ТОП 10:

ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ РУССКИХ КНЯЖЕСТВ. БОРЬБА ЗА



ПЕРВЕНСТВО.В конце XIII в. центр экономической и политической жизни Северо-Восточной Руси переместился в центральные и окраинные, менее доступные для ордынцев, лесные районы, где вырос ряд новых княжеств: Тверское, Московское, Стародубское. Включение правителей этих княжеств в борьбу за великое княжение Владимирское внешне не выходило за рамки обычных феодальных усобиц, но объективно имело значение объединительного процесса. Этот процесс, наметившийся в Галицко-Волынской Руси еще в начале XIII в., и прерванный походами Батыя, оживает в Северо-Восточной Руси. Ее князья практически не участвовали в междоусобной войне накануне Батыева нашествия, которая значительно ослабила князей черниговских, смоленских, волынских.

Усилению позиций владимирских великих князей способствовало и то, что Орда сразу признала их "старейшими" на Руси. Благодаря этому Владимир как бы замещал Киев в качестве номинальной столицы всей Руси. За владимирский стол князья вели ожесточенную борьбу. Хотя власть великого князя являлась номинальной, она давала значительные преимущества: предоставляла в распоряжение князя обширные владимирские земли, бояре получали выгодные наместничества. Кроме того, за время своего княжения великий князь, используя свое влияние, мог увеличить территорию собственного княжества за счет более слабых соседей. Претендентами на великое княжение Владимирское выступали Московское, Тверское Суздальско-Нижегородское княжества. Остальные (Рязанское, Черниговское, Смоленское) не имели либо сил, либо династических прав. "Общерусские" притязания владимирских великих князей серьёзно подкрепило перенесение в Северо-Восточную Русь на рубеже XIII-XIV вв. Резиденции "митрополита всея Руси" - главы русской церкви.

БОРЬБА МОСКВЫ И ТВЕРИ. Среди указанных претендентов наибольшие шансы на владимирский стол были у Москвы и Твери. Суздальско-Нижегородское княжество, добившееся на первых порах некоторых успехов, не имело серьезной перспективы на лидерство, поскольку занимало окраинное положение на ордынском пограничье. Это обстоятельство делало его уязвимым для татарских набегов и способствовало политике «замирения» с Ордой. В гораздо более выгодных условиях находились Московское и Тверское княжества. Оба они находились в исключительно благоприятном географическом положении, располагаясь на перекрестке важных торговых дорог. Кроме того, защищенные густыми лесами, прикрытые соседними княжествами, они меньше страдали от татарских нападений. И в Тверском, и в Московском княжествах быстро росло население за счет беженцев из окраинных земель. Поэтому победу Москвы или Твери могло обеспечить реальное соотношение сил и обстоятельств. И Тверское, и Московское княжества образовались в XIII в. Тверское в 1247 г. получил брат Александра Невского Ярослав Ярославич, а Московское в 1276 г. досталось младшему сыну Александра Невского – Даниилу. Они и стали родоначальниками тверской и московской княжеских династий. Со второй половины XIII в. Тверь и Москва выступают как самостоятельные политические силы.

Тверь впервые упоминается в летописях под 1208 г. Возвышение Тверского княжества началось после смерти Александра Невского (1263), когда его брат, тверской князь Ярослав, получил от татар ярлык на Владимирское великое княжение. На протяжении последних десятилетий XIII в. Тверь выступает как политический центр и организатор борьбы против внешних врагов - Литвы и татар. В 1304 г. великим князем владимирским становится тверской князь Михаил Ярославич. Он первый из князей принимает титул великого князя "всея Руси" и пытается подчинить своей власти важнейшие политические центры - Кострому, Нижний Новгород, Новгород Великий, Переяславль. Однако стремление тверских князей объединить Русь натолкнулось на сильное сопротивление других княжеств, и прежде всего Москвы.

