ВОЗДЕЙСТВИЕ ОБЩЕСТВЕННОГО МНЕНИЯ НА КАПИТАЛИСТОВ



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ВОЗДЕЙСТВИЕ ОБЩЕСТВЕННОГО МНЕНИЯ НА КАПИТАЛИСТОВ



Характерная способность позитивизма переносить на ц» ральную почву разрешение главных социальных затруднений должна послужить удовлетворению справедливых народн^ требований, вызываемых различными промышленными кон фликтами. Очищенные, таким образом, от всякого анархиче­ского стремления, законные желания пролетариата приобретут непреодолимую силу, в особенности, когда оци будут провоз-глашены во имя свободно господствующей доктрины и от имени философского авторитета, настолько же беспристрастно­го, как и просвещенного. Внушая народу обычное уважение к его светским руководителям, эта духовная власть сумеет предписать последним обязанности, от которых они не смогут увернуться. Если все классы, благодаря всеобщему образова­нию, усвоят основные начала налагаемых на них особых обязательств, то чувство и рассудок, являющиеся единственным оружием и поддерживаемые только общественным мнением, приобретут такое практическое значение, о котором ничто не может дать теперь представления. Даже вспоминая средние века, трудно составить себе о нем правильное понятие, потому что мы приписываем чувству. страха или несбыточным на­деждам то, что вытекало, главным образом, из энергичного распределения похвал и порицаний. По необходимости нуж­дающийся в помощи общественного мнения позитивный дух сообщит ему широту и постоянство, какие не мог ему доставить католический дух...

Глава XXIV

ОТКАЗ УЧАСТВОВАТЬ В ДЕЛЕ ИЛИ ЗАБАСТОВКА

Итак, единственное нормальное разрешение обычных спо­ров, возникающих между рабочими и предпринимателями) возможно лишь путем высшего посредничества свободно уважаемого всеми философского авторитета. Чтобы дать понять всю целесообразность подобного решения, нухдао его распро­странить на упорядочение материального антагонизма межДУ двумя активными классами. Этот конфликт между богатым*1 и массой не мог еще значительно развиться, так как объеди­нение, которое одно только и делает его значительным, был0 до сих пор возможно лишь для одной стороны. Хотя в Англии законодательство не воспрещает пролетариям вступать в союзЫ' тем не менее недостаточное умственное и нравственное ра3" витие английского рабочего класса мешает ему надлежащи^

152


бразом использовать это право. Когда французская трудяща-а масса получит возможность объединяться столь же сво-«СдНО. как и работодатели, материальный антагонизм примет кие размеры, что вскоре обе стороны почувствуют потреб­ность в духовном примирительном органе. Н философское примирение не может, однако, претендовать на полное упразднение крайних средств; но оно значительно ограничит их применение, а также их смягчит. Эти средства сВедутся, с одной стороны, к отказу участвовать в деле, что должно быть всюду предоставлено каждому свободному дея­телю на его личную ответственность за последствия, давая ему только в исключительных случаях понять важность его обычной функции. Рабочего нельзя принуждать к работе сильнее, чем предпринимателя к управлению предприятием. Моральная власть осудит только всякое злоупотребление той или другой стороной этой крайней формы протеста, составляющей всегда право различных элементов коллективного организма в силу их естественной независимости.

В наиболее спокойные времена всякий общественный деятель мог в исключительных случаях отказаться от исполнения своих обязанностей как это часто делали в средние века священники, профессора, судьи и т.д. Нужно поэтому ограничиться упо­рядочением этого права. Его упорядочение в области промыш­ленности составит одну из второстепенных задач философской власти, с которой почти всегда естественно будут советоваться о подобных мерах, как и во всяком другом серьезном обще­ственном или частном событии. Когда она одобрит прекра­щение работ или отрешение от должности, эта высокая сан­кция придаст подобному способу действия такую силу, какой он не располагает теперь. Только таким путем частичная мера сможет распространиться сперва на всех членов одной и той Же профессии, затем из одной области промышленности на Все Другие, и даже перейти, наконец, на все западные народы, которые свободно признают одних и тех же духовных руко­водителей. Правда, философское неодобрение не сможет Помещать лицам, которые почувствуют себя оскорбленными, применять на свой риск эту крайнюю форму протеста, ибо Истинная творческая власть всегда только советует и никогда Не приказывает. Но в этом случае, — если только философы Не ошиблись в своем осуждении, — эта мера не сможет стать ^рокой и значительной, что является обыкновенно необхо-Д1°^>1м для ее полной удачи.

