ТОП 10:

Большевики и национальный вопрос



Все политические партии России имели программы и планы решения в стране национального вопроса. Кадеты предполагали, что народы страны должны получить все права для своего национально-куль­турного развития при сохранении единой и неделимой России. Эсеры пред­лагали план федеративного устройства России путем создания областных республик. Социал-демократы также отстаивали принцип крупного центра­лизованного государства, признавая в то же время право наций на свобод­ное самоопределение. Вопрос, какой из этих вариантов будет реализован, зависел от того, кто окажется у власти. В результате Октябрьской револю­ции в России к власти пришли большевики. Поэтому национальный воп­рос реализовывался соответственно их стратегии и тактике. Причем такти­ческие соображения во многих случаях брали верх. Именно этим объясня­ется их переход от унитаризма к федерализму. Необходимость децентрали­зации России была велением времени. Это чувствовали многие. Рьяный защитник единства России председатель Временного правительства России в 1917 г. А.Ф.Керенский также был вынужден маневрировать между унита­ристами и центристами. Выступавший в сентябре 1917 г. на съезде народов в Киеве от имени Временного правительства Славянскийзаявил, что Ке­ренский поручил передать съезду, «что свободная Россия может быть толь­ко децентрализованной»241. Переход большевиков на позиции федерализма был также чисто формальным и ни в коей мере не означал отказа от принципов централизма. Под оболочкой федерации большевики сумели создать невиданное доселе мощное централизованное государство, в кото­ром все вопросы, связанные с жизнью народов и даже конкретных людей, решались сверху.

В программе партии большевиков, принятой на II съезде РСДРП, ука­зывалось на «право на самоопределение за всеми нациями, входящими в состав государства»242. На Поронинском совещании ЦК РСДРП в октябре 1913 г. была принята специальная резолюция по национальному вопросу, в которой говорилось: «Вопрос о праве наций на самоопределение (т.е. обес-

4| Известия армейского комитета VIII армии. — 1917. 15 сент.

242 КПСС в резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК.— 1898—1917.— М., 1970. - Т.1.-С.63.

печение конституцией государства вполне свободного и демократического способа решения вопроса об отделении) непозволительно смешивать с вопросом о целесообразности отделения той или иной нации. Этот после­дний вопрос с.д. [социал-демократическая] партия должна решать в каждом отдельном случае совершенно самостоятельно с точки зрения интересов всего общественного развития и интересов классовой борьбы пролетариата за социализм»341. Как видно, большевики тогда вкладывали в понятие само­определения наций их отделение в самостоятельное государство и, по существу, были против такого отделения.

На седьмой (апрельской) Всероссийской конференции большевиков была также принята резолюция по национальному вопросу, в которой содержались следующие строки: «За всеми нациями, входящими в состав России, должно быть признано право на свободное отделение и на обра­зование самостоятельного государства. Отрицание такого права и неприня­тие мер, гарантирующих его практическую осуществимость, равносильно поддержке политики захватов и аннексий». Однако и в этом документе подчеркивалось, что право на отделение нельзя смешивать с его целесооб­разностью и что этот вопрос в каждом отдельном случае должен решаться с точки зрения интересов общественного развития и интересов борьбы пролетариата за социализм244.

Придя к власти, большевики дали обещание народам России обеспе­чить их свободное развитие. В обращении II Всероссийского съезда Советов к рабочим, солдатам и крестьянам говорилось, что Советская власть обес­печит «всем нациям, населяющим Россию, подлинное право на самоопре­деление»345. В «Декларации прав народов России» говорилось, что Совет Народных Комиссаров, исполняя эту волю «IIВсероссийского съезда Со­ветов, решил положить в основу своей деятельности следующие начала:

1.Равенство и суверенность народов России;

2. Право народов на свободное самоопределение вплоть до отделения и
образования самостоятельного государства;

3. Отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных при­вилегий и ограничений;

4. Свободное развитие национальных меньшинств и этнографических
групп, населяющих территорию России346.