Московское княжество возникло в 70-е годы XIII в. Первоначально это было небольшое удельное владение Даниила Александровича. В отличие от отца, Даниил мало воевал, зато активно занимался хозяйством и сумел значительно расширить свои границы (у рязанского князя отнял Коломну и по завещанию получил Переяславль-Залесский). В 1303 г. он умер, так и не успев получить ярлык на великое княжение. Новый московский князь, Юрий Данилович (1303 - 1325), захватил в Смоленской земле Можайское княжество и вступил в борьбу с Тверью за великий стол. Внешнеполитические обстоятельства благоприятствовали ему. В Орде умер хан Тохта, покровитель тверского князя Михаила. Новым ханом в 1312 г. стал Узбек, и Юрий, женившись на сестре хана Кончаке, заключил союз с Ордой. Получив татарскую помощь под предлогом, что тверичи «тянут» к врагам Орды – литовцам, и заключив союз с Новгородом, Юрий двинулся на Тверь. Однако поход был неудачным. Михаил Тверской разбил Юрия и к собственному несчастью захватил в плен его жену Кончаку (в крещении Агафью), вскоре умершую в Твери. Прибыв в Орду, Юрий обвинил тверского князя в преднамеренном убийстве Кончаки, и судьба Михаила Ярославича была решена. В 1318 г. он был вызван в Орду и убит. Действия Юрия Даниловича были типичны для политики московских князей, которая складывалась из стремления любыми средствами удержать за собой как собственное княжество, так и новые территории, используя поддержку церкви и лавируя в отношениях с Ордой.

Но и московский князь не получил заветного ярлыка. Орда вела тонкую политику стравливания русских князей друг с другом и, чтобы не допустить усиления княжеской власти, не оставляла надолго великокняжеский престол в руках одной династии. Интриги Юрия Даниловича имели трагические последствия. В порыве мести он был также убит в Орде сыном тверского князя Дмитрием Грозные Очи. Поскольку право казни в Орде принадлежало исключительно хану, то и Дмитрий Михайлович был казнен за самовольную расправу с Юрием. Ханский ярлык получил младший сын тверского князя Михаила Александр. Узнав о кровавых событиях в ставке хана и о смерти брата, он отказался от союза с Ордой и сделал ставку на борьбу с ней в союзе с Великим княжеством Литовским.

Примерно 10 лет соперничество шло с переменным успехом. Орда поддерживала то Москву (1317 - 1322), то Тверь (1322 - 1326). Перелом наступил в 1327 г., когда в Твери вспыхнуло восстание, вызванное бесчинствами отрядов ордынского посла Чолхана. На стороне восставших был и тверской князь Александр Михайлович. Московский князь Иван Данилович (1325 - 1340) сумел использовать случившееся в своих интересах. Он немедленно отправился в Орду и вернулся оттуда с карательным отрядом, нанесшим тяжкий удар по Тверскому княжеству. Мощь соперницы Москвы была значительно подорвана, а Иван Данилович приобрёл доверие ханов. Получив в награду ярлык на великое княжение, он сумел присоединить к своим владениям города Углич, Галич и Белоозеро, купил ряд сёл в других княжествах. Кроме того, он выговорил себе в Орде и право сбора дани с русских земель. С этого времени прекратились наезды на Русь ордынских сборщиков дани (баскаков), безжалостно разорявших крестьян и горожан.

Новые функции принесли Москве немалые финансовые выгоды: в её казне, бесспорно, застревала значительная часть «выхода», предназначенного Орде. Недаром Иван Данилович получил столь выразительное прозвище "Калиты" (кошелька). Право Москвы собирать дань имело и политические последствия. Отныне удельные князья отстранялись от непосредственных контактов с Ордой, что устанавливало известную зависимость их от Москвы. С 1326 г. Москва стала местом постоянного пребывания митрополитов и постепенно превратилась в политический и религиозный центр Руси, перед которым уступала старая столица - Владимир. Порядок, установившийся при Иване Калите, сохранялся и при его сыновьях Симеоне Ивановиче Гордом (1340 - 1353) и Иване Ивановиче Красном (1354 - 1359), удержавших ханский ярлык, но затем чаша весов вновь заколебалась.

После смерти Ивана Ивановича для Московского княжества наступили трудные годы. Наследником остался девятилетний Дмитрий Иванович (1359 – 1389). Москва лишилась великого княжения и преимуществ, которые были связаны с ним. Ослаблением Москвы воспользовались княжества, стремившиеся избавиться от её власти. Восстановившая свои силы Тверь являлась главным претендентом на великокняжеский стол. Её союзником выступало Великое княжество Литовское.

В 1375 г. тверской князь Михаил Александрович получил от хана ярлык на великое княжение. Не желавший признавать старшинство тверского князя, Дмитрий Иванович собрал большое войско и выступил против Твери. В осажденном городе Михаил Александрович тщетно дожидался помощи Литвы. Потеряв надежду, он предложил Дмитрию Ивановичу заключить мир. По условиям договора самостоятельность Тверского княжества была значительно ограничена. Михаил Тверской вынужден был признать великокняжеский владимирский стол наследственным владением, "отчиной" московских князей. В открытой борьбе Москвы и Твери столкнулись две политические ориентации: политика сопротивления татарам с одновременной опорой на запад, на "немцев" (политика Твери), и политика использования мощи Орды как средства для политического усиления (политика Москвы).