Эта теория стачек, в сущности, сводится к упорядочению

Промышленных отношениях вышеуказанного права отказать-

°т исполнения самых высоких социальных функций как

Раннего средства всякого коллективного организма. Она

153


одинаково применима как к простейшим и частым случая», так и к случаям наиболее редким и наиболее важны»»' Философское вмешательство, призванное или добровольное будет всегда сильно влиять на результат: либо путем систе' матизации законных, но эмпирических стремлений, либо путе»! осуждения их особого проявления. ■■ ■ , ■

'     *                       Глава XXV

,   ', ' • '  позитивизм и социализм.

■ . ,. . , .               ТОЧКИ СОГЛАСИЯ И РАЗНОГЛАСИЯ

Совокупность предыдущих соображений приводит к точному определению главного практического различия между полити­кой позитивистов и таковой .коммунистов или социалистов. Все обновляющие школы сходятся в том, что необходимо, главным образом, заняться народом, дабы доставить ему надлежащее место в современном обществе, которое, начиная с конца средних веков, подготовляет свое окончательное устройство. Их воззрения совпадают также относительно природы важных социальных потребностей пролетариев, — с одной стороны, в нормальном образовании и, с другой — в упорядоченном труде, одинаково требующих систематизации.

Вот все то, что позитивизм действительно имеет общего с нашими различными прогрессивными доктринами. Но он глубоко отличается от их всех планом и способом осуществле­ния организации этой двоякой потребности. Он считает, что систематизация второй должна быть основана на первой, между тем, как до сих пор они предполагались одновременными (и даже старались упорядочить труд, прежде чем организовать образование).

Хотя это различие в порядке кажется с первого взгляда незначительным, оно, однако, достаточно, чтобы коренным образом изменить ход нашего возрождения. Ибо преоблада­ющий в настоящее время метод стремится, в сущности, начать материальное преобразование независимо от духовного, т.е. построить социальное здание без интеллектуальных и мораль­ных оснований. Отсюда вытекает общее желание удовлетворить справедливые народные требования путем бесплодного и гу­бительного предпочтения собственно политических мер, целе­сообразность которых кажется непосредственной. Напротив, позитивизм выдвигает на первое место мирное и верное, Н° косвенное и постепенное влияние чувства и рассудка, подкреп­ляемое мудрым общественным мнением под систематическим руководством истинных философов, поддерживаемых свобоД' ным народным согласием.

154


а ^.^тттрт-гие обшей социальной про-
0^детЛв°сеОгда ££££££% революционным, оставаясь
б»6** ГчистTSuWaWbM, или оно станет рациональным
bэтом ™сто наци           западный характер в зависимости

* ^ог? eZ шТонизация труда предшествовать или
бедовать за организацией образования.              . ,

Глава XXVI

НЕОБХОДИМОСТЬ В НОВОЙ СИСТЕМЕ ОБРАЗОВАНИЯ ДЛЯ РАЗРЕШЕНИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМ .!...'

Моя характеристика значения позитивизма для народа была бы недостаточна, если бы я вкратце не указал здесь на такую систему всеобщего образования, которое должно составлять одновременно и главную функцию новой духовной власти, и наиболее могущественный способ удовлетворения законных

желаний пролетариев.

Социальная заслуга католицизма состояла, главным образом, в установлении впервые, поскольку это возможно было в средние века, систематического образования, общего безраз­лично для всех классов, не исключая даже тех, которые пребывали еще в рабстве. Эта важная реформа по необходи­мости была связана с началом создания духовной власти, независимой от светской. Помимо ее временных благодеяний, мы ей обязаны и некоторым вечным принципом, а именно тем, что мораль должна преобладать над наукой.

Но этот первый опыт должен был быть чрезвычайно неполным как вследствие несовершенства среды, в которой он производился, так и благодаря недостаткам руководившей им Доктрины. Предназначенное преимущественно для угнетенных народов, это образование должно было, главным образом, внушать почти пассивную покорность, и только правящим классам приписывались обязанности, но без всякой истинной интеллектуальной культуры. Эта двойственность вполне отве­чала учению, которое полагало основную цель каждого ин­дивидуального существования вне социальной жизни, и пред­ставляла все явления подчиненными тайной воле.

