Человек и исторический процесс: личность и массы,



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Человек и исторический процесс: личность и массы,



Свобода и необходимость.

В предыдущих темах мы рассматривали стороны, аспекты сложной, триединой

природы человека: биологической, социальной и психической (или духовно-душевной).

При этом отмечали, что нередко понятие социального в человеке берётся широко, с вклю-

чением духовно-душевной (психической) компоненты, и тогда говорят о биосоциальной

природе человека. Имея биопсихосоциальную природу, человек является также существом

историческим, изменяющимся во времени и изменяющим своей деятельностью окружаю-

щую среду, условия жизни. Тем самым, при реализации коадаптационных зависимостей,

человек меняет самого себя. Мыслители пытались выяснить движущие силы и мотивы

деятельности людей, обусловленность социальных изменений внешними обстоятельства-

ми и влияние свободно принимаемых волевых решений людей на ход истории. У многих

народов есть предания о бывшем некогда золотом веке, когда люди жили беспечально, в

радости и довольстве. Потом наступали худшие времена.

Пришедшие на смену мифам религиозные воззрения связали историю людей с их

сотворением Богом, который испытал людей свободой выбора и определил историю их

земной жизни как искупление греховности и обретение благодати, ведущей к Спасению

для вечного загробного блаженства после земной, телесной кончины. История людей и

жизнь каждого человека обретали смысл осуществления Божественного предначертания,

по которому земная история должна была завершиться единением человека и Бога. Вари-

анты религиозного смысла истории рассматривали в солидных работах видные мыслители

К. Ясперс и Н. Бердяев. Появились и другие концепции – «конца истории» японского мыс-

лителя ХХ века Ф. Фукуяма, утверждения о субъективности оценок и толкований смысла

истории отдельными людьми. Мы остановим внимание на традиционно обсуждаемых в

философии проблемах соотношения необходимости и свободы, роли личности и масс в

историческом процессе.

Какие обстоятельства определяют значение каждой личности в жизни коллектива,

как первичной социальной организации, и за его пределами? Этот вопрос –о роли лично-

сти и масс в истории –решается по-разному, в зависимости от мировоззренческих устано-

вок и методологических ориентиров исследователей.

Л ч・ о・ т・ ・ им с・ ы・. Слово «личность» производно от лат. persona –маска, роль

актёра, а всё относящееся к личности можно называть персональным, личным. На русском

языке понятие «личность» связано со словом «личина», что по «Толковому словарю»

В.И. Даля, означает –накладная рожа, харя, маска, а «личный» –к лицу, особе, человеку

относящийся. Действительно, слово «л ич но ст ь» изначально означает широко понимаемое «лицо», в значении –индивид с его человеческими свойствами, проявляемым и впоступках деятельности. Как видим, понятие личности рассматривается в связке с понятиями: индивид и человек. Понятие «ч ел ов ек» обозначает как в ес ь р одл юд ей(человечество), т аки о тд ел ьн ыхе гоп ре дс та ви те ле й –е ди ни чн ыхб ио пс их ос оц иа ль ны х с ущ ес тв(л иц и нд ив и-

д ов Понятие и нд ив ид, часто отождествляемое с понятием индивидуальности, означает -

о тд ел ьн ыйч ел ов ек(л иц о) вс во ео бр аз иие гок ач ес твио со бе нн ос те й, относящегося к популяции людей (Homo sapiens). Л ичность предстаёт как человек в совокупности его социальных, впервую очередь качествформирующ их сявр аз ны х в ид ахд ея те ль но ст и ио бщ е-

с тв ен ны х о тн ош ен ий

Когда родившийся ребёнок, являющийся по сути, биологическим существом, ста-

новится личностью? Какова мера человеческих, социальных и духовно-душевных (психи-

ческих) свойств, превращающих биологическое от рождения существо –дитя человека –в

личность? Существуют о пи са те ль ны е ин ор ма ти вн ыео пр ед ел ен иял ич но ст и, берущие за

