ТОП 10:

С ужасающим треском рюкзак разорвался пополам. Книжки, палочка, пергамент, перо попадали на пол. Последней выпала чернильница и щедро оросила чернилами всё вокруг.



Гарри судорожно зашарил по полу, стараясь подобрать всё сразу, раньше, чем гном начнет петь. В коридоре образовался затор.

— Что тут такое? — раздался презрительный голос. Гарри залихорадило: надо было собрать вещи как можно скорее, чтобы Малфой не услышал его валентинку.

— Что за беспорядок? — произнес еще один знакомый голос. Прибыл озабоченный Перси Уэсли.

Совершенно потеряв голову, Гарри предпринял последнюю попытку убежать, но гном обхватил его за ноги и ловко завалил на пол.

— Так, — деловито буркнул он, усаживаясь на Гарриных лодыжках. — Получите валентинку:

Глаза зелены как лягушковый торт,

А чёлка черна как пиратский ботфорт.

Пусть он будет моим, он непобедим,

Герой, с кем не сладил Злой Лорд.

Гарри отдал бы все золото «Гринготтса» за возможность немедленно провалиться на месте. Призвав на помощь всё своё мужество, он смеялся вместе с остальными, одновременно поднимаясь на ноги, онемевшие под тяжестью гнома. Перси Уэсли в это время прилагал все усилия, чтобы разогнать толпу, в которой, кстати, многие рыдали от хохота.

— Расходитесь, расходитесь, колокол прозвонил пять минут назад, расходитесь по классам, — говорил он, расшугивая самых младших как цыплят, — Тебя это тоже касается, Малфой…

Гарри, случайно бросив взгляд на Малфоя, заметил, как тот остановился и подобрал что-то. С хитрым видом он показал найденное Краббе и Гойлу, и тут Гарри осознал, что это был ежедневник Реддля.

— Отдай, — тихо сказал Гарри.

— Интересно, что тут пишет наш Поттер? — протянул Малфой. Он, очевидно, не обратил внимания на то, какой год указан на обложке, и подумал, что держит в руках личный дневник самого Гарри. Наблюдавшие за этой сценой притихли. Джинни с ужасом переводила взгляд с блокнота на Гарри.

— Дай сюда, Малфой, — строго сказал Перси.

— Когда посмотрю, что там внутри, — ответил Малфой и помахал блокнотом перед носом у Гарри.

Перси сказал:

— Как школьный староста…

Но тут Гарри потерял терпение. Он выхватил волшебную палочку, крикнул: «Экспеллиармус!» и, точно так же, как в тот раз, когда Злей разоружил Чаруальда, ежедневник вылетел из рук Малфоя. Рон, широко ухмыляясь, поймал его.

— Гарри! — громко укорил Перси. — В коридорах колдовать нельзя. Мне придется доложить об этом!

Это было неважно — Гарри удалось посчитаться с Малфоем, и за это он был готов отдать хоть пять гриффиндорских баллов. Малфой кипел от ярости. Заметив проходившую мимо Джинни, он злобно выкрикнул:

— Не думаю, что Поттеру понравилась твоя открытка!

Джинни закрыла лицо руками и помчалась в класс. Рон вспылил и тоже выхватил палочку, но Гарри успел оттащить его в сторону. Не хватало, чтобы на заклинаниях его опять рвало слизняками.

Лишь во время урока Гарри заметил очень странную вещь. Все его вещи были залиты малиновыми чернилами. Однако, ежедневник Реддля оставался таким чистым, словно никакая чернильница никогда на него не падала. Гарри хотел сказать об этом Рону, но того снова одолели проблемы с палочкой; она расцветала все новыми и новыми пурпурными пузырями, и Рон был не в силах сосредоточиться на чем-либо другом.

* * *

В этот день Гарри отправился спать раньше всех. Виной тому, частично, были Фред с Джорджем, весь вечер распевавшие «глаза зелены как лягушковый торт», чего Гарри не мог спокойно перенести; а с другой стороны, он хотел еще раз внимательно изучить ежедневник, несмотря на то, что Рон упорно считал это напрасной тратой времени.

Гарри сидел на кровати и листал пустые страницы, ни на одной из которых не было и следа малиновых чернил. Тогда он достал из тумбочки новую бутылочку, как следует обмакнул перо и уронил большую кляксу на первую страницу.

Какую-то секунду клякса ярко сияла на бумаге, а затем исчезла — страница словно вобрала ее в себя. В восторге Гарри снова окунул перо и написал: «Меня зовут Гарри Поттер».

Эти слова тоже посверкали мгновение и исчезли без следа. И тут, наконец-то, случилось нечто .

На поверхность страницы стали просачиваться слова, написанные чернилами Гарри. Но самих этих слов он не писал.

«Привет, Гарри Поттер. Меня зовут Том Реддль. Как ты нашел мой дневник?»

