ТОП 10:

Греков БД., Якубовский А.Ю. Золотая Орда и ее паление.— М., 1950.— С.232.



православной церкви режим наибольшего благоприятствования - такой, какого церковь не имела ни при Романовых, ни при Рюриковичах»147.

«А в конце XIII в. возник новый Царьград — Сарай, причем в букваль­ном смысле это был город царя, того царя, за которого с 1265 г. молились в русских церквах. Того царя, который, не будучи русским и православ­ным, стал первым русским царем и был им почти 200 лет. Ордынские цари были царями лишь на столетие меньше Романовых. Жаль, конечно, наших профессиональных патриотов, но царская власть возникла в России как инородческая»148. Так пишут Юрий Пивоваров и Андрей Фурсов.

Эти исследователи, в отличие от многих историков, проследили в це­лом становление российской системы власти и смогли обнаружить преем­ственность русской истории и русской системы власти со времен Золотой Орды до настоящего времени. Они дают несколько отличную от устояв­шейся в науке оценку многим историческим деятелям. Становление систе­мы шшсти они начинают с Александра Невского. Вот что они пишут: «Александр Ярославич стоит у истоков важнейшей, великой традиции. Одной из тех, на основе которых и возникла Русская Система, Суть этой традиции проста: власть любой ценой. Да. князь Александр едва ли любил татар. Да, вряд ли с большим удовольствием отдавал приказ убивать русских людей и увечить их на ордынский лад в ордынских интересах. И, скорее всего, он тяжело переживал те унижения, на которые ему приходилось идти в Сарае. Но поскольку все это было непременным условием обладания Властью, то приходилось делать. И делать, не отбывая номер, а рьяно, усердно, на «пятерку», зарабатывая не просто «стипендию», но повышенную. Князь Александр блестяще сдал ордынский экзамен, самый важный в его жизни, - намного важнее Невы и Чудского озера». Конечно, вряд ли он так уж тяжело переживал те жертвы, на которые шел ради власти. У нас нет фактов, доказывающих или опровергающих переживания князя по поводу казни своих сородичей и любви или нелюбви к татарам. К тому же в политике нет понятия «любит - не любит». В ней присутствуют только интересы. Несомненно, среди этих интересов Даниловичей, в том числе и Александра Невского, ведущее место принадлежало их стремлению во что бы то ни стало быть у власти. С этой точки зрения авторы правы в том, что «с точки зрения Русской Системы» он в галерее предтеч в первом ряду вместе с Андреем Боголюбским, ханами Бату и Узбеком, Иваном Кали­той. Дмитрием Донским, митрополитами Петром и Алексеем. Действитель­но, система русской власти не была просто скопирована с ордынской власти, а выросла из нее, была ее продолжением. Иван Калита был про­должателем дела, начатого Александром Невским. Он также любил бывать в Сарае. Говорят, что он треть взрослой жизни провел в Орде, треть --в Москве, а треть -- в пути. О Даниловичах, то есть потомках московского uimjh Даниила Атександровича, В.О.Ключевский отзывался не очень лес­тно: «Они отличались обилием дарований, какими обычно наделяются

147 Пивоваров Ю,, Фурсов А. Русская система. Очерк третий//Рубежи. — 1995. — № 3. — С.53. '*" Там же. - С.49-50.

недаровитые люди»144. Он осуждал их как трусов, как неких мелочных людей, хозяев-скопидомов, не способных на большие дела. Об Иване Ка­лите он писал: «Простой ответственный приказчик хана по сбору и достав­ке дани, московский князь был сделан потом полномочным представите­лем и судьей русских земель»150. Патриотически настроенного историка не устраивала подобная роль русских князей. Он, конечно же, хотел бы, чтобы татары были тогда же разгромлены. Историческая череда событий его не совсем устраивала. Однако перепрыгивать через века не дано нико­му, даже столь талантливому историку, каким являлся Василий Осипович Ключевский.

