ТОП 10:

Некоторые практические соображения



 

Как лицо, пользующееся разведывательной информацией-, всегда относитесь с подозрением к термину «возможности». Будьте настроены критически, спрашивайте себя, что имеет в виду составитель информации, когда говорит о возможностях, при каких условиях его утверждения о возмрж-ностях окажутся правильными, при каких сомнительными или неправильными?

Как составитель информации всегда четко определяйте условия, при каких ваше утверждение будет правильным. Если вы говорите о возможностях применительно к воен-но'му времени или имеете в виду только возможность при отсутствии противодействия, обязательно оговорите эти обстоятельства. Никогда не допускайте, чтобы человек, пользующийся информацией, неправильно истолковывал ваши данные о возможностях. Старайтесь вовсе не пользоваться этим термином и применяйте, где это допустимо, какой-либо другой.

Если же вы лицо, редактирующее или проверяющее информационные документы после их составления, то критически изучайте все те места, где идет речь о «возможностях». В случае необходимости требуйте соответствующих разъяснений[25].

 

Намерения и вероятный курс действий противника

 

Сделав еще один шаг и вместо вопроса «Что может сделать противник?» поставив перед собой вопросы «Что намеревается сделать противник в будущем?», «Каково вероятное направление действий противника?», мы вступим в совершенно новую область.

Информация о «существующем положении» и «возможностях» основана на объективных фактах. Их можно, по крайней мере теоретически, измерить и сосчитать. Пытаясь же определить намерения или «вероятное направление действий» противника, мы поступаем, как гадалка, вперившая свой взор в хрустальный шар[26].

По мере того как мы оставляем область войсковой разведки и углубляемся в область стратегической разведки, такие понятия, как «намерения» и «вероятный курс действий», приобретают все больший вес. Кент [5], например, говорит: «Вероятный курс действий. Оценки. Я пытался доказать, что если вы представляете стратегическое положение Великофрузинии, изучили ее специфические уязвимые места и то, как она сама их оценивает, а также положение и уязвимые места других государств, с которыми необходимо считаться при оценке положения, то вы уже располагаете немалыми возможностями предсказать вероятный курс действий этой страны.

Для того чтобы ваше предсказание было более надежным, вы должны дополнительно располагать сведениями по следующим двум вопросам. Во-первых, вы должны знать, какого курса Великофрузиния придерживалась в прошлом. Не говорит ли история внешней политики этого государства о наличии какого-либо курса, которому оно будет следовать и в дальнейшем? Не проводило ли это государство в международных отношениях определенной линии в течение столь длительного времени, что эта линия превратилась в окончательно сложившуюся традицию? Не является ли эта линия призраком, основанным на чем-то иррациональном? Окажет ли эта традиция или призрак влияние, хотя бы вопреки логике, на вероятный курс действий Великофрузинии в настоящее время? Имеется ли у нее на международной арене союзник, с которым она никогда не порвет? Нуждалась ли она на протяжении многих лет в «восточном союзнике»? Есть ли у нее надежные «жизненно важные для сохранения государства коммуникации», которые она должна охранять? Стремится ли она приобрести «незамерзающие порты»? Сведения такого рода важны, но ими надо уметь пользоваться осторожно. Дело в том, что, хотя сила традиций велика, может случиться так, что именно в настоящий момент Великофрузиния собирается с духом, чтобы порвать с традициями прошлого. Во-вторых, вы должны знать предельно точно, как сами великофрузинцы оценивают свое положение в сложившейся обстановке…

Подводя итог, можно сказать, что если разведка вооружена разнообразными знаниями, охарактеризованными мною в этой главе, и если в ее распоряжении находятся многочисленные факты, на которых основаны эти знания, то разведка должна быть в состоянии выдвигать весьма проницательные предположения (их обычно называют «оценками») о вероятных действиях Великофрузинии или любой другой страны при любых обстоятельствах. Заметьте, что разведка не претендует при этом на непогрешимость своего предвидения. Разведка просто считает, что тот ответ, который она дает, представляет собой в высшей степени продуманную и объективно обоснованную «оценку».

Таким образом, разведка должна иметь обоснованное мнение о том, какие политические шаги та или иная страна будет, вероятно, предпринимать по своей собственной инициативе в течение следующего года».

В стратегической разведке мы имеем обычно больше времени для изучения обстановки, чем в войсковой разведке. Подготовка действий стратегического характера, с помощью которых данное государство будет пытаться осуществить свои намерения, часто затрагивает тысячи людей, требует проведения большой предварительной работы в промышленности и т. п., и поэтому ее трудно скрыть. Данные о «намерениях», представляемые стратегической разведкой, поэтому чаще оказываются правильными, чем соответствующие данные войсковой разведки.