В Обращении Совета Народных Комиссаров «Ко всем трудящимся му­сульманам России и Востока» от 20 ноября (3 декабря) 1917 г. были следующие строки: «Отныне ваши верования и обычаи, ваши национальные и культурные учреждения объявляются свободными и неприкосновенными. Устраивайте свою национальную жизнь свободно и беспрепятственно. Вы имеете право на это. Знайте, что ваши права, как и права всех народов

>4) КПСС в резолюциях... - С.388-389. т Там же. - С.448.

'4l Образование и развитие СССР как союзного государства. Сборник законодательных и других нормативных актов. — М.. 1972. — С.З.!4*Там же. — С.6.

 

России, охраняются всей мошью революции и ее органов, Советов рабо­чих, солдатских и крестьянских депутатов»247.

Однако основополагающими документами Советского государства в об­ласти национальной политики и национально-государстве иного устройства страны, провозгласившими ее федерацией, явились документы III Всерос­сийского съезда Советов. Самый важный из них — «ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ ТРУДЯЩЕГОСЯ И ЭКСПЛУАТИРУЕМОГО НАРОДА». В ее первых двух пунктах написано:

1) Россия объявляется Республикой Советов Рабочих, Солдатских и
Крестьянских Депутатов. Вся власть в центре и на местах принадлежит этим
Советам;

2) Советская Российская Республика учреждается на основе свободного
союза свободных наций, как федерация советских национальных респуб­
лик.

Для понимания взаимоотношений между федеральным центром и обра­зующимися республиками важен последний пункт Декларации, где написано:

«Вместе с тем, стремясь создать действительно свободный и доброволь­ный, а следовательно, тем более полный и прочный союз трудящихся классов всех наций России, III Съезд ограничивается установлением ко­ренных начал федерации Советских Республик России, предоставляя рабо­чим и крестьянам каждой нации принять самостоятельно решение на сво­ем собственном полномочном советском съезде: желают ли они и на каких основаниях участвовать в федеральном Правительстве и в остальных феде­ральных советских учреждениях»248. Будущая асимметричность Российской Федерации была заложена именно в этом пункте Декларации^ В резолюции этого съезда «О ФЕДЕРАЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЯХ РОССИЙСКОЙ РЕС­ПУБЛИКИ» подтверждалось, что «Российская Социалистическая Советс­кая Республика учреждается на основе добровольного союза народов Рос­сии, как федерация советских республик этих народов», и следующим образом определялся механизм взаимоотношений федерального центра и республик:

«Способ участия советских республик отдельных областей в федераль­ном правительстве, областей, отличающихся особым бытом и национальным составом, равно как разграничение сферы деятельности федеральных и областных учреждений Российской республики определяется немедленно, по образовании областных советских республик Всероссийским Централь­ным Исполнительным Комитетом и центральными исполнительными ко-митетатами этих республик»249.

Таким образом, договорные отношения были заложены в документы, провозгласившие Российскую Федерацию.

Очень важно, что Декларация была включена в качестве составной

247 Образование и развитие СССР...— С.7—8. :4ЯТам же.-С.П. 24"Там же.


части в Конституцию, принятую V Всероссийским съездом Советов в июле 1918 г. Тем самым из политического заявления она превратилась в юриди­ческий документ.

Эта Конституция, реализуя решения II и III Всероссийских съездов Советов, провозгласивших добровольное и свободное волеизъявление на­родов и республик во взаимоотношениях с федеральными органами, в пункте «г» статьи 49 закрепила следующее положение как предмет ведения Всероссийского съезда Советов и Всероссийского Центрального Исполни­тельного Комитета Советов: «Принятие в состав Российской Социалисти­ческой Федеративной Советской республики новых сочленов Советской Республики и признание выхода из Российской Федерации отдельных ча­стей ее»25". Следовательно, съезд и ВЦИК решают вопрос о приеме респуб­лик в состав Федерации и просто констатируют и оформляют возможный выход республик из нее. Это положение целиком и полностью соответству­ет программным заявлениям партии большевиков. На I Всероссийском съезде Советов они раскритиковали предложения меньшевиков и эсеров о том, что вопрос об отделении тех или иных национальных территорий решается на основе договоренности с центральными органами Российско­го государства.

