ПРАВИТЕЛЬСТВО И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПО ЛОББИРОВАНИЮ 





Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ПРАВИТЕЛЬСТВО И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПО ЛОББИРОВАНИЮ



Кевин Молони (Kevin Moloney)

Цели главы

показать политическую основу лоббирования раскрыть теоретические аспекты, лежащие в основе лоббирования описать и проанализировать работу с правительственными струк­турами и лоббирование с точки зрения политики и PR показать примеры PR-практики с немаркетинговой точки зрения показать место лоббирования в сфере PR и в обществе на примере Великобритании

• обеспечить понимание основных элементов лоббирования и изме­рения его (потенциальной) эффективности с точки зрения по­следствий

Поясняющий пример: Железнодорожное сообщение и тоннель под проливом Ла-Манш

Один из примеров лоббирования — проект строительства но­вой железнодорожной ветки, связывающей Великобританию с кон­тинентом — тоннель под Ла-Маншем. Муниципальные власти Во­сточного Лондона и производитель цемента, компания Blue Circle, владелец отчуждаемых земель в графстве Кент, изо всех сил лобби­ровали членов правительства, пытаясь повлиять на их выбор в оп­ределении маршрута железнодорожной ветки. В этой борьбе за достижение благоприятного для этих групп решения выигрышей было множество: и создание новых рабочих мест, и привлечение фирм для размещения в данных районах, и подряд на строитель­ство железнодорожной станции и/или промышленного парка, и работы по строительству железнодорожной ветки. Как видно, ус­пешное лоббирование приносит множество важнейших выгод.

Введение

«Правительство» и «лоббирование» — это два термина, кото­рые часто используются вместе, когда речь идет о текущих собы­тиях. Для PR-специалистов следующим шагом в этой логической цепочке обычно являются выражения «правительственные отно-


Правительство и деятельность по лоббированию

шения», «корпоративные события», «корпоративные коммуника­ции», «общественные мероприятия». Цель этой главы — описание и анализ взаимоотношений между правительством и лоббирова­нием под таким углом зрения, чтобы они стали понятны с пози­ций как политики, так и PR. Этот анализ призван обеспечить уг­лубленный взгляд на важный сегмент PR: на ту его часть, которая напрямую не связана с рынком и которую часто обозначают эти­ми терминами и составной частью которой является лоббирова­ние. В конце главы читатели смогут на практике убедиться, какое место занимает лоббирование в британском обществе и как оно соотносится с PR, и понять основные элементы лоббирования.

Какие же проблемы являются объектом лоббирования прави­тельства лоббистами и какие процессы при этом действуют? Спектр лоббируемых спорных вопросов, несомненно, очень широк, по­тому что лоббисты вступают в действие, когда организация, кото­рую они представляют, полагает, что ее интересы могут быть рас­ширены и наоборот сужены неким ожидаемым законодательным актом или постановлением или пробелом в их значении, который можно использовать в своих интересах. Мол они (Moloney, 1994) составил целый список всевозможных лоббируемых интересов, которые в наибольшей степени характерны для Великобритании. В их число, например, входят такие интересы частных групп, как развитие сети супермаркетов в городах или за пределами город­ской черты, правила строительства, регламентирующие стандарты стали и бетона, различные европейские рабочие комитеты, Нацио­нальная лотерея Великобритании, строительство региональных аэро­портов, цены на парфюмерию и даже упаковка. Причем список Молони ограничивается лоббируемыми интересами только в биз­несе и не включает лоббирование в социальной сфере, в деятель­ности профессиональных и самодеятельных организаций.

Все объекты лоббирования имеют некоторые черты сходства. Они связаны с организациями (или группами, как мы будем на­зывать их далее); они подвержены влиянию внутренней полити­ки; они воспринимаются либо как потенциальные возможности или как возможная угроза для данной группы; подобные органи­зации полагают, что правительство может расширить возможнос­ти или способствовать снижению угрозы. В основе этой уверен­ности лежит убеждение, что на властные структуры можно ока­зать воздействие, чтобы заставить их принимать решения, выгод­ные для определенных групп.


