве было занято 9/10 ее населения. Около половины аграрного сектора составляло помещичье хозяйство, другую половину занимала система государственного феодализма, в которой владельцем земли и крестьян являлось само государство.

Процессы, начавшиеся во второй половине XVIII в., интенсивно продолжали развиваться и в первой половине XIX столетия. Главным явлением стало разложение натурального хозяйства и проникновение товарно-денежных отношений в деревню} В помещичьем хозяйстве все больше производилось продукции на продажу. Возрастало значение хлебного экспорта, который достиг к середине XIX в. около 70 млн. пудов.

Внедрение рыночных отношений стимулировало помещиков прини­мать меры для повышения эффективности хозяйства. В южных и севе- ро-западных районах это достигалось за счет применения наемного тру­да крестьян-отходников, расширения посевов пшеницы, улучшения тех­нического оснащения производства и совершенствования методов веде­ния хозяйства. Отдельные помещики перешли к многопольному сево­обороту, использовали сельскохозяйственные машины (сеялки, веялки, молотилки), расширяли ассортимент земледельческих культур. Карто­фель, становившийся основным продуктом питания населения, превра­тился в полевую культуру.

Однако в основной массе помещичьих имений продолжал приме­няться принудительный труд крепостных крестьян. В условиях крепост­ничества наиболее распространенным способом повышения эффектив­ности хозяйства было усиление эксплуатации крестьян. Они были вы­нуждены платить оброк (натуральный и денежный) и отрабатывать бар­щину. В течение первой половины столетия оброк вырос в 2-5 раз. Все больше увеличивалась барщина, при которой крестьяне должны были работать на помещика от 3 до 5 дней в неделю. Одним из средств ин­тенсификации барщины была так называемая «месячина», то есть ли­шение крестьян земли и полный перевод их на барщину. Растущий об­рок и барщина тормозили развитие собственного хозяйства крестьян, обрекали сельских тружеников на полуголодное существование. Таким образом, усиление эксплуатации крепостных крестьян обусловливало застой и рутинность производительных сил в деревне.

Русское крестьянство традиционно было малоземельным. Наделы, полученные от помещика или государства для выплаты оброка и госу­дарственных налогов, не давали возможности развивать товарное хозяй­ство, едва обеспечивали прожиточный минимум.

В связи с этим аграрно-крестьянский вопрос был центральным в экономической и социально-политической жизни России на протяжении XIX и начала XX в. Он включал три стороны: личное освобождение крестьян, наделение их землей и изменение общинной системы земле­пользования.

Специфическая для России общинная система заключалась в том, что крестьяне сообща пользовались землей, которая делилась между крестьянскими дворами на мелкие наделы и время от времени перерас­пределялась. Это мешало подъему продуктивности крестьянского хозяй­ства и в целом развитию производительных сил в деревне. В социаль­ном отношении это препятствовало формированию собственнической психологии у крестьян, разделению их на богатых и бедных. Процесс расслоения крестьянства в первой половине XIX в. шел очень медленно. Лишь единицам крестьян, занимавшимся торговлей и промыслами, уда­валось скопить немалые средства. Деревня, в своей массе, оставалась нищей, голодной, темной, забитой и политически инертной.

Промышленность.

В начале XIX в. промышленное производство находилось в рутинном состоянии. Урал и другие районы, где были ши­роко распространены частновладельческие и государственные мануфак­туры, основанные на принудительном труде, постепенно утрачивали свое прежде ведущее положение в экономике. Эти предприятия были нерентабельны, малопродуктивны и не могли удовлетворить возрастаю­щие запросы населения в промышленной продукции. Россия все больше отставала от развитых капиталистических стран по выплавке чугуна (6т Англии в 3,5 раза). Схожая ситуация наблюдалась и в других отраслях промышленности.

В 30-40-е годы XIX в., позднее, чем в Западной Европе, в России начался промышленный переворот, переход от мануфактуры к фабрике. С одной стороны, он был связан с техническим перевооружением про­мышленности, повсеместной заменой ручного труда на машинный и внедрением в производство различных двигателей. С другой стороны, он сопровождался глубокими социальными изменениями, появлением но­вых классов, характерных для капиталистического общества.

Предпосылки промышленного переворота складывались в России с середины XVIII столетия. Их появление было обусловлено, во-первых, научно-техническим прогрессом: созданием новых — паровых двигате­лей и различных механизмов, облегчавших процесс производства, по­зволявших углубить разделение труда и высвободить руки многих ра­ботников, труд которых заменялся машинным. Во-вторых, формирова­нию предпосылок промышленного переворота способствовало зарожде­ние элементов капиталистического уклада в хозяйстве: накопление ка­питалов, на основе которых отдельные предприниматели строили новые заводы, и постепенное формирование постоянного рынка вольнонаем­ной рабочей силы. Крепостное право затормаживало эти процессы. Его отмена в 1861 г. ускорила завершение промышленного переворота, ко­торое большинство историков относит к концу 70-х — началу 80-х годов XIX в.