Однако обещания обещаниями, а дела делами. Последние резко отлича­лись от первых. Выход Польши и Финляндии из состава России в силу особых условий не мог вызвать противодействия Советской власти. Однако уже во взаимоотношениях центральной Советской власти и Украины кон­фликтная ситуация обозначилась четко. Центральная Украинская Рада, как и национальный Совет, состоявший в своем большинстве из рабочих и крестьян, был признан рядом местных партийных организаций большеви­ков. Была достигнута договоренность, что Рада на ближайшем съезде Со­ветов будет реорганизована в краевой орган Советов251. Характерен в этом отношении разговор Сталина по прямому проводу с большевиками, нахо­дившимися тогда в Киеве, — Поршем и Бакинским. В результате разговора Советскому правительству стало ясно, что Рада состоит из 200 крестьянс­ких депутатов, 150 представителей рабочих депутатов и свыше 150 избран­ных на последнем съезде солдат-делегатов. Она включала в свой состав также около 70 представителей социалистических партий. В ней нет каде­тов252. Несмотря на это, не был признан факт провозглашения Радой Ук­раинской народной республики. С целью перерешения вопроса о власти Совнарком России добивался от нее проведения краевого съезда Советов. Украине был предъявлен ультиматум с обвинением Центральной Рады в том, что она, «прикрываясь» национальными фразами, ведет двусмыслен­ную буржуазную политику, которая давно уже выражается в непризнании

141 Образование и развитие СССР..,—С.23.

"' История Коммунистической партии Советского Союза. — Т.З: Коммунистическая партия - организатор победы Великой Октябрьской Социалистической Революции и обороны Советской Республики.— М., 1967. — С.402.

'--' Известия Армейского комитета VIII Армии. — 1917, 21 нояб.


Радой Советов и Советской власти на Украине. 4 декабря 1917 г. Совнарком обратился с «Манифестом к украинскому народу с ультимативными требо­ваниями к Украинской Раде». Рада обвинялась в дезорганизации фронта, в отзыве с фронта украинских солдат и в разоружении войск, стоявших на платформе поддержки Советской власти. С целью предотвращения послед­ствий этих действий Рады Николай Крыленко обратился с воззванием к украинскому народу, что было расценено Радой как нарушение права украинской нации на самоопределение. Конечно, недоразумений во взаи­моотношениях было немало. Так, в начале декабря по причине отказа большевиков признать Раду законной властью сорвался съезд Советов Ук­раины. Были и другие упущенные возможности, реализация которых могла привести к достижению согласия.

Но самое главное в том, что каких-либо оснований для обвинения Украины в сепаратистских устремлениях не было. На заседании Малой Рады Украинской республики 9 декабря 1917 г. была принята нота, обра­щенная к воюющим и нейтральным державам. В ней говорилось: «Третьим универсалом Украинской Рады 7—20 ноября провозглашена Украинская Народная республика и этим актом определено ее международное положе­ние. Стремясь к созданию федеративного союза всех республик, какие возникли в данный момент на территории бывшей Российской империи. Украинская Народная республика в лице ее секретариата становится на путь самостоятельных международных отношений до того времени, пока не будет создана общегосударственная федеративная власть России и не будет произведено разделение международного представительства между прави­тельством украинской республики и федеративным правительством буду­щей федерации». Как видно, Украина проявила полную готовность принять активное участие в строительстве новой федерации. 11 ноября 1917 г. Рала отправила Вошуро следующую телеграмму: «Центральная Рада, признавая, что только в скорейшем осуществлении федерации спасение России, ' ноября провозгласила Украинскую республику, входящую в тесную феде­ративную связь со всеми отдельными частями Российской республики, и постановила приложить все усилия для поддержки Российской республики и сохранения ее единства на федеративных началах»2". В ответ военное Шуро отправило телеграмму с выражением поддержки и сотрудничества «в строении государства на началах федеративных. Таким образом. Рада во многом выступала инициатором строительства новой России. Однако ей был предъявлен ультиматум, видимо, только потому, что ею руководили не большевики. Именно поэтому власть Рады была сокрушена силой. В вооруженной борьбе сил Советской власти и Рады последняя потерпела поражение. Вовсе не случайно, что до провозглашения России федератив­ной республикой 12 декабря 1917 г. I Всеукраинский съезд Советов при­знал Украину федеративной частью Российской республики.

