ТОП 10:

Тут мастер безденежного существования проснулся.



«Какой странный сон… И, главное, это не кошмар, не эротические похождения; а так взволновало! Сон будто бы вещий, что-то необычное в этом сне… Ай, ну как болит голова! Почему Герман не оставил мне «подарка» после вчерашнего дня рождения Светки… Сейчас бы я как выдул всё! Ой-ой-ой, болит! Почему мой папка умер, почему мать спилась из-за этого?! Почему я остался один в 16 лет?! Ещё хорошо, что после интерната меня взяли в лётное училище. Да, что толку-то?! Вот, послушай, дружок (он пододвинул к себе плюшевого мишку без лап), какого вообще гадского чёрта меня не приняли в космонавты. Я ведь и сильный в меру, я проходил спецподготовку перед полётом… Но выбрали этого идиота Костю Здю! Разве нормально посылать бороздить бескрайние просторы бывшего штангиста?! Не зли меня своей молчаливостью! Что, ты считаешь меня слабаком?! Да я, да я выше всех вас по духу! Да я ещё всем докажу!.. А после и вообще рутинную работу на станциях орбитальных доверили роботам. В пух меня сделали и в прах! А, что с тобой говорить, ты всё равно ничего не смыслишь в механике. Кстати, это нищее создание, Лев Карлыч, задолжал мне пять платиновых монет и семь пластиковых. Надо бы забрать у него бутылки… Вот я сейчас к нему отправлюсь… Слезу с кроватки… Ой-ой-ой! Голова! Ноги! Тело! Как всё болит и стонет! Меня каток ночью переехал, я знаю, я видел, я присутствовал!..»

***

- Откройте! Открой, чёрт тебя за ногу дери, старый кретин! Я слышу твоё дыхание. Меня не проведёшь! Я ощущаю твой запах мусорной свалки… Да открой же ты, у меня есть дело!

- Уа-а-буа! – изрыгнул кто-то что-то. – Ты, верно, за бутылками пришёл, малец?

Наш знакомый, заслышав только живой голос, тут же поперхнулся, изменил голос и почтительно так ответил:

- Нет, что вы, дяденька, ваше высочество решил вон проведать. На худой конец, я и работать пойду…

- Это славно, сын мой. Работа – всегда хорошо, когда её делать не нужно. Помни это и убирайся прочь, шпана!

- Откройте, у меня дело есть, - не отступился мужичок-забулдыжка. – Я тут вот, как бы так, в общем, короче… У вас нет для меня лишнего похмельного лекарства? Случаем, скажем так?

- У самого нет. А если б и было, то всё равно не дал бы. Нечего тут колобродить!

- Я в космонавты пойду… - обиженно проговорил наш невзрачный знакомый.

- Ха-ха-хи-хо-хе-хро-кха-кхе! Ох, закашлялся я с тобой. Ну, уморил! Ну, пройдоха! – заржал с лошадиным акцентом нищий пьяница и распахнул дверь своей хибары. – Ты хоть когда в последний раз к штурвалу прикладывался?

- Вчера. Вот мы с друзьями как приложимся к бутылке, так уж приложимся, будь здоров. Какая бутылка?! Ну, чёрт, ну ёлки зелёные, я то думал…

- Эх! – старик махнул рукой. – А болезни! Нет, ну ха-ха-ха, да ты, небось, ужо сифилисом страдаешь, ась?

- Стыдно вам такое говорить, Лев Карлыч, стыдно… Я к вам по-человечески, по-дружески, так!

- Ух и надоел ты мне, малец, со всякими глупостями, ух надоел. На, в общем, забирай то, зачем притопал, - он достал из-за пазухи две пластиковые бутыли, допил остатки и сунул в руки «лётчику». – Топай, топай, кверху попой. Ха-ха-ха! Нет, уморил ты меня, Петька.

- Не Петька я… - как-то обиженно промямлил наш знакомый. – А Юрий.

- Ну, бывай, Юрок!

Опытный нищий алкоголик потоптался, потоптался ещё немного на гнилом крыльце, да и удалился в темноту и серость хибары. Вообще, это был щупленький человечек с козлиной бородой и хитрыми, маленькими, всегда блестящими глазками, с вечно опухшей мордой (от бесконечного алкоголизма). Он всегда носил одну и туже порванную серую рубашку наизнанку, истоптанные кеды и чёрные-пречёрные штаны, тоже, кстати, порванные. И весь он был такой из себя нескладный, маленький, совсем незаметный человечек… Упущенная душа.