Так завершилось 70-летнее соперничество Москвы и Твери за политическое лидерство на Руси. Его исход в пользу Москвы решили не только географические условия; в аналогичных находилась и Тверь, а Кострома и Углич были в более выгодном положении по отношению к торговым путям, но столицей Руси они не стали. Определяющую роль сыграла гибкая и агрессивная политика московских князей, сумевших поставить на службу своим интересам военную силу и политическую мощь Орды. Москва стала не только политическим, религиозным, но и новым этническим центром Руси. На её землях сформировалась новая этническая общность, вобравшая в себя и древний ассимилированный финно-угорский субстрат, и выходцев из Орды, постепенно также обрусевших. Этот процесс этнического синтеза завершился формированием великорусской народности, центром которой стала Москва.

РУСЬ МОСКОВСКАЯ И РУСЬ ЛИТОВСКАЯ. Ориентация на Литву возникла в Твери не вдруг и не случайно. Великие литовские князья не без оснований выступали с собственной программой объединения разрозненных русских земель. В XIII-XIV вв. в состав Великого княжества Литовского вошла огромная территория, ранее являвшаяся частью Киевской Руси. По меткому замечанию Ф.Энгельса, «в то время, когда Великороссия попала под монгольское иго, Белоруссия и Малороссия нашли себе защиту от азиатского нашествия, присоединившись к так называемому Литовскому княжеству». Славянское население было в нем преобладающим, а в титуле великих литовских князей уже в XIII в. присутствовало слово «Русь». Правители «Великого князства Литовского, Жомойтского и Руского» - Витень (ум. 1315), Гедимин (1270 – 1341), Ольгерд (1345 – 1377) неуклонно раздвигали границы государства, включившего земли всей современной Беларуси, часть Волыни, Киевщину, Черниговщину, а позднее и Смоленщину. К началу XV в. восточные пределы Литвы доходили до Оки, а южные достигали Черного моря.

Население коренных (этнических) литовских земель оставалось язычниками. Поэтому вполне понятно, что в Великом княжестве Литовском преобладала славянская культура, старобелорусский язык и православная религия. Гедиминовичи женились на православных княжнах и сами крестились по византийскому обряду. Впрочем, вопрос выбора веры был тесным образом связан с политическими интересами и носил зачастую формальный характер. Так, обещание принять православие принесло Ольгерду витебский престол, а Ягайло и Витовт использовали принятие православия для установления союза с Москвой, но как только обстоятельства изменились, (возникла идея унии Польши и Литвы) оба перешли в католичество.

В состав Великого княжества Литовского не вошли только русские земли, подчиненные Орде. Поэтому внешнеполитическая программа литовских князей, направленная на обладание всем территориальным наследством бывшей Киевской Руси, имела четкую антиордынскую направленность. В силу этого она могла притягивать все политические силы, готовые покончить с иноземным игом. В ходе борьбы с Ордой и должен был определиться лидер, способный реализовать общерусскую программу, унаследованную от Киевской Руси. В то же время, как справедливо отмечают историки, между Вильно и Москвой существовала своего рода «буферная зона». Это был ряд земель и княжеств, занимавших колеблющуюся, нестойкую позицию в борьбе Москвы и Литвы. К этой зоне относились Новгород и Псков, нередко завязывавшие антимосковские союзы с Гедиминовичами; Смоленская земля, пытавшаяся безуспешно отстоять свою независимость и от Москвы, и от Литвы. В этой же зоне располагались и княжества в верховьях Оки – Новосильское, Одоевское, формально зависимые от Литовского князя, но сохранявшие князей династии Рюриковичей.

