Зрелая патристика (IV-V вв.).



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Зрелая патристика (IV-V вв.).



В эту эпоху христианство становится государственной религией, а патристика достигает наивысшего расцвета. Основные особенности периода: подъем общего уровня теоретизирования; создание многочисленных универсальных теологических систем на основе платонизма и неоплатонизма; сочетание философских конструкций с проблематикой догматических споров и окончательное преодоление чрезмерно "логичного" представления о Боге. До Августина несомненное первенство в области теории принадлежит Востоку.

Основная догматическая коллизия IV в. — борьба с арианством, в которой Запад принимал лишь весьма скромное участие. Учение александрийского пресвитера Ария (ум. 335) о неравносущности Ипостасей Св. Троицы не представляло собой ничего нового на фоне теологических исканий II-III вв. Бог Ария — абсолютная монада; ее самодостаточность исключает передачу Божественной сущности чему-либо еще. Следовательно, рассуждал Арий, Вторая и Третья Ипостаси неединосущны Первой. "Троица" для Ария — понятие не онтологическое, а временное (ибо всякое рождение он в отличие от Оригена представляет как временной акт); таким образом, Ипостаси не совечны и возникают одна за другой.

Учение Ария представляло собой донельзя огрубленный и упрощенный оригенизм; само по себе оно поначалу казалось неопасным, а к тому же было осуждено на I Вселенском соборе в Никее (325 г.). Тем не менее повсеместное "богословское сочувствие" (10, с. 14), с которым оно встречалось на Востоке, свидетельствовало о глубоком влиянии рационалистических посылок Александрийской школы (и прежде всего Оригена) — влиянии, от которого Восток освобождался долго и трудно. А пока радикальные ариане, так называемые аномеи, возглавляемые Аэтием и Эвномием, заявили, что знают природу Бога так же хорошо, как Бог знает Сам Себя.

Именно скрытый богословский оригенизм, служивший идеологической основой арианства, и осознавался как главная опасность наиболее авторитетными представителями восточной патристики — Афанасием Александрийским и Каппадокийцами.

Литература:
Столяров А.А. Зрелая патристика (IV-V вв.)./История философии. Запад-Россия-Восток. Книга первая. Философия древности и средневековья.- М.:Греко-латинский кабинет, 1995 - с.266

 

 

Греческая патристика.

Неоспоримое первенство в борьбе с арианством принадлежит Афанасию Александрийскому (ок. 293-373). Афанасий родился в христианской семье и получил хорошее образование; как секретарь епископа Александра Александрийского присутствовал на Никейском Соборе. В 326 г. Афанасий был избран епископом вместо скончавшегося Александра и пробыл в этом служении сорок семь лет. Жизнь Афанасия проходила неспокойно, в постоянной борьбе с арианствующими епископами, в постоянном изгнании. В Александрии он спокойно провел лишь последние годы жизни.

Не будучи систематиком, Афанасий излагал свои творческие взгляды в многочисленных антиарианских сочинениях, главные из которых: три «Речи против ариан», четыре «Послания к Серапиону», трактат «О воплощении Бога-Слова». Тем не менее, высокая теология зрелой патристики многим ему обязана. Афанасий остро чувствовал опасность эллинизации и рационализации христианства, таившуюся в оригенизме и арианстве. Особые усилия он приложил для возвышения самого статуса веры: вера превыше знания. В тринитарном вопросе Афанасий последовательно отстаивал Никейскую формулу единодушия и тщательно исследовал саму проблему происхождения Сына-Логоса.

Троица у Афанасия — нераздельное сущностное единство; она не делится на Творца и тварь, но вся целиком творящая. Логос вечно рождается из существа Бога, а не просто из Его воли, которая в некий момент времени создает чувственный мир. Таким образом, Вторая Ипостась есть субстанциальная часть Троицы, но не тварный посредник между Богом и миром: Отец и Сын единосущны. Афанасий впервые устранил субординационизм из тринитарного учения, но это последнее еще не приобрело у него завершенности. Основной миссией воплощенного Слова-Христа является спасение греховного человечества. Сотериология — важнейшая часть учения Афанасия. Однако в отличие от Оригена он рассматривает этот вопрос не отвлеченно-философски, а со всем живым трепетом истинного христианина, для которого спасение есть главный вопрос личного бытия.

