ТОП 10:

CОЦИОЛОГИЯ ПРАВА КАК ТЕОРИЯ СРЕДНЕГО УРОВНЯ



4.1. СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ПОНИМАНИЮ ПРАВА.

Право оказывает влияние на жизнь каждого человека, затрагивает интересы отдельных людей, малых и больших социальных групп. Отсюда разное понимание права и его роли в социальных отношениях. Социологический подход к пониманию права становится яснее при сравнении его с философским и нормативистскими подходами.

Философский подход к пониманию права выражается в идеалах общества: справедливости, свободы, гуманизма, равенства, терпимости и др. Согласно этому подходу, любая норма права оценивается с точки зрения идеала как справедливая или несправедливая, увеличивающая или уменьшающая свободу, гуманная или негуманная, обеспечивающая или не обеспечивающая фактическое равенство и т.д. Идеалы – ориентиры деятельности людей. Сами по себе они не содержат решений конкретных проблем, они лишь указывают на допустимое и недопустимое в решении таких проблем. Философское понимание права не следует смешивать с его нравственным оцениванием: первое исходит из вечных идеалов человечества, второе – из норм поведения, которые изменяются от эпохи к эпохе; первое показывает возможное и желательное в деятельности людей, второе – должное в их поведении. Философский подход к пониманию права – это его понимание как естественного регулятора общественных отношений, как выкристаллизовавшегося опыта тысячелетий.

Нормативистский подход к пониманию права основан на понятии нормы, правила поведения. Норма – эффективный инструмент управления обществом, она всегда конкретна и операциональна. Благодаря соблюдению норм права общество может сохранить стабильность и способность к развитию. Этими свойствами нормы права выгодно отличаются от идеала. В то же время достоинства данного подхода продолжаются в его недостатках:

1)нормотворчеством занимаются представители господствующих классов, которые, разумеется, не забывают о своих собственных интересах; при нормативистском понимании право не случайно отождествляется с законом, что и отражается в массовом сознании;

2)правящие классы определяют внутреннюю и внешнюю политику государства, поэтому право обслуживает политику: какова политика, таково и право;

3)право как система норм всегда или почти всегда содержит в себе “мёртвые”, то есть, нереализованные нормы права или проблемы в праве.

Социологический подход к пониманию права основан на понятии социального отношения. Именно оно источник права в социологическом смысле, а не содержание документа действующего права. В суждениях профессиональных юристов основой социологического подхода к пониманию права является правоотношение. Думается, это не совсем точно. Когда социальное отношение уже урегулировано законодателем оно представляет собой либо насилие со стороны господствующего класса, либо компромисс интересов государства и населения. Конечно, и эти варианты подлежат изучению, однако, наибольшей энергией обладает общественное отношение, которое ещё не урегулировано законодателем, и поэтому такие отношения в наибольшей мере выражают социологический подход к изучению права. Если крайним выражением нормативистского понимания права может служить теория Г. Кельзена, то крайним выражением социологического подхода к пониманию права является позиция теоретика “живого” права Е. Эрлиха: “История права учит всегда одной забываемой истине, а именно: ни в одно время всё право целиком не содержится в текстах законов. Сверх того, имеется существенное расхождение между правом, как оно выражено в законе, и “живым правом”, то есть, фактическим, действующим на практике. Живое право отличается от нормативного, как водный поток от застойного пруда”.

Метафоричность и романтизм данного определения очевидны. Однако и более сдержанные советские юристы в пору ясного кризиса советского политического строя стали выражаться в духе “живого” права. С.С. Алексеев пишет, что “термин право может иметь… неюридическое значение… Именно в таком глубоко социальном смысле понимается термин “право”, когда говорится о праве трудящегося народа на революцию, о праве на эквивалент в товарном обращении, о правах человека и т.д… Такого рода право можно назвать непосредственно социальным”. В. С. Нерсесянц выражает сходное мнение: “Право формируется обществом всей совокупностью общественных отношений, а не изобретается законодателем… Правообразование – это процесс фактического складывания и признания тех или иных общественных отношений и взаимосвязей людей в качестве “нормальных” и “правильных”…