основу степень выраженности социальных качеств, которые характеризуют личность и в

какой-то мере определяют её значимость в коллективе, в обществе. Согласно о пи са те ль

н ымопределениям каждый человек (индивид) является личностью. Личностные качества

оказываются социальным содержанием индивида. Согласно н ор ма ти вн ымопределениям,

личности –люди, выделяющиеся в определённом отношении, с высоким уровнем развития

и выражения свойств, навыков, например, в профессиональной деятельности. Здесь пред-

ставление о личности выражает меру соответствия идеалу. Такой понимание, иногда в не-

явной форме, проявляется, когда считают: «Учитель, агроном, радиотехник –личности, а

я, школьник, студент –пока не личность, или становящаяся личность». Поскольку человек

в своей жизни постоянно изменяется, его духовный мир, житейский и социальный опыт

обогащаются, то логично заключить, что л ич но ст ь –это человек в процессе его стано вления и развития.

По вопросу о свойствах личности, её социально значимом содержании, так же су-

ществуют разные мнения. Широко распространение получила так называемая ролевая

концепция личности. Представление о личности как совокупности ролей высказал древне-

греческий философ Платон (428/27-347 до н.э.). Он использовал образ «трагедии и коме-

дии жизни», в которой люди играют роли, назначенные им богами, или судьбою. Извест-

ный английский трагик В. Шекспир (1564-1616) сравнивал мир с театром: «В нём женщи-

ны, мужчины –все актёры // У них свои есть выходы, уходы, // И каждый не одну играет

роль». В наше время ролевая концепция личности прозвучала в ненавязчивой форме пе-

речня достоинств героини широко известного фильма «Кавказская пленница» Она харак-

теризовалась как студентка, комсомолка, отличница, спортсменка, наконец, просто краса-

вица, т.е. через перечисление «ролей» в «трагедии и комедии жизни». При кажущемся достоинстве содержательной характеристики личности ролевая концепция молчаливо (имманентно, –с внутренне присущей определённостью) допускает навязывание ролей извне чье-то чужой волей, исключающей свободу выбора жизненного пути и творчества. Человек является, или, по крайней мере, полагает себя творцом собственной жизни, субъектомисторического процесса, а не пассивным объектом с навязанными извне действиями.

Отчётливо выраженный интерес человека к познанию самого себя начинается с фи-

лософии Сократа (V в. до н.э.). С тех пор каждое заметное направление, течение филосо-

фии включает присущую его основным идеям концепцию личности. Некоторые их этих

концепций известны по курсам психолого-педагогических дисциплин. Фрейдистские кон-

цепции (от имени австрийского врача и мыслителя Х1Х в. З. Фрейда) ведущим компонен-

том в структуре личности считают могущественное «Оно», которое, как биологический

инстинкт продолжения рода через стремления к удовольствиям полового общения, опре-

деляет главные особенности личности. Оно (или Ego) детерминирует импульсами из сфе-

ры бессознательного поведение человека, его участие в творчестве. Роль сознания «Я»

сводится в основном к попытке сдержать постоянное стремление к чувственным удоволь-

__ ствиям, направив его в сублимированные (превращённые) формы творчества, дабы пре-

дотвратить конфликт с «родительским запретом со стороны «Сверх - Я».

В религиозных учениях (неотомизме, персонализме) главным в человеке признаётся

душа, обладание которой делает личность самодостаточной, возвышающейся над низмен-

ным материальным и греховным миром. Человек оказывается личностью в качестве во-

площения божественного замысла, как духовный феномен. В персонализме личность че-

ловека оказывается производной от высшей Личности – Бога. Критикуя эгоизм, индиви-

дуализм, персоналисты с религиозных позиций толкуют общественную природу человека.

Получающая распространение идея «христианского обновления общества и личности»

представляется эклектичной (сочетающей религиозные взгляды с идеями персонализма,

экзистенциализма и современными технологическими представлениями) и малоэффектив-

ной в практическом плане.

