ТОП 10:

Причиной гибели Римской империи, как показали классики марксизма-ленинизма, была не валютная катастрофа, а разложение рабовладельческого строя, в результате чего разложилась и римская армия.



Военно-теоретическая мысль в период со II века до н. э. по IV век н. э.

Многочисленные войны в период со II века до н. э. по IV век н. э. нашли свое отражение прежде всего в трудах древних историков. Крупнейшим историком древнего мира во II веке до н. э. (около 210-128 гг.) был Полибий. Он родился в Греции, но много лет жил в Риме. Полибий был очевидцем и участником третьей Пунической войны и советником крупного греческого полководца Сципиона Эмилиана.

«Всеобщая история» Полибия охватывает период от второй Пунической войны (218 г. до н. э.) до завоевания римлянами Греции (146 г. до н. э.). Из 40 его книг до нас дошли полностью первые пять, а другие лишь в отрывках. Из них мы узнаем о стратегии и тактике римских войск. Описание римских войн, по мысли Полибия, должно было показать мощь Рима н бесполезность сопротивления ему отдельных государств. «Всеобщая история» Полибия была идеологическим оправданием стремления римлян к мировому господству, проповедью римской экспансии, подобной экспансии периода [462] Пунических войн. «История» Полиция должна была убедить народы в необходимости подчинения Риму. Поэтому Полибий неоднократно подчеркивает пользу исторических знаний. «Познание прошлого, — пишет он, — скорее всяких иных знаний может послужить на пользу людям»{254}.

Касаясь вопроса о методе исследования, Полибий доказывал необходимость изучать исторические явления в их взаимосвязи, изучать исторический процесс в целом. «Правда, по какой-нибудь части можно получить представление о целом, но невозможные точно познать целое и постигнуть его. Отсюда необходимо заключить, что история по частям дает лишь очень мало для точного уразумения целого; достигнуть этого можно не иначе, как посредством сцепления, сопоставления всех частей, то сходных между собой, то различных, только тогда и возможно узреть целое, а вместе с тем воспользоваться уроками истории и наслаждаться ею»{255}. Затем Полибий указывал на то, что предварительное ознакомление с целым помогает уразумению частей, а знакомство с частностями много содействует пониманию целого. Этот двойной способ изучения истории он считал наилучшим и следовал ему.

Полибий не просто фиксировал события, но и глубоко их анализировал. Историкам и читателям он рекомендовал обращать внимание «не столько на изложение самих событий, сколько на обстоятельства, предшествующие им, сопровождающие их или следующие за ними»{256}. Полибий требовал изучать войны в связи одна с другой, не разрывая их и не вырывая из общей исторической связи отдельные сражения: «По нашему мнению, необходимейшие части истории те, в которых излагаются последствия событий, сопутствующие им обстоятельства и особенно причины их. Так, мы находим, что Антиохова война зарождается из Филипповой, Филиппова из Ганнибаловой, Ганнибалова из Сицилийской, что промежуточные события при всей многочисленности и разнообразии все в совокупности ведут к одной и той же цели. Все это можно понять и изучить только при помощи общей истории, но не из описания одних войн, каковы Персеева или Филиппова; разве кто-нибудь из читателей вообразит, что предлагаемые этими историками описания одних только сражений дают ему верное понятие о последовательном ходе целой войны»{257}. То, о чем правильно говорил древний историк Полибий, требуя изучать все военные события в связи, сознательно игнорировал Дельбрюк, который историю военного искусства свел к простому перечислению сражений. В основе такого антинаучного подхода лежит продиктованное Клаузевицем извращение связи стратегии и тактики, [463] подчинение стратегии тактическим успехам на войне. Уроки же истории говорят о том, что тактика есть часть стратегии, ей подчиненная, ее обслуживающая.

В своей «Всеобщей истории» Полибий главное внимание уделил войтам, что дало основание военным историкам назвать ее «Военной историей». Полибий был знатоком военного дела, он не только описывал войны и сражения, но и исследовал причины побед и поражений, преимущества и недостатки боевых порядков, тактические приемы, стратегические формы. Его анализ военных событий отличается большой глубиной. Имеются все основания назвать Полибия крупным военным историком рабовладельческого общества.

Из историков II века н. э., которые уделяли большое внимание вопросам военной истории, следует отметить Аппиана и Арриана.

Аппиан написал «Римскую историю» в 24 книгах; полностью до нас дошли 9 книг, часть книг имеется в отрывках, некоторые утрачены вовсе. Сохранились книги, описывающие войны, — «Ганнибалову», «Митридатову», «Гражданские».