Между тем Н.М.Карамзин писал, что «татары не вступали в наши судные дела гражданские». Вопреки утверждениям многих, он также отвер­гал обвинения в адрес татар, что именно они принесли на Русь много вредных привычек. Так, он отмечал: «Не татары выучили наших предков стеснять женскую свободу и человечество в холопском состоянии, торго­вать людьми, брать законные взятки в судах (что некоторые называют Азиатским обыкновением): мы все то видели у Славян и Россиян гораздо прежде»151. Более четко охарактеризовал взаимоотношения между русскими князьями и ханами Золотой Орды В.О.Ключевский: «Прежде всего татары стали в отношение к порабощенной ими Руси, устранявшее или облегчав­шее многие затруднения, какие создавали себе и своей стране северно­русские князья. Ордынские ханы не навязывали Руси каких-либо своих порядков, довольствуясь данью, даже плохо вникали в порядок, там дей­ствовавший. Да и трудно было вникнуть в него, потому что в отношениях между тамошними князьями нельзя было усмотреть никакого порядка. Если бы они были предоставлены вполне самим себе, они разнесли бы свою Русь на бессвязные, вечно враждующие между собою удельные лоскутья. Но княжества тогдашней Северной Руси были не самостоятельные владе­ния, а даннические «улусы» татар; их князья звались холопами «вольного царя», как величали у нас ордынского хана. Гроза ханского гнева сдержи­вала забияк; милостью, т.е. произволом, хана не раз предупреждалась или ] останавливалась усобица. Власть хана была грубым татарским ножом, раз­резавшим узлы, в какие умели потомки Всеволода III запутывать дела своей земли. Русские летописцы не напрасно называли поганых агарян батогом божьим...»152.

История Золотой Орды советской историографией представлялась как история диких завоевателей, чуждых каких-либо культурных ценностей. Между тем Золотая Орда в своем развитии достигла высокого цивилизапи-онного уровня. Невиданных темпов получило градостроительство. Только на сегодня обнаруженных археологами городов на территории Золотой Орды

144 Ключевский В.О. Сочинения: В8 т.— М„ 1958.- Т.2. - С.50.

110 Там же.-С.22.

151 Карамзин Н.М. История государства Российского. — М., 1989. — Кн.2. — T.V—V111. -С.15.

153 Ключевский В.О. Сочинения: В 9 т. — Т.2: Курс русской истории. — Ч.II. — М., 1988. -] С.41-42.

насчитывается более 110. Известному киданьскому ученому Елюй-Чуцаю, находившемуся на службе у Чингис-хана, а затем и у Угедей-хана, припи­сывают следующее изречение: «Хотя мы империю получили, сидя на коне, но управлять ею сидя на коне невозможно»1-1. В империи Чингис-хана с самого начала уделялось особое внимание грамоте и наукам. В числе совет­ников хана было немало ученых и знатоков административного дела. При­влеченного к себе на службу ученого Тататунгу он обязал учить своих детей уйгурской грамоте. Своих приближенных он также обязал учиться уйгурс­кой грамоте. Его потомки также строго следовали его традициям и уделяли большое внимание наукам и образованию.

Соответственно строилось и государство, впитывая в себя народные традиции и новые принципы административного устройства на основе введения феодального законодательства. В Джучиевом улусе это нашло наи­большее развитие. Здесь, для этого имелась и соответствующая местная почва. Имелись значительные очаги культурного развития. И прежде всего Великий Булгар.

Не случайно, что здесь города строились соответственно скорости ста­новления системы управления. Громадная империя, возникшая на глазах одного поколения, требовала и быстрого создания пунктов управления. Таковыми, несомненно, являлись города. В 1246—1247 гг. территорию Золо­той Орды пересек итальянец Плано Карпини, который в пути не встретил ни одного города или даже поселка. Однако проделавший примерно такой же путь через шесть лет после него Гильом Рубрук увидел повсеместное градостроительство. О достоверности этих сведений свидетельствует и кар­тина, увиденная в прошлом веке саратовским краеведом А.Леопольдовым на левом берегу Ахтубы. Вот что он писал: «...замечательные развалины каменных зданий. Начинаясь подле селения Безродного или Верхне-Ахту-бинского, они тянутся верст на 70. Развалины сии то часты, то редки, то обширны и велики, то малы и незначительны, однако везде выказывают кирпич, глину, известь. Далее от с. Пришиба до деревни Колобощины на 15 верст видны развалины почти сплошные и большею частью огромные». Особого успеха градостроительство достигает в первой половине XIV в. при ханах Узбеке и Джанибеке. Тогда все побережье Волги застраивается горо­дами и поселками. «В степях, особенно у переправ через крупные реки, пояшшются небольшие поселки, населенные пригнанными сюда русскими и булгарами», - писал В.Л.Егоров154. Это дало возможность назвать этот район «Приволжскими Помпеями». «Если первые города в XIII веке созда­вались согнанными в низовья Волги мастеровыми всех завоеванных земель и народов, то в XFV веке - инициативой самого общества, самоорганиза­цией людей. В этот период число городов и горожан Золотой Орды было сопоставимо с таковыми в Западной Европе, а уровень бытовой городской культуры степных городов империи по многим параметрам превосходил таковые в Западной Европе. Население формировалось из представителей

"Вопросы истории. — 198S. — С.53.