- Пойду в город! Дела есть, - вдруг сказал Юрий, будто бы себе. – Бутылки вот тут ещё прибавились…

Немного поплутав среди деревянных развалин, наш знакомый вышел на широкое шоссе с изредка встречающимися автомобилями на водородном топливе и гиперподушках. Иногда рисовались вдалеке заводы, электростанции, ядерные станции: промышленность развивается. Трасса вела прямо в город, всё прямо и прямо… Вскоре показались огромные небоскрёбы М.–ской агломерации. Словно прямоугольные горы разрезали они своими вершинами облака. Вокруг туда-сюда разъезжали скоростные поезда, автомобили, автобусы, бегали люди. Город движения, город карьеры и денег; однако, никому нет и дела до бедного человека в красной куртке, протершейся до дыр, ну и чего, идёт себе нищий, коих здесь, в М. достаточно много.

Наш знакомый со слезами на глазах прислонился к магазинной витрине, где выставлялся новый номер журнала «Космические приключения с доктором Кусты». Ударив кулаком себя в грудь, Юра потопал дальше, размышляя о проблемах жизни и космоса… Он не замечал никого, шёл, опустив голову, печальный и несчастный.

- Стой, куда идёшь, грязный пьяница?! Тебя не учили?! – заорал вдруг какой-то человек с кипой бумаг, которые при столкновении тут же взлетели и красиво приземлялись на разметку, пикировали и садились. – Слушай…

- А, чего? – опомнился Юрий и, увидав злого незнакомца, принялся собирать бумаги.

«НИЦ Космос, это, этого не может быть!!! – взревел от восторга наш знакомый про себя, снаружи он лишь усмехнулся глазами. – Это невероятный подарок! Как это могло произойти!»

- Научно-исследовательский центр «Космос»? – спросил Юра, передав все бумаги научному сотруднику.

- Тебе чего, мужик? Я спешу, убирайся!

- Я – лётчик… Прошу вас, не гоните меня.

- Лётчики все по самолётам сидят. Говорю, отойди!

На вид этому разгорячённому парню лет двадцать. Он ещё «зелён» и горяч, как и многие практикующиеся студенты. Судя по всему, он относил какие-то отчёты и справки начальству, торопился и нервничал.

- Вы не понимаете, это сейчас я беден и худо одет, раньше такого не было! Поймите меня, я должен стать космонавтом. Моя детская…

- Надоел! – перебил его парень. – Оборванец, с тобой уж разберутся, где нужно… Отстань, говорю по-хорошему! У меня срочные дела…

Он пошёл ещё быстрее, даже не глядя по сторонам. Некоторые листы выпадали из рук и уносились в далёкое пространство. Но парень не замечал этого, он был слишком погружён в свою жизнь. Похвально, ведь студент хочет заработать деньги, выслужится перед начальством, да и жать спокойно. Тем временем, Юрий сообразил и тихонько пошёл следом, прячась за фонарные столбы. Вот они вышли на безлюдный переулок, обрамляемый огромными небоскрёбами. И вдруг откуда не возьмись выскочил из-за угла пьяный водитель на своём чёрном гравитационном автомобиле… Парень, тем временем, спешил перейти улицу. Транспорт, будто птица, раскачиваясь из стороны в сторону летел на огромной скорости, причём непозволительно низко. И вдруг удар! Студент рухнул на асфальт, сильно ударившись головой, и тут же скончался. Пьяный мужичок покрутился чего-то вокруг, промычал: «Это я виноват?! Ик, да тут общество виновато!», а после полетел прочь. Юрий осторожно подошёл к невинно убиенному студенту, пощупал пульс и, удостоверившись в его смерти, засунул руки в карманы. «Нет, я всё прекрасно понимаю, чёрт подери! Я понимаю, что я совершаю преступление и всё такое… О, кажется, деньги! Нет, я понимаю, что ворую, но мне жизненно необходимо поговорить с главным конструктором Горолёвым. Я должен, я обязан стать космонавтом и исследовать поверхность Марса!» Пальцы нащупали на дне кармана просторного плаща маленькую карточку. На ней написано: «Код допуска 36478. Представитель секретной организации НИЦ Космос». Радости мечтателя не было предела: ещё немного, и он уже будет отплясывать гопак посередине улицы. Но, сдерживая себя, он поспешно стянул белый халат с убиенного, поднял замусоленные бумажки и ретировался прочь. Он направился на Лучистые Холмы, откуда виднелось красивое пост-модерно-урбанистическое здание исследовательского центра.

