ТОП 10:

Двухмерная мозаика и молекулы.



В описанном случае, как и при целом ряде других исследова­тельских моделей, которые обобщенно могут быть названы мозаич­ными (шахматными) автоматами (tesselation automata) (von Neumann 1966; Gardner 1971), исходным пунктом служит генерализация физи­ческой ситуации. По сути, определяется некая область, в которой про­странственно различимые компоненты взаимодействуют между собой, формируя тем самым единую совокупность процессов, определяющих события среди этих компонентов. Именно таким образом происходит все в молекулярной среде, когда аутопоэз, в том виде, в каком мы себе его представляем, имеет место. Однако с целью понимания и изучения понятия аутопоэза целесообразно встать на более общую точку зре­ния, как мы здесь и сделали, и обратиться к мозаичной среде, в кото­рой физическое пространство заменяется любым другим (двухмерным в данной модели), а молекулы - элементами, наделенными определен­ными свойствами. Во всех случаях феноменология остается неизмен­ной, а именно - автономное самоподдержание целостности в течение всего периода организационной инвариантности во времени.

Очевидным является тот факт, что аутопоэтическая система не может состоять из компонентов, обладающих простыми свойствами. В настоящем случае мы потребовали, чтобы компоненты были специ­фичными во взаимодействиях друг с другом по способу соединения, по своей мобильности и распаду. Ни одно из этих свойств не может считаться второстепенным при формировании аутопоэтической сис­темы. Существенная особенность - наличие связи, которая образуется в результате динамических процессов таким образом, что эта связь создает условия, необходимые для протекания этих же динамических процессов. Указанные свойства должны подсказать те требования к типу молекул, которым они должны удовлетворять при построении из них аутопоэтической системы в молекулярной среде. Мы полагаем, что попытка синтезировать молекулярный аутопоэз может быть пред­принята уже сегодня, как это выглядит в случаях с микросферами и липосомами (Fox 1965; Bangham 1968), если рассматривать их с пред­лагаемого угла зрения. К примеру, липосома, чьи мембранные липид-ные компоненты синтезируются и/или модифицируются в процессе химических реакций, происходящих между этими компонентами только при наличии определенной концентрационной среды, созда­ваемой внутри липосомной мембраны, воссоздавала бы аутопоэтиче­скую систему. Эксперименты в таком русле не проводились, хотя они служат потенциальным ключом к развязке проблемы происхождения живых систем.

 

Резюме.

Подведем итог по основным представлениям, развитым в данной работе:

А. Существуют механистические системы, определяемые осо­бенностью своей организации как единые целостности, названные на­ми аутопоэтическими. Эти системы отличаются от любых других ме­ханистических систем тем, что продукты их активности по определе­нию обязательно являются частью самой этой же системы. В случае разрыва единой сети процессов, составляющих аутопоэтическую сис­тему, данная система разрушается.

В. Феноменология аутопоэтической системы - это феноменоло­гия автономности: любые изменения состояний (внутренних связей) в системе, не ведущие к распаду, являются изменениями в аутопоэзе, способствующими реализации этого аутопоэза.

С. Аутопоэтическая система возникает спонтанно в результате взаимодействия первоначально независимых элементов в том случае, когда эти взаимодействия составляют пространственно неразрывную сеть производящих процессов, реализующих себя в качестве некоего единства, сформированного в области существования его составных частей.

D. Свойства отдельных компонентов аутопоэтической системы не определяют свойств, присущих ей как целостности. Свойства ауто­поэтической системы (что верно в отношении любой системы) определяются способом построения данной целостности и являются, по сути, свойствами той сети, которая производит и сама является про­дуктом своих компонентов. Следовательно, приписывать определяю­щую роль какому-либо одному компоненту или его свойству на том основании, что оно кажется «существенным», будет заблуждением. Другими словами, все компоненты и их свойства, как и обстоятельст­ва, делающие возможным существование данных продуктивных взаи­модействий, являются необходимыми, если только они принимают участие в процессе реализации аутопоэтической сети; и ни одно из них в отдельности не может являться определяющим конституцию данной сети, либо ее свойств как единой целостности.

 

Ключевой алгоритм.

