ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Половые роли и половое поведение



Традиционные представления о половых ролях существенно влияют на сексуальные отношения между людьми и их половое поведение. Так, например, в Америке до сих пор бытует мнение, что в мужчинах заложен повышенный интерес к сексу и что им принадлежит наиболее активная роль в сексуальных отношениях, тогда как женщины обычно пассивны. Точно так же считается, что половое возбуждение у мужчин наступает быстро и почти автоматически, а для того чтобы вызвать половое возбуждение у женщин, как правило, слабое и нестойкое, нужны ласки и уговоры. Эти стереотипы сказываются и на характере поведения; мужчины стараются действовать таким образом, чтобы оправдать диктуемые стереотипом ожидания, а женщины соглашаются на роль второстепенных персонажей, мнения и желания которых не имеют большого значения.

Однако у некоторых народов сложилось совсем иное представление о половых ролях мужчины и женщины. Например, жители крошечного полинезийского острова Мангаиа считают сексуальное наслаждение привилегией каждого члена общества; половая близость, по их мнению, не требует длительного знакомства и тесных отношений. В результате на острове не найдется и одной девушки на сотню и еще меньше юношей, у которых до вступления в брак не было бы самых обширных половых связей (Marshall, 1971). Девочки с ранних лет приучаются испытывать и вызывать оргазм, и хотя первый опыт сексуального общения они чаще всего получают со своими сверстниками, постепенно более желанными становятся взрослые и более опытные партнеры, способные доставить большее удовольствие (Marshall, 1971). Услышав, что некоторые женщины в Европе и Америке не испытывают оргазм, местные жители с искренней озабоченностью интересуются, не может ли это плохо отразиться на здоровье замужней женщины (Marshall, 1971). На острове Мангаиа все женщины знают, как достигается оргазм.

Двойной стандарт

Мы уже упоминали о существующем в нашем обществе двойном стандарте в отношении полового поведения. Согласно традиционным взглядам, мужчины имеют право на сексуальный опыт до вступления в брак, тогда как женщины должны сохранять девственность до замужества. После заключения брака формально подразумевается взаимная "верность" супругов, однако в действительности за мужчинами по-прежнему признается право на внебрачные связи, тогда как от женщины ждут постоянства. В последнее время в этих представлениях наметился некоторый сдвиг. Многие подростки не считают необходимым и даже нежелательным сохранение женщиной девственности (Sorenson, 1973; Hass, 1979). Теперь многие полагают, что молодая женщина может иметь половую связь с тем, кого она любит, ну а молодым мужчинам по-прежнему предоставляется большая свобода сексуального экспериментирования.

Двойной стандарт, помимо всего прочего, предписывает мужчине роль опытного в сексуальном плане человека. В связи с этим ожидается, что он будет выступать инициатором сексуальных отношений, определять продолжительность и ход полового акта, предпринимать действия, направленные на возбуждение партнерши и возникновение у нее оргазма. Хотя эта версия двойного стандарта (предполагающая, что мужчина проявляет сексуальную активность в интересах женщины) свидетельствует об известном прогрессе по сравнению с прежним убеждением, что "порядочная" женщина не может иметь сексуальных переживаний (согласно этому мнению, в сексе мужчина использует женщину для удовлетворения собственных потребностей), она вряд ли сильно способствует гибкости и взаимности отношений.

Двойной стандарт и его варианты порождают множество сексуальных проблем. Ощущение необходимости воспрепятствовать мужчине "делать все, что он хочет" и удерживать его действия в определенных рамках снижает для нее самой прелесть сексуального контакта. С другой стороны, мужчина иногда считает, что обязан проявлять свои мужские качества и вступает в сексуальные отношения, не будучи к этому особенно расположен или не чувствуя влечения к женщине.

Сейчас очевидно, что сексуальный двойной стандарт, подобно многим другим стереотипам половой роли, постепенно вытесняется концепцией равных возможностей и взаимодействия. В заключение данной главы мы рассмотрим перспективы дальнейшего развития событий в этом направлении.

Секс и равенство полов.

Большинство мужчин и женщин, в конце концов, узнают, что нельзя получить удовольствия, к которому стремятся оба партнера, пока секс остается чем-то, что мужчина делает для себя или для женщины, а не становится совместной деятельностью, в которой они принимают равное участие.Женщина, ценящая свою сексуальность, приходит к выводу, что при желании она может открыто и не стесняясь выражать свои переживания и чувство причастности к происходящему; восторг и наслаждение от испытываемого желания и сознания собственной желанности, от взаимных прикосновений и взглядов, своих слов и речей партнера, запахов и ощущений, звуков и тишины. Мужчина, увлеченный ею как партнером, получает радость, освободившись от сознания необходимости любой ценой приносить ей удовольствие и наслаждаясь изменениями ее настроений и желаний в ответ на свои собственные.