***

- Здравствуйте! Я – охранная система ТС-23, способная говорить на технические темы, способная открывать двери и, конечно же, защищать данный секретный объект от всякого рода грязных типов, - донёсся дребезжащий электронный голос. – Прошу активировать карту допуска… Прошу активировать карту допуска!

Юрий провёл карточкой по сенсорной панели. Спустя мгновение сигнальный светодиод замигал зелёным, что-то противно загудело, и огромная дверь подала признаки жизни и внезапно распахнулась. И перед удручённым жизнью человеком открылось нечто большее, нечто такое, о чём можно было лишь воображать долгими вечерами, сидя с сухарём в руке. Его взору раскрылся новый мир – мир науки и техники… Юрий оказался в просторном, светлом коридоре с прозрачными стенами, через которые виден огромный зал со снующими туда-сюда учёными, техниками, механиками, разного плана работниками, первоклассными роботами. Зал делился на несколько ярусов (от нижнего до верхнего), на которые взбирались на прозрачных лифтах. Посередине стоял какой-то мудрёный агрегат, привлекающий внимание не одного десятка человек.

- Стоять! – пригрозил маленький старичок с лазерным бластером наперевес. – Вам куда? Террорист?! Шпион?! – он был так называемым вахтёром. Его место обитания – маленькая каморка с огромным голографическим проектором, маленький столик и портативный компьютер для ведения записей.

- Какой я шпион! Вот развели бюрократию! – выругался Юрий и попытался пройти дальше.

- Вот в моё время, помнится, надзор за бездельниками ещё строже был… Пороли всех, и правительство пороли… Эх…

- Вообще-то, у меня карточка есть.

- Лотерейная? Ха-ха! А что это ты такой растрепанный и чумазый? Во, поросёнок!

- Меня обрызгали, - соврал Юра.

- … развелось дураков! Вот в моё время ещё больше грязи было. Бывало, идёшь по квартире, а там лужи кругом – крыша то дырявая! Ха-ха… Ну, ладно, иди, коль не шутишь.

Сторож нажал синюю кнопку, прозрачная дверь в зал распахнулась, и наш знакомый, поблагодарив вахтёра, прошмыгнул внутрь. «Где-то здесь должен быть офис главного по КБ… Только где? Спрашивать боязно – вдруг кто заподозрит… Может у добродушного старичка с всегда улыбающимися глазами? Опять не то. А что это за автомат с надписью «ПЛАН»?! Точно, интерактивная карта! Так, я, значит, здесь. Они там, кто-то тут… КБ-1, КБ-2… КБ-35… Но где главное конструкторское бюро? Где главный учредитель и создатель? Я должен с ним повидаться и всё объяснить! Наверное, он меня ещё помнит с того времени».

Поднявшись на лифте на верхний ярус, наш знакомый спокойно так защеголял по коридору, чтобы не вызвать у присутствующих подозрение. Но глаза его выдавали: он усиленно моргал, часто смотрел в пол… Наконец, Юра успешно достиг своей цели – перед ним расположился просторный зал главного конструктора космических объектов. После трёх стуков, Юрий зашёл внутрь и завидел небольшого роста человека в сером костюме, в больших некрасивых очках, в руке он держал палочку, которой он водил по электронному полю, вычерчивая геометрические фигуры.

- Простите, Сергей Горолёв?

- Да, - тихо ответил Михаил хриплым голосом, не поворачивая головы.

- У меня к вам… Я тут по важному вопросу… Возьмите нужные отчёты, в общем, - волновался Юрий.

- Положите на стол.

- Как на стол… Ах, да, сейчас, сейчас, - знакомый наш засеменил к большому деревянному столу, стилизованному под старину, но запнулся от волнения и случайно грохнулся на макет корабля. – Как можно! Я пропал!

- Вы КТО! – вскрикнул главный конструктор. – Вы что здесь натворили! Почему вы грязный! Вам мал халат!

- Я… я… меня обрызгали… и халата другого размера не нашлось…

- ШПИОН! – испугался Сергей. – Ну, сейчас с тобой разберутся, как нужно!

В кабинет тут же влетели три человека в чёрном боевом обмундировании, со значками элитной охраны, с суровым оружием наготове. По приказанию Горолёва, они схватили бедолагу и поволокли вниз для разъяснения обстоятельств. Они привели Юрия в тёмную каморку, которая служила совсем не отделом для допроса. Скорее, это было подсобное помещение, куда складировались щётки и швабры. Охранники бросили подозреваемого на пол, и ушли, оставив одного. Час, а может и дольше, сидел наш бедолага взаперти, в темноте, совсем один, наедине со своими мыслями. «Зря я полез! Нужно было не так… Нужно было продумать, а я… Эх! Пропал! Пропал! Никуда я уже не полечу! Всё кончено… Шпион?! Ха, недотёпа! Разве я, бедный, грязный, смердящий скот похож на шпиона!!! Я?! Я?! Космонавт, чёрт себя дери… Пропал! Пропал! Нет, ну чтобы шпион… И там парень убитый… А всё зря! Тише, там что-то происходит».

