ТОП 10:

Союз по любви или брак по расчёту?



 

Традиционно отечественная и зарубежная историография рассматривала внешнеполитическую концепцию Белого движения на Юге России как нечто статическое и не претерпевающее изменений: всемерная поддержка войск стран Антанты, желание во что бы то ни стало покончить с большевизмом и возврат старых имперских порядков. Приемлема ли такая оценка? Так ли было всё просто?

 

Поражение Белого Юга в официальной советской историографии постоянно сопоставлялось с событиями победного для Советов периода гражданской войны, поражением «третьего похода Антанты», «героическим» штурмом Перекопа и т.д. Никакой иной характеристики кроме как «реакционные силы международного империализма», «захватничество и угнетение народов», «врангелевский режим» под пером «комиссаров от истории» не заслуживал.

Безусловно, восстановление исторической правды требует не только ломки прежних стереотипов. За последнее десятилетие появилось значительное количество работ, посвящённых белому движению в России. И по-прежнему значительная часть исследователей ставит узкие рамки в своих изысканиях: «то, что было и безвозвратно ушло». А эти границы не отвечают запросам нового времени. Ведь исходя из уроков истории мы должны строить нашу жизнь. Современная ситуация на мировой арене во многом напоминает ситуацию, сложившуюся во время Гражданской войны. Это - организация новых органов управления, построение твёрдой вертикали власти и поиск новых друзей и партнёров в международном сообществе. Точно такие же задачи стояли и перед лидерами Белого движения. Но в своей статье мы обратимся лишь к политике Главнокомандующего Русской Армией генерал-лейтенанта барона Петра Николаевича Врангеля. И в частности к отношениям с Соединёнными Штатами Америки.

Внешнеполитическая позиция правительства США в «русском вопросе» основывалась, во-первых, на непризнании Советской России и, во-вторых, на оказании помощи в явной или скрытой форме всем антибольшевистским силам. Отчасти это нашло свое отражение в поддержке генерала П.Н. Врангеля, «военные способности и качества характера которого могли обеспечить победу над Красной Армией»[606] В апреле 1920 г. Глава военно-морской и дипломатической миссии адмирал Н.А. Мак-Колли, отвечавший за координацию и сотрудничество военного и политического характера, докладывал из Феодосии: «Врангель - весьма одаренный руководитель - полон энергии и решимости, он способен организовать длительную оборону Крыма». При этом Мак- Колли обратил внимание на готовность крымского генерала «принять совет, особенно исходящий от Соединенных Штатов»[607] При русской армии находилось представительство американского Красного Креста, занимавшегося снабжением войск[608]. В американском обществе отношение к правительственной «русской» проблеме было сложным. Широко развернули свою деятельность целый ряд движений, выступавших в поддержку Советской России: движение «Руки прочь от России!», «Лига друзей Советской России», «Комитет медицинской помощи Советской России», «Общество технической помощи Советской России» и т.д. В обстановке приближавшихся президентских выборов приходилось считаться с растущим общественным мнением в пользу прекращения интервенции в Советской России. Однако, в начале августа 1920 г., на фоне решительного наступления Красной Армии на западном фронте и успешных операций против врангелевских войск, правительство США всё же решилось выступить с открытой и действенной поддержкой П.Н Врангеля[609].

Представитель П.Н. Врангеля в Вашингтоне Б.А. Бахметев 6 августа 1920 г. известил своего коллегу в Париже М.Н. Гирса, о том, что в американской газете «The New York Times» появилась полуофициальная статья об отношении госдепартамента к «русскому вопросу». В статье подчёркивалось, что американская администрация «будет ждать появления в России законного правительства, признанного всем русским народом, и в переходный период будет неизменно осуждать всякий захват русской территории, под каким бы предлогом он ни проводился»[610] Несколько дней спустя, 10 августа, государственный секретарь США Б. Кольби в официальной ноте на имя итальянского посла в США декларировал непримиримое отношение Белого дома к Советской власти и солидаризировался с интервенционистской политикой Франции, открыто помогавшей Польше и П.Н. Врангелю[611].