В этой главе мы стремимся найти ответы на вопросы, относя­щиеся к местонахождению «ментальной карты», положению дис­курсивной модели и обеспечению теоретической основы для изу­чения политических связей и PR, которые могут обеспечить по­лезное объяснение сущности лоббирования. Затем мы предложим определение лоббирования, поясним, что входит в это понятие и на кого возлагаются обязанности по выполнению этой функции. Далее разъясним взаимоотношения между лоббированием и PR и его воспринимаемой эффективностью (с точки зрения автора гла­вы это специализированный вид деятельности в пределах более широкой дисциплины — паблик рилейшнз). Завершит главу ее обзор и обстоятельный ситуационный пример, иллюстрирующий переход компании British Gas из государственного сектора эконо­мики в частный сектор.

Конкурирующие политические точки зрения

В первом приближении лоббирование можно определить как использование группами людей, которые напрямую не связаны с политическим процессом, механизма убеждения для изменения государственной политики в пользу какой-либо организации. Это определение нуждается в небольшом экскурсе для уточнения его смысла. Во-первых, оно определяет лоббирование как коллектив­ные действия, которые направлены на достижение общей цели, например, строительство дополнительного терминала в аэропор­ту. Определение исключает из понятия лоббирования деятельность индивидуума (или его/ее лоббиста, если он нанят как таковой), направленную на убеждение властных структур выработать поли­тический курс, благоприятный персонально для этого индивидуу­ма. Примером может служить финансист сэр Джеймс Голдсмит (James Goldsmith), который хотел, чтобы Европейский Союз при­нял политику протекционизма в торговле. Мы могли бы сказать (например, в беседе), что он лоббирует в пользу Брюсселя. Одна­ко эта попытка использовать механизм убеждения сэром Джейм­сом исключается из понятия лоббирования, поскольку он старает­ся для себя. Другим примером исключения может стать баронесса Тэтчер, которая лоббировала премьер-министра Джона Мейджера (John Major) в пользу снижения расходов по программе обществен­ного благосостояния. Лоббирование, как оно определено в про­фессиональной литературе и как оно осуществляется на практике, относится к группам, к тому, чего они могут хотеть, и, если то,



 

чего они хотят, находится под контролем одной из структур госу­дарственной власти, то к тому, каким образом они будут убеждать представителей госструктур принять их точку зрения. Во-вторых, вышеприведенное определение лоббирования чрезвычайно ши­роко трактует группы. В их число входят — если взять за источник примеров Великобританию — ICI, Гринпис (Greenpeace), Англи­канская церковь (Church of England), Британский конгресс тред-юнионов (Trades Union Congress), Outrage (кампания за предо­ставление равных прав гомосексуалистам).

Таким образом, лоббирование осуществляется всеми типами юридических лиц, во всех секторах общественной жизни, группа­ми любого масштаба и репутации. В данной главе термин «группа» мы будем использовать для организации, которая вызывает дей­ствие процесса лоббирования. В это понятие включаются всевоз­можные группы давления и группы, объединенные общим интере­сом или действующие в интересах определенных кругов, заставля­ющие группы и секторные группы. Это понятие распространяется также на частные компании и бюджетные организации, такие, как школы, университеты, доверительные госпитальные трасты (hospital trasts). Иногда как синоним используется термин «организация».

Практически невозможно отделить лоббирование от полити­ки: например, выражение «ICI осуществляет лоббирование» — это семантическое сокращение более длинного выражения «ICI лоб­бирует правительство». Группы оперируют в общественной жизни в противовес частной жизни, и правительство (государство) ока­зывает влияние на общественную жизнь. Это совсем не подразу­мевает, что государство «контролирует» общественную жизнь или играет в ней лишь незначительную роль. Любое из этих условий могло бы иметь эмпирическое значение для любого конкретного правительства: они скорее доказывают, что в условиях современ­ной экономики свободного рынка конца двадцатого столетия го­сударство не может не принимать некоторого участия в обществен­ной стороне нашей жизни. Ниже приводятся примеры, иллюст­рирующие системную природу участия государства. Консерватив­ное правительство Великобритании объявило, что оно намерева­ется сократить «бюрократизм» (т.е. регулирование), влияющий на бизнес. Но это сокращение не может означать отсутствие всякого государственного регулирования в области международных дого­воров, и участие Великобритании в Европейском Союзе наклады­вает определенные ограничения на британское самоволие (в слу-