Новые формы организации производства быстрее внедрялись в лег­кой промышленности (текстильной, пищевой и бумагоделательной). В этих отраслях ручной труд рабочих быстро заменялся машинным, соз­давались новые и реконструировались старые предприятия (текстильная Прохоровская мануфактура в Москве и др.). Несколько медленнее осуществлялись перемены в тяжелой промышленности. При производ­стве железа и чугуна стали использовать вместо конного привода паро­вые двигатели (Петербургский чугунолитейный завод и др.). Машинное оборудование было заграничного происхождения и ввозилось, в ос­новном, из Англии и Бельгии. Тем не менее в первой половине XIX в. начала зарождаться отечественная машиностроительная промышлен­ность. Первые заводы возникли в Петербурге, Нижнем Новгороде (Сор­мово) и других городах. Однако эта отрасль была недостаточно разви­той вплоть до конца XIX в. и слабо влияла на экономическое развитие страны.

С началом промышленного переворота связано формирование ново­го социального слоя — вольнонаемных рабочих. Работные люди, занятые на крепостных мануфактурах, не хотели приобретать необходимые про­изводственные навыки, нередко ломали и портили механизмы. Только с развитием вольнонаемного труда можно было перейти к эффективному фабричному производству. На мануфактуры и фабрики нанимались не­имущие горожане, государственные крестьяне и крепостные, уходившие на заработки с разрешения своих господ. К 1860 г. 4/5 рабочих состав­ляли вольнонаемные.

В России сложилась система жестокой эксплуатации рабочих. По сравнению с Западной Европой они получали меньшую заработную плату, имели более продолжительный рабочий день. Бесконтрольная эксплуатация рабочих, связанная во многом с традициями крепостного права, стала в дальнейшем причиной их мощного социального протеста.

На основе применения вольнонаемного труда в России начали формироваться основные промышленные районы — Северо-Западный (Петербургско-Прибалтийский), Центральный (Московский) и Южный (Харьковский). Концентрация промышленности в отдельных частях России была одной из специфических особенностей ее экономики.

Вдали от крупных городских центров и главных торговых путей процветало кустарное производство. Наряду с фабричным оно было характерно для многих отраслей легкой промышленности (текстильной, кожевенной, деревообрабатывающей). Даже некоторая часть металличе­ских изделий производилась кустарным способом. В многочисленных деревенских кузницах ковались плуги, лемехи, ножи, топоры и другие предметы крестьянского быта. Жители некоторых крестьянских дере­вень специализировались на художественных промыслах. Там возникали центры, известные до сегодняшнего дня: Палех, Гжель и др. Кустарное производство развивалось и во второй половине XIX в.

Следовательно, в первой половине XIX в. сосуществовали кустарная (мелкотоварная) промышленность, крепостная и вольнонаемная ману­фактуры, фабричное производство.

Для создания крупномасштабного производства требовались не толь­ко рынок свободной рабочей силы, но и значительные капиталы. В кре­постнической России они накапливались чрезвычайно медленно и со многими злоупотреблениями. Купцы наживали большие состояния на продаже вина и на крупных казенных (государственных) подрядах. Коммерческие и финансовые операции часто сопровождались незакон­ными действиями — казнокрадством, взяточничеством, вымогательством денежных средств у населения.

Постепенно складывались династии российской буржуазии — Сапожниковы, Морозовы, Гучковы, Бибиковы, Кондрашовы и др. Деньги, на­житые в торговле, вкладывались в промышленность. Например, выходец из торговых кругов И.М.Кондратов построил крупные шелковые фаб­рики, продукция которых славилась по всей Европе. Морозовы стали производителями хлопчатобумажных тканей. Многие родоначальники буржуазных династий выходили из крепостных, сохраняя крестьянский менталитет, благоговение перед царем и дворянами. В целом российская буржуазия была еще экономически слабой, политически аморфной. Она не играла активной роли в социальной жизни страны. Прави­тельство мало помогало развитию крупного промышленного производ­ства, настороженно следило за формированием нового общественного слоя.

Финансы.

В начале XIX в. для финансирования войн против Напо­леона и поддержки дворянского землевладения русское правительство производило крупные выпуски (эмиссии) ассигнаций — бумажных денег, впервые введенных в середине XVIII в. В первой четверти XIX в. эмис­сия ассигнаций выросла в 4 раза. В результате они резко обесценились. Попытки Павла I и Александра I преодолеть инфляцию не удались.

Поэтому в 1839-1844 гг. по инициативе министра финансов графа Е.Ф.Канкрина была проведена финансовая реформа. В основу денежно­го обращения был положен серебряный рубль. С 1843 г. ассигнации стали постепенно изыматься у населения путем обмена по обязательному курсу (3,5 рубля ассигнациями приравнивались к 1 рублю сереб­ром) на кредитные билеты, которые, в свою очередь, свободно обмени­вались на серебро. Реформа на некоторое время укрепила финансовую систему России. Однако неурожаи 30-40-х годов, интервенция в Венг­рию в 1848 г. и Крымская война 1853-1856 гг. вызвали новые финансо­вые трудности. Внутренний и внешний долг государства увеличился в несколько раз.