Взаимоотдача обоих партнеров основывается на восприятии друг друга как тонко чувствующих существ с уникальными потребностями и способностями. Оба могут отдаваться своим порывам, не опасаясь нарушить предписываемые половой ролью стереотипы мужской агрессивности и женской скромности. Эмоции нельзя делить на "мужские" и "женские". Каждый из партнеров должен считаться с сексуальными запросами другого. Если же их сексуальные потребности в чем-то не совпадают, можно найти решение, удовлетворяющее обоих партнеров.

Сексуальная эмансипация вырастает на почве самоуважения и личной свободы. Если вы ничего не представляете сами по себе, вы ничего не можете дать другому и ничего не получите взамен. Вы будете считать, что полезны в сексуальном плане, как полезна вещь, но не более. Чтобы партнерство было равным, мужчина и женщина должны обладать чувством собственного достоинства и гордиться своей половой ролью.

Наслаждение от полового общения наполовину зависит от того, как чувствуют и ведут себя партнеры. Если один никак не проявляет своих эмоций или в лучшем случае демонстрирует пассивную готовность, то чувственный настрой другого постепенно становится слабее, затухает и, наконец, пропадает полностью. В то же время при активном участии обоих партнеров спонтанные чувства одного также спонтанно передаются другому, возбуждают его, усиливают чувственный тонус, побуждают вести себя, следуя только внутренним импульсам.

Взаимоотношения партнеров при половом акте зачастую неправильно рисуют, используя образ качелей: когда один взлетает, другой падает вниз. То, что получает женщина, утрачивает мужчина и наоборот. Но сама природа половой близости опровергает эту аналогию. То, чего мужчина и женщина достигают сообща, является благом для каждого. Настоящее партнерство делает счастливыми обоих и каждого в отдельности.

Из книги Мастерc У., Джонсон В., Колодни Р. Основы сексологииhttp://www.mariamm.ru/doc_504.htm#1.6

5. 1

Партнерская норма

Ниже рассмотрены шесть критериев, которые могут помочь клиницисту отличить сексуальную норму от патологии в каждой конкретной партнерской паре. Эти критерии представляют собой модификацию варианта сексуальной нормы, разработанного Сек­сологическим институтом в Гамбурге:

 

1) различие пола,

2) зре­лость,

3) взаимное согласие,

4) стремление к достижению обоюд­ного наслаждения,

5) отсутствие ущерба здоровью,

6) отсутствие ущерба другим людям, т. е. обществу.

 

В соответствии с этими кри­териями к норме можно было бы относить все формы сексуальной активности, сексуального поведения и сексуальных действий, ко­торые имеют место между двумя зрелыми лицами разного пола, принимаются ими обоими и направлены на достижение наслажде­ния, которое не вредит их здоровью и не нарушает норм общежи­тия. Характер сексуальных форм поведения и действий не имеет при этом решающего значения для квалификации их как нормаль­ных или патологических явлений. Это следует из сексологической концепции индивидуальных различий, которая признает за человеком право поиска собственных, индивидуальных путей для до­стижения наслаждения. Последнее, часто не может быть достигну­то, если реализуются действия и формы поведения в узком диапа­зоне, навязанном извне, так как они могут не соответствовать склонностям того или иного человека. Попытки навязать нера­циональные модели поведения и нерациональные ограничения в выборе сексуальных действий приводили к неудачам, охлаждению, фрустрациям и неврозам. Поэтому рациональным считается предо­ставление взрослым людям возможности выбора таких сексуаль­ных действий и форм поведения, которые доставляют им макси­мальное наслаждение, одобряются ими и при этом не наносят ущерба их здоровью и обществу. Какую же опасность, в связи с которой следовало бы ввести определенные ограничения, может нести в себе та или иная форма сексуального поведения для че­ловека и общества?

Описанный выше подход к проблеме сексуальной нормы пред­ставляется правильным, а критерии ее имеют рациональное обо­снование.

Критерий различия пола вытекает из разделения всех людей на мужчин и женщин и из стремления их к «соединению» и допол­нению друг друга именно в контактах, которые по своему характе­ру называются сексуальными. Само существование сексуальности (и связанной с нею сексуальной нормы) обусловливается разделе­нием людей на два пола, причем «соединение» двух людей пред­ставляет для них источник наслаждения.

Критерий зрелости преследует цель обеспечить сексуальные контакты между лицами, которые могут создать союз на партнер­ской основе, а не на зависимости одного от другого (ибо лишь при наличии партнерства создаются предпосылки для достижения вы­раженного эмоционально-сексуального напряжения и удовлетворе­ния), а также гарантировать отсутствие последствий, связанных с сексуальными контактами. Этот критерий препятствует установ­лению половых связей между взрослыми и детьми, которые еще не могут осмыслить сущность такого рода контактов и их послед­ствий и, кроме того, у них нет потребностей в этом.