чае неприемлемых решений), что бы ни заявляло и чего бы ни желало при этом британское правительство. И именно по этой причине ICI лоббирует Лондон и Брюссель по поводу выбросов из своих труб, поскольку объем и качество налагаемых извне мер контроля существенно добавляют или отнимают от затрат.

Государство может объявить (в должном порядке), что сексу­альные пристрастия граждан — это вопрос их личного выбора, но оно не может игнорировать последствия такого личного выбора для общества. Эти последствия могут включать вопросы обще­ственных вкусов и пристойности, дискриминацию при приеме на работу или по стилю жизни или проблему безопасности и прав сексуальных меньшинств. Общественное мнение может оказывать давление на правительство, заставляя его принимать меры зако­нодательного регулирования всех или ряда этих вопросов и уста­навливать границы частного выбора. Вот пример на местном уров­не. Теннисный клуб Западного Саутборна за 50 лет ни разу не обратился в канцелярию местного члена парламента. Но эта сдер­жанность моментально испарится, если местные власти запретят парковку на улицах, прилежащих к кортам теннисного клуба.

Группы стремятся к достижению целей, которые объединяют их участников, например, это может быть повышение прибыли, способствование общественному благу, например, бесплатному медицинскому обслуживанию, или продвижение какого-либо су­дебного иска, создание курортной зоны, исправление того, что может быть сочтено неправильным. В нашем обществе правитель­ственные структуры — над-национальные, национальные, регио­нальные и местные — могут способствовать или тормозить дости­жение этих целей и в некоторых случаях они вмешиваются для создания соответствующего государственного органа для дости­жения данной цели, например, создания Национальной службы здравоохранения. В зависимости от объединяющей их цели груп­пы могут обладать разной степенью влиятельности и могущества: ICI, например, создает значительный объем материальных благ и обеспечивает множество рабочих мест в Великобритании; мест­ный или региональный теннисный клуб может способствовать не только поддержанию хорошей физической формы служащих, ма­терей, пенсионеров, но и восстановлению физических сил.

Группы осуществляют лоббирование, чтобы гарантировать как минимум нейтральность государства по отношению к их целям, а в лучшем случае — поддержку их. Это определение лоббирова-


ния может рассматриваться как описание того, что начинающие политики называют плюрализмом применительно к PR. Эта по­литическая точка зрения (и различные вытекающие из нее вари­анты) и является преобладающей парадигмой для объяснения аме­риканской и британской политики с начала 1960-х годов. Воз­можности, заключенные в этой парадигме, — марксистские и кор-поративистские объяснения, и взаимоотношения всех трех точек зрения на выработку политической линии приведены в работе Смита (Smith, 1993). В ней также можно найти их слабые стороны и преимущества с точки зрения описания взаимоотношений и вза­имодействий между группой и властными структурами.

Труман (Truman, 1951) и Даль (Dahl, 1961) — два американ­ских автора, разработавших фундаментальные черты классичес­кого плюрализма власти, широко рассеянной в обществе среди групп, которые изначально имеют неравные статус и ресурсы. При­чем Даль подытожил фундаментальный вопрос (интригуя как тех, кто формирует государственную политику, так и лоббистов), ко­торый он исследовал, в первом же предложении своей в высшей степени интересной книге «Кто управляет» (Who Governs). Он пи­сал, что «в рамках политической системы, в которой практически все взрослые граждане имеют право голоса, но в котором знания, богатство, социальное положение, доступ к официальным лицам и прочие ресурсы распределены неравномерно, кто же фактичес­ки управляет?» Джоунс (Jones, 1991) утверждает плюралистичес­кий взгляд, что правительство — «это в большей или меньшей степени рефери» между различными группами.