В обстановке серьезных противоречий между странами Антанты нота Б. Кольби по-разному была воспринята европейскими союзниками США. Во Франции она была принята восторженно, получив отклик в виде официального признания П.Н. Врангеля законным правителем Юга России[612]. Что касается самого Главнокомандующего и Правительства Вооружённых силы Юга России (ВСЮР), то вполне понятно, что нота США расценивалась ими как поворотный пункт в общем ходе борьбы с большевиками[613].

Министр иностранных дел врангелевского правительства П.Б. Струве писал Б.А. Бахметеву в Вашингтон: «Главнокомандующий и правительство Южной России с большим удовлетворением узнали о взглядах правительства Соединенных Штатов на события в России… Главный принцип этой декларации, а именно непризнание большевистского режима… отвечает чаяниям русских националистических кругов»[614]

США усиленно интересовались отношением европейских держав к П.Н. Врангелю, стремясь, по-видимому, компенсировать ослабление антисоветской активности Великобритании вовлечением в антисоветский блок ряда второстепенных держав. Несомненно, что представители Главнокомандующего в США были информированы о подобных переговорах и со своей стороны всячески их поддерживали. Понимая, как важна в сложившейся ситуации любая форма поддержки, Б.А. Бахметев 21 августа 1920 г. писал из Вашингтона послу во Франции М.Н. Гирсу: «Крайне желательно, чтобы малые европейские державы поддержали американскую точку зрения в русском вопросе. Не найдете ли возможным инструктировать наших представителей в Бельгии, Голландии, скандинавских и других странах добиваться от местных правительств подобного выступления».[615] Всё это ясно показывает, что летом 1920 года Правительству ВСЮР была крайне важна политическая поддержка от европейских держав.

Американское правительство внимательно изучало деятельность правительства ВСЮР через своих официальных и неофициальных представителей: министру иностранных дел правительства Юга России были вручены вопросы, касающиеся позиции П.Н. Врангеля в области народного представительства, аграрных преобразований, воссоздания национального государства на демократических основах. Получив ответы на поставленные вопросы, правительственные круги Соединённых Штатов могли бы более действенно организовывать поддержку южнорусского правительства. Понимая, что от содержания ответов зависит будущее российско-американских контактов, Главнокомандующий незамедлительно ответил и уже 24 августа адмирал Мак-Колли читал в полученном сообщении, о том, что форму правления в новой России нужно установить при помощи Национального собрания. При этом, вплоть до созыва этого законодательного форума Правительство ВСЮР брало на себя обязательство способствовать мирному развитию государства, воздерживаться от расширения территории, а также не распоряжаться национальным достоянием[616]. И все это подчеркивалось возможностью свободного волеизъявления народа. Одновременно отделом Управления Земледелием и Землеустройства были подготовлены конкретные предложения по реализации аграрных преобразований[617].

Очевидно, оценив подход Правительства ВСЮР в решении актуальных проблем Юга России, Белый Дом принял окончательное решение. Так, 10 августа 1920 г. была опубликована нота американского правительства, где резюмировались заявления США об отрицательном отношении ко всем переговорам с Советской властью. Конечно же, не без влияния США, аналогичную позицию заняло правительство Франции. Единство внешнеполитических подходов двух государств, вне всякого сомнения, способствовало укреплению внешнеполитических позиций Правительства ВСЮР. Через посла в Вашингтоне П.Б. Струве выразил признательность американскому правительству за поддержку[618].

Впрочем, правительство США не ограничивалось одними декларативными заявлениями. Военно-экономическая поддержка войск ВСЮР началась задолго до постановки вопроса об официальном его признании[619]. Несмотря на неполноту комплектов крымских газет за 1920 г., а также отсутствие рассекреченных официальных американских документов, есть основание говорить о том, что США не только дипломатическими средствами, но и материально поддерживали П.Н. Врангеля с первого до последнего дня деятельности, а в ряде случаев осуществляли и политическое руководство. Уже через несколько дней после вступления в должность Главнокомандующего ВСЮР П.Н. Врангель в подробном письме генералу А.С. Лукомскому писал: «Чрезвычайно благоприятно, по-видимому, отношение к нам американцев, их помощь могла бы быть существенной как в смысле дипломатической… так и в смысле финансовой поддержки»[620] Это сообщение сделано под свежим впечатлением от разговоров с официальными представителями США. Как раз в это время в Севастополь на американском дредноуте прибыла Чрезвычайная американская миссия. Она вела переговоры с Главнокомандующим ВСЮР в течение двух дней. Приезду миссии придавалось большое политическое значение. Сотрудники Миссии посетили Симферополь, Ялту, куда доставили несколько вагонов медикаментов и медицинского оборудования предметов и других материалов[621].