Эти слова тоже поблекли и исчезли, однако не раньше, чем Гарри начал писать ответ.

«Кто-то хотел спустить его в унитаз».

Он с нетерпением ждал ответа.

«Как удачно, что я делал записи в более долговечной форме, чем чернила. Но я всегда знал, что найдутся те, кому не захочется, чтобы содержание этого дневника увидело свет.»

«Что ты имеешь в виду?» — нацарапал Гарри, наставив от волнения клякс.

«Я имею в виду, что этот дневник содержит воспоминания об ужасных событиях. Об этих событиях не принято говорить. Их замалчивают. Они произошли в „Хогварце“, школе колдовства и ведьминских искусств.»

«Как раз в ней я и нахожусь», — торопливо написал Гарри. — «Я в „Хогварце“, и тут опять происходят ужасные вещи. Знаешь ли ты что-нибудь о Комнате Секретов?»

Сердце стучало как молот. Ответ Реддля появился очень быстро, почерк сделался менее аккуратным, как будто он спешил написать всё, что ему известно.

«Разумеется, я знаю о Комнате Секретов. В мое время было принято утверждать, что это легенда, что Комнаты не существует. Но это ложь. Когда я был в пятом классе, Комната была открыта, и монстр напал на нескольких учеников, а в конце концов убил одного человека. Я поймал того, кто открыл Комнату, и его исключили. Однако, директор, профессор Диппет, очень стыдился того, что подобная вещь могла случиться в „Хогварце“, он запретил мне говорить правду. Версия была такова, будто бы девочка погибла в результате непонятного несчастного случая. За заслуги мне дали красивый, блестящий Приз с гравировкой и велели держать рот на замке. Но я всегда знал, что история может повториться. Монстр остался жив, а тот, кто мог выпустить его на свободу, не был помещен в тюрьму.»

Гарри чуть не опрокинул чернильницу, так он спешил написать ответ:

«Именно это и происходит сейчас. Было три нападения, и никто не знает, кто за этим стоит. Кто это был в прошлый раз?»

«Если хочешь, могу показать», — ответил дневник Реддля. — «Тебе не придется верить мне на слово. Я могу провести тебя по своим воспоминаниям о той ночи, когда я схватил преступника.»

Гарри заколебался и задержал перо в воздухе. Что хочет сказать Реддль? Как можно провести кого-то по чужим воспоминаниям? Он испуганно глянул на дверь в спальню. Начинало темнеть. Когда он снова перевел глаза на страницу дневника, то увидел, как там формируется новая запись:

«Позволь мне показать.»

Гарри подумал еще долю секунды, а затем написал две буквы:

«ОК.»

Страницы начали сами собой перелистываться, словно от порыва ветра, и раскрылись на июне месяце. С разинутым ртом Гарри наблюдал, как маленький квадратик с датой «13 июня» превращается в миниатюрный телевизионный экран. Руки у мальчика задрожали, он поднес дневник к глазам и почти прижался лицом к крохотному окошку. Он не успел сообразить, что происходит, а его уже втягивало внутрь экрана, размеры которого всё увеличивались; Гарри почувствовал, как его тело покидает кровать; головой вперед он, в вихре ярких красок и теней, полетел в окошко на странице.

Наконец, он почувствовал твердую почву под ногами и встал, дрожа, а размытые пятна вокруг внезапно обрели фокус.

Он сразу же догадался, где находится. Круглая комната со спящими портретами на стенах — да это же кабинет Думбльдора! Но за столом сидел вовсе не Думбльдор. Сморщенный, хрупкий старичок-колдун, лысый, если не считать пары седых вихров, читал письмо при свете свечи. Гарри никогда раньше не видел этого человека.

— Извините, — пролепетал он. — Я не хотел так врываться…

Но колдун даже не поднял глаз от письма. Он продолжал читать, слегка хмурясь. Гарри подошел поближе и, заикаясь, спросил:

— Эээ… я тогда пойду, можно?

Колдун по-прежнему не обращал на него внимания. Казалось, он даже не слышит обращенных к нему слов. Подумав, что старичок, должно быть, глух, Гарри повысил голос.

— Извините, что помешал Вам. Я сейчас уйду, — почти прокричал он.

Колдун со вздохом свернул письмо, встал, прошел мимо Гарри, даже не взглянув на него и подошел к окну, чтобы закрыть шторы.

Закатное небо за окном было рубиново красным. Колдун вернулся к столу, сел, сцепил руки и принялся вертеть большими пальцами, неотрывно следя за дверью.

Гарри осмотрелся. Янгуса не было — как и вертящихся серебряных приборов. Это был «Хогварц» времен Реддля, что означало, что неизвестный колдун — тогдашний директор, а он, Гарри, не более чем фантом, абсолютно невидимый для людей из прошлого.

Послышался стук в дверь.

— Войдите, — произнес колдун дрожащим старческим голосом.







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.161.118.57 (0.007 с.)