***

Истории астрономии неизвестно имя Юрия Татарина, неизвестно это имя и культуроведам, даже в учебниках про него не написали. Кто вообще такой этот человек? Быть может, никто бы никогда и не узнал, не услышал, не увидел… Ну бродит какой-то небритый пьяный забулдыжка по улицам и орёт частушки. Ну, мало ли дураков развелось?! Нет, это не обычный пьяница и нищий бродяга. У него были мечты и идеи, он верил в совершенство науки и техники, он хотел отправиться в космос, он хотел достичь нечто большего, чем удалось…

Что же случилось там, за дверью тёмного помещения? Почему охранники не допросили Юрия сразу? Вопросов много, а вразумительных ответов мало, да их даже вообще нет. Неужели инопланетяне внезапно захватили Землю? Неужели метеорит угодил в НИЦ? Неужели террористы захватили… Так можно продолжать до бесконечности…

Известен только факт, чем-то отдалённо напоминающий конец этой печальной истории, что, по словам очевидцев, где-то в районе М. случилось землетрясение. Кстати, вряд ли такое могло произойти – местные тектонические плиты никогда не дрейфовали.

А Лев Карлыч смог выпить литр водки за один присест, во даёт!

(24714 знака)

 

***

Судья Mortiferus:

Грустная история о человеке со своими устремлениями и своими мечтами, в которой каждый читатель сможет найти для себя темы для размышления над собственным существованием: что есть Судьба, Жизнь, Цель, Устремления. Рассказ очень похож на лицевую сторону рассказа Накса: так же стилистически и логически выверен, идея донесена до читателя ясным и интересным языком, с некоторой капелькой горькой иронии. Но если в рассказе Накса главным персонажем является Идея, то в этом — Человек. По осмыслению рассказ доступнее и менее головоломен. Очень многозначительным оказалось название, хорошо стыкующимся по смыслу с вышеизложенным. Несколько смазанным показалось мне завершение рассказа, слегка испортив впечатление от прочитанного ранее. Не совсем понял, что же имелось в виду под землетрясением: реализация мечты Юры — старт космического корабля с ним на борту в качестве пилота? По сравнению с ЛК-2, просто спринтерский рывок в качественном исполнении работы.

Идея и ее раскрытие: 5.7/6.

Стилистика: 7.7/8.

Грамматика: 7.8/8.

Логическая завершенность работы, внутренняя логика: 7.5/8.

Общее впечатление: 9.0/10.

Итоговая оценка: 9.43/10.

 

 

Судья Ifitlex:

Сложное для восприятия произведение. Пресыщенное образами, ненужными лирическими отступлениями и не имеющее нормальной концовки. Что хотел показать автор? Глубину греховного разложения общества, где люди спиваются и не могут реализовать свои мечты? Непонятно. Непонятна также логическая подоплека всего происходящего. С одной стороны – относительно серьезные факто-изложения, с другой – отсутствие элементарной бытовой логики.

В итоге – произведение, которое могло бы быть совсем неплохой историей, к сожалению не реализовало свой потенциал. Перегруженность рассказа слишком велика – он довольно труден для восприятия.

 

Идея и ее раскрытие: 3/6.

Стилистика: 3/8.

Грамматика: 3/8.

Логическая завершенность работы, внутренняя логика: 2/8.

Общее впечатление: 3/10.

Итоговая оценка: 3.5/10.

 

Судья Лайтбрингер:

Рассказ претендует на пребывание в жанре "пьяные грёзы обкуренного шарманщика". Не думаю, что тут есть, над чем долго распинаться, некие ляпы и несуразности? В общем и целом весь рассказ завязан на них и сам является большой несуразностью. Это не плохо и не хорошо само по себе - это задумка автора. Так что нормальную человеческую логику в поступках героев и в происходящих событиях искать незачем априори.

Что вообще представляет из себя рассказ? Это пародия? На что? На освоение космоса? И роль стёба выполняют "смешно" переделанные имена и названия, а так же алкоголики в качестве космонавтов?