В татарском национальном движении были значительные силы, поддер­живающие украинцев. Украинскую Раду. Газета «Известия Всероссийского

'S1 Известия Всероссийского Мусульманского Военного Шуро. — 1917, 19 нояб.


Мусульманского Шуро» в № 5 от 12 декабря 1917 г. опубликовала статью в защиту развивающегося в стране национального движения. В ней говори­лось следующее: «Казалось бы, идеи, провозглашенные Советом Народных Комиссаров, воплощаются в реальные формы, но... Совет Народных Комис­саров, вопреки своему обещанию, хочет вмешаться во внутреннюю жизнь автономных областей, объявляет себя опекуном Украины и пытается вовлечь Украину, украинскую демократию в гражданскую войну под угрозой объяв­ления войны Украине. Совет Народных Комиссаров (точнее - агенты его) препятствует делу самоопределения народностей, может быть, невольно вос­станавливая национальности друг против друга». Татарские национальные лидеры в лице Мусульманского Харби Шуро считали, что украинское движе­ние идет под флагом образования в России однородной социалистической власти на федеративных началах, защиты России от окончательного развала и сохранения ее государственного единства»254. В этой же газете («Известия...») в номере за 17 декабря читаем: «Народы вняли призыву [большевиков самим решать свою судьбу] и стали усиленно готовиться к самоопределению и самое понятие «самоопределение» истолковали как политическое возрождение на­циональностей, - - первые же шаги были подчинены этому исторически неизбежному закону, т.е. демократия народностей призвала к работе все силы, не разбираясь в том, угодны они Советам или нет, и руководясь лишь тем, поскольку они соответствуют своему назначению и насколько преданы идее политического возрождения своего народа». Газета писала, что «нацио­нальности России поддерживали, вернее, шли одной дорогой с Народными Комиссарами, пока задачи последних более или менее совпадали со стремле­ниями их. Народы стремились к самоопределению и, конечно, не могли не приветствовать декрет Совета народных Комиссаров о самоопределении».

Тревожила татарских национальных деятелей и обстановка к Туркестане. Созванный большевиками 111 Туркестанский краевой съезд создал местное правительство, не включив туда ни одного представителя коренных наро­дов. Более того, съезд и это правительство действовали без всякого учета местных условий. Они противопоставили себя краевому мусульманскому съезду, провозгласившему местную автономию. Казань из Ташкента полу­чила телеграмму с сообщением о состоявшемся I Чрезвычайном съезде рабочих, крестьян и солдат-мусульман, провозгласившем автономию Тур­кестана. Он был подписан Губайдуллиным, который сообщал, что «не­смотря на препятствия некоторых групп, съезд прошел благополучно в желательном нам духе». Говорилось также, что на нем в Казань на военный съезд избран Кливлеев, «которому мною поручено сделать подробный док­лад о Туркестане»-". В резолюции, принятой на съезде, говорилось: «Пер­вый Чрезвычайный съезд Рабочих, Крестьян и Солдат-мусульман Туркес­танского Края, обсудив создавшееся в Крае по случаю объявления обше-мусульманским съездом 27 ноября 1917 года автономии края положение, заявляет, что брошенное некоторыми группами обвинение, что такой съезд

Известия Всероссийского Мусульманского Военного Шуро. — 1917, 24 дек. "'Там же. - 1918, № 15.