Своеобразные представления о личности сложились в экзистенциализме – «фило-

софии существования». Ряд представителей этого течения считает, что большинство лю-

дей не могут быть личностями. Для них это – непосильная задача. Такой пессимизм опре-

деляется идеями о существовании, предшествующем сущности, постижении индивидом

экзистенции, как своего движения к смерти, к небытию – в Ничто и Никуда, в пограничной

между жизнью и смертью ситуации. Сделав такое открытие, люди обретают «подлинное

существование» в полном одиночестве (Хайдеггер; нем., ХХ в.), или в условиях коммуни-

кации – духовной связи с другими экзистенциями (Ясперс; нем., ХХ в.). В «философии аб-

сурда» французского экзистенциалиста А. Камю (ХХ в.) человек становится личностью,

осознавая абсурдность бытия как движения к смерти во времена катастроф и поднимаясь

на бунт против абсурдного мира. Бунтующий человек не имеет надежды на успех, но об-

ретает подлинное существование. Олицетворением этой позиции является Сизиф, герой

одноимённой повести Камю. Титан Сизиф утверждает своей непокорностью «Нет», бро-

саемое как протест богам, наказавшим его бессмысленной работой, «Нет» - смерти, «Нет»

– абсурду мира.

В марксизме сущность личности раскрывается через деятельностный поход. Из-

вестна характеристика К. Марксом сущности человека, как совокупности всех общест-

венных отношений. Критики постсоветского периода обычно берут это высказывание вне

контекста, вне связи с основными идеями учения об обществе. Маркс имел в виду челове-

ка как родовое существо (индивид, конечно, не будет воплощением всех общественных

отношений), и его характеристика – скорее программная установка (задача) исследования

личности и общества, чем обобщение, или теоретический вывод.

Человек, как субъект творческой деятельности, включён в процессы производства

материальных и духовных ценностей, в последовательность и длительность временных

отрезков, которые сами по себе, в качестве «физического времени», не образуют истории.

Какова значимость отдельных людей–личностей в историческом процессе? Это – вопрос о соотношении личности и массы, роли личности в истории.Как мы отметили раньше,

индивиды становятся личностями в производственно-трудовой и интеллектуальной дея-

тельности, требующей творчества. Вклад отдельной личности в благосостояние общества,

в развитие культуры может быть значительным, как, к сожалению, и отрицательные ре-

зультаты действий. (Вспомним печально знаменитого Герострата, который специально,

чтобы обессмертить своё имя, поджёг храм Артемиды Эфесской, относимый к одному из

семи чудес света). Непосредственными субъектами, творцами истории выступают люди в

составе социальных групп, общностей (их характеристики даны ранее) или массы людей.

В данном контексте «масса» (в соотнесении с понятием личности) – это некоторая сово-

купность (множество) людей, не обладающих выдающимися личностными качествами

(или не проявляющими их), и поэтому объединяемых (нередко демагогическими лозунга-

ми лидеров), чтобы совместно добиваться лучших условий жизни.

Побудительными мотивами и движущими факторами деятельности людей высту-

пают личные и общественные интересы целенаправленные отношения (мысли и дейст-

вия) к объекту потребности. Интерес предстаёт как причина, побуждающая людей дейст-

вовать, проявлять свою активность. Объективная сторона интересов может расходиться с

их осознанием и реализацией субъектами (Все знают, что «курить – здоровью вредить», но

всё же курят многие!). Это используют политики-демагоги, пряча свои собственные (часто

честолюбивые и карьеристские) цели и устремления за лозунгами, идеями, картинами бу-

дущего благополучия, которые увлекают массы и начинают восприниматься как собст-

венные интересы людей (напр., идеи жизненного пространства, чистоты расы и др. в арсе-

нале нацистской идеологии, которые какое-то время увлекали многих людей в Германии

1920-х – 1940-х годов). Интересы могут не осознаваться и выражаться опосредовано, - в

мотивах, установках, ориентациях людей. Мотив представляет интерес как осознанную

(или осознаваемую) цель действия и субъективное отношение человека к поступкам. Ус-

тановка для личности – внутреннее, глубинное побуждение к действию, основанное на

сложившихся стереотипах (привычках, автоматических реакциях) восприятия ситуаций

и действий в определённых условиях. Интересы личности и общества могут совпадать, или

расходиться в зависимости от объективных условий, их субъективного восприятия и тех

целей, которые ставят перед собой субъекты деятельности.