Некая психоделическая антиутопия в духе "Футурологического конгресса" Станислава Лема? Отдельные детали очень похожи, но данные о том, во что хотят переименовать Владивосток, и как чехам провести пивопровод, не несут индивидуальной смысловой нагрузки, не играют хоть какой-то роли в происходящем. Просто сообщили, что вот так вот всё в мире будущего непросто, а наш небесный капитан хочет в космос.

Всё вместе выглядит как случайная нарезка кадров из киноленты. Ничего не объясняется, ничего не раскрывается - принимайте всё так, как есть. Кто-то послал героя в магазин, космонавты на самом деле пьянчуги, некоторые слова выделены курсивом, опять же, с непонятной целью. И всё это сдобрено юмором в традициях Евгения Ваганыча. "Как, чья нога? Вы, дяденька, верно, путаете что-то – это рука, вообще-то. Простите, я здесь занимал, причём ещё вчера." И так далее. Это не только не смешно, это просто скучно.

Собственно говоря, если оглядывать весь рассказ в целом, то выглядит совсем неплохо. Качественное построение, ровный стиль. Но вглядываясь в перипетии сюжета, я не вижу ничего. Что автор хотел сказать, вот извечный вопрос. Тут я даже не буду делать догадок, слишком всё неоднозначно, и неоднозначность в данном случае совсем не достоинство.

 

Идея и ее раскрытие: 3/6. Трудно её выудить, я это сделать так и не смог наверняка (жизнь - бяка, мечты рушатся?), поэтому на всякий случай поставлю средний балл.

Стилистика: 6.75/8. Очень хорошо и ровно; если бы не необоснованные шатания от юмористических ужимок до более-менее серьёзных вещей, балл был бы выше.

Грамматика: 6/8. Почти не к чему придраться.

Логическая завершенность работы, внутренняя логика: 4.25/8.Есть претензии к оси сюжета и финалу, и немалые.

Общее впечатление: 6.75/10. Пациент скорее жив, чем мёртв

Итоговая оценка: 6.9375/10.

 

Corporat PSC

Ссылка на профиль: http://www.elementalgames.com/forum/info.php?lang=rus&iuser=profshelcorp

Ссылка на тему: [Работа на форум ЕГ не выкладывалась]

 

«ВОСПОМИНАНИЯ О КОСМОСЕ»

ПРОЛОГ

Основание, заставляющее меня передать вашему разуму эту информацию, настолько велико, и вам самим, как мне хочется верить, эти строки послужат пищей для размышлений перед сном - тогда лишь, если узрите вы смысл моих воспоминаний из снов, а наибольшей наградой мысли моей станет ваше понимание.

Когда я был маленьким, то вспоминал и рассказывал о том, что видел во сне, дедушке с бабушкой, матери - да любому, кому было занятно это слушать. А они в свою очередь улыбались той примечательной улыбкой взрослых, когда смущения было больше, чем удивления и, будто хотели сказать: "Вот так воображение у тебя!". Я же видел реальность, но, что бы я им ни рассказал, они бы не поверили. И словно не замечали, что я всегда на ночь приоткрываю окно.

РАЗМЫШЛЕНИЯ О РОДНОМ МИРЕ

Человеку, прожившему не один десяток лет, накопившему в сердце свою земную расслабленность, Земля уже так же "прочитана" и предсказуема, точно пейзаж на картине в музее. Земля - небольшая планета в Солнечной системе, а Солнце звезда еще меньшая во всеобщей космической звездоверти. Со всех сторон нас окружает пустота, и с любой точки планеты моей четверть пустоты этой можно обозревать. Но такая ли она "пустая" эта пустота?

А для человека юного Земля ирреальна, велика, обширна и если кто-то когда-то её измерил, то ребёнку это не ведомо. Его горизонт со всех сторон ограничен тем местом мира, где он растёт и взрослеет, растёт в высоту и видит всё дальше и дальше от кончика своего любопытного носика. И пускай бегут ручьи и речушки далеко-далеко к невиданным морям и океанам, о которых слышал из рассказов взрослых. Но для юного разума и поход за пару холмов - вот то путешествие в неведомые дали.

Я жил на земле, где не жили многие поколения моей семьи. Они развивались и передавали свой генетический код от поколения к поколению долгие годы, как и все остальные люди на моей планете. Мужчины строили дома, женщины их обустраивали. Кто-то уезжал в чужие края, возвращался умереть на родной земле. Все жили так, но мне это было неведомо - было лишь знание о жизни целых народов, но не отдельных семей. Люди владели землёй, доили её, поили её, завоёвывали и становились рабами её. А я был их наследником, одним из миллиардов других, которые тоже видят сны.