Ниже приведен шестиступенчатый алгоритм для определения того, является ли данный объект (unity) аутопоэтической системой или нет:

1. Определите по взаимодействиям, содержит ли данный объект идентифицируемые связи. Если связи могут быть установлены, пере­ходите к 2. Если нет - объект не характеризуем и мы ничего не можем о нем сказать.

2. Определите, существуют ли конститутивные элементы данно­го объекта, т.е. компоненты целостности. Если такие компоненты мо­гут быть описаны, переходите к 3. Если нет - объект представляет со­бой неанализируемое целое и, следовательно, не является аутопоэти­ческой системой.

3. Определите, является ли объект механистической системой, т.е. удовлетворяют ли свойства составных частей определенным усло­виям связей, которые для данного объекта определяют пути взаимо­действий и преобразований самих этих компонентов. Если это так, пе­реходите к 4. Если нет - объект не является аутопоэтической систе­мой.

4. Определите, действительно ли компоненты, входящие в сис­тему связей данного объекта, реализуют эти связи преимущественно посредством взаимодействий с соседними элементами или друг с дру­гом, как это определено их свойствами в области указанных взаимо­действий. Если это не так, перед вами не аутопоэтическая система, по­скольку вы определяете ее связи, но не целостность как таковую. Если 4 верно, переходите к 5.

5. Определите, являются ли элементы связей в объекте продук­том взаимодействий компонентов в системе, - либо путем преобразо­вания произведенных перед этим компонентов, либо путем преобразо­ваний и/или связывания элементов, не являющихся составными час­тями (компонентами), но которые вовлекаются в данную единицу це­лостности по мере формирования связей. Если это не так, перед вами не аутопоэтическая система; если да - переходите к 6.

6. Если все другие компоненты целостности в такой же мере яв­ляются результатом взаимодействия ее составных частей, как в случае 5, и если те из них, которые хотя и не являются производными взаи­модействия ее компонентов, но принимают участие в качестве необ­ходимых постоянных конститутивных компонентов, у вас - аутопо-этический целостный объект, реализованный в области существова­ния его составных частей. Если это не так и существуют компоненты, которые не являются производными других компонентов целостности как в случае 5, либо внутри объекта существуют компоненты, не при­нимающие участия в производстве других компонентов, перед вами не аутопоэтическая система.

 

Благодарности

Авторы хотели бы выразить свою благодарность членам Лабора­тории Биологических Компьютеров Иллинойского университета в Ур­бане, в частности, Richard Howe, Heinz von Foerster, Paul E. Weston и Kenneth L. Wilson за их постоянную поддержку, дискуссии и помощь в работе по уточнению и разъяснению введенных нами понятий.

 

Литература

Bangham, D.D., 1968, Membrane models with phospholipids, Progr.

Biophys. Mol. Biol, 18,29. Fox, S., 1965, A theory of macromolecular and cellular origins, Nature, 205, 329.

Gardner, M., 1971, On cellular automata, self-reproduction, the Garden of Eden, and the game „life", Sci.Amer.,224 (2), 112.

Maturana, H.R. and F.G.Varela, 1973, De maquinas у seres vivos, (Editorial Universitaria, Santiago), von Neumann, J., 1966, The theory of self-reproducing automata, ed. A. Burks (University of Illinois Press, Urbana).

 

ПРИЛОЖЕНИЕ Б к Главе 4:

Франциск Варела Автономность и аутопоэз[64]

 

Введение

Понятие аутопоэза является определяющим в сдвиге представ­лений о биологической феноменологии: оно подразумевает, что меха­низмы, лежащие в основе самопроизводства, служат ключом к пони­манию, как разнообразия, так и уникальности живого. Тем самым, ин­терпретация таких явлений как репродукция, эволюция и когнитивная феноменология обретает другое направление.

В 1973 году Умберто Матураной и мною была предложена кон­кретная характеристика аутопоэза, а также того, что из этого следует (Maturana, Varela 1973). Однако лишь в ретроспективном рассмотре­нии стало более понятно, какой круг проблем мы охватили. При рас­смотрении самопроизводства в качестве ключевого механизма всей биологической феноменологии, основной акцент перемещается от ас­пекта управления к аспекту автономности. И действительно, понятие аутопоэза можно рассматривать как характеризующее те механизмы, которые наделяют живые системы свойством автономности; аутопоэз - воплощение автономности живого.