Приведённые суждение достаточно ясно выражают смысл социологического подхода к пониманию права. Его достоинство состоит в том, что право учитывает обстоятельства реальной жизни людей. Живые люди, не спрашивая дозволения начальства, пытаются по своему разумению решать личные проблемы. Таковы, например, пробные браки, торговля продукцией приусадебных участков, самогоноварение, работа в качестве “шабашников” и др. Казалось бы, этот подход снимает крайности философского и нормативистского подходов к пониманию права, он демократичен и соответствует интересам большинства населения. Однако, и социологическому подходу присущи серьёзные недостатки:

1)признание сложившихся фактических отношений в качестве основы права может оказаться неправом, то есть, произволом; оно выгодно активной части населения, в чьих руках сила и власть, оно поощряет дезинтеграцию общества на кланы, в отношениях которого право силы подменяет силу права; более слабые индивиды норовят жить обманом, происходит разложения нравов, поскольку насилие лишает значимости нравственные ценности;

2)социологизм в праве смыкается с нормативизмом в отношении нереализованных норм или пробелов в праве. Когда оказываются неурегулированными правом какие-либо важные для общества вопросы, например, границы населённых пунктов, самозахват земель или жилой площади, всё решает печально знаменитый “административный ресурс”. Чья власть, того и право.

Исходя из изложенного, фактические общественные отношения не следует ни игнорировать, ни переоценивать. Социологический подход – лишь один из нескольких подходов в понимании права. Сам по себе он не может заменить другие подходы, он имеет смысл лишь в связи с философским, нормативистским, психологическим и другими подходами к пониманию права. В этом плане не следует переоценивать принцип “Разрешено всё, что не запрещено законом”, так как прежде всего следовало бы установить, кто и в чьих интересах устанавливает законы. Поскольку их создают далеко не ангелы, постольку всегда имеется материал для социологии права.

4.2. СОЦИОЛОГИЯ ПРАВА В ПРЕДСТАВЛЕНИЯХ ЮРИСТОВ И СОЦИОЛОГОВ

В правоведении сложилась странная традиция называть науки, объектом которых выступает право, правовыми науками. Таким образом науки о праве – социология, психология, философия и др. – ставятся в один ряд с действительно правовыми науками: гражданским, трудовым, уголовным правом и др. Это приравнивание не случайно, оно имеет определённые предпосылки. Яснее всего данное явление выражено, пожалуй, в работах В. В. Лапаевой.

В. В. Лапаевой важно не столько то, что исследуется, сколько то, кто исследует. Если исследователь юрист, то дисциплина юридическая. К социологии права она зачисляет даже Ш.Л.Монтескье на том основании, что он, юрист по образованию, писал о духе законов. Автора не смущает тот факт, что ещё не появилась такая наука, как социология, а социология права уже существует… В. В. Лапаева признаёт вклад О. Конта, Г. Спенсера, М.Дюркгейма, М. Вебера, Т.Парсонса в исследовании права, но считает его недостаточным для признания социологии права как социологической дисциплины. (Социология права как юридическая дисциплина//Социс, 1999, №7, с.47). Так же лихо она расправляется с современной западной социологией, представители которой считают социологию права социологической дисциплиной.

В пользу юридической принадлежности социологии данный автор пишет о “юридическом познании” общественных отношений, не раскрывая, к сожалению, его специфики, отличия от социологического познания. Однако, дальше пишется: “Ясно, что без надлежащего предварительного познания содержания регулируемых общественных отношений невозможно и сколько-нибудь осмысленное, целенаправленное и результативное их регулирование” (там же с.50). С таким суждением нельзя не согласится, вопрос лишь в том, каким является предварительное познание: социологическим или юридическим познанием? Похоже, для В.В. Лапаевой вопрос так не стоит, если она называет естественное право “юридико-социологическим понятием” (там же с.50). Видимо, всё, что соприкасается с правом, должно называться юридическим.