Характеризуя Аппиана, Энгельс писал: «Из древних историков, которые описывали борьбу, происходившую в недрах римской республики, только Аппиан говорит нам ясно и выразительно, из-за чего она велась: из-за землевладения»{258}. Маркс говорил, что Аппиан «...старается докопаться до материальной подкладки этих гражданских войн»{259}. В этом ценность работ Аппиана.

По словам Аппиана, цель его работы заключается в том, чтобы прославить «доблесть римлян». Причину могущества императорского Рима он видел в том, что римляне «превзошли всех своею доблестью, выдержкой и упорством». Прославляя величие рабовладельческого императорского Рима, Аппиан старался доказать целесообразность порабощения римлянами народов Европы, Азии и Африки. Такова классовая сущность «Римской истории», и именно эта сторона работы Аппиана привлекала и привлекает внимание идеологов реакционных классов.

Арриан одно время был римским полководцем. Его работа «Анабазис Александра» составлена по первоисточникам и дает довольно достоверный материал о войне Македонии с Персией. Обращение римского писателя к македонскому периоду должно было вооружить римских военачальников боевым опытом Александра Македонского и познакомить их с ближневосточным театром военных действий.

Характерной особенностью крупных историков древнего мира было то, что их исторические взгляды в большинстве случаев [464] являлись наивно-материалистическими, а военная и общая история излагались в тесной, неразрывной связи.

Военно-исторические работы накапливали фактический материал, который требовал теоретических обобщений. В этом направлении и развивалась военно-научная мысль. Военная теория, как таковая, прежде всего выступала в исторической форме, в виде тематизированных военно-исторических примеров («Стратегемы» Фронтина, Полиена и др.).

Фронтин жил в I веке н. э. Он сочетал военную и государственную деятельность с теоретической работой. В Британии, будучи легатом, он, по словам Тацита, «покорил сильное и воинственное племя силуров, одолев не только мужество врагов, но и природные трудности».

В своей работе Фронтин прежде всего дал определение «Стратегемам», как кратким записям исторических «деяний полководцев». В «стратегемах» современные «полководцы получают в свое распоряжение образцы продуманности и прозорливости, которыми будет питаться их собственная способность самим придумывать и создавать подобные военные планы; кроме того, сравнение с уже проверенным опытом позволит не бояться последствий новых замыслов»{260}. «Стратегемы» — это обозрение всех видов военных хитростей, собранных из исторических трудов и систематизированных по типам. Стратегия же, по определению Фронтина, это все то, что «полководец совершает по заранее обдуманному плану, надлежащим образом, со всей официальностью и постоянством»{261}.

«Виды военных хитростей» Фронтин систематизировал, исходя из последовательности развертывания военных действий. Он различал четыре основных вида: подготовку боя и создание благоприятной для себя обстановки, ведение боя и обеспечение победы, осаду и оборону крепостей, поддержание в армии дисциплины. Авторство этого последнего раздела «Стратегем» взято под сомнение.

Необходимыми условиями подготовки боя и обеспечения успеха Фронтин считал сохранение в тайне своих планов и разведывание планов противника, действия сообразно с обстановкой, устройство засад, непрерывное пополнение снаряжения, распыление сил противника и оказание морального воздействия на свои войска. Последнее означало: успокоить солдатский мятеж, сдержать несвоевременный порыв к бою, создать боевое настроение в войске, рассеять страх, внушенный неблагоприятными предзнаменованиями.

Успех в бою, по словам Фронтина, обеспечивается правильным выбором времени и места для боя, верным построением боевого порядка и дезорганизацией рядов противника, [465] организацией засад, устройством «золотого моста» для противника, сокрытием своих неудач и решительным восстановлением боевого порядка. После удачного боя надо завершить разгром противника, при неудаче следует умело выправить положение, не давая возможности войску пасть духом.

Для успешного штурма крепости Фронтин рекомендовал обеспечить внезапность штурма, ввести осажденных в заблуждение в отношении характера действий наступающих, вызвать предательство в их рядах, создать у осажденных недостаток в припасах, не допустить подхода подкреплений, отвести реки и испортить воду, морально воздействовать на осажденных (внушить, что осада будет длительная, навести страх), ворваться в крепость с той стороны, откуда осажденные не ждут противника, и заманить осажденных в засаду, осуществив притворное отступление. Для успешной обороны крепости необходимо быть бдительным, подводить подкрепления и подвозить провиант, бороться с изменниками и перебежчиками, производить вылазки и обеспечивать стойкость осажденных.