Тот факт, что произошла смена представлений, в результате ко­торой природа автономности снова оказалась в центре внимания, - от­дельная тема. Свою точку зрения на этот вопрос я изложил в своей не­давней книге (Varela 1979). Целью данной работы я вижу представле­ние четких соображений относительно механизмов автономности вне зависимости от того, является она аутопоэтической или нет. Различие между аутопоэзом - свойством целостности живых организмов в фи­зическом пространстве, и автономностью - общим феноменом, при­сущим также другим областям взаимодействий, является предметом постоянной путаницы и по-прежнему остается не проясненным.

Таким образом, в данной работе я надеюсь проделать следую­щее: первое - предложить характеристику того, что представляет со­бой автономная система, или точнее, какие механизмы позволяют сис­теме быть в той или иной степени автономной; второе - применить указанную характеристику к трем конкретным случаям; третье — пред­ложить некоторые соображения относительно формализации этих идей; и четвертое - в заключение я приведу несколько комментариев по поводу связи автономности с когнитивными феноменами.

 

Организационная закрытость

Общность других автономных систем с живыми системами за­ключается в том, что адекватное распознание их целостности (unit) неразрывно связано с организацией и оперированием данной целост­ности и возникает в том сомом пространстве, которое эта организация специфицирует. Это - именно то, что подразумевается под автономно­стью: утверждение индивидуальности системы посредством ее функ­ционирования таким образом, что наблюдение становится возможным благодаря сцепленности наблюдателя и данной единицы целостности в той области, в которой эта целостность оперирует.

Что является неудовлетворительным в отношении применимо­сти аутопоэза для характеристики других целостностей, проявляющих меру автономности, становится очевидным из этого же определения. Отношения, характеризующие аутопоэз, являются отношениями про­изводства составных частей. Далее, идея производства составных час­тей подразумевает в качестве своего воплощения химическое произ­водство. Из такого понимания производства составных частей следует, что те случаи аутопоэза, которые мы действительно можем продемон­стрировать, - такие как живые системы или примеры, описанные Варелой и др. (1974), в качестве отличительного критерия имеют тополо­гическую границу, а процессы, их определяющие, протекают в физи­ческом или квазифизическом пространстве — актуальном, либо воссоз­данном при помощи компьютера.

Таким образом, идея аутопоэза по определению сводится к от­ношениям производства определенного типа и подразумевает наличие топологической границы. Указанных двух условий оказывается явно не достаточно для характеристики других систем, проявляющих свой­ство автономности. Возьмем, к примеру, некое животное сообщество: определенно, границы целостности не являются топологическими и описание социальных взаимодействий в терминах производства со­ставных частей выглядело бы довольно натянутым. Конечно же, таковые вовсе не являются теми измерениями, которыми пользуется, ска­жем, энтомолог, изучающий сообщества насекомых. Точно так же су­ществуют предположения о том, что некоторые общественные систе­мы, созданные человеком, такие, каковым является институт, следует рассматривать как аутопоэтические (Beer 1975; Zeleny, Pierre 1976). На основании того, что я сказал, я полагаю, что данные предположения представляют собой категориальные заблуждения: в них смешиваются понятия аутопоэза и автономности. Вместо этого я предлагаю изучить примеры, предлагаемые нам автономностью живых систем и превра­тить их в операциональную характеристику автономности в общем смысле, живой либо какой-то другой.

Автономные системы представляют собой механические (дина­мические) системы, определяемые собственной организацией. Общее, что объединяет все автономные системы, - это то, что они являются организационно закрытыми. Определим теперь данный термин.

Определение

Организационно закрытая единица целостности (unity) опреде­ляется в качестве составной целостности сетью взаимодействий ее со­ставных частей, которые (а) посредством взаимных контактов рекур­сивно воссоздают сеть тех взаимодействий, которые их же произвели, и (б) актуализируют данную сеть как некое единство в пространстве, в котором существуют данные составные части, таким образом, что конституируют и специфицируют границы целостности как акт обо­собления от фона.