был буржуазным, — не соответствует действительности, что съезд 27 но­ября был поистине общемусульманским, в котором участвовали все слои населения, настоящий съезд, выражая полное доверие существующему Совету и правительству автономного Туркестана, ибо в их составе есть наша передовая безукоризненная интеллигенция, служащая защите инте­ресов рабочего класса, и наши религиозные воспитатели - - революцион­ные муллы, -- съезд, доверяя им, для усугубления этого доверия и авто­ритетности пред Великим Русским Пролетарием, пополнил состав Совета и Правительства представителями из своей среды. Не желая иметь конф­ликт между своими русскими братьями, высказываем наше первое и пос­леднее слово: не вмешиваться в наши национальные дела, не ставить препятствий к осуществлению нашего самоопределения согласно возве­щенному Великой Российской Демократией лозунгу»256. Гарнизонам Турке­станского военного округа предлагалось или принимать участие в работе Совета и правительства соответственно численности или же вовсе не вме­шиваться в дела края. «Дайте нам забыть, вы, русские демократы, • пролитую под давлением царя вашими же братья ми-русскими нашу кровь в 1916 году за то, что мы были против коварной, затеянной империалис­тами войны. Вы, русские демократы, дайте нам возможность убедиться. что вы искренне руководствуетесь вашими лозунгами о самоопределении и воззваниями, обращениями к обездоленным народам Востока». 26 ноября из Коканда в Петроград в адрес Совета Народных Комиссаров и Исполни­тельного Комитета Мусульман поступила телеграмма следующего содержа­ния: «Великие лозунги, провозглашенные Советом Народных Комиссаров, для Туркестана осуществляются. Весь Туркестанский народ на двух съездах единогласно провозгласил автономию Туркестанского края и предложил Туркестанскому Учредительному Собранию выработать окончательную форму управления краем. Различные организации всех городов и селений в мани­фестациях и резолюциях всецело присоединяются к объявленной автоно­мии. В составе избранного Народного Совета русскому и европейскому населению отведено 33 процента, хотя европейского населения в городах и селениях не более двух процентов. Единогласно присоединяясь к необходи­мости прекращения бойни народов заключением мира без аннексий и контрибуций, Первый Чрезвычайный съезд мусульманского пролетариата полагает, что со стороны Всероссийского Совета народных Комиссаров будут приняты все меры к фактическому укреплению автономии Туркеста­на, доказав всему миру глубочайшую искренность и жизненность лозунгов о самоопределении народов.

Сообщая резолюцию, принятую на Первом Чрезвычайном съезде рабо­чих, крестьян и солдат-мусульман Туркестана, просим Вас, как высшую власть Российской Демократической Республики, распорядиться Ташкент­скому Совету Народных Комиссаров о сдаче краевой власти Временному Правительству автономного Туркестана, во избежание анархии двоевлас­тия, могущей принести Туркестан к величайшей катастрофе».

Резолюция была подписана председателем краевого Совета рабочих, крестьян и солдат-мусульман Туркестана А,Кливлеевым257. Однако Ташкен­тский Совет, опираясь на гарнизон Ташкента и других городов, жестоко подавил автономию Туркестана. Самоопределению края не суждено было сбыться.

Примерно такое же противостояние возникло в Семиречье, где укрепи­лась казахская партия «Алаш». Почти всюду большевики проявляли неус­тупчивость, всячески препятствуя стремлению нерусских народов к реали­зации провозглашенного Советской властью права на самоопределение.

Бурные процессы в татарском национальном движении также развива­лись под знаком всероссийских изменений. В нем также были представлены все основные политические партии. Однако они не смогли своевременно и единодушно определить идею национальной государственности, своего глав­ного политического приоритета. Это сделал отец польских социалистов Ю.Пилсудский, сказавший, что сошел с социалистического поезда на остановке независимости. Были шансы, которые в 1917—1918 гг. можно было использовать. Для татарских национальных деятелей эти шансы стали сплошной цепью упущенных возможностей. Рассмотрим их более подробно.

Идель-Уральский штат

После феврачьской революции началось демократичес­кое развитие России. Общественно-политические силы предлагали различ­ные варианты государственного устройства страны. Можно сказать со всей уверенностью, что любой из этих вариантов был шагом на пути к реальной демократии. В том числе и вариант унитарной республики с мощными элементами культурно-национальной автономии.