В середине XIV в. борьба за лидерство на Руси проявилась в ряде военных конфликтов. Так, в 1341 г. Ольгерд Гедиминович напал на Можайск и пожег посады. Спустя пять лет, литовские войска разорили Новгородскую землю, в следующем десятилетии Литва захватила Ржев и Брянск. В конце 60-х годов XIV в. началась длительная война между великим московским князем Дмитрием Ивановичем и тверским князем Михаилом Александровичем. В 1368 г. московские войска напали на Тверь. Михаил Александрович бежал за помощью к Ольгерду, женатому на сестре Тверского князя Ульяне. Вскоре объединенные литовские и тверские войска двинулись на Москву, но, простояв под стенами города трое суток, ушли. В 1370 г. Дмитрий Иванович предпринял ответный поход на Тверь. Михаил Александрович снова бежал в Литву, и московские отряды опустошили тверские земли. Великий князь Ольгерд собрал большое войско и вместе с Михаилом двинулся к Москве. На этот раз он простоял у ее стен восемь дней, после чего были начаты мирные переговоры. Однако конкретных результатов они, по-видимому, не принесли, так как через два года Ольгерд совершил третий поход на Москву. Открытое сражение так и не состоялось, и противники вновь согласились на мир. Союз Твери и Литвы успеха не принес.

КУЛИКОВСКАЯ БИТВА. В отличие от объединявшейся Руси, в Орде во второй половине XIV в. происходил процесс феодального дробления, началась «великая замятня» (междоусобные конфликты). Падало значение ханской власти, усиливалась самостоятельность отдельных частей Золотой орды. Следствием этого было ее военное ослабление и падение международного значения. Создавалась благоприятная ситуация для активизации борьбы за освобождение русских земель. Политика разрыва с Ордой означала для Москвы войну. Одному из золотоордынских темников, Мамаю, удалось временно пресечь усобицы и сосредоточить власть в своих руках. В 1377 г. он разгромил русские войска на реке Пьяне и разграбил Нижний Новгород. Однако уже в 1378 г. Дмитрий Иванович сумел разбить ордынцев на реке Воже.

Несмотря на то, что в следующем году татарам и удалось неожиданным нападением погромить окраинные русские земли, в Орде понимали, что вопрос о зависимости Руси может быть разрешен только в борьбе с ее основными силами – великим княжеством Московско-Владимирским. Мамай готовился к новому походу около двух лет. Ему удалось не только объединить большую часть Орды, но и включить в свое войско отряды из покоренных народов (ясов, касогов), и наемников-генуэзцев из итальянских колоний в Крыму. С этой армией Мамай заблаговременно перекочевал к устью реки Воронеж и остановился вблизи Рязанской земли. Не довольствуясь собранными силами, он заключил союз с великим князем литовским Ягайлом и рязанским князем Олегом. Однако оба союзника были малонадежными. Ягайло не был заинтересован в победе и усилении Москвы, претендовавшей на территории бывшей Киевской Руси и входившие в состав Великого княжества Литовского. Однако так же не входило в его планы и усиление Орды, возможное в случае победы Мамая. Литовского князя устраивал скорее перманентный конфликт Орды и Москвы, приводивший к их взаимному ослаблению. Такую же двойственную позицию занимал и Олег Рязанский. Его княжество ближе других находилось к Орде, поэтому поддержка московского князя угрожала Рязани новым татарским нападением. С другой стороны, победа Мамая также могла привести к тяжелым для Рязани последствиям. По некоторым источникам, именно рязанский князь Олег дал знать в Москву о приближении татарских войск.

Летом 1380 г. Мамай послал в Москву требование давать «выход» (дань) в том размере, в каком ее платили первые московские князья. Дмитрий Иванович, продолжая переговоры, спешно собирал ополчение. Под его знаменами собрались отряды не только из Московской Руси, но и из Ростова, Мурома, Ярославля, Чернигово-Северской земли. У московского князя также были союзники: двое братьев Ягайло (псковский князь Андрей и брянский Дмитрий), враждовавшие с ним, привели свои дружины. Общая численность русской рати составила около 150 тыс. человек. «От начала миру такова не бывала сила русских князей и воевод местных» – отмечал летописец.

Место, где 8 сентября 1380 г. произошло знаменитое сражение, называлось Куликовым полем. Оно расположено при впадении реки Непрядвы в Дон. Окрестность представляла пересеченную равнину, перерезанную небольшими реками и оврагами, покрытую кустарниками и рощами. Такой рельеф местности был более благоприятным для русских, чем для татарской конницы, привыкшей к маневренным действиям на ровном пространстве.

Ночью русские перешли Дон, отрезав себе все пути к отступлению: им оставалось либо победить, либо умереть. Бой начали татары, обрушившись на русские полки. На протяжении нескольких часов шла жестокая битва. «Звенят доспехи злаченые, стучат щиты червленые. Гремят мечи булатные, блистают сабли острые около голов молодецких. Льется кровь богатырская по седлам кованным и катятся шеломы позлащенные коням под копыта» – это яркое описание сражения дошло до нас в «Сказании о Мамаевом побоище».