В связи с этим некоторые комментарии:

1. Процессы, специфицирующие закрытую организацию, могут быть любого типа и происходить в любом пространстве, определяемом свойствами составных частей, которые конституируют данные процессы. Примерами таких процессов служат: производство со­ставных частей, описания событий, переупорядочение элементов, а также, в общем смысле, вычисления любого рода, осуществляемые в природе или человеком. В таком понимании каждый раз, когда определяют процессы и представляют их специфичность как орга­низационную замкнутость, определяют некий класс целостностей. В частности, если мы рассматриваем процессы производства ком-

понентов, протекающие в физическом пространстве, то организа­ционная закрытость является идентичной аутопоэзу.

2. Процессы, составляющие систему, могут комбинироваться и взаи­модействовать друг с другом в самых разнообразных формах. Ор­ганизационная замкнутость же представляет собой ту единствен­ную форму, которая возникает при круговой связи процессов, в ре­зультате которой образуется сеть взаимозависимостей. Как только такая кругообразность однажды возникает, ее процессы конституи­руют самоисчисляемую организацию, в которой согласованность достигается в ходе ее собственной активности, но никак не посред­ством вмешательства внешних факторов. Таким образом, граница целостности, в каком бы пространстве данные процессы ни проте­кали бы, неразрывно связана с активностью самой системы. В слу­чае нарушения организационной замкнутости, исчезает и целост­ность. Это служит характеристикой автономных систем.

3. Мы можем вступать во взаимодействие с установленной автоном­ной системой, поскольку существует критерий для ее распознава­ния в некоем пространстве. Однако, если при ближайшем рассмот­рении распознавание оказывается не связанным с активностью са­мой системы, то в таком случае либо целостность не является орга­низационно закрытой, либо наблюдатель описывает ее в измерении, которое не является одним из тех, в которых данные организацион­ные процессы имеют место. Только в случае, когда организация и распознавание связаны между собой, мы имеем автономную систе­му, которая может возникнуть лишь посредством организационной закрытости.

4. В процессе характеристики организационной закрытости ничего не препятствует тому, чтобы наблюдатель сам являлся частью процес­са спецификации системы, причем не только путем ее описания, а в качестве одного из звеньев общей сети процессов, которые опреде­ляют данную систему. Такая ситуация в частности проявляется в том случае, когда наблюдатель не в состоянии шагнуть за пределы целостности, чтобы определить ее границы и, соответственно, ок­ружающую среду, однако он всегда связан с функционированием целостности в качестве одной из определяющих ее составных час­тей. В таких случаях, под которые попадает большинство автоном­ных социальных систем, характерными являются процессы, при ко­торых уже само описание системы изменяет ее. На каждой стадии наблюдатель взаимодействует с системой, осознавая нечто, что приводит к модификации его связей с данной системой. Собствен­но говоря, это - не что иное, как герменевтический круг актов ин­терпретации, на котором основывается вся человеческая деятель­ность.

5. Как и в случае аутопоэза, организационная закрытость создает еди­ницу целостности, которая, в свою очередь, специфицирует фено­менологическую область. Таким образом, с каждым классом замк­нутости ассоциирована определенная область. И всякий раз, когда подобная феноменология обретает определенное многообразие и значимость, соответствующее наименование дается как явлениям, так и типу замкнутости; так происходит в случае аутопоэза и био­логической феноменологии. Другими примерами служат закрыость языковых взаимодействий и феноменология общения.

6. Очевидным является и то, что, как только благодаря замкнутости возникает некая единица целостности, она тут же специфицирует область, с которой она может взаимодействовать без потери собст­венной идентичности. Такая область является областью дескрип­тивных взаимодействий, соотносящихся с окружающей средой так, как это видится с позиции наблюдателя, т.е. является когнитивной областью для данной единицы целостности. Механизмы индиви­дуализации (identity), производство феноменальной области, а так­же когнитивная область - все они являются взаимосвязанными по­нятиями, группирующимися вокруг способа спецификации орга­низации путем замкнутости в данной области.

 

Тезис закрытости

Роль, которую живые системы играют при описании организа­ционной закрытости, носит парадигмальный характер. Аутопоэз - это один из частных случаев автономии, не синонимичный с нею. Однако, ввиду наличия у нас детальных знаний о живых системах, а также ввиду существования элементарных случаев автономности, каковыми являются клетки, аутопоэз живых систем носит весьма показательный характер. Существует множество свидетельств и наблюдений в биоло­гии, которые подтверждают аутопоэтическую природу организации живого.