СНЫ НА ЗЕМЛЕ

Произошло это очень давно, когда людей еще не было. Совсем на других местах вздымались горные вершины, неслись потоки вод и ширились моря. Устье каменных гор, одетое лиловым сумраком лесов, камыши озерных глазниц, высокие травы на не распаханных полях. Среди этой дикой, никем не рассмотренной красоты девственного мира появилось существо, ему явно не принадлежащее. Или появился только образ создания, но мыслящего, способного оценить, творить. Что делал гость и делал ли он, но мир менялся. Нет, изменялась природа мира и сущность вещей. В идею мира добавлены мысли Другим. И здесь, на бескрайних просторах жизни, Он каждую жизнь наделял всем благом, щедро одаряя кошмаром и наслаждением, своими мыслями и надеждами, тайнами и снами...

Оно стояло у ручья, когда едва уловимое движение воздуха, позади, заставило его обернуться. Два диких глаза отразили в себе его тонкую фигуру…

Миллиарды людей стонут, бормочут, ворочаются, вздыхают, смеются, вскрикивают во сне. Просыпаются ночью и вновь погружаются в пустоту беспамятства, сравнимую с хаосом космоса. Вы смотрите кино или спектакль в театре, слушаете радио и если вам не по нраву вы уходите или меняете волну. Но от снов не отвертеться. Все барьеры вашего подсознания рушатся перед неистовством сновидений, что-то улетит в забвение и, скорее всего, никогда не вернётся. Останутся только призраки, но и они растают с восходом дневной звезды. Мой знакомый космонавт рассказывал, что там, в космосе сны повторяются чаще, чем на Земле. Но кто пишет все эти ночные сценарии - наш мозг, наш жизненный опыт, всё пережитое и увиденное днём. Но это воспоминания снов, которые мы запомнили, а что мы забыли. А детские сны. Режиссёры ночных спектаклей Неразберихи и Таинственности вновь и вновь дают постановку ночных хитросплетений - и, притом, что ночное время им не принадлежит, а только спящему. Но они залихватски ведут свою игру, а ночная публика сновиденцев не может с этим ничего поделать - нравится ей это или нет.

Человечество использует весьма успешно все, им изобретённые средства связи. А вдруг сон это тоже связь. Контакт Кого и с Кем...

СНЫ КОСМОНАВТА

Он спал эту ночь внизу, просто переместил свой сон-пакет подальше от внешней кормовой стенки. Он делал так и раньше в жаркое время, когда корабль находился на солнечной стороне, и прогревалась обшивка в укор системе климат контроля. Тут, вроде бы, казалось прохладней. Он щедро отмерил себе снотворное и на некоторое время погрузился в тяжелый сон, полный размытых силуэтов, гнавших его на поверхности Марса, которую он толком не видел, но знал, что она чужая и угрожающая. Затем, в тихие минуты между полуоборотом корпуса вокруг собственной оси он ударился о перегородку: он не мог дышать.

Воздух приобрёл материальность, словно вода, и масса его сдавила грудь. Что это был за сон - он силился вспомнить. Ответ без вопроса, в реальность, попавший невинно, на миг. Всё брошено вновь в бесконечность - сложившись, само по себе. И все это просто случайность и все это просто как блик, внезапно приняв человечность, мелькнувший в его голове.

Пол показался тонким, как корка льда на луже, которая вот-вот треснет и космонавт провалится туда, где залёг, что-то замышляя и подстерегая его, Он. Все Они, на Марсе, где-то там под его красной поверхностью затаились и только призрачное присутствие чего-то, что заставляет обернуться, выдаёт Их.

Они мыслящие и мыслят века напролет и точно ненавидят людей. Людей, которые вылезли со своей голубенькой планетки и летят сюда, к Ним. Это те самые людишки, которые придумывают сказки и снимают кино, где подстреливают, отлавливают, расчленяют и с неподдельным интересом разглядывают Их мозг, кости, нервы. Или же берут их ДНК и выводят подопытных детишек, которых сажают в клетки и не подумают заглянуть им в глаза и увидеть, что прячется в их глубине.

Исступление во времени - вот Их внутренний мир. Ярость и фанатичное доведение людей до безумия во сне, через сновидение. Вот так, как это и происходит сейчас. Это и сделали со мной, думал космонавт. Они сами страдают, их давит гравитация от центра их планеты, Они задыхаются в их запертой атмосфере, и Они заставляют страдать меня. Они знают, что никогда не вернут прежний облик Их планеты. Он знают, что умирают. Как далеко простираются Их силы? Они могут только заставить меня почувствовать то, что чувствуют Сами, или может... Допустим, может... Его качнуло. Пространство завертелось перед глазами. Какое-то необычное расслабление захватило его, сквозь мышцы, нервы. Космонавт заснул... Через два часа он проснулся, без мыслей и воспоминаний, он вышел на плановую связь с Землёй.