Русские воины стойко выдерживали удар татарской конницы. Однако, в конце концов, татары прорвали строй русских и начали теснить их. В этот критический момент в бой был брошен находившийся в дубраве «засадный полк» во главе с воеводой Дмитрием Михайловичем Боброком-Волынским и Владимиром Андреевичем Старицким. Появление на поле боя свежих русских сил, неожиданное для татар, решило исход сражения. Под натиском «засадного полка» татары дрогнули и побежали. Русские отряды преследовали и рубили их на протяжении нескольких десятков верст.

Блестящая победа, вошедшая в каноны военного искусства, была одержана благодаря мужеству русского воинства и полководческому таланту Дмитрия Донского. Выдающийся организатор, он в течение небольшого времени сумел превратить сборные дружины в стойкую военную силу, в которой ратники из разных земель и княжений почувствовали себя защитниками всей русской земли. По характеристике Л.Н.Гумилева, «суздальцы, владимирцы, ростовцы, псковичи пошли сражаться на Куликово поле как представители своих княжеств, но вернулись оттуда русскими, хотя живущими в разных городах». Удачный выбор места для сражения, умелое расположение войска на поле боя, устройство «засады», сыгравшей роль тактического резерва, - во всех обстоятельствах сражения Дмитрий проявил себя незаурядным стратегом и политическим деятелем. Современники назвали Куликовскую битву "Мамаевым побоищем", а Дмитрию Ивановичу эта победа дала почётное прозвище "Донской", с которым он и вошёл в историю.

Победа над Мамаем была достигнута дорогой ценой: из 150 человек в строю осталось лишь 30 тысяч; 120 тысяч погибло или было ранено. Однако жертвы были не напрасны. Значение сражения, состоявшегося на Куликовом поле, было огромно. Первая победа над главными силами Орды восстановила веру народа в свои силы, открыла перспективу полного уничтожения иноземного господства. Инициативу успешной борьбы с Ордой отныне взяла на себя Москва, ставшая после Куликовской победы не только политической, но и национальной столицей Руси. Победа на Куликовом поле вызвала бурный общественный подъем. Она интересовала и волновала русских людей и после 1380 г. Целый ряд литературных памятников, возникших в разное время, посвящен Мамаеву побоищу: поэма «Задонщина», героическое «Сказание о Мамаевом побоище» и др.

НАБЕГ ТОХТАМЫША. Разгром Мамая вызвал новый взрыв междоусобной борьбы в Орде, в ходе которой погиб и сам Мамай. В то же время, общее соотношение сил между Москвой и Ордой оставалось неблагоприятным для русских земель. Удар, нанесенный Куликовской битвой ордынскому владычеству, был сильным, но не смертельным. В 1382 г. свергнувший Мамая золотоордынский хан Тохтамыш предпринял новый поход на Русь. Переправившись через Волгу и Оку, татары внезапно появились под стенами Москвы. Большая часть московских бояр, духовенства, а с ними и ратных людей, как всегда летом, выехала из столицы в близлежащие деревни. Быстро собрать ополчение князю Дмитрию Ивановичу не удалось, и он уехал сначала с Переяславль, а затем в Кострому для мобилизации новых сил. Однако в Москве он оставил сильный гарнизон с пушками – это первое упоминание в летописях о применении русскими артиллерии. Оборону столицы взяли на себя сами москвичи. Три дня они мужественно отражали атаки, но татарам все же удалось взять город. Москва была разграблена и сожжена. Население, укрывшееся за крепостными стенами, почти полностью погибло. Огонь уничтожил многие накопленные за несколько веков, сокровища. Москва была превращена в развалины и пепел.

Набег Тохтамыша пронесся опустошительной грозой над центральной частью Московско-Владимирского великого княжества. Следствием его было восстановление даннических отношений с Ордой. Уже в следующем году с населения была собрана тяжелая дань. Опасность для Московского княжества была тем более велика, что ослаблением Москвы попытались воспользоваться ее старые противники – Тверь и Рязань. Однако Дмитрию Ивановичу удалось умело использовать разногласия между ними и восстановить союз русских князей под главенством Москвы. Сама столица была восстановлена в поразительно короткий срок. В конце XIV в., по свидетельствам современников, она была широко раскинувшимся многолюдным городом, привлекавшим из разных мест население.