Более того, по-видимому, во всех природных системах, изучен­ных на сегодняшний день до мельчайших деталей, обнаруживается рекурсивная взаимозависимость протекающих в них процессов. Одна­ко, чтобы доказать данное утверждение, не достаточно простого пере­числения эмпирических фактов из разных областей. Дело в том, что способ организации эмпирического материала сам является функцией базовых теоретических принципов, принятых изначально. Таким обра­зом, наш подход предполагает движение в противоположном направ­лении: мы превратим имеющийся багаж знаний в теоретическое ут­верждение, а затем применим его к некоторым областям и подтвердим его достоверность путем демонстрации его эффективности. Это базо­вое теоретическое утверждение звучит следующим образом:

Тезис Закрытости

Каждая автономная система является организационно закрытой.

Под данным тезисом я подразумеваю нечто типа эвристического проводника, основывающегося на эмпирических фактах и придающе­го некий точный смысл интуитивному пониманию. В таком смысле это становится сродни тезису Чёрча из теории исчислений, согласно которому смутное понятие исчисдяемости провозглашается эквива­лентным некоей рекурсивной функции, основанной на том факте, что все, принимаемое по согласию на сегодняшний день в качестве эффек­тивного действия, является выразимым в терминах рекурсивных функций. Так же и здесь, опираясь на наши знания о природных сис­темах, неясное понятие автономности мы провозглашаем эквивалент­ным организационной закрытости. Отныне задача сводится к изуче­нию того, что организационная закрытость может нам дать.

 

Частные случаи

Из выше изложенного должно быть ясно, что для того, чтобы некуга частную единицу целостности классифицировать как организа­ционно закрытую, необходимо (а) ясно обозначить ее составные час­ти и показать, что они удовлетворяют взаимодействиям, специфици­рованным по определению, и (б) ясно обозначить взаимодействия и также показать их соответствие определению. Без прояснения указан­ных двух пунктов применение данного подхода оказывается не более чем абстракцией. По этой же причине он оказывается ограниченным ввиду того, что в отношении многих случаев выполнить данные тре­бования оказывается чрезвычайно трудно, либо вообще невозможно.

На мой взгляд, в рамках биологических систем существует три случая, когда в отношении единицы целостности достоверно показана ее организационная замкнутость. Вот они:

1. Клеточные системы: в данном случае компонентами являются мо­лекулы, а взаимодействиями - химические процессы производства. Это делает клетку аутопоэтической системой, как это показано в другой работе (Maturana, Varela 1973), следовательно, системой ор­ганизационно закрытой.

2. Иммунная система: здесь компонентами являются клоны лимфоци­тов, а взаимодействиями - процессы молекулярной коадаптации между поверхностными детерминантами лимфоцитов. Как было показано в другой работе (Vaz, Varela 1978), такая характеристика приводит к весьма показательной замкнутости, наиболее отчетливо заметной, к примеру, в отношении недавно продемонстрированных антиидиотипических антител. Интерпретация иммунной системы в качестве организационно закрытой ведет, в свою очередь, к совер­шенно другой перспективе по сравнению с классическим подходом Берне. Вряд ли я мог бы сказать здесь что-либо еще, кроме того, чтобы призвать читателя обратиться к подробной дискуссии на эту тему (см. также Varela 1979).

3. Нервная система: здесь компоненты - «нейроны», как в качестве отдельных клеток, так и в качестве агрегатов, обладающих опреде­ленной функциональной согласованностью (таких как корковые столбцы). Взаимодействия - состояния относительной активности, распространяемой посредством синаптических соединений. Такая точка зрения па нервную систему, как на закрытую, первоначально была представлена Матураной (1969) и разрабатывалась впоследст­вии (Maturana, Varela 1973; Maturana 1978). Данная точка зрения на автономность нервной системы имеет существенные следствия для понимания когнитивных процессов, а также того, что представляют собой информационные взаимодействия. Некоторые из этих след­ствий будут оговорены мною ниже.

В каждом из этих случаев, как показано, некая единица целост­ности демонстрирует автономное поведение, что указывает на некий весьма существенный аспект системы. В каждом из трех случаев составные части и взаимодействия различаются. Как следствие, области существования этих систем также весьма различны. Так, иммунная система определяет свои границы не топологически, а скорее в про­странстве молекулярных конфигураций, специфицируя тем самым, какие формы могут быть вовлечены в происходящие взаимодействия в системе в каждый конкретный момент времени. Эта форма автоном­ности связана (но не является идентичной) с автономностью всего ор­ганизма, в котором данная иммунная система существует.