4 Егоров В.Л. Историческая география Золотой Орды.

- С.101

всех народов государства, но язык большинства горожан и культура были тюркскими, религия - ислам, именовали их татарами. Таким образом, создание степной цивилизации было делом всех народов империи, но осушестштялось оно под руководством системообразующего тюркского (та­тарского) этноса»'55.

Становлению городов способствовало и введение ханом Узбеком в Зо­лотой Орде ислама как официальной религии. В силу этого города приобре­тают соответствующий вид. Появляются многочисленные мечети с краси­выми куполами. Первой столицей государства был Великий Булгар. Первые монеты также были отчеканены в этом городе. Великий Булгар стал образ­цом градостроительства. В какой-то мере можно говорить о том, что в Золотой Орде города тиражировались по его образу и подобию. Канализа­ция, водопроводы, бани, ремесленные сооружения появляются во всех городах. Город Сарай как столица государства был основан ханом Батыем примерно в 1250 г. в 150 км севернее современной Астрахани. За короткое время он стал огромным городом с населением в 70 тысяч человек. Если иметь в виду, что в XIV в. город с населением в 5—10 тысяч человек считался большим, то Сарай был действительно гигантом. Видимо, это был самый крупный город не только в Европе, но и в Азии. В Сарае, как и во всех городах, действовал водопровод системы городских бассейнов и фонтанов. В городе были также проложены канализационные трубы. Име­лись бани и даже общественный туалет, разделенный на мужскую и жен­скую половины.

Научные традиции Востока, особенно мусульманского, нашли своеоб­разное развитие в Золотой Орде. Это был особый цивилизационный уро­вень, впитавший в себя как древнетюркские, так и мусульманские компо­ненты. Там сохранился древнетюркский музыкальный пласт. Была даже своеобразная нотная культура. Так, в 1340 г. в Сарае были записаны ноты песни «Ненеки Джан».

Немаловажно и то, что учеными Золотой Орды Земля воспринималась как шар, вращавшийся наряду с другими планетами вокруг Солнца. Между тем в христианской Европе за такого рода представления, воспринимав­шиеся как ересь, даже через 150 лет людей жгли на кострах инквизиции.

Значение Сарая определялось не только как крупного административно­го центра, откуда шли нити управления огромной империей. Он был центром ремесленного производства, где целые кварталы были заняты ремесленниками, специализировавшимися на металлургической, керами­ческой, ювелирной, стекольной, косторезной и других отраслях.

Абульфед, французский автор, писавший свою работу в 1840 г., назы­вал Сарай, основанный ханом Батыем, «городом великим, столицей та­тарского государства».

Ибн-Арабшах писал, что это «один из величайших городов по положе­нию и населеннейший по количеству народа». Ибн-Батутта, совершивший свое путешествие по Востоку с 1324 по 1353 гг., писал, что «город Сарай

Кульпин Э.С. Эволюция... — С.176.

из красивейших городов, достигший чрезвычайной величины, на ровной земле, переполненный людьми, с красивыми базарами и широкими ули­цами. В нем 13 мечетей для соборной службы». Ал-Омари писал: «Сарай -город великий, заключавший в себе рынки, бани и заведения благочестия, куда направляются товары... в середине его пруд, вода которого из этой реки [Итиля]». Узбек хан был покровителем наук. Ал-Омари писал, что он «очень предан науке и людям ее».

На быстрый рост Сарая как культурного центра оказывали влияние связи, установившиеся между Золотой Ордой и Египтом. Уровень творчес­кой мысли в улусе Джучи был настолько высоким, что привел к очень быстрому освоению волжанами научных достижений Египта. Арабские ав­торы отмечают, что Сарай был самым молодым из мусульманских столиц, внесших вклад в историю культуры. В Сарае жило и работало много ученых. Так, был хорошо известен Мухтар ибн Махмуд аз-Захиди, живший во второй половине XIII в., написавший труд о хане Берке. В 1423/24 г. скончался Хафиз ад-дин Мухаммед ибн Мухаммед, известный как Ибн-Баззази, написавший книгу «Аль-Фатави ал-Баззазийя» («Изречения ал-Баззази»). Это произведение получило настолько высочайшую оценку в исламском мире, что, когда муфтия Аббу-с-Сада спросили, почему он не пишет о событиях своего времени, он ответил: «Мне стыдно было бы Баззази, он уже осветил все проблемы»156. Махмуд ибн Фатшах ас-Сараи, живший в 60—70-е годы в Сирии и Египте, был одним из самых сведущих людей в области правоведения, логики и риторики. Умерший в 1376/77 г. Дия ибн Садалах Мухамед ал-Крими, переехавший из Крыма в Каир, обосновал там школу «Аль-Мадраса ал-Бейбарсийя». В 80-е годы XIV в. в Каире работали и творили ученые из Сарая Рукн ад-дин ал-Крими Ахмед ибн Мухаммед, Шехаб ад-Дин ас-Сарайи, известный как Маулана заде ал-Аджами. Среди переехавших с Волги в Египет ученых особо выделялся как один из образованнейших людей своего времени Махмуд ибн Абдшишх Абу-т-Тин, прекрасно знавший арабский, персидский и тюркский языки157.