Впрочем, В.В. Лапаева оставляет поле деятельности и социологам. Она допускает возможность двух социологий: юридической и социологической, что само по себе может быть заявкой на Нобелевскую премию. Первая из указанных социологий уже давно сложилась и успешно функционирует, второй ещё предстоит состояться, причём лишь при условии сотрудничества социологов с юристами. Социологи должны выработать “общее понятие общества”, включающее в себя сущностное определение права. Кроме того, им следует выполнить три условия: “ Во-первых, нужна концепция предмета и метода такой дисциплины, логически согласована с общей концепцией предмета и метода социологии. Во-вторых, необходимо сформулировать соответствующее социологическое понятие права, которое вписывалось бы в социологическую концепцию общества в качестве её органичного компонента… И, в третьих, эти концептуальные положения о предмете и методе социологии права должны быть реализованы в практике научной работы, т.е., в соответствующих теоретических и эмпирических исследования” (там же с.48). После сказанного ясно, что социологии права как социологической дисциплины не существует. А ведь Р. Мертон создал концепцию социологических теорий среднего уровня, одной из которых является социология права, которая по предмету и методу логически согласуется с общей концепцией предмета и метода социологии. Социологическое понимание права так же создано трудами Э. Дюркгейма, К.Маркса, М. Вебера и др. Если бы социологического понимания права не было, право, очевидно, выпало бы из поля зрения социологов, что противоречит фактам науки. По поводу третьего условия можно сослаться на работу самой В.В. Лапаевой “Конкретно-социологические исследования в праве” М.,1987, а также на работы некоторых её коллег. Автор использует методику пятимерного плана Гэллапа (пять категорий вопросов), метод эксперимента, рассматривает роль прикладной социологии в совершенствование правотворческой и правоприменительной деятельности. Правда, в монографии ко всему этому ещё не прилагалось слово “юридический”…

Э. В. Тадевосян полемизирует с В. В. Лапаевой и высказывает ряд обоснованных суждений. Так, например, социологию права он определяет как науку (отрасль науки) об общих и специфических закономерностях и механизмах взаимодействия права и общества как социальной системы ( Э.В. Тадевосян. Социология права и её место в системе наук о праве//Государство и право, 1998, №1. С.50). Но далее он утверждает: “По нашему мнению, ни философия права, ни социология права, ни политология права не являются юридическими науками, хотя и должны включаться в общую теорию права как различные теоретические ракурсы и уровни изучения права” (там же с.52). Этот пассаж заслуживает того, чтоб его начертали на стенах зданий юридических вузов и факультетов в качестве руководящей мудрости. Как может сочетаться в рамках одной и той же науки юридическое и неюридическое? Историки используют социологию в большей мере, чем юристы, но не считают её исторической дисциплиной, физики используют математику, не причисляя её к лику физических наук, медики использую данные биологических наук, не называя их медицинскими. Социологи используют понятия юридических наук, вовсе не считая их материал социологическим, хотя объект и предмет социологии на уровне фундаментальных исследований включает в себя соответственно объект и предмет правоведения. Социологи понимают, что это путь к уничтожению науки. В самом деле, если примеру юристов последовали бы инженеры и создали социологию техники, священники создали социологию религии, врачи – медицины, учителя – образования и т.д., сохранилась ли бы социология как самостоятельная наука? Разведение науки по профессиональным квартирам означает её смерть, поскольку наука по существу своему всегда относительно самостоятельна.

Феномен социологии права как юридической дисциплины можно объяснить средствами самой социологии. Эта наука в России XIX века возникает позже, чем в Западной Европе и под определяющим вниманием заподноевропейских социологов. Социология права, не будучи особенно развитой на Западе, в России развивается исключительно юристами. И это не случайно. Юристов к познанию общества побуждают два обстоятельства. Во-первых, развитие общей теории права невозможно без изучения общества, которому адресуется право. Во-вторых, даже самое “чистое” право не может состоять из умозрительно сконструированных норм. Снобы от правоведения вынуждены считаться с наличной социальной реальностью и изучать общество.