Многообразие личных интересов, стоящих перед обществом целей и задач, нередко

представляемых недобросовестными политиками и идеологами в искажённой форме, соз-

дают пёстую картину представлений о возможностях и свободе личности, её месте и роли

среди других людей – в коллективе, в обществе. В религиозных и идеалистических взгля-

дах на личность, которые мы приводили, ведущая роль отводится Богу как Демиургу,

Творцу людей и всего сущего, или же – нематериальному (сверхъестественному, как это

предполагается «по умолчанию», если не признаётся прямо) началу. Оно, как Идея, Воля,

Мировой разум и т.п., воплощается в творческом меньшинстве, в выдающихся личностях,

героях, стоящих над массами и увлекающих их за собой.

Варианты представлений о героях и толпе, о творческой элите, ведущей за собой

неактивные в обычных условиях и неразвитые «серые» массы, разнообразны. Но суть их

сводится к попыткам идеологического обоснования элитарности, избранности лиц, в руках

которых оказалось богатство (собственность) и власть. Они-то, в качестве творческого

меньшинства, и должны вести за собой послушную массу рядовых работников, испол-

няющих их волю и желания. В современных условиях, когда конкурентные отношения в

обществе делают престижным владение собственностью и принадлежность к властным

структурам, появляются концепции, в которых само понятие народа, главного субъекта

истории, начинает толковаться так, что большинство людей народом-то и не является. На-

родом оказывается энергичный, активный слой (группа) людей, составляющая в истории

меньшинство, которое и определяет, в качестве субъекта деятельности и носителя сущно-

стных общественных отношений, ход исторического процесса. Подобные варианты кон-

цепций героев и толпы, элитарного меньшинства и пассивной массы, не способной к

творчеству, являются не следствием научных исследований, а порождаются идеологиче-

скими пристрастиями. Как следствие, получаются лишённые объективности научного ана-

лиза субъективные трактовки, в которых искажаются сложные отношения людей в обще-

ственной жизни, а роль трудящегося большинства населения принижается.

В попытках научного анализа взаимоотношений личности и общества__ внимание

обращается на роль объективных факторов и субъективной деятельности людей. В мар-

ксизме, в отличие от религиозно-идеалистических трактовок, внимание уделялось объек-

тивным условиям общественных процессов – обстоятельствам и факторам детермина-

ции, в первую очередь – материальным производственным отношениям, которые суще-

ствовали в каждый исторический период независимо от воли и сознания отдельных лю-

дей или социальных групп. Каждый отдельный человек действует сознательно, ставит пе-

ред собой определённые задачи, намечает долговременные цели. Однако усилия многих

людей, опосредуясь наличными материально-техническими условиями, уровнем развития

социума, господствующими укладами жизни, трансформируются в результаты, которые

зачастую расходятся с субъективными представлениями людей о своих целях и предпола-

гаемых результатах деятельности. (На бытовом уровне подобные ситуации хорошо пере-

даёт образное высказывание одного из политиков «Хотели как лучше, а получилось, как

всегда»). Каждый человек, направляя свою волю и усилия на достижение определённой,

значимой для него цели, вступает в непосредственное соприкосновение с десятками и сот-

нями других индивидов, а опосредовано, через коллективы, трудовую деятельность, по-

требляемые средства жизни, – с тысячами и тысячами людей.