В силу своей разбросанности по всей России татары не исключали для себя как возможности национально-культурной, так и территориальной автономии. На первых порах в национальном движении боролись между собой сторонники двух форм автономии. Потребовалось время для того, чтобы между ними наступили мир и согласие. На I Всероссийском мусуль­манском съезде, состоявшемся в начале мая в Москве, одержали верх сторонники территориальной автономии, выступавшие за федеративное устройство России. На II Всероссийском мусульманском съезде, проходив­шем в июле 1917 г. в Казани, восторжествовала идея национально-культур­ной автономии. На заседании, объединенном с I Всероссийским мусуль­манским военным съездом и съездом Всероссийского мусульманского ду­ховенства, 22 июля была провозглашена национально-культурная автоно­мия мусульман Внутренней России и Сибири.

На 3-м заседании II Всероссийского мусульманского съезда 27 июля по докладу С.Максуди было принято следующее решение: «Для управления всеми делами, которые будут переданы в руки мусульман Учредительным собранием, Мусульмане внутренней России учреждают Национальный Совет - Милли Меджлис». Выборы должны были проходить путем всеобщего и тайного голосования по одному или по нескольку представителей от при­хода. Выбранные таким путем представители собираются в уездный город и из своей среды выбирают по одному представителю от каждых десяти лиц. Если число приходов не будет достигать десяти, этот уезд присоединяется к соседнему. Представители, выбранные от уездов, собираются в тот город, где должно находиться местопребывание Национального Совета. Таким городом стала Уфа.


Национальный Совет являлся законодательным учреждением, нормиру­ющим всю национальную жизнь мусульман внутренней России, согласно предоставленных конституцией России прав. В решении было указано, что пределы полномочий Национального Совета ограничиваются лишь консти­туцией России, что Национальный Совет «является последней авторитет­ной инстанцией, выносящей постановления о приходах, муллах, мусуль­манских общеобразовательных и конфессиональных школах, национальном языке, о делах народного образования, о национальном казначействе, вакуфах и других народных вопросах». Указывалось также, что члены наци­онального парламента пользуются такими же правами, какими пользуются члены центрального парламента, в том числе и правом неприкосновенно­сти. Для открытия работы меджлиса требовалось присутствие более полови­ны его членов25".

Однако жизнь стремительно диктовала России путь перехода к федера­тивному переустройству государства. Правильно пишут историки, что среди русских политических партий эсеры первыми выдвинули идею федерации. Однако эсеры полагали, что Россия должна быть федерацией областных, а не национальных республик.

Идеей создания национальной государственности в России жили мно­гие татарские и башкирские общественные деятели. Студенческое общество в Петрограде, возникшее еще до февральского переворота, уже давно разрабатывало такие планы. Братья Ильяс и Джангир Алкины, Усман То-кумбетов, Галимджан Ибрагимов и некоторые другие не только были сторонниками федеративного устройства России, но и строили планы со­здания национальной государственности татарского и башкирского наро­дов. Эти люди полагали, что всякое увлечение идеей культурно-националь­ной автономии может только повредить федеративному развитию России и помешать реализации идеи национальной государственности. Именно по­этому Галимджан Ибрагимов решительно выступал против решений июль­ских 1917 г. мусульманских съездов — они провозгласили культурно-наци­ональную автономию мусульман внутренней России и Сибири.

Радикальное крыло национального движения не связывало осуществле­ние национальной государственности с деятельностью большевиков и Со­ветской власти. Лидер уфимских социал-демократов Ибрагим Ахтямов счи-

Казанское слово. — 1917, 29 июля.


тал Октябрьский переворот безумной авантюрой. Джангир Алкин заявил на страницах печати так: «Я лично всегда сомневался в достижении больше­виками поставленных задач и был уверен, что, протрубив на весь мир красивые лозунги, они, в конечном счете, не смогут дать ни мира, ни хлеба, ни самоопределения народов»254.

В то же время само всероссийское мусульманское Харби Шуро стреми­лось реализовать идею федерации в России. На страницах его газет, изда­вавшихся как на русском, так и на татарском языках, публиковались материалы, пропагандирующие идею федерации. Представляет интерес ста­тья М.Горохова на страницах «Известий Всероссийского Мусульманского Военного Шуро» под названием «Союз народов». Он пророчески утвержда­ет, что единственной наследницей российской революции является «феде­ративная республика». Автор видит Россию как союз народов. В другой статье в этой же газете под названием «Более чем естественно» говорилось о том, что Финляндия, Украина, Крым, Башкирия и Сибирь, не дожида­ясь Учредительного собрания, объявили'себя автономными республиками. По мнению автора, было бы вполне естественным, если бы вслед за ними так же поступили Поволжье и Туркестан.