 

Пародия

 

В начале 1945 года лондонская газета «Дейли экспресс» опубликовала приводимую ниже заметку, которая являлась пародией на наши попытки как-то объяснить недостатки в использовании разведывательной информации в период сражения в Арденнах. Заметка затрагивала понятия «возможности» и «намерения», не называя их. Комментатор по военным вопросам газеты «Дейли экспресс» писал:

«С одной стороны, нельзя утверждать, что контрнаступление Рундштедта достигло своей цели и заставило союзников изменить планы их наступления. Но, с другой стороны, оно, несомненно, вызвало необходимость внести некоторые изменения в эти планы.

Контрнаступление Рундштедта вынудило союзников скорее отложить, нежели замедлить наступление, и лишь в этом смысле можно сказать, что оно привело к затяжке наступления, но отнюдь не войны в целом. Союзники не были застигнуты врасплох, так как они знали о возможности внезапного контрнаступления противника. Неожиданностью для союзников явилось только то, что немцы сочли целесообразным предпринять внезапное контрнаступление, несмотря на то, что они знали, что союзниками такое контрнаступление допускалось, хотя и считалось поэтому маловероятным».

 

НЕКОТОРЫЕ НЕОФИЦИАЛЬНЫЕ ОПРЕДЕЛЕНИЯ

 

Развивая мысли, изложенные выше, а также преследуя цель помочь избавиться от имеющей место путаницы по ряду вопросов, автор предлагает дополнительные пояснения следующим понятиям.

 

Уязвимость

 

Уязвимость страны — это наличие у нее слабых мест, которые делают ее чувствительной к различным действиям, способным ослабить ее военный потенциал и подорвать боевой дух. Уязвимыми могут быть также области, имеющие лишь косвенное отношение к военному потенциалу, например промышленность, наука и политика.

Когда речь идет об уязвимости, имеется в виду, что какая-либо страна может с успехом предпринять враждебные действия против страны, уязвимой для подобных действий.

Применительно к разобранному выше примеру можно сказать, что Куба уязвима для военного вторжения со стороны США, а США неуязвимы для военного вторжения со стороны Кубы.

 

Оценка

 

Информационная оценка — это документ, в котором либо анализируется существующее в данный момент положение, либо делается прогноз о развитии событий в будущем.

Любое предсказание, содержащееся в информационном документе, является оценкой. В оценках часто, но не всегда речь идет о будущих событиях. Работа по изучению армии Аркадии за последние пять лет, в ходе которой обнаружатся успехи в одной области строительства вооруженных сил и неудачи в другой, может завершиться оценкой, изложенной в виде следующего вывода: «Судя по всему, армия Аркадии в настоящее время гораздо боеспособнее, чем пять лет назад». В этом случае понятие «оценка» использовано правильно, хотя мы имеем дело с событиями, относящимися только к прошлому и настоящему.

Информация о существующем положении, основанная на непосредственных подсчетах, измерениях и простых вычислениях, не считается оценкой. Например, таблицы промеров глубин, биографические сведения, данные об урожае, экспорте, мостах оценками не являются. Однако если мы изучаем какой-либо вопрос, по которому трудно добыть факты (к вопросам такого рода относится многое из того, что связано с положением за железным занавесом), и если для соответствующих выводов по такому вопросу большое значение имеет понимание многих связанных с ним обстоятельств и представление о ситуации в целом, то в таком случае наша информация будет представлять собой оценку, хотя она и будет основываться только на фактах, касающихся существующего в настоящее время положения.

Предложенное определение информационной оценки отличается по смыслу от термина «оценка», употребляемого вне сферы разведывательной деятельности. Когда приводят цифровые материалы (например, о расстоянии или весе), обычно указывают, что некоторые цифры получены непосредственно с помощью измерения или взвешивания, а другие представляют собой «оценочные данные», то есть примерные данные, определяемые косвенным путем на основе имеющегося опыта. Важным элементом обучения в армии является «глазомерная оценка расстояния», когда высказываются предположения о расстоянии до различных предметов на местности. Затем эти догадки проверяются путем измерения, с тем чтобы по мере накопления опыта предположения или оценки становились более точными.

 

Потенциальные возможности

 

В данном случае речь идет о возможностях, которых нет в настоящее время, но которые, однако, могут появиться в пределах обозримого будущего. Когда мы говорим о потенциальных возможностях, нас не интересует, насколько вероятна их реализация. Например, страна с богатыми, но не разрабатываемыми запасами медной руды имеет потенциальные возможности организовать добычу руды для выплавки меди.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.225.194.144 (0.006 с.)