Лоббисты должны поневоле сталкиваться с этим вопросом, когда они берутся оказать влияние на представителей правитель­ственного аппарата, действуя в пользу интересов какой-либо груп­пы. Им требуется «доступ» к тем, кто облечен полномочиями при­нимать решения, кто может решить вопрос в их пользу или высту­пить против их интересов, и кто (например, в Великобритании) являются министрами, высшими должностными лицами, специ­альными советниками при министрах, членами парламента. Нор­тон и Грэнтем (Norton and Grantham, 1986) концептуализировали понятие «доступ» как нити, соединяющие правительство и инте­ресы, существующие в обществе. Они утверждают, что результа­том такого соединения является более благоприятная государствен­ная политика, поскольку нити работают в обоих направлениях, правительство имеет представление о том, как на практике «рабо­тает» политика, а группы оказывают влияние на политику.

9 Кйтчен Ф


Плюрализм в огромной степени повлиял на состояние PR в США и Великобритании. Большинство американских учебников (вольно или невольно) впитали его идеи о том, что лоббирование (часть PR, касающаяся общественных событий) — гарант плюра­лизма. Представителями плюралистской школы в США являются такие известные ученые, как Бэскин и Аронофф (Baskin and Aronoff, 1988), Крэбл и Виббер (Crable and Vibbert, 1986), Катлип и др. (Cutlip et al, 1985), Грюниг (Grunig, 1989), Лесли (Lesley, 1991), Пирсон (Pearson, 1992); в Великобритании подобные взгляды раз­деляет Уайт (White and Lazur, 1994), наиболее влиятельный спе­циалист в области PR.

Линдблом (Lindblom, 1977) разработал неошпоралистский ва­риант классического плюрализма, утверждающий что среди всех общественных групп наиболее влиятельными в либеральной ры­ночной экономике являются представители бизнеса, и они пользу­ются привилегиями у правительственных структур по сравнению со всеми прочими интересами. Это вполне приемлемое с точки зрения лоббистов Великобритании развитие теории, поскольку именно в этой стране основной объем лоббирования со стороны PR-специалистов осуществляется в пользу и от имени деловых интересов. Более ранние исследователи плюрализма допускали, что не все группы в среде свободной рыночной экономики одина­ково влиятельны и не все обладают неравным могуществом, и по этой причине неравными возможностями «доступа» к правитель­ственным структурам, но они не заходили настолько далеко, что­бы безошибочно определить наиболее могущественные группы. Линдблом утверждает, что выбранное правительство в условиях рыночной экономики нуждается в экономическом процветании, чтобы завоевать победу на выборах, что бизнес является основ­ным генератором процветания и что по этой причине правитель­ство должно удовлетворить многие потребности бизнес-групп для развития процветания среди электората. Это обеспечивает биз­нес-группам то, что получило название структурной власти — власти, которая вытекает непосредственно из фундаментальных сторон общества, в данном случае — из способности капитала со­здавать рынки и удовлетворять их потребности и управлять ресур­сами. Линдблом далее отмечает (1977), что группы «остаются чрез­вычайно неравными с точки зрения богатства... некоторые из них могут привлечь поддерживающую организацию; некоторые могут воспользоваться услугами консультантов по PR, приобрести вре-


I


 

мя вещания на телевидении или радио, место на страницах перио­дической печати или на других общественных трибунах, а другие — не могут». В целом же он предлагает объяснение причин, по кото­рым бизнес является основным лоббистом правительства во всех либеральных западных экономиках, а также причин, по которым относительно новый тип лоббистов — те, кого, как правило, при­влекают (нанимают) к осуществлению лоббирования и кого назы­вают коммерческими лоббистами, в наибольшей степени исполь­зуются представителями бизнеса. Линдблом далее приводит обо­снование того, что не связанные с бизнесом и направленные про­тив бизнеса группы, как правило, не так хорошо обеспечены воз­можностями для лоббирования, как бизнес, и почему существует тенденция к неполному удовлетворению интересов этих групп властными структурами.