Указанные обстоятельства в сочетании с неразвитым разделением труда внутри научного сообщества, в сочетании с более, чем двухтысячелетней историей правоведения предопределили негласный монополизм представителей правоведения в исследовании социологических проблем права. Молодой науке социологии, не вполне ещё ясно определившей своё место в системе наук, было попросту не до права. Шло становление макротеорий, разрабатывались новые методы исследования, осмысливалось применение общенаучных принципов в связи с особенным предметом новой науки. Известные события после 1917 г. в России, затем в Советском Союзе подавили социологию. Возрождённая прикладная социология постоянно выполняла “социальные заказы” государства. В этих условиях и под напором социальных изменений правоведы были вынуждены вводить в общую теорию права совсем ей не свойственные, инородные философские, социологические, психологические и другие вопросы. Чем больше становилось таких вопросов, тем больше создавалось впечатление самодостаточности правоведения, его “независимости” от других отраслей знания.

Следует учитывать и психологический фактор. В понимании некоторых юристов право ассоциируется с законодательством, а закон с инструментом политической власти. У кого власть, тот может позволить себе “свою” философию, социологию, психологию, политологию и т.д. В связи с этим Гегель писал: “Сословие юристов, обладающее особенным знанием законов, считают часто это знание своей монополией и полагают, что тому, кто не из их среды, не следует вмешиваться в их дела… Однако так же, как не надо быть сапожником, чтобы знать, годятся ли башмаки, не надо быть специалистом, чтобы обладать знанием о предметах, представляющий общий интерес. Право касается свободы, самого достойного и священного в человеке, и он сам, поскольку оно для него обязательно, должен знать его”. Видимо, иного объяснения “приватизации” наук о праве быть не может, поскольку все они рассматриваются правоведами в качестве служебных дисциплин, как служанки юридической догматики. А.С. Пушкину, прежде, чем написать “Капитанскую дочку”, пришлось основательно поработать в архивах, стать на время историком, но это перевоплощение не побудило его отнести историю к литературоведческим дисциплинам. Этот пример лишний раз показывает, что интересоваться объектом науки и быть специалистом в данной науке – вещи совершенно разные.

Реально существуют науки о праве, к числу которых относится социология. Для них право – часть объекта исследования, поэтому любая наука о праве лишь отчасти, с точки зрения своего предмета занимается правом. Это как бы взгляд “извне”, если не понимать это слово слишком буквально. Извне – это значит рассматривать право не только как монолитное явление, но и его подсистемы, стороны, свойства. Единственное при этом условие: связывать изучение права в целом или его отдельные элементы с явлениями, находящимися вне права, за его пределами. Например, правосудие – проблема далеко не только юридическая, правотворчество в демократическом обществе – дело не только членов парламента и т.д. Кухаркам не придётся бегать в парламент в перерывах между стирками, но в какой мере учитывается мнение миллионов кухарок, предпринимателей, учителей, шахтёров, учёных, земледельцев и т.д., предстоит изучать социологам права. В этом случае могут не понадобиться две социологии права, как предлагает В. В. Лапаева. Достаточно будет одной, но науки.

Что же касается правовых наук, то для них характерен подход “изнутри”. Если в науках о праве мысль учёного движется от общества к праву, то в правовых науках обратное движение: от права к обществу. Оно присуще не только и не столько общей теории права, сколько частным правовым наукам: трудовому, семейному, гражданскому, административному праву и другим наукам. Стремление к свободе, справедливости, равенству, гуманизму в частных правовых науках выражено более конкретно, чем на уровне фундаментальных исследований. Подход “изнутри” даёт возможность совершенствовать методологию наук, но никогда не может породить ни одну из наук о праве. Это азбучная истина общенаучной методологии.