Не зависимо от конъюнктурного возвеличивания идеологами и средствами массо-

вой информации (СМИ) слоя удачливых бизнесменов-собственников и политиков, как

элитарного меньшинства, история создаётся творческой, прежде всего,􀀀 предметно-

практической деятельностью масс. Народ как население региона, страны включает как

одарённых, знатных, активных, так и сирых, немощных и убогих, – всех лиц с определён-

ными общими чертами ментальности, уклада жизни, языковыми и иными культурными

особенностями, не зависимо от их пола, веры национальности и т.д.__ Именно народ, как

главный субъект истории, создаёт материальные основы жизни и условия духовного твор-

чества своих выдающихся представителей, – учёных, писателей, художников, политиче-

ских и государственных деятелей разного масштаба и уровня их личных достижений.

Личность может стать великой, если свою энергию, одарённость направит на достижение

позитивных, социально значимых целей, уловив магистральные тенденции общественного

развития или перспективные направления в избранной сфере деятельности (науки, культу-

ры…) и действуя в соответствии с ними. Всему миру известны имена великих тружеников,

рождённых на рязанской земле, – И.П. Павлова, К.Э. Циолковского, П.П. Семёнова Тян-

Шанского, С.А. Есенина, А.С. Голубкиной.

В стремлении добиться известности, положения, прославиться некоторые энергич-

ные и имеющие способности люди порою руководствуются личными целями, которые

идут вразрез с общественными интересами, или не согласуются с позитивными, приняты-

ми в обществе правовыми и нравственными нормами. Есть люди, готовые добиваться сла-

вы и почёта любой ценой, приобретая известность Герострата (грек, 1У в. до н.э.), который

специально, чтобы прославиться, поджёг храм Артемиды Эфесской, одно из 7 чудес света.

Если такие лица оставляют след своей личности в событиях общественной жизни, то их

можно отнести к историческим личностям (например, Нерона, Гитлера). Однако по-

своему неординарная их деятельность, лишённая социальной перспективы и связанная с

напрасными и многочисленными жертвами их амбициозных устремлений, не позволяет

относить таких исторических лиц к великим личностям. Великими в памяти людей оста-

ются не кровавые тираны, а личности, отдавшие свой талант и энергию служению пози-

тивным идеалам, принесшие своей деятельностью значимую пользу многим людям. При-

мерами таких исторических деятелей могут служить: афинский стратег У в до н.э Перикл;

российский император Пётр 1 Великий (1672-1725); отечественный военачальник ХХ в.

маршал Г.К. Жуков, внесший весомый вклад в разгром фашистских армий в годы 2-ой ми-

ровой войны.

Многие личности, становясь великими или (без вектора положительной направлен-

ности их деяний) – просто историческими, уже при жизни приобретают известность Не-

редко их обожают, им поклоняются, воздавая почести. Фараоны Др. Египта, императоры

Др. Рима обожествлялись, а после смерти приравнивались к богам. Богом стали считать

Александра Македонского после провозглашения его верховным правителем Египта и

Персии. Такое отношение к известным и почитаемым людям называют культом личности.

Порою сами выдающиеся личности (Наполеон, Гитлер, Сталин…) при жизни прилагают

усилия для возвеличивания и почитания своей персоны. Используется природный дар, или

свойство харизмы (от греч. charisma – милость, благодать, божественный дар), которым

обладают едва ли не все выдающиеся личности. Возможно, они и выдвигаются на аван-

сцену истории благодаря харизме, как особому, в глазах почитателей, качеству непогре-

шимости, значимости, сверхъестественности или святости, позволяющих, как бы гипноти-

зируя, подчинять своей воле других людей, увлекать их за собой, и многого добиваться

благодаря этому. Психологический процесс («механизм») повышения самооценки лично-

сти хорошо передаёт один из героев гражданской войны, колоритный персонаж многих

фольклорных сюжетов, В.И. Чапаев. Он откровенно говорит своему ординарцу Петьке, что

с ростом числа побед в боях и сопутствующей славы повышается мнение о своей персоне,

её значимости для людей, появляется осознаваемое нежелание умирать.