Основные интересы, которые наиболее часто лоббируются в про­цессе взаимодействий групп и правительственных структур в ходе формирования политики, исследованы Грантом (Grant, 1995). В част­ности, он подверг пересмотру ставшее традиционным разделение на группы инсайдеров и аутсайдеров (различие состоит в большей или меньшей возможности доступа к тем, кто принимает реше­ния в области политики правительства) и влияние этого различия на все виды лоббирования, осуществляемого группами, а также последствия этого. Примерами являются Институт директоров1 и профсоюз транспортных рабочих и рабочих общего профиля. Дру­гие примеры — владельцы земли и фермеры, которые являются гораздо более влиятельными группами, чем можно предположить исходя из их численности.

Правительство, как правило, прислушивается к начальникам полиции, когда они выступают единой группой. В противополож­ность этим группам безработные или потребители вследствие сво­ей многочисленности и рассеянности по всей территории страны испытывают большие трудности при объединении в группу с це­лью лоббирования в качестве единого блока. Чернокожие, объе­диненные в группы, часто толкуют о том, что их исключили из процесса выработки политического курса по причине расизма, а


1 Институт директоров — основанная в 1903 г и получившая Королевскую гра­моту неполитическая организация, членом которой может стать любой директор британской компании, ее цель — содействовать свободному предприниматель­ству и помогать своим членам сохранять лидирующую роль в промышленности и торговле (Прим перев)


группы, выступающие за равноправие женщин, обвиняют пра­вительственные структуры в антифеминизме или дискриминации по половому признаку. Линдблом исследует эту проблему асим­метричного доступа к властным структурам.

Такая асимметричность доступа в высшие эшелоны власти кри­тически важна для лоббистов, потому что это основная детерми­нанта их шанса на успех: «группы аутсайдеров» обычно не доби­ваются принятия благоприятных для себя решений в правитель­стве. Вышеуказанное различие также является первым шагом к критике лоббирования, которая берет начало в марксистском взгля­де на деятельность групп в либеральной рыночной среде. Смит (Smith, 1981) утверждал, что PR — это часть «сознательной инду­стрии», создающей уступки монополистическому капитализму. Гэнди (Gandy, 1982) разработал точную теорию, объясняющую, каким образом достигается эта уступка — концепцию информаци­онной субсидии (information subsidy) — и она втягивает PR-специа­листов. Согласно этой теории конечными «внутренними» группа­ми в условиях либерального капиталистического общества явля­ются ведущие бизнесмены, которые делают информацию, благо­приятную для их интересов, свободной и легко доступной таким образом, который не требует исследований, затрат энергии и вре­мени со стороны тех, кто ее запрашивает. Это и есть «информаци­онная субсидия», оплаченная деловыми интересами, и «именно современная PR-организация играет центральную роль в форми­ровании и использовании усилий в рамках информационной суб­сидии основных политических факторов» (Gandy, 1982).

Для таких ученых, как Смит и Гэнди, паблик рилейшнз и лоб­бирование — это технологии, которые поддерживают мощные груп­пы в их положении доминирования над прочими интересами в либеральном капиталистическом обществе. В отличие от них клас­сические плюралисты предполагают, что существует конкуренция между интересами в обществе и что интересы бизнес-групп могут не всегда преобладать. В качестве аргумента эти авторы указыва­ют, в частности, на успех, достигнутый Гринпис в июне 1995 г., когда эта общественная природоохранная организация останови­ла мощную транснациональную нефтяную корпорацию Shell, за­планировавшую глубоководное затопление нефтяной платформы Brent Spar в Северной Атлантике. Это и есть пример исхода кон­куренции с непредсказуемым результатом между двумя группами. Промежуточные позиции между двумя направлениями занимают


неоплюралисты: они утверждают, что интересы бизнеса имеют привилегии, но оспоримые, иными словами, интересы бизнеса не всегда и не обязательно находят путь во властные структуры.