Перед смертью (1389) Дмитрий Иванович распределил московские земли между сыновьями. При этом, старшего сына Василия он «благословил» великим княжением, т.е. назначил своим преемником. Это был первый случай, когда московский великий князь передавал своему наследнику великокняжескую власть, не ожидая пожалования или просто согласия со стороны хана. Этим закончился процесс слияния земель великого княжества Владимирского с основной московской территорией. К счастью для Москвы, возрождение могущества Орды под властью Тохтамыша оказалось призрачным. Дмитрий Иванович умер в том же году, когда новый грозный властитель Средней Азии Тимур нанес смертельный удар Тохтамышу. В своем завещании Дмитрий Донской выразил надежду на близкое освобождение русских земель от владычества Золотой Орды.

ВАСИЛИЙ I НА МОСКОВСКОМ ПРЕСТОЛЕ.После смерти Дмитрия Донского московский великокняжеский престол наследовал по завещанию его старший сын Василий I Дмитриевич (1389 – 1425). Василий I успешно и последовательно продолжал политику отца. В начале его княжения положение Московского княжества, разоренного Тохтамышем, было довольно тяжелым; после короткого перерыва над русскими землями снова нависла ордынская власть. Возможно, эта опасность сблизила Василия I с литовским князем Витовтом, который вел активную борьбу за независимость Литвы с Ягайлом и также нуждался в союзниках. Это сближение было закреплено браком московского князя с дочерью Витовта Софьей в январе 1391 г.

Летом 1392 г. Василий I побывал в Орде у Тохтамыша и добился важных политических результатов – выкупил ханские ярлыки на Нижний Новгород, Городец, Мещеру и Тарусу. Когда он вместе с татарскими послами и московскими боярами прибыл в Нижний Новгород, то местное боярство обратилось к нижегородскому князю со словами: «Господине княже! Не надейся на нас, уже бо мы отныне не твои». Таким образом, нижегородское боярство, воспользовавшись феодальным правом свободного «отъезда», сочло для себя более выгодным перейти под покровительство сильного московского князя. Этот случай показывает, что в конце XIV в. в определенных кругах местной боярской знати существовало стремление к объединению с Москвой.

Московское влияние стало распространяться и в бассейне реки Вычегды. Земли по Вычегде и ее притокам были населены народом коми и носили название «Малая Пермь». На Верхней Каме и по реке Чусовой жили родственные коми пермяки, эта местность была известна как «Великая Пермь». Жили коми, пермяки, зыряне племенными общинами и занимались в основном охотой. В конце XIV в. в этих местах появился проповедник Стефан Пермский, уроженец Устюжского края. Для обращения язычников в христианство Стефан Пермский составил азбуку и перевел на местный язык несколько богослужебных книг. Он был утвержден первым пермским епископом, и его деятельность во многом подготовила присоединение этого края к московской территории.

Одновременно Василий I начал наступательную политику по отношению к Великому Новгороду. В 1391 г. туда прибыл из Москвы митрополит Киприан и от имени князя потребовал отмены в «вольном городе» суда архиепископа и введения митрополичьего суда. Новгородцы не подчинились, и в 1393 г. началась война Москвы с Новгородом. В ходе военных действий ряд владений Великого Новгорода (Вологда, Великий Устюг, Волок Ламский и Бежецкий Верх) в конце 90-х годов перешли в состав Московского княжества. Однако попытки присоединить Двинскую землю, богатую новгородскую колонию, закончились неудачей.

МЕЖДУ ОРДОЙ И ЛИТВОЙ. В середине 90-х годов XIV в. особые опасения у московского правительства вызывали ордынские дела. Хан Тохтамыш, безжалостно разгромивший Москву в 1382 г., был разбит Тимуром и свергнут. Нуждаясь в союзниках для последующей борьбы за ханский престол, Тохтамыш в качестве изгнанника обрел приют в Литве и в 1398 г. заключил договор с Витовтом. Договор был взаимно выгодным и касался раздела сфер влияния. Литовский князь соглашался оказать Тохтамышу помощь в возвращении престола в Сарае в обмен на уступку всех русских земель. «Аз тя посажу в Орде на царство – обещал Витовт ордынскому хану – А ты мене посади на Московском великом княжении,... и на Новгороде Великом, и на Пскове, а Тверь и Рязань моя и есть». К моменту заключения договора Витовт добился значительных дипломатических успехов в своей восточной политике (одним из них был брак Василия I с Софьей Витовтовной). Уже в первые годы его правления к Великому княжеству Литовскому были присоединены отдельные волости Смоленской и Черниговской земель и ряд мелких княжеств. В 1395 г. Витовт, используя междоусобные конфликты смоленских князей, подчинил Смоленск и поставил там своего наместника, а чуть позднее присоединил город Любутск по Оке. Под его протекторатом находились Новгород, Псков Рязанское княжество. Чтобы закрепить выход к Черному морю, Витовт присоединил к своему государству Подолию. В этот период Великое княжество Литовское занимало свою максимальную территорию: от Немана и Двины – до причерноморских степей. Усилия Витовта были направлены на создание самостоятельного, способного противостоять Польше, Русско-Литовского государства, которое включало бы и земли Московской Руси. Таким образом, предложение Тохтамыша хорошо вписывалось в далеко идущие планы литовского князя. Утвердив в Золотой Орде послушного себе хана, он мог рассчитывать покорить Москву.