Кроме того, Золотая Орда представляла собой крупнейший торговый центр, связывавший Запад с Востоком на линии "Китай Западная Европа". Этот торговый путь продолжал функционировать вплоть до сере­дины XV в. «Северные татары господствовали на всех торговых путях между Европой и Азией и захватили в свои руки всю торговлю», -- писал Амин аль-Холи15*. При этом об особых отношениях между Золотой Ордой и Египтом свидетельствует тот факт, что грамоты, выдаваемые с тугрой султана, освобождали арабских купцов от пошлин на товары, продаваемые ими в Поволжье. В 1266 г. ярлыки на создание факторий в Крыму получили генуэзские купцы. Свободно торговали на территории Золотой Орды вене­цианские и другие европейские и азиатские купцы. «Кодикус куманикус» представлял собой значительный литературный памятник, составленный на наречии, очень близком к современному татарскому языку. Тем не

*Амин аль-Холи. Связи между Нилом и Волгой... — С.28. 17 Там же. — С.29. 111 Там же. — С. 17.

менее он преследовал прежде всего практические цели, был руководством для купцов, выезжавших на территорию Золотой Орды.

Однако торговые связи осуществлялись не только через Черное море. Уделялось должное внимание и торгоаче через Балтийское море. Сохранил­ся ярлык хана на имя Ярослава Ярославича, в котором хан предлагал князю открыть «путь немецким гостям на свою волость и всем рижанам, кто гостит по [его] волости»159. Спустя четыре года хан разрешил этим гостям гостить на Суздальской земле.

Управление государством

Система управления государством сложилась не сразу. Как это было отмечено современниками, от примитивных форм управле­ния до образцовой организации властных структур - такой путь прошла татарская государственность периода Золотой Орды.

На первое, почти святое место в обществе был поставлен хан. Первона­чально он правил один. Приближенные, особенно эмиры войск, лишь выполняли его волю. Вплоть до принятия ислама при хане Узбеке жизнь осуществлялась по нормам Великой Ясы - - кодекса законов Чингис-хана. При обсуждении государственных дел Яса являлась руководством к дей­ствию. Однако с расширением территории государства и возникшей в связи с этим необходимостью организации местной жизни все более настоятель­ной становилась необходимость создания местной администрации. Нормы Ясы не могли предусмотреть всех изменений общественно-политической жизни, происходивших в ходе ускоренного становления новой империи.

Огромная держава требовала создания военно-административного уст­ройства, системы сбора налогов. Всем этим ведали лица, пользовавшиеся особым доверием хана. Их называли баскаками.

В империи господствовала суюргальная, т.е. военно-ленная система. Ос­новным богатством ее считалась земля. Земля считалась собственностью государства, а если быть точнее, хана. Именно поэтому, как писал об этом М.А.Усманов, при каждом новом монархе земля, равно как и привилегии, перераспределялась заново. Кто-то получал их, а за кем-то утверждались уже имевшиеся земли и привилегии. Полученные земли и права подтверж­дались в особых указах, получивших название ярлыков160. Ханские ярлыки выдавались владетельным оседлым и кочевым феодатам, а также русским князьям. Получали ярлыки на особые права на землю и другие льготы и русские митрополиты. О каком-то унижении при получении ярлыков не приходится говорить, поскольку это был обычный ритуал. Наоборот, вру­чение ярлыка сопровождалось большими торжествами, которые возвышали его получателя в глазах подчиненных.

IW На стыке континентов и цивилизаций... — С.321—322.

"•"Усманов М.А. Жалованные акты Джучнева улуса XV—XVI вв. — Казань, 1979. — С.73.

Выдача ярлыков хотя с одной стороны и укрепляла власть хана, с другой создавала условия для дезинтеграционных процессов. Местные фео­далы получали такие привилегии и права, что их дальнейшее укрепление приводило к противопоставлению местных штастей ханской администрации.