С этих различных сторон католическая система образования

м°гла быть действительно пригодной только в средние века,

0 время постепенного освобождения избранной части чело-

^Чества от древнего рабства путем превращения этого инсти-

j/Ta сперва в крепостное состояние, чтобы достигнуть затем

°ЛНого освобождения личности. При древнем строе католи-

155

есКая система была бы разрушительной; при новом она была


бы рабской и недостаточной. Она должна была служить лщць длительным и трудным переходом от одной формы обществен, ности к другой. После своего освобождения от личной завц. симости, пролетарии стали развивать прогрессивную деятель, ность, стремясь достигнуть истинного коллективного положе. ния, но вскоре они почувствовали, что эта система никоим образом не может удовлетворить их интеллектуальные и со. циалъные потребности.

Тем не менее, именно она до сих пор являлась единствен­ной истинной системой всеобщего образования, ибо нельзя присвоить это название мнимому университетскому образова­нию, которое, благодаря метафизикам, постепенно, начиная с конца средних веков, одержало верх на всем Западе. То было только расширение социального образования, которое раньше получали священники и которое сводилось преимущественно к изучению латинского языка и диалектики, необходимой для защиты богословских догм. Этика же оставалась связанной только с теологическим образованием. В сущности, это ме­тафизическое и научное образование способствовало переходу к новому порядку только своей критикой, хотя оно попутно и участвовало в органической эволюции и,   в особенности, эстетической. Его недостаточность и нерациональность все более и более обнаруживались по мере того, как оно распро­странялось среди новых классов, истинное назначение кото­рых, как активное, так и умозрительное, требовало совсем иной подготовки. Поэтому эта мнимая всеобщая система никогда не имела успеха среди пролетариев, даже у протестантских народов, хотя каждый верующий становился у ■ них как бы священником.

Итак, вследствие дряхлости теологического и бессилия метафизического методов мышления, основание истинной системы народного образования выпадает на долю позитивиз­ма, так как только он способен ныне надлежащим образом примирить два рода одинаково необходимых условий, а имен­но: умственные и нравственные, которые с конца средних веков постоянно противопоставлялись. Преобладание сердца над рассудком будет теперь более прочно установлено, чем при католическом режиме, причем на свободу истинного умозрения не будет сделано никакого посягательства. Ибо, как и в активной жизни, рассудок будет всегда упорядочивать чувство, естественное развитие которого, начинающееся с рождения, будет неизменно расти, благодаря троякому упражнению: личному, семейному и социальному.


Н                                   Глава XXVII

НАРОДНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ. - КРАТКОЕ
1          ИЗЛОЖЕНИЕ НОВОЙ СИСТЕМЫ

Характеризуя главное назначение новой духовной власти, я уэке прямо коснулся окончательного согласования всеобщей морали. Вот почему я должен здесь ограничиться указанием на высокое положение, которое она сначала самопроизвольно, затем систематически займет во всем курсе позитивного образования и каким образом она сама собой окажется свя­занной со всей системой реальных знаний. Подобное обра­зование, а татсже практическая жизнь, к которой она должна подготовить, будет всегда подчинять умы общественной пользе, считая последнюю целью, а первый — средством. Оно в особенности предназначено подготовить пролетариев к их благородной социальной службе в качестве главных помощ­ников философской власти, а также побудить их лучше выполнять свои специальные функции.

Обнимая период от рождения до совершеннолетия, все образование делится на две> общие части: одна по существу самопроизвольная, заканчивающаяся с наступлением половой зрелости или с началом обучения ремеслу, должна по возмож­ности иметь место в семье и состоять, главным образом, в развитии эстетического вкуса; другая — систематическая — будет преимущественно состоять из ряда публичных научных курсов об основных законах различных родов явлений и будет служить фундаментом для моральной координации, которая должна направить все приобретенные раньше познания к их общему социальному назначению. К сроку, указанному долгим опытом как на время законного совершеннолетия, когда у нас принято считать практическое обучение законченным, каждый пролетарий окажется, таким образом, подготовленным умом и сердцем к общественному и частному служению.