Я полагаю, что многие другие естественные системы обнаружи­вают организационную закрытость каких-то специфических видов, отличающихся от выше упомянутых. Их характеристика - сугубо эм­пирическая проблема, нам же остается ждать, куда приведет разработ­ка этой проблемы в дальнейшем.

 

Собственные величины[65]

В определенном смысле идея организационной закрытости обобщает классическое понятие стабильности систем, которое было предложено в 1930-х годах и которое кибернетики унаследовали из области классической механики. А именно в том, что, согласно дан­ному аппарату формализма, система может быть представлена как сеть взаимозависимых переменных, чей паттерн когерентности (в ста­бильных траекториях фазового пространства) обеспечивает критерий различия (переменные принимаются поддающимися наблюдению). В литературе описаны многие модели такого типа, среди которых - ги­перциклы Эйгена и Шустер (1978).

Так, для некоторых примеров стабильность динамической сис­темы может рассматриваться в качестве организационной закрытости автономной системы. Однако не следует смешивать эти две идеи - ди­намической стабильности и закрытости, первая является частным вы­ражением второй, поскольку стабильность - это частный случай раз­граничения. И действительно, теория дифференцируемых динамиче­ских процессов не подходит для ряда интересующих нас систем (таких как общение, нервная система и им подобные), поскольку они на не­сколько уровней удалены от своего физико-химического фундамента. Данные ограничения проявились драматическим образом в предыду­щих попытках использования теории дифференцируемых динамиче­ских процессов для общей характеристики живых систем (Iberall 1973).

Настоящий подход подразумевает обобщение понятия стабиль­ности до понятия когерентности или пригодности, понимаемой как способность быть различимым (отличимым от) в некоей среде; а во­площение такой когерентности - как обобщение до какой-либо формы бесконечной рекурсивности процессов, которые придают данной сис­теме свойство целостности.

Теперь общая задача формализации автономности сводится к рассмотрению ситуаций, в общем виде характеризуемых как:

где F - любые процессы, взаимодействия, реорганизации, а Ф - форма отношений между этими процессами, форма их взаимозависимости. Мы могли бы назвать это точечно зафиксированной репрезентацией (fixed-point representation) закрытости. В этом состоит ключевой ас­пект формализации, но он не единственен: аспект отграничения также принимается во внимание в неявном виде.

Выражения типа (1) могут быть названы самореферентными: F говорит нечто о себе, а именно, что имеет место Ф (F). Я настаиваю на том, что понятие самореферентности (кругообразности, бесконечной рекурсивности) лежит в основе механизма автономности и является поистине circulus fructuosm, и нам необходимо реабилитировать его формальное использование. На базовом уровне я представил свою точку зрения относительно сказанного в терминах основополагающего акта различения (Varela 1975; Varela, Goguen 1978; Kauffman, Varela 1979; Varela 1979). Я не буду пересказывать здесь эти идеи. Однако, уместно будет сказать, что не существует причин, по которым не мог­ло бы существовать математической теории кругообразных процессов в системе. Это, безусловно, позволяет говорить об определенных кон­цептуальных и формальных нововведениях, однако не более, чем, к примеру в случае довольно странной теории неопределенности.

Одним из возможных способов формализации замкнутости, по­зволяющим обойти слабые места теории дифференцируемых динами­ческих процессов, является сдвиг в область алгебраического про­странства (Goguen, Varela 1979; Varela 1979). Базовым математиче­ским понятием в данном случае служит область оператора, в которой взаимодействия компонентов выражаются в качестве разветвленно-стей (возможно бесконечных) таких операторов. Закрытость характе­ризуется как точечно фиксированные решения данной взаимозависимости; такого рода фиксированные решения могут быть названы соб­ственными величинами (eigenbehaviours), так как они выражают собой инварианты, специфицируемые самой системой. Такой подход бази­руется на работах Скотта (Scott 1971; Goguen et al. 1978) по семантике языков ЭВМ. Он имеет то значительное преимущество, что не ограни­чен количественными рамками, накладываемыми теорией динамиче­ских процессов, будучи тем самым более подходящим для систем, проявляющих автономность в областях, расположенных на высших уровнях по сравнению с термодинамическим контекстом физико-химических взаимодействий (дальнейшие дискуссии и примеры см. в Varela 1979).