В последнем разделе «Стратегом» говорится о мерах обеспечения дисциплины в армии, о справедливости, стойкости, доброжелательности и умеренности, которые способствуют поддержанию высокой воинской дисциплины.

Особенностью книги Фронтина является то, что он не описывает все эти требования военного искусства, а иллюстрирует их большим количеством поучительных исторических примеров, изложенных в лаконичной форме. Ограниченность такого изложения заключается в том, что исторические факты рассматриваются вне связи с обстановкой и отдельные моменты таковой превращаются в абсолют. Так, например, он пишет, что исход боя под Каннами решил ветер, который нес пыль в глаза римлянам.

В I веке н. э. некоторые военные теоретики уже пытались освободить изложение от исторической формы, ограничиваясь редкими ссылками на исторические примеры. Военно-теоретические вопросы систематизировались, и труды принимали форму наставлений. Примером такой военной литературы являются «Наставления военачальникам», написанные в середине I века н. э. Онисандром. В этой книге автор стремился дать военачальнику рекомендации по большому количеству практических вопросов, начиная с требований, которые предъявляет к полководцу война.

В своей работе Онисандр большое внимание уделил вопросу о том, как обеспечивать, сохранять и умножать моральную стойкость войска. В этой связи он говорит, что войну надо начинать «по справедливой причине». «Я думаю, — пишет он, — что должно прежде всего убедиться в необходимости войны и открыть всему свету справедливость причин, побуждающих начать таковую. Это — единственное средство обратить [466] на себя благоволение божества, получить помощь небес и ободрить войско к перенесению опасностей боевых действий. Люди, спокойные в своей совести и убежденные в том, что они не делают несправедливого нападения на других, а только защищают свою безопасность, к достижению этого употребляют все свои силы; между тем, как те, которые полагают божество разгневанным несправедливою войною, от этой мысли приходят в боязнь, чтобы от неприятеля не случилось им претерпеть какого-нибудь бедствия»{262}.

В I веке н. э. господствующий класс Римской империи стремился главным образом обеспечить за собой сохранение завоеванных ранее территорий и подавлял сопротивление порабощенных народов. Выполнение этой задачи Онисандр называл «справедливой причиной» оборонительной войны. Убеждение воинов в справедливом характере войны должно было увеличивать их моральную стойкость в бою. Фактически римская рабовладельческая армия вела несправедливые, грабительские войны. Поэтому задача идеологов римских рабовладельцев заключалась в том, чтобы замаскировать истинный характер войн, изображая их войнами, ведущимися с целью защиты безопасности государства. В качестве средства идеологического воздействия Онисандр рекомендовал использовать религию, обещавшую в «справедливой» войне помощь божества и религиозными гаданиями во время жертвоприношений предсказывавшую успешный исход войны. Вселить в войска уверенность в победе автор «Наставлений военачальникам» считал одной из важнейших задач полководца.

Второй основой успешной войны Онисандр называл план войны, значение которого он сравнивал со значением фундамента дома. Без прочного фундамента дом развалится, говорил он, так и на войне нельзя достигнуть успеха без хорошо продуманного плана ее ведения, без которого войско можно измотать, расстроить и подвергнуть опасности поражения. План войны надо разрабатывать «на прочных основаниях», не оставляя без внимания ни одного средства, необходимого для улучшения своего войска и флота. Онисандр одним из первых пытался выявить значение плана войны.

Переходя к изложению основ успешных военных действий, древний теоретик начинает с вопроса организации походного движения. Прежде всего, по его мнению, надо обеспечить порядок на марше и постоянную готовность армии к бою даже в том случае, когда противник находится далеко. Средством обеспечения безопасности марша является войсковая разведка, которую надо поручить коннице. При форсировании горных проходов Онисандр рекомендовал предварительно занять несколькими отрядами горные вершины. При расположении на [467] отдых, хотя бы на один день, необходимо устроить укрепленный лагерь (с валами и рвом) и организовать сторожевое охранение, усиливаемое на ночь. При более длительном отдыхе и в период, когда непосредственные боевые действия не ведутся, опытный полководец всегда должен организовать обучение своих войск «потому, что войско, сколько бы ни было утомлено, должно считать обучение отдыхом, верным способом сражаться так, чтобы не страшиться никаких военных опасностей»{263}. Тут же древний теоретик предупреждает о том, что безделье расшатывает воинскую дисциплину и резко снижает боеспособность войск.







Последнее изменение этой страницы: 2016-09-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.168.112.145 (0.008 с.)