Все авторы определяют место лоббирования в процессе фор­мирования общественной политики. Плюралисты в разной степе­ни приветствуют это, а неомарксисты — предают анафеме лобби­рование, считая его частью аппарата капиталистического домини­рования. Но есть также один автор, который вовсе не отводит никакого места лоббированию в либеральном капиталистическом обществе и исключает его по соображениям морали. Американс-|кий ученый Оласки (Olasky, 1987) объявил, что он обращался как |к политическим консерваторам, так и к либералам, когда писал, 1что контакты между правительством и бизнесом вредны для пред­принимательства, конкуренции и политических свобод. Контак­ты, будь то лоббирование или PR, негативны, и он назвал их «кор­поративным коллаборационизмом».

Лоббирование: практика PR-специализации

До сих пор мы определяли лоббирование в широком смысле — как действия, направленные на убеждение представителей прави­тельственных структур, принимающих решения. Это определение было адекватным, когда аргументы сводились к группам и их по­требностям как причинной движущей силе лоббирования. Это i можно описать как экскурс на макроуровень политической перс-тективы, сфокусированный на основном феномене либерального шиталистического общества — организованных интересах, и это

1 конкурентый взгляд на оценку лоббирования с точки зрения толитических ценностей и убеждений.

Теперь мы переключим внимание на изучение лоббирования i практическом уровне — на уровне практики PR-деятельности — 1, надеюсь, на более приемлемое определение лоббирования.

Научная литература предлагает широкий выбор определений лоббирования, и на этом практическом уровне следует начать с рассмотрения точки зрения лоббиста. Чарльз Миллер (Charles Miller) на выступлении в комитете по интересам участников пала­ты общин британского парламента сказал, что лоббирование — «это деятельность по консультированию организаций по вопро­сам понимания, мониторинга и работы с системой государствен­ной власти». Это официальное определение; определение, приве­денное в Правительственном сборнике (The Government Report) и


составленное лоббирующей организацией, подчеркивает, что «вы должны рассматривать лоббирование как сражение». Грэнтем и Сеймур-Юр (Grantham and Seymour-Ure, 1990) также заметили этот элемент противоречия. Хорошо информированные и благожела­тельные высшие государственные чиновники, министры и члены парламента являются объектами устремлений лоббистов, которые, однако, не стремятся получить пассивную поддержку. Членов пар­ламента обычно поощряют выносить на обсуждение вопросы и вносить, если это приемлемо, изменения и дополнения к биллям, продвигать конкретное дело путем организации дебатов и встреч и согласований с соответствующими министрами.

Определение Миллера (1987), однако, следует запомнить, по­скольку оно имеет большую ценность, а именно: определяет лоб­бирование как серию отдельных, но связанных между собой актов. Два других лоббиста предложили определение похожего содержа­ния. Веджвуд (Wedgewood, 1987) заявил, что его работа заключа­лась как в сборе информации (разделенном на стадии мониторинга, толкования и исследований), так и в исполнении практических ро­лей (планирование, пассивное представительство и активное пред­ставительство). Смит (1992) утверждает, что лоббирование — это комбинация коммуникаций и давления, при этом каждое конкрет­ное лобби представляет собой разнообразный по составу набор средств.

В данной главе мы позаимствуем определения у вышеназван­ных авторов и дадим определение практики лоббирования как мониторинга процесса формирования общественной политики с точ­ки зрения частного интереса какой-либо группы; формулировки со­ответствующего интересу требования; донесения его до законода­телей и государственных деятелей, принимающих решения; дости­жения их одобрения и поддержки (приватным образом и с использо­ванием разной степени давления) в виде закрепления в принимаемых нормативных законодательных актах, постановлениях решений, бла­гоприятных для частного интереса группы.

Лоббирование — составная часть PR-практики, поскольку эта основанная на коммуникациях деятельность сосредоточена на груп­пе (или организации, как говорят в менеджменте) и стремится к убеждению и переговорам (по вопросам возможностей и/или уг­роз) с теми из посредников, кто связан со структурами государ­ственной власти. На практике лоббирование осуществляется в ос­новном индивидами двух категорий: собственными лоббистами организации, которые специально нанимаются группой, и при-


 


 