СНЫ УМИРАЮЩЕГО

Старик хорошо спал в эту ночь. Где-то в душе он с волнением воспринимал всю иллюзорность, но в то же время почти осязаемую грань того, что разделяет сон и явь. Граница эта казалась полоской калейдоскопа с тёмно-зелёными крестиками, она прерывалась, то, уступая место спокойным, уносящим в иную, молодую жизнь сюжетам сна, то, вливаясь в удушливую волну беспокойства, от которой вздрагивали веки и непроизвольно сжимались мышцы. Но он не просыпался, словно от толчка, с бешено стучащим сердцем, в тревоге и без остатков сновидений, которые были единственным спасением от неизвестности следующего дня, перед грузом дневных забот. Но если бы заглянуть в эти спящие глаза, то можно усмотреть свет выхваченных памятью воспоминаний прошедших лет, знакомых лиц, просто вещей не однажды виденных стариком в бесконечном потоке одинаковых и одиноких дней. Его молодость - жизнь военного летчика-испытателя. Его мечты о космосе. О покорённых мирах вселенной.

Тогда он верил в то, что любое творение людей несет в себе отпечаток человеческих судеб. Города, технологии, искусство появляются и исчезают – когда быстрее, когда медленней. Принимают славу и уходят в забвение. Тогда он был молод. И испытательный полигон - теперь почти всеми забытый - тоже был нов и востребован. В центре Евразийского континента, люди уже несуществующей страны покорили безводную степь, наполнили ее водой из рукотворных каналов, построили белые здания, крышей которых стало глубокое синее небо. И он был там, был с ними. А рядом был мост в неизвестность – космодром. Отсюда уходили в небо ракеты, управляемые с Земли. Их экипажи возвращались на Землю и он, молодой офицер, завидовал им. Впрочем, возвращались не все. Ждать и терпеть... Терпеть... Он дождался, там, в небе его сын летел к другой планете.

Ему снилась прожитая жизнь. Чем она казалась ему - тем от чего он всегда пытался улететь на своих машинах - театром кукол. Он усмехнулся. Те, кто дёргает за ниточки, там не видны. И публика делает вид, что не догадывается об их существовании.

Дождь за окном никак не хотел кончаться, но его перестук по черепичной крыше никак не тревожил глубокий сон. Господи, если бы все это оказалось всего лишь сном. Новым, необычным, но - сном. Если бы...

Дождь стихал. Старика не покидало странное ощущение, что кто-то с небес разглядывает его беспомощное тело и ждет. Чего ждет? Ночь не хотела сдаваться, и он не знал, придет ли когда-нибудь рассвет...

Странное ощущение. Странное и пугающее. Затихшая было, боль в ногах вспыхнула с новой силой - вечное напоминание, наследие такой долгой и бурной работы. Кто следит за ним. Старик улыбнулся Ему, показывая, что ему не страшно. Кто взглянул бы сейчас на небо, то он заметил бы, что небо едва заметно посветлело, а ночь, как обычно, не в силах выдержать напор наступающего утра, уходит. Утра, в котором не было одинокого старика. Но был новый странник по бесконечной вселенной небытия.

СНЫ СУМАСШЕДШЕГО

Сквозь тяжелеющие веки он видел слабые проблески света, в глазах поплыли смутные картины. В ушах разливалось нежное шуршание, точно шелест лёгкого ветра в листве растущего под окном больницы дерева. Свет и тени поменялись местами. Резко полыхнуло чёрное небо вспышками звезд и хвостатых комет. Всё тело расслабилось под действием вечернего укола, вздрогнуло. Потом он ощутил, словно по телу пробежал импульс еле заметных, но устойчивых колебаний. Это действительно было дуновение ветра. Присутствие больного тела исчезло, но появилось чувство новой приобретённой плоти. Как этот слабый ветер взъерошивает мех по всему телу. Он был свободен! Он овладел иной сущностью. Он вырвался из пут, дальше через окно, мимо дерева, в лес…