4.3. ПРЕДМЕТ СОЦИОЛОГИИ ПРАВА

Если предметом социологии являются социальные отношения, то предмет социологии права - это социальные отношения, выраженные в связи естественного и позитивного права. Такое определение вытекает из сущности каждой стороны права и их значения для общества.

Естественное право, получившее наименование как якобы продиктованное природой, существует в идеалах, а не в нормах. Всякое упоминание о “нормах” естественного права свидетельствует либо о его отождествлении с нравственностью, либо о преднамеренном искажении сути данной стороны права. Утверждение нормативности естественного права даёт возможность его противникам осуществлять уничтожающую критику: что это за право, если его нормы не позволяют решать конкретные проблемы?

Как бы ни понималось естественное право: то ли как вытекающее из законов природы, то ли как воля бога, то ли как проявление природы человека, то ли как право человека, - оно всегда связано с необходимостью существования людей в качестве рассудочных существ. Они “запрограммированы” на оптимальную стратегию жизни с набором некоторых вариантов поведения и иначе жить не могут. Всякое отклонение от “естественного закона” они воспринимают как рыба, выброшенная из воды, как птица, помещённая в клетку. Рыбе нужна вода, птице – отсутствие препятствий, а человеку свобода. Если бы неандерталец мог выразить своё понимание естественного права, он вероятно советовал бы современникам и потомкам приносить жертвы добрым духам, не ходить в одиночку на мамонта, а решившись на это, присмотреть пещеру для отхода на заранее подготовленные позиции.

Естественное право – это выкристаллизованный в течение тысячелетий и передаваемый из поколения в поколение опыт человечества. Выражаясь в идеалах, оно указывает на минимальную совокупность условий, без которых развитие общества невозможно. С одной стороны, эти условия зависят от человека, с другой стороны, от среды обитания. Естественное право - это определённая биодуховной природой человека и обстоятельствами его бытия минимальная совокупность наиболее существенных условий жизни людей, при отсутствии которых они не могут существовать как творцы и носители культуры. Среда обитания задаёт пределы возможностей человека, однако, эти пределы зависят и от самих людей. Наиболее существенные условия постоянны и их постоянство выражается в идеалах. Древнейший идеал естественного права – справедливость, позже возникает идеал свободы, в последующие эпохи появляются гуманизм, равенство, терпимость. По ним люди ориентировались в жизни, как древние мореходы ориентировались в океане по звёздам. И каким бы примитивным не казалось талионное право в наши дни, лежащий в его основе идеал справедливости, понимаемой в данном случае как восстановление равновесия отношений между обидчиком и обиженным, позволял обиженному сохраниться в качестве самостоятельного субъекта деятельности. В последующие времена тот или иной идеал был начертан на знамёнах угнетённых и эксплуатируемых классов, наций, религиозных групп.

Позитивное право возникает тоже благодаря природе человека, однако, под определяющим влиянием изменяющихся условий жизни. Возникает оно, видимо, одновременно с естественным правом и проистекает из одного источника – нравственности (совокупность норм в отличие от морали – личностного видения и оценки этих норм). На ранних этапах становления общества был только один регулятор общественных отношений – нравственность. В ходе развития общества в нравственности выделяется нечто стабильное, проверенное опытом, с чем, как с эталоном сравниваются конкретные поступки. Укреплённые авторитетом религии, нравственные константы впоследствии осзнаются в качестве идеалов и образуют право “по природе”. Это “право” существует уже вне нравственности, независимо от неё, не входит в её содержание. Оно существует вне времени и пространства, кажется приемлемым и обязательным для всех времён и народов.

Позитивное право также вырастает из нравственности, отдельные, наиболее важные для людей нормы становятся нормами права. Позитивное право во многих отношениях отличается от естественного права. Оно нормативно, операционально, гибко, принудительно, предполагает наказание за неисполнение его норм. Но главный его принцип – волеустановленность. Позитивное право возникает как результат воли родоплеменной знати задолго до возникновения государства и существует в виде обычного права. Государство лишь формально закрепляет то, что до него существовало столетиями. Аристотель свидетельствует: “Государственное право(судие) частью естественно, частью узаконено; оно естественно, если повсюду имеет одинаковую силу и не зависит от признания и непризнания (его людьми). Но если изначально неважно, так (поступать) или иначе, а тогда важно, когда это уже установлено, например, что (пленника) выкупают за одну мину или что в жертву приносят одного козла, а не двух баранов, то (перед нами) узаконенное (право)”.