Однако в общественном мнении Казани идея национальной государ­ственности пробивала дорогу с большим трудом. Существовала определен­ная боязнь того, что могут вернуться времена так называемого «татарского ига». Находились и люди, которые подогревали страсти, распространяли всевозможные слухи, рассчитанные на нагнетание политической атмосфе­ры. Сложившаяся обстановка находила определенное отражение на страни­цах периодической печати, в том числе и выходившей на татарском языке. Так, газета «Известия Всероссийского Мусульманского Военного Шуро» сообща™ о конкретных фактах агитации, направленной на разжигание межнациональных страстей. Автор статьи «Клеветникам», помещенной в номере от 19 ноября 1917 г. этой газеты, писал: «...произошла октябрьская революция, и опять воскресла вновь, казалось, забытая уже легенда «о казанском ханстве». Опять за кулисами политической сцены появились какие-то темные лица и занялись фабрикацией слухов о якобы готовящемся провозглашении татарами своего ханства. И опять перед запуганным обыва­телем встает кровавый призрак «татарского нашествия». 7 января 1918 г. в этой газете была опубликована статья Джангира Ачкина «Слухи и действи­тельность», в которой говорилось, что «уже несколько недель ходят по Казани упорные слухи о предполагаемом, будто бы захвате города мусуль­манами и во главе этого движения стоит Всероссийское Мусульманское Вое н ное Шуро». Автор писал о том, что в Казан и появился какой-то гастролер, «не придающий никакого значения народной крови» и который «упорно стремится к возбуждению национальной розни». Мнение Д.Алкина по поводу этого гастролера и поддакивающих ему местных деятелей своди­лось к следующему: «Можем с уверенностью заявить, что он ничего не достигнет, ибо народ поймет, кто ему друг и кто его предатель. Старай-

-5" Известия Всероссийского Мусульманского Военного Шуро, — 1917, 17 дек.


тесь, господа, делайте свое грязное дело. Но этим вы ничего не добьетесь и не сможете втянуть мусульманский и русский пролетариат в братоубий­ственную резню».

Несмотря ни на какие преграды, идея национальной государственности пробивала себе дорогу. С 20 ноября 1917 г. по 11 февраля 1918 г. в Уфе проходила работа Милли Меджлиса. Этот парламент собрался в Уфе для обсуждения и решения всех насущных вопросов в жизни мусульман. На этом форуме шли дискуссии о возможных вариантах устройства политичес­кой жизни татар России. В статье Ильяса Алкина «Среди Поволжских татар», опубликованной в «Известиях Всероссийского Мусульманского Харби Шуро», был дан анализ различным течениям, нашедшим отражение на Милли Меджлисе. «Каждая нация в данное время занимается строитель­ством своей внутренней жизни. Период съездов, период бумажных резолю­ций прошел - надо на развалинах старого создать новое, светлое будущее народов России. Национальное Собрание поволжских татар - Миллет Меджлисе - занято практическим разрешением этого вопроса»26". Так на­чиналась статья. Далее автор дал подробную характеристику всем основным политическим течениям, от которых были делегаты Меджлиса. Главный спор проходил между унитаристами и федералистами. Как отмечал автор, среди унитаристов были и чистые панисламисты, которые стремились объе­динить не только мусульман России, но и всего мира. Однако на Меджлисе панисламисты не могли задавать тона. Более сильным было пантюркистс-кое течение. Оно, писал И.Алкин, имело несколько оттенков, что, по его мнению, объясняется «неопределенностью самого понятия пантюркизма». Если некоторые пантюркисты «мечтают объединить тюрков всего мира», то часть из них «понятие «тюрко-татары» суживают и согласуют его с направ­лением «татаристов». «Свое воззрение, - отмечал автор, - мотивируют следующими соображениями: Тюркские народы имеют общее происхожде­ние; их историческое прошлое приблизительно одинаково; язык и литера­тура, культурные ценности общие». Алкин рассматривал пантюркизм как переход от панисламизма к национальной идее, как переходное звено. Самым молодым движением Алкин называет «татаризм», которое, по его утверждению, возникло в 1914—1915 гг. «Идеологи этого направления, -писал автор, — говорят: мы не против объединения тюрков, не против объединения мусульман, но мы желаем в это единение войти своей куль­турой, сильным своим национальным бытием, нацией. Надо сначала раз­вить все культурные ценности своей нации, а затем уже присоединиться к всеобщему единению народов всего мира, вложив в это единение и татарс­кую культуру». Автор к татарской нации причислял: 1) казанских, касимов­ских, астраханских татар, 2) мещеряков, 3) башкир, 4) тептярей, 5) тю-менцев, 6) ногайцев, 7) крещеных татар. Причем он такое деление произвел не произвольно, а соответственно группам, на которые разделились деле­гаты Меджлиса.