... В течение последней половины первоначального обра­зования, когда будет развиваться преимущественно воображе­ние, индивидуум совершит свою собственную философскую эволюцию, поднимаясь от простого первичного фетишизма к Истинному политеизму, как это сделал в свое время род, Находясь на той же стадии. Это неизбежное сходство между личным развитием и социальным прогрессом всегда более или Менее обнаруживалось вопреки предостережениям христиан­ского эмпиризма, которые никогда не могли отвлечь ребенка °т наивных фантазий, свойственных этому фазису. Позитивное °бразование бережно отнесется к этому необходимому стрем­лению, не требуя от родителей, однако, никакого лицемерия и Не давая места противоречию в будущем. Чтобы все при-


 


156


157


мирить, достаточно будет быть искренним и говорить ребенку что его первоначальные верования соответствуют только дет,| скому возрасту и должны привести его к другим воззрениям согласно основному закону всякой человеческой эволюции' Подобное мудрое отношение, кроме своего научного преиму. щества приучить ребенка к этому главному догмату позити­визма, естественным образом воздействует на нарождающееся чувство общественности, наперед располагая сочувственно относится к многочисленным народам, находящимся еще на этой ступени интеллектуальной жизни.

Вторая часть позитивного образования не может оставаться чисто домашней, так как она требует школьного преподавания, в котором большая часть родителей сможет принимать только второстепенное участие. Но эта необходимость не должна, однако, привести к лишению ребенка семейной жизни, не перестающей быть весьма важной для его нравственной эво­люции, требования которой должны всегда иметь перевес. Он может слушать лучших учителей, не подвергая свои личные и внушенные семьей нравственные привычки изменениям, неизбежно налагаемым нашими схоластическими монастырями. Соприкосновение со сверстниками, которое, по-видимому, вознаграждает за ущерб, наносимый в этом случае личности, может быть достигнуто еще лучше свободным знакомством с другими семьями, причем могут быть приняты во внимание чувства симпатии. Это требование, делающее одновременно более легким и более совершенным народное образование, может оказаться неподходящим только для некоторых про­фессий, специальная подготовка к которым, может быть, и впредь потребует обучения в закрытых заведениях. Но я сомневаюсь, чтобы даже в этих исключительных случаях эта необходимость оставалась окончательно неизбежной.

Что касается общего хода систематического образования, то он уже ясно и точно начертан энциклопедическим законом, составляющим второй необходимый элемент моей теории эволюции. Ибо научные познания пролетария, подобно поз­наниям философа, должны относиться сперва к неорганиче­скому миру, затем к нашей собственной личной и социальной природе, дабы создать двойное рациональное основание для нашего повседневного поведения...

Философская эволюция индивида, подобно эволюции рода, завершится ... переходом от первобытного политеизма к врож­денному монотеизму, благодаря возрастанию влияния рассудка на преобладавшее в начале воображение. Нужно будет также относиться с уважением к этому свободному метафизическому переходу, когда каждый наивно отдает последнюю дань глав­ным условиям развития человека. Следует признать, что этот


предварительный метод мышления будет всегда соответствовать отвлеченной и независимой природе математических теорий, которые поглотят первые два года учения. Покуда дедукция цмеет перевес над индукцией, ум по необходимости остается расположенным к метафизическим понятиям. Их само собой совершающееся развитие вскоре приведет каждого к сведению своих первоначальных теологических идей к более или менее смутному деизму; последний благодаря физико-химическим теориям, без сомнения, выродится затем в некоторого рода атеизм, который под благотворным влиянием биологических и в особенности социологических понятий окончательно будет заменен истинным позитивизмом.

Таким-то образом окончательная систематизация морали совпадает с полным личным сознанием общей человеческой связи, что позволит новому члену человечества как следует относиться ко всем своим предкам и современникам, не переставая работать для грядущих поколений.