В другую историческую эпоху близкую по значению мысль высказывает Гегель: “Право называется позитивным, поскольку оно имеет силу, потому, что оно есть, а не потому, что оно разумно”. Разумность понимается Гегелем в смысле необходимости, но необходимость не даёт ответа о её соответствии естественному праву. Необходимость нередко представляет интересы одних общественных сил и противоречит интересам других сил. Поэтому позитивное право как волеустановленность, нормативность, принудительность обладает свойством быть неправом с точки зрения идеалов общества. Неправо есть произвол, насилие, несправедливость со стороны лиц обладающих властью в отношении лиц, не обладающих властью. Позитивное право возникает ради решения конкретных проблем общества и в этом качестве оно незаменимо. Но его способность быть неправом предопределяет обязательность соотнесения каждой его нормы с тем или иным идеалом естественного права.

Обе стороны регуляции общественной жизни равно необходимы. Естественное право не раз хоронили, а оно вновь и вновь возрождалось. Позитивное право либо пытались заменить преданностью монарху или церкви, либо заменить революционной целесообразностью, либо представить функцией управления. Но опыт истории показал, что естественное право без позитивного - ещё не право, а позитивное без естественного - уже не право. Они хороши только вместе взятые. В то же время “удельный вес” каждой стороны права в регулировании конкретных общественных отношений часто бывает неодинаков: преобладает то одно, то другое. Особенно хорошо это видно при использовании принципов фактического и формального равенства. Законы основаны на формальном равенстве граждан, только вот сами граждане не очень одинаковы, в чём они не всегда виновны. Кроме того, нормы законов неравнодушны к интересам отдельных групп граждан… Обычная ссылка на множественность представлений о справедливости, равенстве, свободе корректна лишь на уровне межличностных отношений. На уровне теории она не срабатывает, поскольку рассматриваются не отдельные случаи, а весь массив отношений между людьми в целом. Если тенденции отношений между людьми позволяют обществу сохраниться как целостной системе, если они показывают развитие общества, отдельные негативные примеры компенсируются преобладанием позитивных примеров. И то, что несправедливо для нескольких процентов населения, может оказаться справедливым для большинства. А это означает продолжение жизни общества.

Главная задача социологии права – установление доли участия каждой стороны права в том или ином правоотношении. Предмет социологии права может быть определён более конкретно: социология права изучает взаимодействие естественного и позитивного права в регулировании общественных отношений.

4.4. ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ СОЦИОЛОГИИ ПРАВА.

Предмет социологии права конкретизируется в её основных проблемах. К ним относятся правотворчество, правоприменение, эффективность права, институты права. Каждая из основных проблем в свою очередь, конкретизируется в частных проблемах. Например, одной из частных проблем правотворчества является наличие пробелов в праве, а частной проблемой правоприменения – правовой нигилизм и т.д. При этом следует учитывать одно весьма важное обстоятельство: как основные, так и частные проблемы могут различным образом истолковываться в общей теории права или отраслях права, с одной стороны, и в социологии, философии, психологии права, с другой стороны. И дело тут не в том, что представитель какой-либо науки “неправильно” понимает проблему, а в различном направлении движениях мысли в науках о праве и правовых науках, о котором говорилось ранее. Некоторым представителям правовых наук трудно понять, что кроме привычного им подхода могут существовать и иные подходы. Тут не худо бы вспомнить школьные уроки черчения: вид призмы сверху, вид сбоку и т.д.

