Октября / 2 ноября 1888. Среда

О. Сергий прибыл 10 (22) октября. Кажется, человек хороший; усерд­но принялся за японский язык, так что в Оосака просится, чтобы между японцами, не слыша русского слова, поскорей научиться по-японски. Дай Бог ему!

А как же нужен благочинный! Сегодня узнал только: в Кесеннума семнадцать человек наших ушли в католичество — конечно, по лености катихизатора (Яков Яманоуци,— то-то он перепросился в другое место, а мне и невдомек причина!) всех же в прошлом году человек девяносто, кажется, ушло в католичество; в Мариока — пять и в разных местах. И все это — от недостатка знания учения верующими и от бездеятель­ности катихизаторов и вялости священников (вроде о. Бориса). Да, да­вят численностью католики и протестанты! У нас — никого, хоть шаром покати, русских,— там — сотни иностранных патеров и пасторов. Дало бы знать себя православие, если бы были органы его! Но где их взять? И кому жаловаться на нет? История! Пройдут сотни лет — мы будем еще слепее на поле миссионерства, чем теперь. Католики и протестанты, а их тогда и след исчезнет, теперь же вон — терзайся, что по воле [?] уходят туда за неимением присмотра!

Эх, преобразование в церковном управлении в России неизбежно! Не нужен Вселенский Собор! К чему он? Догматы и каноны — все опре­делено; католики же и протестанты еще не созрели для публичного покаяния и принятия их в Церковь Русскую — нам Церковный Собор наш нужен,— для наших частных дел,— и нужен не раз, а часто-часто; если не так часто, как установлено Апостольскими правилами, то в пять- шесть-семь лет раз нужен. Что на нем решать? Да наши церковные дела. Разве нынешнее синодальное управление хорошо? Шедше во весь мир — заповедь Спасителя — а не совет для добровольного исполнения; значит — обязанность Церкви — проповедывать язычникам; Святейший же Синод заботится ли о том? Нужен отдел Святейшего Синода для заведывания миссионерством. Духовно-учебный отдел нужно преобразовать: Акаде­мии должны разрабатывать науку ближе к жизни, а не писать на темы, в которых и диавол ногу сломит, или которые и лягушкам не нужны. Богослужение должно быть переведено на русский язык (на раскольни­ков наплевать).

Октября / 9 ноября 1888. Четверг

Итак, с сего времени начинаю по Церквам ездить! Из Академии те­перь уже трое: Симеон Мии, приехавший в прошлом году, и Арсений Ивасава с Пантелеймоном Сато, приехавшие вместе с о. Сергием.

Ноября / 2 декабря 1888

Интересный и вместе ужасный тип русской женщины сегодня встре­тил. Жена адмирала Владимира Петровича Шмидта, начальника здеш­ней нашей эскадры Тихого океана, была сегодня с мужем и дочерью здесь в Церкви. После службы у меня за чаем был, между прочим, следую­щий разговор: «Говорят, буддизм сходен с христианством»,— начала ад­миральша Юлия Михайловна, — «в нравственном учении буддизма, дей­ствительно, есть некоторое сходство с нашей религией; да и в какой же языческой религии его нет? Нравственное учение язычников черпается из совести, которая и у них не потеряна». «Но, говорят, учение Христа заимствовано из буддизма».— «Ну это говорят люди не знающие хорошо ни учения буддизма, ни учения Христа».— «Нет, да отчего же бы Христу и не заимствовать из буддизма, если ему что понравилось? Он (Христос) был человек умный»,— «Христос был Бог и изрекал свое учение, как Божественное повеление; Будда же, как и все в мире, и весь мир пред Ним Ничто»,—оборвал я, чтобы прекратить это излияние нечистоты из клоаки генеральского разума,— Прощаясь, адмиральша, видимо, чтобы сгладить дурное впечатление своим отзывом о Христе, выпалила еще: «Я ведь большая поклонница Христа!» — Долго уже я живу на свете, а все приходится удивляться. И это — христиане! Мать детей — уже тоже же­натых и в чинах! Какие же понятия-то она им внушала? Так-то высший класс у нас в России невежественен,— хуже в сто раз, чем необразован­ные мужики — касательно Веры. В школах долбят кое-что, но не понима­ют и скоро забывают, а потом вся эта сально-грязная струя низменных ходячих французско-немецких мнений и говоров хлещет в их мозги и сердца, и делаются они смрадны и мрачны до гнилости и отупения, и омерзения, когда иногда вонючей пеной выступят, или брызнут из их душ, как это случилось сегодня с адмиральшей. Грустно! Мучительно! Скорей бы Россия сдунула с себя эту накипь и нагар!