Классику греческой патристики представляют Каппадокийцы (Каппадокия — область на северо-востоке Малой Азии) — Василий Великий, его друг Григорий Назианзин и младший брат Григорий Нисский, которые переосмыслили и обогатили традицию Оригена. С Каппадокийцами связан важнейший этап оформления христианской догматики, хотя вряд ли можно квалифицировать его как "христианизацию греческой культуры" (11, с. 147). На долю трех великих христианских мыслителей выпала задача утверждения Никейского Символа веры, ибо почти весь Восток был арианским или полуарианским. Лишь в 381 г. на II Вселенском соборе в Константинополе тринитарные споры были в основном завершены с принятием Никео-Константинопольского Символа в редакции Каппадокийцев.

Глава Каппадокийцев Василий Великий (ок. 330-379) родился в Кесарии Каппадокийской в христианской семье. Образование он получил в Афинах, где ок. 350 г. познакомился с Григорием Назианзином, а также с будущим императором Юлианом. Крестился Василий только двадцати пяти лет от роду и много путешествовал по Сирии и Египту для знакомства с тамошним монашеством. После этого он вернулся в родной город и там вместе с Григорием Назианзином и несколькими друзьями образовал небольшую общину; члены ее занимались изучением теологии, особенно Оригена.

В 370 г. Василий был избран епископом Кесарии и принял на себя бремя борьбы с арианами.

Теология Василия изложена в главных его трудах — «Против Эвномия», «О Святом Духе», «Шестоднев». Главная задача теологии — четкое оформление учения о единосущной триипостасной Троице, где Третья Ипостась, Святой Дух, должна была занять подобающее равноправное место (хотя и Василий еще избегает именовать Святой Дух Богом). Можно считать несомненным, что Василий предложил нормативное употребление термина ουσια (который он понимал как родовую сущность Трех Лиц), а также термина υποστασις, ("ипостась", некое индивидуальное существование, тождественное Лицу Троицы — Письмо 38). Почти несомненно, что он многим обязан учению Плотина о трех высших "ипостасях" (Едином, Уме и Душе) и в ряде мест следует ему весьма близко (см. 12, с. 530 и сл.).

Существо Бога — выше познания, но о Боге можно судить по Его творениям. «Шестоднев» (девять бесед) разъясняет сотворение и устроение мироздания — от первого дня творения до появления человека. В этом труде Василий демонстрирует богатейшую эрудицию, используя сочинения многочисленных античных авторов, числовую символику; он показывает высокую осведомленность в естественнонаучных областях, опирается на «Тимея» Платона и «Физику» Аристотеля. С чрезвычайным искусством, можно сказать, с блеском, Василий применяет аллегорический метод. Эти достоинства сделали «Шестоднев» одним из самых известных сочинений Василия, образцом для целого ряда позднейших (в том числе средневековых) подражаний.

В антропологии Василия человек выступает как "микрокосм", ради которого был создан весь мир. Психология (учение о частях души) весьма близко напоминает учение Платона. Грех рассматривается как удаление от Бога, предпочтение материального духовному, а добродетель отождествляется с платоническим идеалом созерцания.

Друг Василия Великого Григорий Назианзин (ок. 330-390) был сыном епископа города Назианз (откуда и прозвище Григория). Образование получил в Кесарии Каппадокийской, Кесарии Палестинской (где была школа, основанная Оригеном) и наконец в Афинах — там он познакомился с Василием. Став епископом Кесарийским, Василий поставил своего друга в епископы небольшого города Сасимы. Но Григорий пробыл там недолго и вскоре переехал в Константинополь. После второго Вселенского собора, на котором он председательствовал, Григорий из-за разногласий с местным епископатом вернулся в Каппадокию, где и умер.

