Кризисы подросткового возраста

Кризис подросткового возраста существенно отличается от кризисов предшествующих возрастов. Этот кризис является самым острым и самым длительным. По существу, весь подростковый возраст является затяжным переходным периодом от детства к зрелости.

Подросток вступает в свой период предподростковым кризисом (11-12 лет). Его начало обусловлено, согласно Выготскому, перестройкой всей системы интересов, которая приводит к падению школьной успеваемости, внешним конфликтам со взрослыми. На эти годы (11-12) приходится негативная фаза подростничества, которая связана с отмиранием и свертыванием прежних интересов. Выготский также обращает внимание на сходство негативной фазы подростков с негативизмом 3-х летних детей. Эта фаза также отмечается особенностями: а) крайняя вариативность симптомов; б) ситуационная зависимость симптомов (например, негативизм проявляемый в семье, а в школе – нет, и наоборот); в) неоднородность и сложность поведения.

Согласно Божович этот кризис вызван депривацией потребности в самопроявлении, что обусловлено запретами, накладываемыми подростком на самого себя. Это, таким образом, внутренние конфликты.

Исследования Эльконина и Драгуновой показали, что формируемое «чувство взрослости» может привести к кризису развития, т.к. если ребенок сталкивается с отношением к нему как к маленькому, то возникает конфликт.

Кризис 15-16 лет. Особое внимание здесь отводится формированию идентичности. До подросткового возраста «Я» фрагментарно, или ситуационно зависимо. В подростковом возрасте встает задача развития – формирование целостной идентичности, т.е. самоопределения (Эриксон), тождественности. Человек, сформировавший идентичность, оказывается самотождественным, он остается самим собой независимо от ситуации действования, но он одновременно и адекватен ситуации, не терял при этом своего лица.

Формирование идентичности (кризис идентичности) требует иногда переосмысления своих связей с окружающими. Особенно важна реструктуризация отношений с родителями («пересадка корней»), поскольку взрослеющий человек не может далее довольствоваться ролью опекаемого и управляемого.

Отрочество характеризуется заметными изменениями в представлениях о самом себе. Во многом психологи связывают это со становлением «Я»-идентичности, начало исследованию которой положили работа Э. Эриксона «Идентичность: юность и кризис» и работа К. Леви-Строса «Идентичность».

В отрочестве как бы восстанавливаются все детские идентификации, включаясь в новую структуру идентичности, позволяющую решать взрослые задачи. «Я»-идентичность обеспечивает целостность поведения, поддерживает внутреннее единство личности, обеспечивает связь внешних и внутренних событий и позволяет солидаризироваться с социальными идеалами и групповыми стремлениями. Дж. Марсиа определяет подростковую идентичность как внутреннюю структуру влечений, привычек, верований и предыдущих идентификаций. Она охватывает половую идентификацию, становление определенной мировоззренческой позиции и выбор той или иной профессиональной ориентации.

Дж. Марсиа описывает 4 «статуса» идентичности, возможных в отрочестве: реализованная идентичность: к ней он отнес подростков, переживших критический период, начавших профессиональную подготовку и имеющих собственное мировоззрение; они переходят к периоду активной постановки смысложизненных вопросов, серьезно оценивая свои будущие выборы и решения, исходя из собственных представлений; они уже пересмотрели свои детские убеждения и отошли от установок родителей; они эмоционально включены в идеологические, профессиональные и сексуальные стороны жизни; в этом статусе подростки имеют стабильные представления о родительских ролях и испытывают позитивные чувства к родителям;

1) мораторий: подросток находится в кризисе и старается «проявить себя в идеях»; его вопросы к жизни широки и противоречивы; здесь проявляется важное качество подростка — выражение активной конфронтации с различными социальными возможностями; классические проблемы отрочества во многом состоят из тех компромиссов, к которым приходит человек, примиряя собственные желания, волю родителей и социальные требования; кажется, что подросток в затруднении, жизненные проблемы представляются ему неразрешимыми; в ситуации моратория у подростков высокий уровень тревожности и болезненно чувствительное отношение к себе, а также амбивалентное отношение к родителям;

2) диффузия: подросток в состоянии диффузии идентичности может испытывать симптомы кризиса, но может и не испытывать; диффузию характеризуют малая озабоченность проблемой выбора, низкий уровень самостоятельности и самоконтроля (они более «экстернальны»), отсутствие каких-либо идеологических, профессиональных и половых моделей; отличительной особенностью данной ситуации является отсутствие аффективного и когнитивного вклада в различные зоны идентичности; подростки этого статуса чаще чувствуют себя одинокими, заброшенными, никому не нужными, непонятыми;

3) предрешение (этот статус особо заметен в семьях с авторитарными, доминирующими отцами, делающими подростков конформными по отношению к родительским ценностям); подросток еще не испытал кризиса; он не может определить период принятия решения, но уже сосредоточен на своем будущем, на мировоззрении и своей половой роли; он становится тем, кем хотят его видеть окружающие; опыт отрочества служит лишь подтверждением его инфантильных установок: в этом статусе подросток придерживается авторитарных ценностей («непримиримые» и не толерантные) и проявляет себя более жестоким, чем в других. /

Л. Бершедова рассматривая кризис (17 лет), считает исходным его противоречием – ценностно-смысловой кризис (Сапогова, с. 345-346).

Коррекционная работа

На симптоматику кризисов подросткового возраста влияют многие обстоятельства: отношения с родителями, социальный статус в коллективе сверстников, академическая успеваемость, развитость познавательной сферы, сформированность творческих интересов и физиологические особенности (период пубертата).

Подростковый возраст характеризуется особым интересом человека к своему внутреннему и внешнему облику. Современный социум не предоставляет ребенку адекватных, социально приемлемых «мест» взросления, что приводит к затяжному кризису. Симптомы, близкие подростковым, можно обнаружить и у студентов, спустя 1-2 семестра после поступления. На рубеже младшего школьного возраста и подросткового появляются симптомы подросткового кризиса. Ребенок все больше стремится выглядеть как взрослый, его поведение на виду у окружающих, особенно на виду у сверстников, теряет непосредственность: появляется нарочитая независимость, псевдовзрослость и т.п. В общении с родителями еще может некоторое время сохраняться детско-взрослый тип отношений, но вскоре и в этой сфере происходят нарушения. Ребенок настаивает на новых правах, с разной степенью требовательности адресуясь к разным членам семьи.

Реакция родителей, как и при всяком кризисе, должна сводиться к дифференциации взаимодействия с ребенком: при негативизме – твердый отпор и, если позволяют обстоятельства, обсуждение требования, включение его в более широкий контекст – личных, семейных, иногда даже национальных или религиозных ценностей. Целесообразно вести с подростками разговор и о правах родителей.

Нельзя отказывать подростку в помощи и поддержке, если он в этом нуждается или сам об этом просит. Негативное, протестное поведение ни в коем случае не должно быть поводом для отказа в помощи.

Многие разновидности девиантного поведения подростков возникают из-за отсутствия адекватных возрасту форм досуга. Поэтому в период кризиса положительные результаты могут дать разнообразные формы внешкольных занятий. Частая смена видов внешкольной деятельности не только не вредна, но и может принести пользу. Ребенок при этом, меняя коллективы, имея различный успех в различных видах деятельности, приобретает новый опыт, новые знания о себе. Чем больше у взрослеющего человека сфер общения и продуктивной деятельности, тем благополучнее прогноз разрешения подростковых кризисов.

 

ТЕМА 4.2 Юношеский возраст