Глава XXVIII

ПОЛЬЗА ПУТЕШЕСТВИЙ ДЛЯ ПОПОЛНЕНИЯ ОБРАЗОВАНИЯ

Этот план народного образования кажется с первого взгляда несовместимым с драгоценной привычкой пролетариев — привычкой, выработанной свойственной   им мудростью, — посвящать последние годы обучения ремеслу, вольным путе­шествиям, столь полезным для ума и сердца. Но этот пре­красный обычай нисколько не противоречит оседлому образу занятий, так как он даст возможность оставаться на продол­жительное время в главных промышленных центрах, где рабочий естественно найдет возможность прослушать годичный курс, соответственный тому, который он прослушал бы на родине. Однородность философской корпорации и ее однообразное территориальное распространение устранят неудобства, связан­ные с подобными передвижениями. Так как каждый систе­матический курс требует всего только семь преподавателей, из которых каждый последовательно проходит все энциклопеди­ческие ступени, то общее число учителей будет настолько Незначительным, что они всюду будут одинаково достойными и будут всюду также одинаково вознаграждаться. Отсюда, не Препятствуя путешествиям пролетариев, позитивный порядок вещей придаст им новый интеллектуальный и социальный характер, распространяя их на весь Запад, где пролетарий сможет всюду легко продолжать свое образование, не встречая Даже затруднений из-за незнания языка.


 


158


159


Эти мудрые странствования, благодаря которым разовьется братство западных народов, дополнят сверх того эстетическое образование, вследствие того, что они будут способствовать как лучшему усвоению языков, изученных в юношеском возрасте так, в особенности, лучшему пониманию музыкальных, худ0.' жественных или архитектурных произведений, которые можно правильно оценить только на месте.

_„.."/!!                  Глава XXIX

;".'^v" '   J          СКОНЦЕНТРИРОВАНИЕ ЗНАНИЙ

... Дидактическое значение чувства до сих пор игнориро­валось, так как, начиная с конца средних веков, культура ума совпадает с инертностью сердца. Но беспрерывное доброволь­ное и систематическое подчинение ума социальному чувству, составляющее главную характерную черту позитивизма, будет плодотворно и в теоретическом, и в нравственном отношении. Родители и учителя воспользуются в каждом курсе народного образования всеми благоприятными случаями для развития у своих питомцев социального чувства, обычное обращение к которому окрасит самые сухие лекции. Ум будет главным образом посвящен укреплению и развитию сердца, которое, в свою очередь, оживит и направит его. Эта тесная солидар­ность между общими мыслями и великодушными чувствами облегчит научные занятия пролетария тем более, что последние будут происходить после занятий эстетических, которые по­родят хорошие привычки и скрасят всю нашу жизнь.

Глава XXX                          Jj"'

РОЛЬ ГОСУДАРСТВА

Назначая этот образовательный курс преимущественно для народа, я не только хотел лучше охарактеризовать его всеобщее распространение и его философскую природу. На мой взгляд не должно существовать никакого другого организованного образования, по крайней мере, общего. Священный долг, уплачиваемый таким образом республикой по отношению к пролетариям, нисколько не распространяется на классы, имеющие возможность воспитывать своих детей по своему усмотрению. Впрочем, это специальное образование может быть только частным развитием или, самое большое, опреде­ленным применением здравого общего образования, которое позволит каждому приобретать, даже без посторонней помощи» эти второстепенные познания.

160


qxo касается профессионального обучения, то оно даже т1юсительно важнейших искусств должно быть чисто прак-тйнеским, отдельным от настоящего образования. Господству­ющее ныне на этот счет ложное мнение обусловлено тем, что 0 времени упразднения католического режима, к сожалению, отсутствует всякое общее образование. Ибо дорогие учрежде­ния, созданные в течение последних трех веков на всем Западе и надлежащим образом преобразованные во Франции Конвен­том, составляют в сущности только научные зародыши, не­обходимые для окончательного обновления общего образова­ния. Насколько их теоретическое значение бесспорно, настоль­ко можно усомниться в их практическом значении, ради которого они, по-видимому, созданы: соответственные искус­ства легко могли бы без них обойтись, даже без Политехни­ческой Школы, Музея естественной истории и т.д. Они имеют крупную ценность только как временные средства, подобно всем здравым учреждениям нашей анархической эпохи. В этом смысле они могут теперь быть с пользой преобразованы под влиянием такой философии, которая, не создавая иллюзий относительно их долговечности, лучше приспособит их к важному современному их назначению. По различным сооб­ражениям она предложит даже некоторые новые учреждения, в особенности высшую школу философии, которая будет обнимать совокупность человеческих языков, согласно их истинным аналогиям, чем возместит необходимое уничтожение греко-латинских кафедр.