Однако эти договоренности были трудно осуществимы. Зная, что в Литве готовится заговор, Тимур пытался его сорвать. В 1399 г. он направил к Витовту своих послов с требованием: «Выдай ми царя беглого Тохтамыша. Враг бо ми есть». Князь, который делал ставку на Тохтамыша, отвечал отказом и прямой угрозой войны. Собираясь в поход против Тимура, Витовт хвастал: «Поидем и победим царя Темир-Кутлуя, возьмем царство его, посадим на него царя Тохтамыша, а сам сяду на Москве, на великом княжении на всей Русской земли». Войска противников встретились в том же году на реке Ворскле. Состоялась «сеча зла», в ходе которой армия Витовта, многочисленная и по-европейски оснащенная, почти полностью была истреблена, а сам князь бежал. Тохтамыш, предвидя исход сражения, увел свои отряды.

Политические последствия битвы на Ворскле оказались трагическими лишь для скитавшегося по степям Тохтамыша, который был убит около 1405 г. Наиболее значительный выигрыш от битвы получила Москва, для которой поражение Витовта означало спасение от литовского захвата. Однако литовский князь не отказывался от прежних внешнеполитических планов создания мощной литовско-славянской державы. Опираясь на своих ставленников в Орде, он вскоре сумел поправить положение дел. В 1403 г. он овладел Вязьмой, а в 1405 г. Смоленском, временно потерянным после Ворсклы, захватил верхнеокские княжества: Перемышльское, Новосильское, Воротынское. В 1406 г. войско Витовта напало на Псковскую землю, угрожая Новгороду. Псковичи обратились за помощью в Москву. После нескольких военных столкновений был заключен мирный договор. Не имея возможности противостоять новому натиску Литвы, Василий I сделал попытку снова опереться на поддержку Орды. Хан Шадибек, стремившийся восстановить с Москвой прежние даннические отношения, прислал на помощь войска, а его преемник – Едигей (ставленник Тимура) потребовал в качестве оплаты союза прежнего «выхода». Московский князь ответил отказом, и тогда летом 1408 г. Едигей напал на русские земли. Разгромив ряд городов (Серпухов, Ростов, Переяславль, Нижний Новгород и др.), татары подошли к Москве. В течение месяца москвичи мужественно оборонялись. Вступив в переговоры и ограничившись «окупом» в три тысячи рублей, Едигей снял осаду и ушел в Орду.

Золотая Орда переживала один переворот за другим. Династическая борьба ослабляла ее, раскалывая на враждующие части. И хотя татарские нападения продолжались и несли разорение русским землям, больших походов не было. В начале XV в. и Великое княжество Литовское утратило возможность проводить активную политику захвата и подчинения Руси. На северо-западных рубежах Литвы зловещей тучей висел Тевтонский орден, угрожавший и Польскому королевству, и Великому княжеству Литовскому, связанным Кревской унией. Так к началу XV в. сложилась геополитическая ситуация, которая оставалась реальной в течение почти всего столетия. Баланс трех сил – Москвы, Литвы и Орды – многие десятилетия определял политический климат в Восточной Европе.

К концу правления Василия Дмитриевича власть великого московско-владимирского князя значительно возросла. По размеру принадлежащей ему территории он неизмеримо превосходил всех остальных князей. Большинство князей, сохранявших свой суверенитет, фактически подчинялись московскому князю. Некоторые князья перешли на положение великокняжеских слуг, возглавляли в походах московские рати, получали назначения наместниками, хотя и сохраняли княжеские права в своих землях. Этих князей (Стародубских, Оболенских, Белозерских) источники называют служилыми или служебными («служебниками»). В конце первой четверти XV в. перестраивалась вся система управления, превращаясь из местной, московской в общегосударственную. Появились новые административно-территориальные единицы – уезды, управляемые княжескими наместниками. Фактически в руках великого князя было сосредоточено руководство всей внешней политикой: он возглавлял вооруженные силы и представлял общегосударственные интересы в дипломатических сношениях с Ордой и с Великим княжеством Литовским.