Первая феодальная война, начавшаяся в третьей четверти XIII столе­тия, возвестила именно это. Она была связана со смертью в 1282 г. хана Менгу-Тимура, когда на престол должен был взойти молодой царевич Тула-Бугу, сын старшего брата покойного монарха. По настоянию темника Ногая ханом стал другой его брат - Туда-Менгу, В данном случае речь могла идти о том, что новый хан оказался абсолютно безвольным, и делами управления государством занимался Ногай. Это имело немаловаж­ное значение, ибо был создан прецедент управления страной не ханом, а могущественным беклярибеком («князем князей»). Было нарушено завеща­ние хана о престолонаследии, положившее начало смуте в государстве. Недовольными оказались прежде всего многочисленные братья и сыновья Менгу-Тимура. Через 5 лет они, опять-таки с помощью темника Ногая, свергли Туда-Менгу. Еще 5 лет продолжалось совместное праатение этой ханской родни. Фактически государством правил сам Ногай. Однако это не могло продолжаться бесконечно. Против Ногая выступили не только его ярые враги, но и те, кто до сих пор был с ним. В результате он был убит. После этого не ужились друг с другом сыновья некогда могущественного темника. Начавшаяся с незначительного эпизода феодальная война в целом продолжалась 20 лет. Она привела к значительному ослаблению централь­ной власти. Начался необратимый процесс децентрализации.

Вступление в 1312 г. на ханский престол Узбека, казалось бы, перело­мило ситуацию. Новый хан первым делом перебил тех эмиров, которые были недовольны принятием ислама в качестве государственной религии и замыслили его убийство. В Золотой Орде наступил мир на все 30 лет правления Узбека. Это был выдающийся государственный деятель. Ибн-Батутта назвал его одним из семи самых могущественных и величайших царевичей. При нем были укреплены границы государства. Напуганный укреплением Золотой Орды как ведущего государства Европы, в 1329 г. римский папа попытался организовать крестовый поход против татар. Хан Узбек разгромил объединенное войско Польши и Венгрии, правители ко­торых откликнулись на призыв папы.

Одним из больших достижений Узбека следует считать централизацию государственного управления и упорядочение органов власти на местах. Руководство страной было сосредоточено в руках дивана, т.е. совета, состо­явшего из четырех улусных эмиров. Местное самоуправление перешло в руки областных правителей, тесно связанных с центральной администра­цией, подчиненных центральному аппарату — дивану. Руководство делами военно-политического характера осуществлялось беклярибеком, а финан­сово-налоговыми делами -- непосредственно визирем. Ал-Омари, характе­ризуя взаимоотношения центральных и местных властей, писал: «Что же касается совокупности [действий] всех их в имущественных делах народа, то эмирам большей частью они [дела] были знакомы лишь настолько,насколько их знают наместники на местах». Это говорит о том, что на местах правили не столько эмиры, сколько наместники хана, стоявшие во главе областной администрации. В свою очередь улусная администрация имела в своем составе судью, муфтия, секретаря дивана, таможенников, сборщиков налогов, дозор, начальников застав, сокольников, барсников и др. Это был огромный штат ханских чиновников, вытеснивший из сферы управления местных владетелей. Вся полнота власти оказалась в руках хана и его наместников. Для столь великой страны, какой являлась Золотая Орда, это имело огромное значение.

Вообще при хане Узбеке Золотая Орда превратилась в одно из могуще­ственных государств средневековья. Это было время расцвета Золотой Орды. Однако, как и для любого другого государства, для нее наступало время заката.

В 1342 г. умер хан Узбек. И снова зашевелилась феодальная аристократия. Так же, как и в период первой феодальной смуты, поводом для начала борьбы за власть явилось нарушение завещания покойного хана, который назначил своим преемником старшего сына Тинибека. Тинибек в момент смерти отца находился в походе. Воспользовавшись этим, его мать Тайдул-ла, ставшая регентшей на момент отсутствия Тинибека, организовала заго­вор против своего старшего сына. Договорившись с эмирами, она, будто бы временно, назначила ханом своего второго сына Джанибека. Это приве­ло к началу столкновений между братьями, в результате которых Тинибек был уничтожен. Ханом стал Джанибек, правивший страной в течение 13 лет. Это был период постепенного упадка могущества Золотой Орды. Уси­лились распри среди членов Джучиева рода, которые расшатывали ханскую власть и способствовали укреплению власти эмиров в улусах.