Без сомнения, однако, все это предварительное сооружение не доживет до конца девятнадцатого века, когда одержит верх окончательная система истинного общего образования. Тепе­решняя необходимость в нем не должна вводить в заблуждение относительно его истинного характера и его назначения.

Государство, в сущности, обязано дать образование только пролетариям; и, мудро организовав его, оно не будет нуждаться ни в каком специальном учреждении. Эти окончательные принципы значительно облегчают народное образование и в то же время его облагораживают. Они побудят нации, про­винции и города наперерыв просить у западной власти на­иболее выдающихся преподавателей для этих курсов, и всякий Истинный философ будет почитать за честь читать на них, Когда все поймут, что действительная популярность образова­ния необходимо совпадает с его систематической возвышен­ностью. Эта деятельность естественным образом станет главной Функцией большинства носителей новой духовности, по край­ней мере на протяжении большей части их практической КаРьеры.

Как видно из предыдущих указаний, это общее образование


ни в коем случае не может быть теперь непосредствен^ организованно. Каковы бы ни были в этом отношении цс° кренние настроения различных современных правительств, ]Z эмпирические усилия значительно повредили бы построение этого великого здания, если бы они пожелали его ускорит^ и, в особенности, если бы они попытались им руководить В самом деле, всякая настоящая система образования предполагает предварительное влияние истинной философской и социальной доктрины, определяющей ее природу и назна-чение. Дети не могут воспитываться на принципах, расхода, щихся с убеждениями родителей, а также без помощи пос­ледних. Хотя систематическое образование должно затем сильно укрепить мнения  и нравы, уже привившиеся в социальной среде, оно, однако, невозможно, пока эти связующие принци­пы сами собою не приобретут достаточного преобладания. До [, тех пор умственной и нравственной систематизации могут достигнуть только лица, достаточно подготовленные и стара--, ющиеся, по возможности, исправить недостатки и пробелы собственного образования, руководствуясь новой всеобщей . доктриной. Эти медленно созревающие личные убеждения н будут указывать общий путь ближайшему поколению, если ., доктрине действительно суждено возобладать. ^ Таков в этом отношении естественный ход, которого не ' может изменить никакое искусственное влияние. Поэтому, отнюдь не приглашая современные правительства уже теперь организовать всеобщее образование, мы должны их побуждать искренно отказаться от праздных или возмутительных прав, которые они — особенно во Франции — еще присваивают себе относительно этого предмета.

... Итак, в настоящее время следует, главным образом, стараться внушить взрослым систематические убеждения, ко­торые затем создадут почву для истинного обновления обра­зования в собственном смысле слова. Среди главных средств, как печатных, так и устных, которые можно применять на этой подготовительной стадии, я должен особенно указать на более или менее методический ряд народных курсов о раз­личных позитивных науках, включая сюда историю, отныне заслуживающую занимать среди них место. Но эти курсы могут оказаться вполне целесообразными лишь тогда, когда они буДУ* носить истинно-философский и, следовательно, социальный характер даже при изложении простейших математических теорий. Они должны также оставаться независимыми от какого бы то ни было правительства, дабы избежать влияния всякой официальной доктрины. Всем этим условиям можно удовлет­ворить, если считать эти курсы западно-европейскими, а #е чисто национальными. Таким образом достигается активно6


астие свободной философской ассоциации, к которой на У1^ Западе добровольно будут принадлежать все, кто может ^остойно и бескорыстно сотрудничать в этом великом деле ^ „еходного периода. Позитивизм один только может вызвать ГецеРь п°Д°бную организацию. И именно таким-то путем

коре разовьется основной союз между философами и про-

летариями.

В соответствии с этим независимым движением, усилия, направленные на распространение позитивистских убеждений, сТественным образом совпадут со свободным подъемом ду­ховной власти, которая в них найдет опору для нашего в0зрождения. Переходный же режим будет все больше при­ближаться к нормальному состоянию, по мере того, как будет вырисовываться солидарность между этими двумя крайними классами окончательного строя.

Чтобы лучше понять эту постепенную тенденцию, можно сравнить позитивистские курсы с соответственными клубами. Между тем, как одни прямо подготовляют будущее, другие преследуют ту же цель, обсуждая прошлое и направляя на­стоящее, так что одновременно вырабатываются три главные формы нового спиритуализма.

Глава XXXI



Последнее изменение этой страницы: 2021-04-05; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.23.193 (0.015 с.)