Критерий взаимного согласия, т. е. добровольности, предусмат­ривает исключение сексуальных контактов при применении силы или в результате обмана или при использовании критической ситуации. Несоблюдение этого условия вызвало бы нарушение совместной жизни в обществе, а кроме того, лишало наслаждения хотя бы одного из партнеров сексуального контакта.

Критерий достижения наслаждения (или направленности дей­ствий на достижение обоюдного наслаждения) неразрывно связан с сущностью сексуального контакта. Сексуальные контакты предпринимаются на основе сексуальных мотивов и направлены имен­но на достижение наслаждения, возникающего при удовлетворении сексуальной потребности. Неудовлетворение этой потребности или отсутствие наслаждения, особенно на протяжении длительного времени, существенным образом нарушают понятие сексуальной нормы.

Критерий непричинения ущерба здоровью, как и условие нена­рушения норм общежития настолько существенны, что они не тре­буют специального обсуждения.

 

Все перечисленные выше критерии, несмотря на то, что они рациональны и достаточно четко сформулированы, носят, однако, довольно обобщенный характер. Все они также имеют определен­ные недостатки и неточности, о которых всегда следует помнить, поскольку лишь правильная (а, следовательно, требующая опре­деленной гибкости) интерпретация этих критериев в конкретных, иногда очень сложных ситуациях может облегчить отграничений нормы от патологии в сексологической клинике.

Критерий различия пола был введен, когда гомосексуализм од­нозначно квалифицировался как половое извращение. Таким образом, сексуальные контакты между лицами одного пола авто­матически выходили за рамки нормы. Однако более тщательные исследования позволяют отнести гомосексуализм лишь к сексуаль­ным девиациям, поскольку от гетеросексуальности его отличает лишь один признак, а именно обратная направленность сексуаль­ного влечения на лиц того же пола, в то время как для него не­характерен комплекс признаков сексуальных извращений. В таком случае гомосексуальные контакты следует рассматривать как предпринимаемые лицами, проявляющими сексуальные девиации, а это позволило бы квалифицировать их действия, принимая во внимание концепцию «изолированной» партнерской пары, как проявление нормы терпимой.

Кроме изменения направленности сексуального влечения, гомосексуальная пара «выполняет» усло­вия, характерные для сути сексуальных контактов, т. е. гомосек­суальные лица «объединяются», руководствуясь сексуальными мотивами, и достигают при этом настоящего сексуального наслаж­дения. Условие прокреации как следствия сексуальных контактов не является необходимым в рамках приведенного выше определе­ния сексуальной нормы. Это означает, что сексуальные контакты, целью которых является получение наслаждения, а не прокреация, не нарушают понятие сексуальной нормы. Они могут даже периодически поощряться в соответствии с требованиями демогра­фической политики. Следует также отметить, что невозможность прокреационного аспекта сексуальных контактов имеется лишь, при гомосексуальных отношениях.

В то же время, рассматривая явление прокреации с чисто биологической точки зрения, прогресс в области искусственного оплодотворения не исключает абсолютно возможность иметь потомство у гомосексуальных лиц. В целом можно сказать, что гомосексуальные контакты, безусловно, имеют черты патологии только в тех случаях, когда, по крайней мере, один из партнеров не одобряет гомосексуальных наклонностей у себя или у партнера и, таким образом, действительно страдает. Только в таких случаях оправдано терапевтическое вмешательст­во. Из сказанного выше следует, что в рамках сформулированного понятия сексуальной нормы условие различия пола имеет различ­ную ценность, зависящую, прежде всего, от взглядов на сущность гомосексуализма и от степени его приемлемости для данного лица.

Не меньшее число оговорок можно было сделать и в отношении второго критерия нормы — зрелости. Хотя это условие представ­ляется вполне правильным, оценка его на практике часто достав­ляет много трудностей. Иногда бывает не вполне ясно, что следует принимать во внимание, прежде всего — биологическую, социальную или психическую (интеллектуальную или эмоциональ­ную) зрелость и кто должен ее оценивать. Кроме того, слабой стороной этого критерия является невозможность соблюдения его при контактах у подростков, из чего не следует, что их сексуаль­ные действия и формы поведения можно квалифицировать как па­тологические. Наконец, требование зрелости «не выполняют» дети, из чего также не следует, что все сексуальные контакты между детьми, типичные для этого периода жизни (например, взаимные прикосновения, рассматривание и т. д.), следует отнести к сексу­альной патологии.

