Вегетативный субсиндром стресса

Вторая фаза реакции стресса — вегетативная. Если пове­денческое реагирование не принесло успеха в восстановле­нии гомеостаза, начинается мобилизация «глубоких» адап­тационных механизмов. Сигнал о незавершенности реакции является дополнительным стрессором для организма. На смену более специализированной поведенческой адаптаци­онной активности приходит усиление вегетативной неспеци­фической активности. «Доминирование эмоционального суб­синдрома стресса сменяется доминированием вегетативного субсиндрома»- утверждает Л.А.Китаев-Смык. В отличие от первой фазы стрессовой реакции, в которой человек стремит­ся удалить воздействие конкретного психотравматического фактора, вегетативная защита неспецифична и поэтому «мно­гоканальная». Л.А.Китаев-Смык приводит гипотетические структуры основных вегетативных реакций. Например, уси­ление экскреторно-эвакуаторной защитной функции. В ин-тегративных центрах нервной системы некая опасность вос­принимается как яд или токсический метаболит. Принимает­ся решение — освободиться от яда. Результат — усиление эк­скреции жидкости из организма. Увеличивается секреция же­лез, возрастает пото-, слюно-, мочевыделение. Также увели­чивается секреция желез слизистой оболочки желудка и ки­шечника. Содержимое последних выбрасывается благодаря антиперистальтике желудка и усилению перистальтике тол­стого кишечника. Возникает тошнота, рвота и «медвежья бо­лезнь». В этом наблюдается и практический смысл, влажные ладони лучше удерживают противника, а с пустым животом легче убегать или драться. Другая реакция — это усиление ге-моциркулярной функции. Опасность может потребовать ак­тивных действий (бегства или нападения). Решение — пре-

вентивно усилить кровоснабжение органов и тканей. Резуль-
_тат___ учащение и усиление сердцебиения, повышение арте­
риального давления. Повышается свертываемость крови. И

так далее.

При длительной психотравматической ситуации вегета­тивные реакции отмечены у всех людей. Вегетативная реак­ция воспроизводится при воспоминании психотравматичес­кой ситуации достаточно длительное время, что впослед­ствии может стать причиной развития психосоматического

заболевания.

Индивидуальные особенности стрессреакции считаются обусловленными генетическими особенностями перифери­ческой нервной системы, с преобладанием либо симпатичес­кой нервной системы, либо парасимпатической (системы блуждающего нерва — вагуса).

Обнаружено, что при гневе у человека активизируются некоторые парасимпатические реакции; при страхе — симпа­тические, а при чувстве отвращения — те и другие. При стрессе, у людей с преобладанием симпатической нервной си­стемой чаще развивается стеническии, агрессивный ответ, а у людей с преобладанием парасимпатической системы — деп­рессия. Ряд авторов считает, что «преобладание симпатичес­кой регуляции улучшает адаптивные возможности, так как способствует генерализации нервных процессов, повышает сенсорную чувствительность и придает организму силы дей­ствовать соответственно ситуации. Преобладание парасим­патической регуляции ухудшает адаптивные возможности». Описанный феномен был известен с древних времен, Цезарь, отбирая в свои легионы солдат, неожиданно их пугал и на­блюдал за реакцией. Если появлялась гиперемия кожных по­кровов, то такого кандидата брал в легионеры.

Другое гормональное вещество — кортизон также влияет на стрессоустойчивость. Считается, что люди с пониженным количеством кортизона менее подвержены стрессовым реак­циям, а у людей с повышенным его количеством преоблада­ют оборонительные реакции.

Когнитивный субсиндром стресса

Такая структура головного мозга, как лимбическая систе­ма, соединяет подкорковые механизмы с процессами проис­ходящими в коре. Лимбическая система играет важную роль в процессе формирования воспоминаний, а также связана и с аффективными, эмоциональными механизмами. Сознатель­ное понимание — это функция коры головного мозга, таких ее участков, как ассоциативные области зрительных и слухо­вых участков. В момент психотравматической ситуации про­исходит активизация именно подкорковых образований моз­га, а активность коры головного мозга сужается. В результа­те произошедшее событие запомнится в нервной системе, не достигнув ассоциативных участков коры головного мозга, и тем самым не происходит «естественной» коррекции за счет связи, посредством нейронных сетей, с мыслями, ощущения­ми и способностями более высоких уровней. В итоге, воспо­минания потом долгое время будут оказывать сильное эмо­циональное и физическое воздействие.

Всякий раз, вспоминая психотравматическое событие, мозг будет вырабатывать определенное количество нейро-пептидов, активизирующих гипоталамус, и вновь запускаю­щих адреналовую систему стрессреагирования. Рассмотрим эту модель на примере зрения, глаз принимает пучок света и отправляет сигнал в область таламуса, называемую лите-рально-гинекулярное ядро, и затем в визуальный кортекс для обработки. Когда ученые (К. Прибрам) изучали зрительные процессы, то обнаружили, что в этот момент задействованы многие другие области мозга, которые также посылали ин­формацию в визуальный кортекс. Литерально-гинекулярное ядро направляло информацию, хранящуюся в гипоталамусе и лимбической системе. «80% того, что обрабатывает лите­рально-гинекулярное ядро, приходит не от сетчатки глаза, а от других глубоко взаимосвязанных областей мозга» (Фран-сиско Дж. Варела). Таким образом, чтобы ни видел мозг — это только 20% сигналов из окружающего мира, а 80% воспо­минаний. Этот факт является общим принципом для функци­онирования всего мозга. Согласно теории Гросберга (1964г.), сознание есть смесь резонанса между «сырым» восприятием в краткосрочной памяти и множеством ассоциаций из долго-26

очной памяти. Таким образом, психотравматическое вос­поминание может стать своеобразным «фильтром» восприя­тия любой информации.

Согласно мнению Хебба, при стрессе наблюдается улуч­шение перцепции, увеличение быстроты и энергии действий. Автор объясняет это ростом напряжения в ретикулярной формации мозгового ствола, что облегчает прохождение не­рвных импульсов в кору головного мозга. Но высокая акти­вация нарушает и дезорганизует деятельность за счет нару­шения селективности поведения. Даффи считает, что высо­кая активация нарушает способность тормозить моторные реакции, что приводит к импульсивным двигательным реак­циям. По мнению Истербрука, по мере усиления возбужде­ния возникает сужение поля внимания, постепенно уменьша­ется диапазон доходящих извне сигналов необходимых для получения достаточной информации и совершения правиль­ных действий. Концентрация внимания вначале усиливается, поскольку устраняются, прежде всего, несущественные, вто­ростепенные сигналы. Однако при нарастании возбуждения выпадают и сигналы, важные для выполнения задачи и уро­вень организации необходимых действий снижается. Может именно в этом феномене скрывается причина последующих навязчивых репереживаний, которые могут быть попыткой восстановить в памяти все событие, но каких-то деталей для этого не хватает.