ФЕОДАЛЬНАЯ ВОЙНА ВО ВТОРОЙ ЧЕТВЕРТИ XV в. Процесс консолидации русских земель был приостановлен ожесточённой феодальной войной, развернувшейся после смерти сына Дмитрия Донского Василия I в 1425 г. На престол вступил его десятилетний сын Василий II (1425-1462). Однако его династические права оспорил дядя, младший брат Василия I, Юрий Дмитриевич. Основанием для претензий была неясность в завещании Дмитрия Донского, который в случае смерти старшего сына (Василия Дмитриевича) передавал престол второму сыну – Юрию. Завещание было составлено до рождения у Василия Дмитриевича сына. Оно и послужило предлогом для Юрия выступить претендентом на московский трон. Кроме того, на стороне Юрия Дмитриевича было уходящее в древность и уже полузабытое лествичное право. Согласно ему, владения умершего отца наследовал старший сын, после его смерти – следующий сын, и так до последнего, после чего наследником становился старший сын старшего сына умершего.

Князя Юрия окружал ореол сына Дмитрия Донского, это был бесстрашный и опытный воин. Казалось, что судьба московского стола, на котором сидел ребёнок, решена в пользу Юрия, однако реальная ситуация оказалась иной. Матерью Василия II была княгиня Софья Витовтовна, дочь могущественного великого князя литовского. Она была регентшей и фактической правительницей в малолетство сына и пользовалась поддержкой отца. С внуком Витовта Юрию трудно было бороться, и в 1428 г. он заключил соглашение с Василием II, по которому признал своего племянника "братом старейшим". Смерть Витовта в 1430 г. развязала руки князю Юрию, и зимой 1431 г. он «разверже мир» с Василием II. Однако судьба великокняжеского стола по традиции решалась в Орде, куда весной 1432 г. прибыли оба претендента. Ханский суд без колебаний отдал великое княжение Василию II на том основании, что, «князь Юрий ищет великого княжения по завещанию отца своего, а князь Василий – по твоей милости». Эта фраза, обращенная к хану, принадлежала талантливому московскому дипломату, боярину И.Д.Всеволожскому, который очень точно расставил акценты и верно оценил ситуацию, в то время как ссылки князя Юрия на завещание Дмитрия Донского в Орде не воспринимались как веский аргумент. Юрию достался лишь ярлык на Дмитров, связанный с Галичем.

Толчком к продолжению борьбы стал эпизод, случившийся на свадьбе Василия II. В Москву на торжества по этому поводу прибыли два сына Юрия Дмитриевича – Василий Косой и Дмитрий Шемяка. Василий Косой, по словам московских бояр, был опоясан золотым поясом, принадлежавшим ранее Дмитрию Донскому и великокняжеской семье, а затем украденным. Разгневанная княгиня Софья Витовтовна здесь же, на пиру сорвала с княжича Василия драгоценный пояс, и князья-Юрьевичи, «раззлобившись», покинули Москву. Пояс, из-за которого разыгрался скандал, имел не столько ценностное, сколько символическое значение. Владение поясом, как наследием Дмитрия Донского, означало преемственность власти от героя Куликовской победы. Воспользовавшись скандальным обвинением в воровстве как поводом к войне, Юрий Дмитриевич двинул войска на племянника.

В 1433 г. он разбил в сражении на Клязьме немногочисленные отряды Василия II, а сам великий князь был схвачен и отправлен в Коломну на удельное княжение. В 1434 г. Юрий Дмитриевич вступил в Москву, но оказался в ней нежеланным гостем. Московское боярство не приняло нового государя, а дворяне, ратники, посадские люди были ещё более решительно настроены против князя Юрия; все видели в нём узурпатора. Москвичи начали «отказыватися» от князя Юрия и «от мала до велика» потянулись в Коломну, к своему законному государю. Юрий был вынужден покинуть столицу, ибо «непрочно ему седение на великом княжении» – отметил летописец. Великий стол он передал Василию II, а сам отправился в свой удельный Звенигород.







Последнее изменение этой страницы: 2017-01-27; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 100.26.182.28 (0.032 с.)