Более основательный анализ был сделан различных вариантов федера-



m Известия Всероссийского Мусульманского Военного Шуро. — 1917, 24 дек.


тивного устройства России. Первый вариант -- это территориальная авто­номия для поволжских татар, штат. К этому варианту примыкали «сиони­сты», предлагавшие всем татарам переселиться из других мест и создать единую Татарию. Выражая отношение к этому подходу, Алкин писал: «По­явление этого направления вполне естественно и нормально. Мы, как евреи, почти нигде не составляем большинства; чувство же исторического прошлого у нас сильно, и вот в результате желание каким бы то ни было путем образовать Татарстан. Вопрос о том, осуществимо ли это, есть ли в нем надобность, я оставляю открытым». Эти настроения, выразившиеся на Меджлисе, давали знать о себе и в последующий период. Однако Меджлис подвел некоторые итоги в вопросе о национальной государственности та­тарского народа.

Важным результатом длительной работы Меджлиса явилось достижение согласия между сторонниками культурно-наци опальной и территориальной автономии. В результате Меджлис, избранный для реализации националь­но-культурной автономии, принял решение о создании территориальной автономии. Показателем этого является то, что Меджлис открылся под председательством руководителя комиссии по культурно-национальной ав­тономии, созданной на июльских съездах в Казани Садри Максуди. «Мы, - сказал он во вступительном слове, - - вместо их [русских] государства, построенного на гнилой основе, создадим государство на уровне XX века... Мы будем бороться не только за федерацию, но и по мере возможности за создание самостоятельного государства». Однако такой подход вовсе не означал отказа от культурно-национальной автономии, ибо, как заявил Г.Терегулов, разрешить национальный вопрос на основе одной лишь тер­риториальной автономии невозможно. Нельзя сказать, что в этих словах не было истины. Она была и заключалась в том, что татары, так же как и многие другие народы, жили дисперсно и были рассеяны по всей России. Территориальная автономия могла охватить лишь часть татарского населе­ния, другая же ее часть оставалась в других местах бывшей империи, и она нуждалась в культур но-национальной защите. Поэтому Меджлис не отбро­сил идею культурно-национальной автономии, а лишь переставил ее с первого, главного на второе, вспомогательное место. Это нашло отражение в документах, принятых Меджлисом. Здесь надо указать, что идея создания государственности была предложена в форме штата. И вовсе не случайно.

Среди различных вариантов переустройства России был и план ее пре­образования по типу Соединенных Штатов Америки. И тогда страна стала бы называться Соединенными Штатами России. Некоторые татарские об­щественные деятели сочли возможным использовать эту идею для реализа­ции национальной государственности. Выступая на I Всероссийском му­сульманском съезде, мулла Нижнего Новгорода Абдулла Сулеймани выд­винул предложение о том, что один из тех штатов мог бы быть штатом мусульман Внутренней России. Было бы неправильно полагать, что это было только его собственное предложение. В то же время он выступал решительным сторонником сохранения согласия и взаимопонимания меж­ду башкирами и татарами. Он предлагал создать совместную автономию



этих народов, чему, по его словам, способствуют и башкиры. По его мнению, все зависело от позиции самих татар.







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-30; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.234.214.113 (0.02 с.)