Военные представители США регулярно инспектировали войска ВСЮР. Почти во всех сообщениях крымских газет о выездах П.Н. Врангеля в действующую армию упоминается, что в числе сопровождавших лиц находились американские офицеры[622].

Но американские представители в своих непосредственных контактах с Правительством ВСЮР не ограничивались только инспектированием военных объектов или политическими переговорами. Зачастую они считали нужным вмешиваться в любое дело, в котором так или иначе прослеживались американские интересы. В мемуарах П.Н. Врангель не раз подчёркивает, что Мак-Колли и другие «знатные» американцы политически руководили его действиями. Так, Мак-Колли указывал Главнокомандующему на необходимость через средства массовой информации создать положительный образ патриота-демократа. П.Н. Врангель прислушался к рекомендациям и вскоре в Америке и Европе в общественно-политических кругах заговорили о его либерально-демократическом кредо и стремлении к «законности и правопорядку». Когда в газете монархического направления «Русская правда», издававшейся в Севастополе, появился ряд статей открыто погромного характера, а в номере от 12 июля под названием газеты появился лозунг: «Наш девиз – за веру, царя и отечество», Мак-Колли вместе с французским представителем майором Этьеван пришли на приём к П.Н. Врангелю и сделали ему замечание, предупредив о неблагоприятном впечатлении, которое произведут помещенные в газете статьи и лозунг на общественное мнение их стран. «Я тогда же издал приказ, объявив выговор цензору, и закрыл газету», - признает П.Н.Врангель. Успокоенный Мак-Колли докладывал начальству: «Генерал Врангель, кажется, сделал все возможное, чтобы устранить какое бы то ни было впечатление, что он лично представляет монархическое движение»[623] Из этого можно сделать вывод, что американские представители зорко следили за каждым шагом Главнокомандующего.

Представители Соединенных Штатов при Главнокомандующем ВСЮР неоднократно поднимали вопрос о начале похода на Москву. На парадном обеде 1 октября 1920 г. в присутствии ближайшего помощника П.Н. Врангеля А. Кривошеина начальник американской миссии Красного Креста майор Райден в публичной речи заявил: «Я искренне желаю вместе с войсками Врангеля войти в Москву, Петроград и оказать там помощь русскому населению»[624] Таким образом, заявления американской стороны ясно давали понять, чего добиваются заокеанские партнёры от Правительства ВСЮР и П.Н. Врангеля. И всё это не смотря на декларативные заявления самого Главнокомандующего, что «не триумфальным шествием из Крыма к Москве можно освободить Россию…».[625] Всё выше перечисленное, по нашему субъективному мнению, в дальнейшем могло бы привести к серьёзным дипломатическим конфликтам.

Кроме контактов дипломатических, Правительство США осуществляло поддержку южнорусской власти и по линии Красного Креста. Помощь миссии П.Н. Врангелю выражалась в разгрузке Крыма от обременявших врангелевский тыл беженцев как в первый период обороны Крыма, так и в последние ее дни, когда главной заботой белогвардейского командования стала проблема эвакуации. В письме П.Н. Врангеля А.С. Лукомскому от 15 апреля 1920 г. говорится, что наряду с решающе важными вопросами снабжения стоит вопрос, от которого также зависит судьба Крыма, — открытие Сербией и другими государствами границ для приема беженцев, «без чего, —подчеркнул он, — мне не разгрузить Крым от всего лишнего и не восстановить порядка и спокойной работы в тылу». И США, наравне с Великобританией и Францией, участвовали в эвакуации всего лишнего. А.С. Лукомский свидетельствует, что беженцы были размещены на Принцевых островах, где их взяли на полное иждивение: на Принкипо — британцы, на Халке — французы, на Антигоне — итальянцы, на Протии — американцы.[626]