Очевидно, что еще многое предстоит открыть в области фор­мального инструментария вообще. Я вовсе не считаю, что сказанное должно считаться единственно возможным подходом. Безусловно, существует еще целый ряд формальных проблем, порожденных меха­низмами автономизации, которые долы быть разрешены каким-то спо­собом, отличным от сугубо поверхностного подхода. Например, что представляют собой адекватные области операторов в случае иммун­ных или нервных сетей? Как можно уложить в данные рамки факторы возмущения окружающей среды?

 

Выводы

Вооружившись представленным понятием замкнутости, теперь важно остановиться на какой-то момент, чтобы разобраться в том, что автономность привносит в понимание когнитивности, в противном случае мы рискуем утратить главную интенцию цепи наших рассуж­дений.

По моему мнению, две главные темы выступают в качестве дви­гателей данной исследовательской программы. Первая - это автоном­ность, присущая природным системам. Вторая - их когнитивные воз­можности. Эти две темы находятся в отношении друг к другу подобно внутренней и наружной стороне окружности, изображенной на плос­кости: разделенными, но в то же время соединенными рукой, их нари­совавшей.

Буквально автономность - это самоуправление. Чтобы понять, что это означает, проще противопоставить ее зеркальному отражению, аллономии, либо управлению извне. Т.е. тому, что мы называем кон­тролем. Оба изображения - автономность и контроль - находятся в состоянии непрерывного танца. Один представляет собой производст­во, внутреннюю регуляцию, утверждение собственной индивидуальности: определение изнутри. Другой представляет собой потребление вход и выход, утверждение чужой индивидуальности: определение снаружи. Их взаимодействие простирается в широких пределах, от ге­нетики до психотерапии. Главная парадигма при взаимодействии с контролируемой системой - инструкция, а нежелательные следствия этого - ошибки. Главная парадигма при взаимодействии с автономной системой - общение, а нежелательные следствия этого - трудности в понимании.

Отныне, то, каким способом идентифицируется и специфициру­ется система, неотделимо от того, как мы понимаем когнитивную ак­тивность. Характеристика в терминах контроля тесно связана с пони­манием информации как инструкции и репрезентации. Однако это во­все не является обязательным, если мы характеризуем систему как ав­тономную. Таким образом, перепроверка того, как система специфи­цирует собственную индивидуальность, означает ipso facto установле­ние того, что может подразумеваться под информационной активно­стью. Мы приходим к точке зрения, что, чем бы информация ни была, она не является инструкцией, но скорее - конструкцией; не репрезен­тацией, а скорее - тем способом, благодаря которому адекватное по­ведение обеспечивает жизнеспособность системы в процессе ее функ­ционирования.

Другими словами, за господствующей точкой зрения в отноше­нии контроля и информации-как-репрезентации мы находим целое со­звездие философских высказываний о том, как мы сами себя соотно­сим с природными системами. Я говорю не только о живых сущест­вах, но и о других совокупностях, таких как экологические сети, ад­министративные комплексы и т.д. Розенберг удачно охарактеризовал господствующие точки зрения такого типа как «компьютерный образ» («geslalt of the computer») (Rosenberg 1974). Он прав, как я полагаю, дважды. Во-первых, с традиционных позиций это действительно вы­глядит как перцептивный образ, что делает весьма затруднительным определить собственное положение со стороны. Во-вторых, компью­тер является воплощением той ключевой метафоры, на которой бази­руется все остальное. Согласно подходу «компьютерный образ», ин­формация становится эквивалентной тому, что она репрезентирует, а сама репрезентация означает корреляцию между некими символиче­скими единицами в одной структуре и такими же единицами в другой.

Если мы примем во внимание аспект автономности естествен­ных систем, то валидность компьютерного образа становится под во­просом. В мозге не существует никого, к кому бы мы могли обратить­ся для подтверждения соответствия. Так же как и другие естественные системы, все, чем мы располагаем, - это лишь определенные регулятивы, которые интересуют нас как внешних наблюдателей, имеющих доступ, как к активности самой системы, так и к области ее взаимо­действий.