Сильно пошатнулись и внешнеполитические позиции Золотой Орды, особенно во взаимоотношениях с Польшей и Литвой, приведшие к весьма неудачным для Золотой Орды военным столкновениям.

Сильно ухудшились условия для иностранных купцов. Участились случаи столкновения ханской администрации с иностранными купцами. В 1343— 1344 гг. в итальянских колониях в Крыму дело дошло до крупномасштабных военных операций с нанесением огромного материального ущерба и чело­веческими жертвами. На помощь итальянцам пришел римский папа Кли­мент VI, объявивший крестовый поход против татар. Хотя итальянцы по­зднее пришли к хану с повинной, тем не менее эти факты подрывали международный авторитет Золотой Орды.

В самом Джучиевом улусе определенные силы только и ждали случая, чтобы начать борьбу за власть. Благоприятствовала оппозиции и чума, охватившая многие страны Европы и Азии, которая нанесла огромный ущерб Дешт-и-Кипчаку. Обезлюдели многие города и села. Только в Крыму от нее умерло 85000 человек.

В результате всех этих процессов были основательно подорваны людские и хозяйственные ресурсы страны, расшатались коммуникационные службы, что способствовало усилению центробежных тенденций и обострению внутренних противоречий. Это привело к новым вспышкам гражданской войны и братоубийственных столкновений.

Воспользовавшись болезнью Джанибека, оппозиционные круги смогли поднять против отца его сына Бердибека. В результате 22 мая 1357 г., не без помощи своей жены, Джанибек ушел из жизни. Некоторые источники сообщают также и об одновременном уничтожении его 12 братьев. Были истреблены также царевичи из рода Узбека.

Например, Ибн-Тагрибарди в многотомном труде, посвященном жиз­неописанию государей Египта, пишет:

«Государство [Золотая Орда] великое, очень обширное. Оно далеко от нашей страны. У него [правителя страны хана Берке, годы правления 1256—1266| множество воинов. Он весьма благоволит к мусульманам... Между ним и аз-Захиром [султаном Захиром Рукн ад-дин Бейбарсом, годы прав­ления 1260—1277| была дружба, и он возвеличивал послов аз-Захира».

Если христианский Запад, стремясь заручиться поддержкой золотоор-дынских татар, широко развернул среди них миссионерскую деятельность, то ортодоксальный ислам такой активности, кажется, не проявлял161.

При Бердибеке, вступившем на трон сразу же после смерти отца, ханская власть еще более ослабла. Стали постоянным яштением столкнове­ния между эмирами, зачастую перераставшие в мятежи против централь­ной власти. В этих столкновениях в качестве противников хана выступали его многочисленные родственники. Через два года после вступления на трон, оставленный без всякой поддержки и опоры, он был убит.

Ликвидация неугодного хана нисколько не улучшила ситуацию. Взаим­ные распри еще более усилились, и на этот раз смута продолжалась 20 лет. За это время на троне сменилось более 20 ханов. С 1379 г. ханом становится тогда почти еще ребенок Тохтамыш.

Новая феодальная смута еще более расшатала позиции центральной власти и способствовала перемещению власти в улусы. В то же время летописи и другие источники свидетельствуют об укреплении Московского княжества. Темпы объединения русских земель вокруг Москвы в этот пери­од набирали все возрастающие темпы.

В этой связи необходимо сказать о пределах непосредственного управле­ния администрации Золотой Орды- Основная часть территории, заселенной главным образом тюрками и монголами, управлялась местной аристокра­тией и представителями администрации хана. Остальные территории, прежде всего русские княжества, управлялись князьями и представителями ханс-•кой администрации. Представителей ханской администрации называли бас­каками. Они ведали главным образом сбором дани. И, естественно, следили за действиями непосредственных правителей -- эмиров и князей.

Кроме того в Золотой Орде были буферные зоны, отделявшие террито­рии, управляемые эмирами и русскими князьями. Более всего они возни­кали естественным путем, поскольку всюду население стремилось жить подальше от границы. В них располагались заставы ханских вооруженных

Амин аль Холи. Связи между Нилом и Волгой... — С.19—22.

Э-312

сил. Такие территории могли создаваться по инициативе ханской власти. В духовной грамоте Ивана Калиты 1358 г. говорится, что «ци имуть искати татарове, которых волостии, а отоимуться»'Ч В более поздней грамоте перечисляются волости, изъятие которых допускается. Причем могло про­изводиться изъятие даже тех территорий, которые находились в непосред­ственном ведении самого великого князя. Такими пограничными городами были, например, Коломна, Тула, Переяславль на побережье Днепра. Такие буферные территории имелись и южнее современных городов Полтавы и Харькова. В увеличении таких территорий были заинтересованы не князья и эмиры, поскольку речь шла о сокращении их влияния и возможностей, баскаки, которые являлись здесь непосредственными хозяевами. Они не делили власть ни с эмиром, ни с князем.