Критерий взаимного согласия, приемлемости также может иметь слабые стороны, так как восприятие партнера и различных сексуальных действий и форм поведения может не быть обуслов­лено собственными желаниями и даже вообще не иметь сексуаль­ной мотивации. Это имеет место в случаях, когда согласие обус­ловлено не эмоциональной увлеченностью партнером и собствен­ными потребностями практиковать с ним те или иные формы сексуальных действий, а вызвано страхом потерять партнера в связи с отказом, остаться в одиночестве и т. д. При этом возникает «опрос, можно ли отнести безоговорочно к сексуальной норме такие сексуальные действия и формы поведения, которые практикуются между партнерами, один из которых руководствуется при этом сексуальными мотивациями, а другой — несексуальными? Можно также столкнуться с обратной ситуацией, т. е. с целенаправлен­ным, нескрываемым несогласием и неприятием партнера, напри­мер, со стороны партнера с мазохистскими наклонностями, с целью спровоцировать «насилие», что явится дополнительным источни­ком наслаждения.

Тщательный анализ критерия наслаждения и стремления к его обоюдному достижению может выявить достаточно сложные и трудные для оценки ситуации. Они возникают в случаях, когда один из партнеров получает удовлетворение оттого , что «дает» наслаждение другому, хотя сам сексуального удовлетворения не получает. Так бывает в ситуациях, когда один из партнеров руко­водствуется несексуальными мотивами (удовлетворение может усиливаться от ощущения могущества, возникающего у домини­рующего партнера вследствие экстаза у партнерши и потери ее контроля над собой). Определенные трудности при квалификации критерия наслаждения как атрибута сексуальной нормы могут возникать также в тех случаях, когда сексуальные действия не совпадают с воображением, представлениями. Это наблюдается в случаях, когда человек во время полового сношения представляет себе другого партнера или иные сексуальные действия с ним. При этом реальный партнер, с которым осуществляется половой акт, играет в основном «механическую» роль, поскольку истинным сексуальным стимулом, позволяющим достичь состояния сексуаль­ной готовности, сексуального возбуждения и оргазма, являются только представления. Наконец, определенные трудности при дифференциации нормы и патологии могут возникать в случаях, когда наслаждение вследствие сексуальных действий не выполняет своей роли па углублению связи с партнером, а наоборот, стано­вится фактором, порывающим эту связь. Так бывает в ситуациях, в которых сексуальное наслаждение вызывает чувство вины и аг­рессию, направленную на партнера.

Критерий ненанесения ущерба здоровью очень важен, особен­но для клинического понимания сексуальной нормы, однако в здесь могут встретиться ситуации, затрудняющие оценку. Это имеет место при оценке возможного вредного влияния сексуаль­ных действий на функции отдельных органов (прежде всего на сердечно-сосудистую систему), особенно в пожилом и старческом возрастах. Кроме того, трудности могут возникать и при оценке влияния определенных сексуальных действий, практикуемых дли­тельное время и с большой интенсивностью, на психическое здо­ровье и развитие личности в плане ее обеднения.

Критерий соблюдения общественных норм очень важен, тем не менее, в практике он может доставить немало трудностей при оценке нормы или патологии сексуальности. Прежде всего, следует подчеркнуть, что сам факт осуждения определенных форм сексу­ального поведения (и вообще социальные формы поведения) моралью и даже правом еще не означает, что их следует относить к социальной патологии, поскольку в каждом обществе существует определенный предел терпимости, в рамках которого они могут быть оправданы. Такие формы поведения лишь тогда рассматри­ваются как патологические, когда они многократно повторяются и значительно превышают предел общественной терпимости. Имен­но в таком случае факт нарушения общественных норм трактуется как факт социально негативный до такой степени, что его относят к сфере патологии. Однако на этом не кончаются трудности в оценке сексуальной нормы, поскольку сам факт квалификации определенных форм сексуального поведения как социально патоло­гических не равнозначен факту квалификации их как патологиче­ских в клиническом смысле. Сама по себе социальная неприспо­собленность (социальная девиация) не считается болезнью в медицинском понимании. Социальная неприспособленность (при­числяемая к социальной патологии) лишь тогда приобретает пато­логические черты в медицинском смысле, когда человек страдает от этого, не приемлет эту неприспособленность, когда она вызывает внутренние конфликты или существенно нарушает гармонию партнерской пары. Следует отметить, что лечение в таком случае заправлено, прежде всего, на устранение страдания, а не самой неприспособленности. Во многих случаях врач довольствуется устранением страдания (в плане болезни) у пациента даже тогда, когда это достигнуто путем изменения поведения, хотя новая его форма также является другой разновидностью социальной неприспособленности, которая, однако, уже не причиняет человеку страданий. Именно так следует понимать сексуальную норму с четом критерия соблюдения социальных норм. Слишком жесткое соблюдение принципа ненарушения общественных норм могло бы привести к ошибочному (с клинической точки зрения) заключению о наличии болезни, например, в случае супружеской неверности, представляющей собой лишь нарушение определенных социальных норм.

 





Последнее изменение этой страницы: 2016-12-16; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.237.66.86 (0.01 с.)