Среди Каппадокийцев Григорий выделялся поэтическим даром и удивительным мастерством красноречия, но при этом славился и высокими теоретическими интересами (заслужив прозвище "Богослов"); подобно Василию, он вдохновлялся сочинениями Оригена. Литературное наследие Григория состоит из сорока пяти речей (или проповедей), стихов и писем. В теоретическом отношении особенно важны пять теологических речей, обычно называемых «Слова о Богословии»), в которых тринитарное учение обосновывается с помощью платонической диалектики и защищается от нападок еретиков.

Несмотря на то, что из трех Каппадокийцев Григорий Богослов был натурой наименее "теоретической", ему принадлежит заслуга окончательного оформления тринитарной теологии на Востоке. Именно этим объясняется его высочайший авторитет среди христианских богословов. Учение Григория в основных чертах сходно с теорией Василия Великого, но оно более последовательно. Если Василий избегал называть Святого Духа Богом, то Григорий делает это всюду и решительно. Бог един по родовой сущности (одно Божество, одна сущность, одна природа — нетварность), но троичен по Ипостасям, каждая из которых обладает особенным свойством (соответственно, нерожденностью, рожденностью, ниспосланием).

Не будучи систематическим мыслителем, Григорий Назианзин являет собой образец ревностного христианского платоника, сыгравшего важную роль в развитии и упрочении традиций христианского платонизма.

Наиболее "философичным" среди Каппадокийцев был Григорий Нисский (ок. 335-394). Христианским воспитанием и обучением Григория занимался Василий Великий, который в 371 г. поставил младшего брата в епископы каппадокийского города Нисы. Григорий Нисский участвовал в заседаниях второго Вселенского собора и приобрел репутацию крупного теологического авторитета.

По методичности и систематичности построений Григорий более всех напоминает Оригена, которого он ревностно почитал. Основные теоретические сочинения: «Большое катехетическое слово», «Против Эвномия», «О душе и воскресении», «О творении человека», «Шестоднев», комментарии на Св. Писание. В духе Александрийской теологии Григорий стремится подкрепить веру разумом (хотя первенство веры не подвергается сомнению). Догматическая система должна строиться рациональными методами, а чисто научное знание может служить раскрытию Божественной истины. Строгие методы диалектики незаменимы в теологических рассуждениях.

Вера находит свое объяснение в мудром и целесообразном мироустроении. В Боге присутствует Вторая Ипостась — Сын-Логос, принцип и источник творения. По Логосу познается Бог-Отец, ибо не существует разума без того, кто им обладает. Подобным же образом обосновывается существование Третьей Ипостаси — Святого Духа, единосущного Отцу и Сыну. В христианской догматике это одна из самых значительных попыток обосновать учение о Святой Троице с помощью понятий о Божественных атрибутах и отношениях. Бог — единая сущность в трех Ипостасях, но не три бога.

Мир сотворен Богом не по необходимости, но из переизбытка любви. Сама возможность творения материи Богом заключена в том, что материя есть лишь единство бестелесных качеств. Человек, сотворенный по образу и подобию Божьему, — венец творения. Он причастен Божественной сущности, но благодаря свободе выбора способен склоняться ко злу, которое Григорий Нисский понимает, подобно Оригену и неоплатоникам, как "лишенность" блага, но не как самостоятельную субстанцию. Ради восстановления падшего человечества Бог принял человеческий облик. Антропология Григория излагается в трактатах «Против Эвномия», «О творении человека» и диалоге «О душе и воскресении». Библейская история толкуется здесь посредством платонической и перипатетической философии. Характерно выдержанное в платоническом духе учение о первочеловеке, который (в отличие от позднейших людей) лишен пола и бессмертен. Душа пронизывает все тело и рождается вместе с ним, но является мыслящей чувствующей субстанцией. Учение Григория о непременном соединении всего мира и даже дьявола с Богом напоминает соответствующую теорию Оригена.

Несмотря на общий рационалистический тон, учение Григория по существу было глубоко апофатическим и прямо предполагало сверхразумный путь Богопознания. Григория Нисского можно считать одним из основателей христианской мистики, говорящей о непосредственном, "экстатическом" созерцании Бога. В этом отношении Григорий — прямой предшественник Псевдо-Дионисия Ареопагита.