Он открыл глаза. Он стоял на лесной тропе, принюхиваясь, не донесет ли ветерок запаха беды или добычи. Жажда пищи глухой болью отозвалась глубоко внутри его мощного тела. Он облизал острые клыки, и из его мохнатой груди вырвался неистовый вой, обращённый к безмолвным звёздам. И при этом вся кожа покрылась мурашками холодка, а в крови заиграл адреналиновый восторг. Он достиг контакта! Понял это своим диким сознанием. А в голове возник странный, чуждый голос откуда-то издалека. Никакого отношения к чему-то земному он не имел. Это охотник или жертва? Он кинулся вперёд, сначала по тропе, потом сошёл с неё – всё время прямо, прямо на запах…

Было раннее утро. Восходящее солнце ещё не претендовало на источник тепла. Оно еще не прошло горизонт и частично затенялось деревьями. Солнце, на которое можно смотреть в упор. Он крался через лес, двигаясь бесшумно, используя все свои инстинкты, весь наготове к появлению пищи или опасности. К ручью – он чуял, что жертва или охотник там. Подбираясь, всё ближе с подветренной стороны, он ловил запах, тогда как это существо не могло по запаху заметить его приближения. Это хорошо. Сдерживая рычание, он подобрался и изготовился к прыжку. Он выпрыгнул из кустов. Жертва обернулась, зверь увидел только не похожие ни на что чёрные глаза. Запах крови, был непреодолим. Подняв к небу широкую с окровавленной шерстью морду, он победно взвыл. От его воя затих лиловый лес...

Больной открыл глаза и вновь оказался на больничной кровати. Он знал, что его тело и не покидало стен палаты, тем не менее…

РАЗМЫШЛЕНИЯ О КОСМОСЕ

Я знаю, что мы не прилетели со звезд, зато мы жаждем улететь к звездам. Космос - это обыкновенный образ нашей мысли. Он не властен над рождением и уходом из жизни. Он не возвращает с того света, но куда уносятся наши души. Прибежище безмолвия и бесконечности, однако, вовсе не одно лишь космическое далёко есть тьма или царство тишины. Это просто образ ясный каждому существу на Земле. Да и внутри человеческого мозга больше тайн и темноты. А сон? Он тоже царство покоя и темноты, хотя и нарушаемой вспышками сновидений. Космос, если отбросить звёзды, планеты и остальные сгустки материи, наполнен несчётными летящими во всём пространстве фотонами. Им нет числа, они прошивают всю Вселенную, точно нейроны в теле человека. Но свет их не рассеивается, он вообще не виден в чёрной пустоши межзвёздья. Но там, где взор очевидца будет направлен на «посланников света», свет этот предстанет ярким символом космической энергии. Значит, он выполнит своё предназначение – пролетит от источника к цели, установит связь.

Существо, стояло на покрытой росой земле и закрыло на миг глаза. Космонавт непроизвольно повернулся на бок за несколько минут до того, как проснуться. Старик глубоко и спокойно дышал, делая последние вдохи. Больной нервозно вздрогнул во сне. Вдруг некий общий образ коснулся их разума, глубоко в их сознании каждый увидел остальных. Они подняли головы и воззрились на радужный зигзаг полярного сияния, растянувшийся от запада до востока. Они увидали в небе то, чего их глаза не способны были видеть в повседневной жизни. Космос вселенского разума предстал в дневном небе. И голос звёздного ветра зазвучал в нем, беззвучный голос мыслей. Мыслей, которых нельзя выразить словами. В каждую душу вошло ощущение восторга и радости бытия. И восторг этот влился в каждый разум волной, преодолевшей бессчётные световые годы…

Любой человек постоянно стремится к свету, любуется им, возводит в божество источники света на небе и объекты, только отражающие его. Когда-нибудь мы обнаружим, что мы не уникальны, что во вселенной находятся существа куда более развитые, и может, более человечные. И наши представления о себе тогда изменятся навсегда. Но подобное знание не разрушит, а скорее укрепит людскую веру в Бога, создающего жизнь и разум во всём пространстве. Это не станет противоречием убеждений ни одной из земных религий. И с прекращением религиозных войн укрепится дух сотрудничества и взаимопонимания среди людей, которые, наконец, увидят, что все мы – только «приёмники» светлой энергии. Но каждый «источник» духовного света – светлой мысли.

Небо снова стало обычным. Только одинокий старик остался стоять в круге света. Он вошёл в свет. Его небо наполнилось яркостью звёзд. Они сплелись в силуэт юной девушки, и она запела:

Я люблю сновиденья цветные,

Засыпаю и радуюсь встрече

И ведь мне не нужны другие,







Последнее изменение этой страницы: 2016-09-20; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.206.48.142 (0.038 с.)