Торговля.

В первой половине XIX в. продолжал формироваться все­российский рынок. Этот процесс тормозила низкая покупательная спо­собность населения, обусловленная крепостным состоянием крестьян и нищенским существованием значительной массы населения. Основными покупателями могли быть только дворяне, купцы и часть горожан. Не­смотря на это, торговля развивалась более быстрыми темпами, чем в предшествующий период.

Внутренний рынок претерпел существенные изменения за счет рас­ширения торговых операций и увеличения ассортимента товаров. Осо­бое значение имело распространение на рынке, наряду с сельскохозяй­ственной продукцией, промышленных изделий. По-прежнему роль тор­говых центров играли ярмарки, всероссийские и местные, которых в России насчитывалось более тысячи. Широкой известностью пользова­лись Нижегородская на Волге, Ирбитская в Сибири и Ростовская в Ярославской губернии. Важное значение имело развитие магазинной (постоянной розничной) торговли в крупных городах России.

Значительных успехов в первой половине XIX в. достигла внешняя торговля. Ее баланс почти неизменно оставался активным, то есть вывоз превышал ввоз. Однако структура экспорта изменилась. Из него исчез­ли черные металлы (железо и сплавы на его основе), стала преобладать сельскохозяйственная продукция. Вывозили пшеницу, лес, пеньку, ко­жи, лен и т.д. В вывозе этих продуктов в Европу (в основном, в Анг­лию) были заинтересованы, прежде всего, русские помещики, использо­вавшие вырученные деньги на приобретение предметов роскоши. Рус­ская буржуазия слабо использовала внешние рынки. Небольшая часть промышленной продукции шла в Китай, Иран, Турцию. Даже в этих азиатских странах Россия была мало способна конкурировать с Запа­дом. Попытки правительства помочь буржуазии развить внешнюю тор­говлю были неэффективными. Огромный среднеазиатский рынок рус­ские купцы смогли освоить лишь к концу XIX в.

Импорт, в основном, был ориентирован на удовлетворение потреб­ностей дворянства. Ввозили модную одежду, колониальные товары (чай, кофе, пряности) и др. Очень небольшое количество импорта составляли машины, инструменты и другие предметы, необходимые для развития промышленности и сельского хозяйства страны.

Транспорт.

Развитие товарно-денежных отношений, расширение внутренней и внешней торговли, увеличение торговых центров (ярма­рок) — все это требовало реорганизации и улучшения транспортной сис­темы. Основными видами транспорта были водный и гужевой, имевшие сезонный характер. Ни тот, ни другой полностью не удовлетворяли хо­зяйственные потребности страны.

Исторически Москва являлась центром, в котором сходились все до­роги. По тому же традиционному принципу позднее создавалась и же­лезнодорожная сеть России.

При отсутствии развитых сухопутных путей сообщения с Западной Европой внешняя торговля осуществлялась, в основном, через балтий­ские и черноморские порты. Русский торговый флот был немногочис­ленным, поэтому для торговли с Европой использовались корабли, при­надлежавшие иностранным судовладельцам.

Внутренняя система путей сообщения оставалась в первой половине XIX в. малоразвитой и архаичной. Ее усовершенствование было связа­но, главным образом, с развитием водного транспорта. В 1808-1811 гг. были созданы Мариинская и Тихвинская системы каналов, связавшие Балтику с Москвой и волжским торговым путем. На реках России поя­вились первые пароходы. К середине века их стало около 100.

Протяженность дорог, которые правительство пыталось поддержи­вать в более или менее удовлетворительном состоянии, не соответство­вала экономическим (торговым) и военно-стратегическим потребностям страны. Шоссейных дорог было немного. Они соединяли Петербург с Варшавой, Москву с Петербургом, Ярославлем и Нижним Новгородом.

Дня России с ее огромной территорией особое значение имело соз­дание разветвленной железнодорожной сети, начавшееся в конце 30-х годов. В 1837 г. была открыта первая опытно-показательная ветка меж­ду Петербургом и Царским Селом. В 1839-1848 гг. построили Варшав- ско-Венскую железную дорогу, соединившую Россию с Западной Евро­пой. В 1843-1851 гг. еще одна линия была проложена между Петербур­гом и Москвой. В железнодорожном строительстве первой половины века, в отличие от Запада, ведущая роль принадлежала государству. С этого времени в стране стал зарождаться так называемый государствен­ный капитализм.

В целом в первой половине XIX в. политический строй и социаль­ная система сдерживали развитие производительных сил и модерниза­цию экономики России. Владение дворянством большей частью земель­ного фонда страны, денежными средствами и другими формами собст­венности, сохранение отживших методов хозяйствования были основ­ными причинами экономической отсталости государства. Тем не менее, в России не было в первой половине XIX в. острого экономического кризиса, так как в ее хозяйственной структуре развивался капиталисти­ческий уклад. В нем вызревали новые производительные силы и тот способ производства, который стал господствующим во второй полови­не XIX в.

 

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-23; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.97.49 (0.026 с.)