Кратковременный эффект культа личности, объединяющий людей на достижение

целей, выдвинутых харизматическим лидером, гасится издержками нарастающей, как пра-

вило, нетерпимости к мнениям и заслугам других людей, ограниченного кругозора и спо-

собностей, присущих одной, хотя бы и выдающейся, личности, в том числе – предвидеть

последствия своих амбициозных замыслов (мирового господства, направления масс к сча-

стливой жизни). В социально здоровом обществе заслуженная оценка, поощрение награ-

дами и признание выдающегося личного вклада людей в народное благосостояние и рост

культурных достижений не должна приводить к отрицательным следствиям культа лично-

сти.

Свобода и необходимость.Обладая сознанием, человек задумывался, насколько он

свободен в своих поступках, волеизъявлении, выборе, зависит ли только от него результат

действий? Сам ли он определяет своё будущее, или неумолимый рок (в Др. Греции мойры,

в Др. Риме парки, – богини судьбы) определяет череду событий независимо от усилий че-

ловека, – «чему быть, того не миновать». Названные и им подобные вопросы выявляют

одну из древнейших и постоянно решаемых людьми проблем свободы, в свою очередь,

включающую ряд аспектов и направлений поиска ответов на многие вопросы, встающие

при попытках выяснить, что же означает «это сладкое слово – свобода»?

Один из подходов в понимании свободы воплотился в концепциях волюнтаризма и

независимой, недетерминированной воли, согласно которым человек может делать, что

хочет и как хочет. Волюнтаризм (от лат voluntas – воля) проявляется в признании (напр., в

учениях А. Шопенгауэра, Ф. Ницше) основанием и движущей силой всего существующего

бессознательного духовного «первоначала» – воли. Аргументы волюнтаризма использу-

ются для обоснования и (или) оправдания волевых решений правителей, политиков как

определяющих факторов жизни общества. В «Философском энциклопедическом словаре»

(ФЭС. М., 1997) сказано, что «свобода – возможность поступать так, как хочется. Свобода

– это свобода воли». Вопрос о свободе здесь оказался сведённым к свободе воли, о которой

также говорится, что «Воля по своей сущности всегда свободная воля» (Там же). Задума-

емся, может ли, и всегда ли может человек поступать так, как хочется? Вероятно, многие,

если бы была возможность поступать, как хочется, предпочли бы выбор, который сделал

Буратино (зачем в школу, лучше в цирк) или «греческая смоковница». (Героиня одно-

имённого фильма вместо того, чтобы учиться-трудиться в вузе Германии, отправилась в

любовно-авантюрные приключения по Греции).__ Субъективистские толкования свободы, как возможности делать, что хочется, и по-

ступать, как хочется, могут служить выражением некоторой мечтательности, утопического

желания людей подчинить себе обстоятельства, почувствовать себя господином положе-

ния. Реальная действительность, «живая жизнь» весьма прозаически накладывают ограни-

чения на маниловские мечты о ничем не ограниченной свободе. Если даже каждый деся-

тый житель Рязани по своей «всегда свободной воле» захочет оказаться в выходные дни в

пригородной зоне отдыха – Солотче, то 50 тысяч жителей полумиллионного города сде-

лать этого не смогут по той до банальности простой причине, что не хватит транспортных

средств туда доехать. Не все желающие могут стать студентами госбюджетного, а не плат-

ного, обучения и т.д. и т.п. Какая уж тут свобода воли поступать так, как хочется!