Такие регулятивы, если мы решим называть их когнитивными и информационными, всегда будут перенаправлять нас к свойству уни­тарности рассматриваемой системы, будь то клетка, мозг, или акт об­щения. Тогда то, что мы могли бы именовать репрезентацией с ука­занной точки зрения, не является соответствием, задаваемым внешним положением вещей, а скорее - некая сущность с поддержанием своей собственной целостности.

Таким образом, при переходе с точки зрения на системы как контролируемые на точку зрения автономности, то, что мы называем информацией, существенно отличается от того, что понимается под этим термином в рамках подхода «компьютерный образ». Информа­ция не воспринимается и не передается, а равно - не существует ника­кой разницы между информативными и неинформативными фактора­ми окружающей среды. Другими словами, понятие информации должно быть переосмыслено в сторону ее взаимозависимости и конст­руктивности в противоположность репрезентационности и инструк-тивности. Это влечет за собой сдвиг в проблемном поле: от вопросов о семантической корреспондентности к вопросам о структурных пат­тернах. Именно данная структура определяет сущность системы и то, каким образом она справляется с возмущениями, причиняемыми внешней средой. При этом она не нуждается ни в каких образцах (ре­ферентах) для корректировки или согласования своей активности.

Приведенные идеи не являются совершенным новшеством; они лишь высвечивают необходимость переосмысления феноменологиче­ских интерпретаций, типичных для многих континентальных (евро­пейских) традиций. Их особенность в том, что делают они это в кон­тексте биологической феноменологии и механизмов, лежащих в ее ос­нове. И в этом, по моему мнению, суть подхода. На сегодняшний день нам удалось разработать лишь некоторые пункты данной исследова­тельской программы. Остальные еще ждут своего развития.

 

Литература

Beer,S. (1975), Preface to "Autopoiesis", in Maturana and Varela (1979).

Eigen,ML, and P. Schuster:The hypercycle: A principle of natural self-organization. A. The emergence of the hypercycle, Naturwiss. 64: 541 (1978).

Goguen, J., and F. Varela:Some algebraic foundations of self-referential system's processes, Int. J. Gen. Systems (1979).

Goguen, J., J. Thachter, E. Wagner, and J. Wright:Initial algebra semantics and continuous algebras, J. Assoc. Comput. Mach. 24: 68 (1978).

Iberal,A.: Towards a General Science of Viable Systems, McGfaw-Hill, New York, 1973.

KaufTman, L., and F. Varela:Form dynamics, J. of Soc. Biol. Structures, 3 (2), 173-206 (1980).

Maturana, H.:The neurophysiology of cognition, in: P. Garvin (Ed.), Cognition: A Multiple View, Spartan Books, New York 1969.

Maturana, H.:The biology of language, in: G. A. Miller and E. Lenneberg (Eds.), The Biology and Psychology of Language, Plenum Press, New York 1978.

Maturana, H., and F. Varela:De M<quinas у Seres Vivos, Editorial Universitaria, Santiago de Chile. Reprinted in: Autopoiesis and Cognition, Boston Studies in the Phil. Of Science, D. Reidel, Boston, 1980.

Rosenberg, V.:The scientific premises of information sciences, J. Am. Soc. Inform. Sci., July-August (1974).

Scott, D.:The lattice of flow diagrams, in: Springer Lecture Notes in Mathematics, No. 188, Springer-Verlag, New York 1971.

Varela,F.: A calculus for self-reference, Int. J. Gen. Systems, 2: 5 (1975).

Varela, F.:From recursion to closure, Abstracts 111 European Meeting on Cybernetics and Systems Res., Vienna, April 1976.

Varela, F.:Principles of Biological Autonomy, Elsevier-North HollandNew York, 1979.

Varela, F., and J. Goguen:The arithmetic of closure, J. Cybernetics 8: 125 (1978).

Varela, F., H. Maturana, and R. Uribe:Autopoiesis, the organisation of living systems, its characterization and a model, Biosystems 5:187 (1974).

Vaz, N., and F. Varela:Self and Non-Sense: an organism-centered approach to immunology, Medical Hypothesis 4: 231 (1978).







Последнее изменение этой страницы: 2016-07-16; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.235.45.196 (0.017 с.)