В.Л.Егоров считает, что баскаками на этих территориях назначались местные жители немонгольского происхождения.

Среди поднимавших головы претендентов на ханскую власть был i Мамай. Это был темник, возвышение которого началось после смерти Бердибека. Он был в числе организаторов нескольких мятежей против хана Усиление его влияния, видимо, в немалой мере было связано с тем, что он был женат на дочери хана Бердибека. Это превратило его в одного из членов царской семьи. В смутное время, когда с калейдоскопической ско­ростью один хан менял на троне другого, Мамай оказался в роли прави­теля государства. Он настолько привык к этой роли, что начал борьбу за овладение верховной властью. Однако на престол могли претендовать толь ко лица, принадлежавшие к «золотому роду чингизидов» по мужской ли­нии. Мамай таковым не был. Однако он чувствовал себя наиболее достой­ным кандидатом на роль хана Золотой Орды.

Известно, что битва на Куликовом поле стала определенной вехой в становлении Руси как независимого государства. Дело в том, что ненавис-тный всем Мамай потерпел поражение. Как пишет Г.М.Прохоров, хол зависимость Руси от татар ослабла, попыток освободиться от нее русские князья не делали163. Как пишут об этом многие авторы, Дмитрий Донского на Куликовом поле противостоял не Орде, а узурпатору Мамаю. Тохтамьш со своим войском около нынешнего Мариуполя добил Мамая. Последни вынужден был бежать в Кафу, где генуэзские купцы в угоду хану умертви ли его. Н.М.Карамзин пишет, что «Тохтамыш воцарился в Орде и друже­любно дал знать всем князьям российским, что он победил их общего врага». С этой точки зрения прав Ч.Гальперин, который отмечал, чп «русские были убеждены в том, что на Куликовом поле они сражались i узурпатором (нечингизидом) Мамаем, общим врагом Дмитрия и законно­го хана Тохтамыша». В то же время нельзя не видеть определенной пере­оценки значения Куликовской битвы как самими русскими князьями, та

162 Цит. по: Егорон В.Л. Границы Руси с Золотой Ордой в XIII—XIV веках//Вопрой истории. - 1985. - № 1. - С.22.

"'' Прохоров Г.М. Повесть о Митяе: Русь и Византия в эпоху Куликовской битвы. — Д] 1978. - С.24.

1(14 Карамзин Н.М. История государства Российского. — Кн.2. — С.43.

и русскими историками. Видимо, Дмитрий Донской полагал, что столь значительное участие в разгроме Мамая освободит его и других русских князей от полномасштабной уплаты дани. Но «надменный, честолюбивый Тохтамыш... хотел властвовать как Батый или Узбек хан над Россией». Поэтому в 1382 г. он решил наказать князя и совершил опустошительный поход на Москву. Сам Дмитрий Донской, не испугавшийся Мамая, бежал от Тохтамыша. Русская летопись объясняет это очень просто: убоялся за­конного царя163. Надо сказать, что татары показали, что еше умеют воевать. Н.М.Карамзин, ссылаясь на летописи, писал, что «татары стреляли с удивительной меткостью, пешие и конные, стоя неподвижно или на всем скаку, в обе стороны взад и вперед». На Дмитрия подействовали слова ханского посла о том, что «Тохтамыш, страшный во гневе, умеет и мило­вать преступников в раскаянии». Конечно, вряд ли был прав Карамзин, когда писал так: «Дмитрий надеялся вместе с народом, что сие рабство будет недолговременным; что падение мятежной Орды неминуемо, и что он воспользуется первым случаем освободить себя от ее тиранства». Исто­рик явно торопил события. Ибо для того, чтобы говорить, что «тиранство» закончилось, нужно было подождать не менее 100 лет. А это очень боль­шой срок. Даже для истории.