Красная армия 6—7 ноября 1920 г., преодолев сильные укрепления Перекопа, ворвалась в Крым. Началась поспешная эвакуация войск, материальных ценностей и пр. И тут на помощь пришли Соединённые Штаты. «Американский Красный Крест, — свидетельствует один из бывших защитников Крыма, — принимал живейшее участие в эвакуации Крыма. Миноноски беспрерывно курсировали между Севастополем и Константинополем, успевая вывозить тысячи людей, томившихся на берегу в ожидании посадки на суда. На о-ве Проти американцы развернули лазареты на 200 раненых и общежитие на 800 чел.»[627] Первые 100—120 беженцев из Крыма доставил в Константинополь американский миноносец уже 13 ноября 1920 г. К этому времени в Константинополе был подготовлен к приему раненых и беженцев американский госпиталь. Красный Крест США перевел 1 млн. франков в Константинополь и затребовал от своего главного управления в Вашингтоне еще 3 млн. для помощи беженцам из Крыма, обещав свое покровительство при размещении их во французских колониях[628].

Врангелевские суда уходили в Черное море перегруженные до отказа людьми, оружием и чемоданами. Представители США оказывали максимально возможное содействие покидавшим Крым. Но так как США не располагали у берегов Крыма тоннажем, достаточным для неожиданной и поспешной эвакуации большого количества людей и груза, адмирал Мак-Колли обратился к своему правительству с просьбой срочно усилить флот на Черном море. Военное министерство отдало приказ 22 судам, находившимся в европейских водах, на всех парах идти в Севастополь. Французское телеграфное агентство «Гавас» сообщало 14 ноября 1920 г., что правительство США уполномочило своего военного представителя адмирала Бристоля принять все необходимые меры помощи П.Н. Врангелю. Для эвакуации предполагалось использовать не только военные, но и коммерческие суда. Бристоль развил большую энергию. На пути в Севастополь 16 ноября находились уже 2 американских крейсера, 2 угольщика и 18 других судов[629]. Несмотря на оперативность, проявленную американцами, большая часть спешно высланных в Севастополь миноносцев и транспортов не успела прийти вовремя, чтобы помочь эвакуации. Путь отступавших войск на переполненных судах в Константинополь был нелегким. Некоторые корабли оказались в открытом море без достаточного запаса угля. Даже большегрузный пароход «Рион», на котором держал флаг комендант главного штаба П.Н. Врангеля генерал Петров, не мог дойти своим ходом до турецких берегов. Выручили повстречавшиеся американские суда, шедшие курсом на Севастополь. «Если бы не американский крейсер «Сен-Луи», который взял нас в 80 милях от Босфора на буксир, — свидетельствует Г.В. Немирович-Данченко, — мы бы, наверное, погибли»[630] Сам американский Красный Крест погрузил свое имущество на зафрахтованный пароход и, нимало не беспокоясь о нуждах остающегося в Крыму населения, отчалил под американским флагом в Константинополь.

Из этого можно сделать вывод, что до начала предвыборной кампании в США снабжение ВСЮР осуществлялось достаточно регулярно, но из-за изменения внутриполитической ситуации в условиях предвыборной кампании американское правительство старалось, с одной стороны, сохранить политические связи с Югом России, а с другой не давать повода волнениям внутри своей страны. В сентябре Б.А. Бахметев информировал, что доставка в Крым угля из США затруднена ввиду забастовки шахтеров[631], но главное затруднение всё же «в общем политическом положении»[632]

Кроме материальной и финансовой поддержки, правительство США использовало и военный флот, который на протяжении всего периода обороны Крыма крейсировал в Черном и Азовском морях. Только в период с февраля по декабрь 1920 г. США направили в Черное море 3 крейсера и 11 эсминцев[633]. Американские военные корабли вместе с английскими и французскими оказывали боевую поддержку артиллерийским огнем войскам Врангеля в решающих боях за Перекопский перешеек[634].

Обобщая всё вышесказанное, можно с уверенностью заявить, что военно-политическое сотрудничество Правительства ВСЮР и США имело определённый успех благодаря изменению внутриполитического курса правительства П.Н. Врангеля и выделения новых приоритетных направлений, предложенных дипломатическим ведомством, возглавляемым П.Б. Струве. Пожалуй, ни одно государство не оказало столь широкой и разносторонней поддержки Правительству ВСЮР как США.


 

В.Н. Барышников







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-30; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.227.208.153 (0.017 с.)