Социология права изучает проблемы права через призму социальных отношений и использует социологический, а не юридический категориальный аппарат. И потому право включается в более широкий контекст социальных отношений, поскольку любое общественное явление не может быть понятным само по себе, исходя из саморазвития как самодовлеющей сущности. Оно понимается лишь через “своё другое”, как писал Гегель, то есть, через другие, непосредственно связанные с ним явления.

4.4.1. Правотворчество. Процесс правотворчества представляется деятельностью законодателя(ей), придерживающихся определённых принципов, техники и т.д. Однако встаёт вопрос: почему вводится новая правовая норма, изменяется действующая или даже отменяется? Произошло это по прихоти законодателей или сами они подверглись воздействию извне? Ответ не сводится к тому, кто проявил инициативу, это может быть и законодатель. Под влиянием каких обстоятельств произошло введение, изменение или отмена нормы права? Отвечая на этот вопрос, исследователь показывает “неюридическое” окружение права.

Как уже отмечалось, право возникло под определяющим влиянием нравственности при участии религии. Отныне и навсегда эти социальные факторы будут воздействовать на правотворчество. Третьим фактором следует назвать собственность, оказавшую колоссальное влияние на судьбы людей. С возникновением частной собственности возникла необходимость её охранения правом. Под влиянием интересов мелких, средних и крупных собственников неоднократно изменялось законодательство.

Чем более развитым становилось общество, тем большее участие принимают новые, нетрадиционные (по отношению к предшествующим) факторы. С развитием товарно-денежных отношений всё большее давление на право начинает оказывать экономика. Принимаются нормы как способствующие конкуренции отечественных и иностранных производителей, так и протекционистские нормы. Право и налоги – тема отдельного увлекательного “романа”. Научно-технический прогресс также оказал значительное влияние на право, поскольку каждое его достижение, занявшее место в жизни множества людей например, телефон, автомобиль компьютер и др., требовали правового урегулирования. В противном случае стабильность общества подрывается. Острополемичным является правовое регулирование некоторых проблем медицины: трансплантации органов, перемены пола, эксперемента над человеком, испытаний новых препаратов и медицинской техники, эвтаназии и др. Право не может быть свободным от идеологии и потому в ряде документов права, особенно в конституциях, идеология входит в содержание некоторых норм. Наконец, со становлением мирового общества всё более актуальным становится влияние норм международного права на право национальное.

Каждый из указанных факторов из нового превращается в традиционный, единожды возникнув, он уже не сходит с арены правотворчества. За каждым из них стоят интересы тех или иных социальных групп (классов, наций, религиозных, возрастных, половых, профессиональных и иных), ибо ничто в обществе не совершается без интереса.

4.4.2.Правоприменение. В юридической литературе имеется не очень точный термин “механизм действия права”. Слово “механизм”, как бы метафорично его ни употреблять, всё же означает некую последовательность действия и их согласованность друг с другом. Видимо, правильнее было бы использовать выражение “аспект правоприменения”, “сторона правоприменительной деятельности”. Но дело не только в терминах, а также и в факторах правоприменения. Их может быть, по меньшей мере, три.

Важнейшим фактором правоприменения является само государство в лице главы государства, парламента, правительства, суда, прокуратуры и др. От государства, а не от вышеуказанных факторов правотворчества, зависит степень урегулированности всех важных общественных отношений (избыточная, оптимальная, недостаточная), наличие пробелов в праве или неработающие нормы, логическая непротиворечивость одних норм права другим нормам (чаще всего нормам других документов права), наличие определений рабочих понятий в текстах законов, поскольку их отсутствие порождает разномыслие в истолковании духа, смысла закона, соотношение закона и подзаконного акта, что само по себе есть огромная социальная проблема, контроль за исполнением законов и многое другое.

Недостатки в правотворчество сказываются на правоприменении, но правоприменение может осложниться недостаточным уровнем подготовки сотрудников соответствующих органов, их нравственными качествами, недостаточным материально-техническим обеспечением, низким уровнем организованности и др.