Начавшийся процесс распада некогда мощного государства на улусы обозначился четко. Конечно, в 1380 г. еше речь не шла, и не могла идти, о "похоронах" Золотой Орды. Наоборот, с приходом к власти Тохтамыша она пережила время своего нового возрождения. Тохтамыш, которого про­звали «Великим», добился восстановления единства страны. Этим он был обязан Тимуру, могущественному правителю Хорезма. Тимур неоднократно спасал Тохтамыша от его врагов, укрывал его у себя. Однако у Тимура были свои планы. С помощью Тохтамыша он стремился завладеть всеми владениями Золотой Орды. Неплохо представлявший это Тохтамыш, види­мо, в свою очередь также стремился каким-то путем избавиться от зависи­мости от Тимура. Он в полной мере учитывал степень надежности своего внутреннего положения. Рядом с Тохтамышем находился, выражаясь сло­вами Карамзина, «славный умом и мужеством» Идегей. Тохтамыш назна­чил его старшим эмиром — беклярибеком. Эту должность Идегей сохранил за собой до последних лет своей жизни. Его иногда называли даже вторым Мамаем. В отличие от Мамая он занимал руководящее положение во двор­це не по праву родства. Он не претендовал на престол.

Тем не менее, каким бы могущественным ни был Идегей, его роль в истории Золотой Орды была неоднозначной. Нельзя не согласиться с М.А.Ус-мановым, охарактеризовавшим это следующим образом: «Успехи Тохтамыша в восстановлении единства расползающейся по швам империи, в возрож­дении ее военного могущества были сведены на нет из-за новой вспышки междоусобицы, внешне выразившейся в пресловутом конфликте хана с могущественным временщиком Идигэ. Именно этот конфликт был пово­дом для нашествия Тимура на Восточную Европу, осуществленного им

'65См,: Пивоваров Ю., Фурсов А. Русская система...— С.60.

блестяще в техническом отношении и кончившейся подлинной катастро­фой для Джучиева улуса, трагедией».

В этих словах обращает на себя внимание то, что конфликт между I Идегеем и Тохтамышем не был и не мог быть причиной нашествия Тимура на Золотую Орду. Если бы не было этого, то нашелся бы другой повод. Поэтому и оценка личности Идегея не может быть дана лишь с учетом I личностных взаимоотношений лиц, находившихся у власти. Современники, I а через них и история восприняли Идегея как миролюбивого человека, I всегда стремившегося сглаживать конфликты между людьми. Казахи, даже I в 20-е годы XX столетия, помнили о том. что проезжая по их территории I в Хорезм и Самарканд, Идегей по просьбе местных жителей вынес мудрое I решение о принадлежности спорного верблюда. В дастанах даже сохрани­лось сказание «Верблюд Идегея»166.

Идегея называли главой поколения ногайцев. Он был родом из отюре-ченного монгольского рода мангытов и главой «Мангытского юрта». Став I близким к хану человеком, он не переставал укреплять свой юрт. Этот юрт I был самым крупным государственным образованием Золотой Орды и по­делен между 20 сыновьями полководца. Этот юрт всегда мог выставить 200 I тысяч воинов. Идегей был не только умным, дальновидным политиком, но I и выдающимся полководцем.

Это со всей отчетливостью проявилось во взаимоотношениях переживав­ших период становления Московского государства, Великого княжества Ли-1 товского, державы Тимура и Орды. В Орде началось противостояние между I различными политическими группировками. Этим воспользовались русские и I литовские князья. Одна из ордынских группировок поддерживала Тохтамыша, I и особенно в его борьбе против Тимура. Тохтамыш опирался на великого I князя литовского Витовта. Этот литовский князь продолжал успехи своего I предшественника Ольгерда, который отнял у Золотой Орды территории, I расположенные между Днепром и Днестром. А Витовт несколько позднее I поселил там бежавшего к нему Тохтамыша. Другая группировка Орды поддер-1 живала Идегея, который опирался на Тимура. В результате Тохтамыш был I свергнут, и на ханский престол вступил Куглуг-Тимур. Он был еше неопытен I и поэтому опирался на Идегея. Тохтамыш бежал в Литву к великому княчю I Витовту. Ь намерениях последнего мы читаем у Карамзина следующие стро-1 ки: «Он утешался мыслию слыть победителем народа, коего ужасалась Азия и I Европа, располагать троном Батыевым, открыть для себя путь на Восток и I сокрушить самого Тамерлана»"'7. В результате возник союз между Витовтом и I великим князем московским Василием Дмитриевичем.Кутлуг-Тимур борьбу с I Тохтамышем намеревался довести до победного конца и с требованием ею | выдачи послан своего человека к Витовту. Между послом и Витовтом состо-Г ялся такой разговор. Его начал посол следующими словами:

Выдай мне Тохтамыша, врага моего, некогда царя великого, ныне' беглеца презренного.

|ьь Валиди Тоган 3. Воспоминания... — Кн.2. — С.23.

lfl7 Карамзин Н.М. История государства Российского. — Кн.2. — С.95.







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-30; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.209.80.87 (0.02 с.)