Другой крайностью является идея примата необходимости, явственно выраженная в

суждениях о судьбе, роке, в представлениях о фатализме (лат. fatalis- роковой; от fatum -

рок, судьба, неизбежность) и жёстком (лапласовском) детерминизме воли, всех поступков

людей и исторического процесса. У древних греков богини судьбы–мойры пряли нить

жизни каждого человека, прерывая её по своему усмотрению. Даже судьба верховного бо-

га Зевса была в руках мойр. Человек был бессилен что-либо изменить. Он должен был по-

кориться судьбе. Предопределённость, неотвратимую необходимость событий личной и

общественной жизни стали выражать словами: фатализм, предопределённость, детерми-

низм (содержание терминов характеризовалось ранее). Уже в древности признание слепой, властной необходимости встречало возраже-

ния. Атомист Эпикур (341-270 до н.э.) полагал, что лучше быть рабом у случая, чем при-

знавать слепую необходимость. Субъективистские толкования свободы были, как отмеча-

лось выше, оторваны от жизни и могли вести к абсурдным выводам, наделявшим людей

сверхъестественными возможностями. Крайности в толковании роли свободы и необхо-

димости преодолевались в долгом развитии представлений о взаимосвязи, взаимодействии

свободы и необходимости в стоицизме древних, учениях Спинозы, Гегеля, Маркса.

Стоики (1У в. до н.э. – 1Ув) приобрели известность своей готовностью покориться

воле богов, явленных в событиях жизни, которые нельзя было изменить своей волей и дей-

ствиями (несчастный случай, ранение, болезнь и т.д., включая смерть). Они считали дос-

тойным для мудреца освободиться от страстей и жить, подчиняясь разуму, признающему

незыблемость воли богов. Само понятие «стоицизм» как Выраженные в учении и отноше-

нии к невзгодам ориентиры стоиков (главный – поступать в соответствии с обстоятельст-

вами, покоряясь тем, которые нельзя изменить) придали новый смысл первоначальному

значению слова «стоа». У афинян это слово («Stoa») было названием афинского портика

(крытой галереи), – места, в котором собирались первые приверженцы нового учения, а

стола выражать твёрдость в жизненных испытаниях, опиравшуюся на доводы разума (если

нельзя изменить обстоятельства, им надо покориться).

Спиноза (1632- 1677) в своём основном философскомтруде «Этика, доказанная в

геометрическом порядке» посвятил проблеме свободы целый раздел (5-ый) – «О силе ра-

зума, или о человеческой свободе». Как пантеист (признание Бога равным Природе), Спи-

ноза считает, что единая субстанция (Бог, или то же самое, – Природа) является причи-

ной самой себя. Бог как единая субстанция (или – Природа) свободен, поскольку исходит

из своей необходимости, а всё существующее (в природе) жёстко детерминировано, опре-

деляется необходимостью. Однако необходимость не исключает свободы, а свобода не

противоречит необходимости. По названию раздела «Этики» видно, что Спиноза свободу

связывает с разумом. Разум позволяет осознать неизбежность подчинения необходимости

внешних обстоятельств и возможность освобождения от подчинения инстинкту самосо-

хранения, который связан с аффектами (яркими проявлениями эмоций радости, печали...). Для достижения свободы разум должен быть единым с волей в их направленности на

осознанное подчинение необходимости.

Свобода у Спинозы – в единстве разума и воли. «Сила разума» определяет степень

свободы в той степени, в какой действия сообразуются с познанной необходимостью

внешних причин и зависимости от аффектов. Спиноза теоретически обосновывал положе-

ние о свободе как познанной необходимости. Это представление, ставшее широко извест-

ным, разрабатывалось позже с позиций идеализма (Гегель) и материализма (Маркс и др.

представители диалектического материализма). Немецкий философ Гегель представлял

весь мир реализацией Абсолютной идеи (Мышления) и полагал, что свобода осуществля-

ется в сфере Духа, у человека – в его сознании. Можно было, оказавшись в тюрьме, в кан-

далах, считать себя духовно свободным, если разум постигал неизбежность сложившихся

обстоятельств и неспособность человека изменить их в сложившейся ситуации. Продолжая

линию суждений стоиков и Спинозы, Гегель выработал своеобразный, объективно-

идеалистический вариант трактовки свободы как познанный необходимости.