Воплощение норм права отчасти зависит от населения и в этом отношении выделяется социальный аспект правоприменения. Он зависит от качества населения, его расового, национального, религиозного, возрастного состава, развитости инфраструктуры, размещения по территории государства, рельефа, климата и др. Особую роль играет уровень общей, а отсюда и правовой культуры населения. Они не всегда совпадают, однако обычно повышение уровня общей культуры положительно влияет на уровень правовой культуры.

В правовой культуре выделяется три уровня:

1) знание населением документов права(обычно люди знают лишь те нормы в документах права, которые непосредственно затрагивают их интересы);

2) понимание населением документов права: критериями понимания является соответствие суждений и оценок граждан целям законодателя, а также ясные, недвусмысленные, соответствующие нормам языка, понятия;

3) поведение населения в соответствие с нормами права, а оно весьма вариативно: от тихого саботажа до демонстративного нигилизма.

Воплощение норм права отчасти зависит от личности, её индивидуальных свойств. В этом смысле можно говорить о психологическом аспекте правоприменения. Право регламентирует поведение личности, однако эффект регламентации бывает различным в зависимости от воспитания, материального положения, социального статуса и других обстоятельств бытия индивида. Право адресует личности нормы, содержащие сдерживающие и побудительные мотивы, а ответом на них выступает поведение людей по отношению к праву. Под влиянием права формируются различные типы личности: правопослушный, когда лицо сознательно следует нормам права; конформный, когда лицо по соображениям выгоды приспосабливается к существующему праву; вынужденный, когда лицо не может отвергнуть право и претерпевает его; протестный, когда лицо открыто выступает против данной системы права и др.

4.4.3. Эффективность права. Социология права не может обойти стороной вопрос об эффективности, действенности права, поскольку в противном случае позитивное право лишается смысла. Эффективность права непосредственно связана с аспектами правоприменения. Отсюда и соответствующие виды эффективности.

Юридическая эффективность права – это соответствие результата правоприменения интересам государства, точнее, тех общественных сил, которые в данное время владеют государственной властью. Поставленные ими цели достигнуты, следовательно, результат действия нормы соответствует предназначению нормы. За примерами далеко ходить не надо: “приватизация” некогда общенародного достояния, новый избирательный закон перед каждыми выборами и т.д.

Социальная эффективность права – это соответствие результата правоприменения интересам большинства населения. Социально эффективны законы о свободе вероисповедания, альтернативной воинской службе и др. Социально неэффективны законы о защите прав потребителей, образовании и здравоохранении, предусматривающие плату за обучение и медицинские услуги, и др.

Психологическая эффективность права – это его влияние на мотивацию поведения личности, в связи с чем формируются отмеченные типы личности. Подсчёт количества лиц, относящихся к тому или иному типу, если бы он оказался возможным, показал бы, в какой мере право доходит до сердца каждого гражданина.

4.4.4. Институты права. В круг вопросов интересующих социологов права входят вопросы об институтах права, их необходимости, структуре, функциях, социальном составе.

Глава государства. В зависимости от типа государства, формы правления и других конституционных основ определяется отношение главы государства к праву.

Парламент. Правотворческая деятельность парламента во многом зависит от представленности в нём больших социальных групп. Парламент - прежде всего институт политического представительства, борьба интересов в нём сказывается на количестве и качестве принимаемых законов. Если в известные времена в нём заседали доярки, то теперь “элита” разных уровней и направлений.

Суд. Проблемой социологии права и (не только её) является независимость судей. Решение данной проблемы возможно лишь в правовом государстве, до которого пока ещё далеко большинству, если не всем народам мира. В более близкой перспективе интересам общества соответствовало бы введение судов присяжных заседателей по некоторым административным, уголовным, гражданским делам, а также по трудовым спорам. Многочисленные возражения против таких судов имеют общую основу: государство не желает делится властью с населением. Социально сомнительна назначаемость судей, особенно пожизненная. Она свидетельствует о зависимости судебной власти от исполнительной.







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-30; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.237.186.116 (0.023 с.)