влеченными лоббистами, с которыми заключается контракт на ре­шение определенных задач, как правило, на ограниченный пери­од времени. Хейнц (Heinz et al., 1993) подсчитал, что на каждого привлеченного лоббиста в Вашингтоне, округ Колумбия, США, имелось четыре лоббиста, состоящих на постоянной службе в ка­ких-либо компаниях. Вполне вероятно, что соответствующие про­порции между привлеченными на случай и постоянно работаю­щими лоббистами применимы и к Лондону, где находится подав­ляющая часть британских лоббистов. Молони (1994) приводит дан­ные, показывающие, что в 1993—1994 гг. в промышленности око­ло 25 млн ф. ст. были потрачены на оплату услуг лоббистов. Лобби­сты, постоянно представляющие интересы компании, обычно со­стоят в штате и наиболее часто называются менеджерами по кор­поративным коммуникациям или общественным событиям, и на­ходятся в служебных отношениях со своими представительными советами в отличие от равноправных отношений, которые имеют привлекаемые лоббисты. Те, кому подотчетны лоббисты, штатные или привлеченные, называются их доверителями (principals).

Чем фактически занимаются лоббисты?

Одно из достоинств приведенного выше определения лобби­рования — предоставляемая им возможность рассмотреть лобби­рование изнутри как целый спектр различных видов деятельнос­ти, которые могут быть сгруппированы или разгруппированы в шаблоны, наилучшим образом подходящие для достижения по­ставленных целей или задач. Например, в период приватизации в Великобритании системы обеспечения и распределения электро­энергии французская компания Electricite de France привлекла лон­донского лоббиста для негласного мониторинга и составления те­кущих отчетов о ходе развития событий. В то же время другая лоб­бирующая компания готовила для Shopping Hours Reform Council (Совета по реформированию часов работы торгующих заведений) проект стратегического документа об оживлении теряющей силу кампании воскресного открытия супермаркетов и обеспечения общественной поддержки в условиях мощной противодействую­щей кампании и составляла списки членов парламента по трем категориям: нейтральные, поддерживающие и враждебные. Смит в своей работе описывает политиков и высших государственных чиновников как активных конкурирующих деятелей в сфере вы­работки политических решений со своими собственными частны-


ми интересами и отмечает, что лоббистам следует принимать во внимание это переплетение конкурирующих интересов.

Подобное разнообразие видов деятельности в сфере лоббирова­ния вытекает напрямую из самой природы практической среды, в которую оказываются погруженными группы, предпринимающие оценку возможностей и опасностей. Что касается Великобритании, Западной Европы и Северной Америки, то здесь лоббисты действу­ют в относительно открытой системе рынков и идей, в рамках кото­рой множественные разнонаправленные усилия многих облеченных правом принимать решения оказывают влияние на результирующие законодательные и нормативные решения. На практическую среду каждой группы оказывают влияние многочисленные материальные и идеологические конкуренты. Все эти факторы вместе взятые со­здают то, что Линдблом (1977) удачно назвал «многовластием» (polyarchy), в котором политика (в частности, процесс формирова­ния политических решений) представляется как процесс, достаточ­но доступный для влияния множества частных интересов, но осуще­ствляемый участниками, имеющими разную степень влиятельности.

Таким образом, основное требование для групп лоббистов за­ключается в том, что для достижения своих целей им необходимо принять особый подход к лоббированию, основанный на непред­виденности, в рамках которого они должны быть готовы в любой момент использовать любую тактику, соблюдая закон и правовые нормы, или комбинацию нескольких тактик, или составить альянс с любыми другими группами и ответственными, облеченными вла­стью деятелями. Именно таким образом лоббисты выбирают из сво­его арсенала подходящую технологию и превращают ее в то, что, как они полагают, принесет успех кампании. Необходимость монито­ринга (разведки) событий и реагирования (контратака) на них поис­тине огромна. И поэтому не случайно в официальном отчете прави­тельства — The Government Report (Public Policy Consultants, 1987) при описании лоббирования использованы военные аналогии.

Молони (1994) утверждает, что задачи, выполняемые лоббис­тами, можно сгруппировать в четыре основных направления. Рас­смотрим каждое из этих направлений подробно.





Последнее изменение этой страницы: 2016-07-15; просмотров: 350; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.165.57.161 (0.015 с.)