С противоположных позиций идею свободы разрабатывали последователи диалек-

тического материализма. Осуществив синтез идей материализма и диалектики, К. Маркс и

Ф. Энгельс применили арсенал открывшихся эвристических возможностей нового фило-

софского метода к анализу процессов познания природных и общественных процессов. Не

осталась без внимания одна из центральных проблем социальной философии и этики –

проблема свободы и её соотношение с необходимостью. Уже в первом программном до-

кументе марксизма, («Манифест Коммунистической партии» - 1847/48 гг.) была сформу-

лирована задача создания свободного общества, дающего простор развитию личности. «На

место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями

приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободно-

го развития всех» (Гл. 2). Данная формулировка идеала, наряду с содержательными пози-

тивными ориентациями, выражает, как и всякий другой идеал, черту абстрактного пред-

ставления о свободном человеке. Но представление о свободе каждого как условии свобо-

ды всех ориентирует на созидание общества и социальных отношений в условиях реалий

земной, а не потусторонней жизни, и не связывает осуществление идеала с конкретной мо-

делью его реализации (военного коммунизма, казарменного социализма и т.д.).

В марксистской, диалектико-материталистической философии разрабатывалась__ почтенная в истории интеллекта линия представлений о свободе, заложенная в учениях

стоиков, Спинозы, Гегеля. Эта преемственная связь в разработке идеи свободы, как прави-

ло, игнорируется критиками представлений о свободе, как познанной необходимости. Но

именно такой подход даёт основания избегать одностронностей как фатализма, прини-

мающего неизбежность событий при неспособности влияния на них, так и волюнтаризма

с его представлением о ведущей роли решений и воли субъекта. Проявлением диалектики

свободы и необходимости является способности принимать решения со знанием дела. «Не

в воображаемой независимости от законов природы заключается свобода, а в познании

этих законов и в основанной на этом знании возможности планомерно заставлять законы

природы действовать для определённых целей… Свобода, следовательно, состоит в осно-

ванном на познании необходимостей природы… господстве над нами самими и над внеш-

ней природой» (Энгельс Ф. В кн. «Анти-Дюринг». Гл. Х1).

Изложенное представление о свободе и её соотношении с необходимостью позво-

лило выделить факторы детерминации общественной жизни и исторического процесса.

Необходимость предстала как закономерность объективных изменений общественной

жизни, вызываемых объективными условиями, в первую очередь – материальными произ-

водственными отношениями. Они складываются и существуют независимо от воли и же-

лания отдельных людей, выполняя функции базиса по отношению к «надстройке» - госу-__ дарственным и общественным организациям, формам общественного сознания и соответ-

ствующим им отношениям: правовым, нравственным и т.д. Согласно марксистским пред-

ставлениям, сфера материального производства и базисные, материально-

производственные отношения, испытывая воздействия «надстройки», в конечном счёте, в

основном и главном определяют развитие общества как закономерный поступательный

процесс. При этом необходимость не исключает свободы, проявляющейся в действии

субъективных факторов – компетентных решений, принятых со знанием дела, воли и же-

лания людей, их готовности действовать для достижения общественно значимых целей.

Более того. Именно в марксизме разрабатывался взгляд о возрастании роли субъективного

фактора в историческом процессе, получивший практическое подтверждение в бурных со-

бытиях ХХ – начала ХХ1 веков. Его теоретическая правомерность получила несколько не-

ожиданное обоснование в приложениях идей синергетики к анализу процессов обществен-

ной жизни. Оказывается, активность субъективного фактора (воздействия партий, групп и

даже отдельных выдающихся, или «пассионарных», по Л.Н. Гумилёву, личностей) может в

определённые, переломные периоды истории («точки бифуркации») существенно повли-

ять на выбор одного из возможных путей развития и переход (или перевод) сообщества

на линию этого пути социальных изменений (например, переход «на рельсы» строительст-

ва социалистического общества).

 

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-12-12; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.186.91 (0.055 с.)