Наряду с Каппадокийцами вершину святоотеческой литературы представляет Иоанн Хрисостом ("Златоуст") (ок. 344-407). Он происходил из образованной семьи и учился в Антиохии у знаменитого ритора Либания. С 381 г. он - пресвитер в Антиохии, а с 398 г. — епископ Константинопольский. В 404 г. вследствие интриг местного духовенства Иоанн был сослан на Восток, где и скончался. В глазах всего христианского мира Иоанн остался образцом высокой честности и личной скромности.

Иоанн Златоуст — не столько богослов-теоретик, сколько непревзойденный христианский мастер красноречия. Большинство его сочинений — проповеди, записанные слушателями и отредактированные (число их приближалось к тысяче). Теоретическая часть проповедей — толкования на книги Ветхого Завета, Послания ап. Павла, группа бесед «О священстве». В области тринитарной догматики Иоанн следовал Каппадокиицам («Против аномеев»). Но главные достижения Иоанна - риторически безупречная христианская герменевтика и развитие практической морали.

С Каппадокийцами высокая теология на Востоке обрела классическую завершенность. Прочие восточные авторы этой эпохи не имеют столь большого значения, но многие из них являются вполне самостоятельными и достойными внимания — каковы прежде всего монашествующие богословы Макарий Египетский и Евагрий Понтийский, сыгравшие значительную роль в развитии христианкой мистики и аскетики.

В проповедях Макария Египетского (ум. ок. 390) (его авторство, правда, порой отрицается) заметно сильное влияние стоицизма. Все сущее, кроме Бога, — вещественно. В душе, подобии Божьем, есть еще одна, небесная душа. Единение с Богом и освобождение от греха — это восстановление печати Святого Духа благодатью при содействии человеческой воли, результатом которого становится полное просветление, созерцательный экстаз.

Евагрий Понтийский (ум. ок. 399) был другом Каппадокийцев и начал свое служение в Константинополе, откуда в 385 г. уехал в Палестину ради монашеского уединения. Основные сочинения Евагрия — «Практик», «Гностик», «О молитве» — посвящены философскому обоснованию аскетизма при особом внимании к очищению души в "умной" созерцательной молитве.

Далее следует упомянуть Синесия, епископа Киренского (ум. ок. 413), неоплатоника, ставшего христианином в зрелом возрасте. В речах Синесия неоплатонические мотивы порой превалируют над христианскими. Современник Синесия Немесий, епископ Эмесский, использовал в своем труде «О природе человека» платовескую, перипатетическую и стоическую философии. Вслед за Платоном он признавал предсуществование душ и вечность мира, но отрицал фатализм. В психологии Немесий опирался на Аристотеля и оказал влияние на Иоанна Дамаскина. Труд Немесия является ценным источником по истории греческой философии.

Наконец, Восток дал еще немало вполне самостоятельных, хотя и нe первостепенных богословов, каковы, например, Аполлинарий Лаодикийский, Евстафий Антиохийский, Дидим Александрийский, Макарий Магнесийский и др.

Литература:
Столяров А.А. Греческая патристика./История философии. Запад-Россия-Восток. Книга первая. Философия древности и средневековья.- М.:Греко-латинский кабинет, 1995 - с.266-271

 

 

Латинская патристика.

Вершина латинской патристики — творчество Августина, которое в Целом ряде отношений можно считать философской кульминацией всей патристики вообще. Появление Августина подготовлено предшествующим развитием христианской мысли и, особенно, латинской традицией. Непосредственными предшественниками Августина были Иларий Пиктавийский, Марий Викторин и Амвросий Медиоланский.

Иларий (ок. 315-368) родился в галльской Пиктаве (ныне Пуатье) в знатной семье. Крестился в 35 лет и в 353 г. был избран епископом. Почти единственный из западных богословов (как поначалу Афанасий — среди восточных) он не симпатизировал арианству и был сослан во Фригию (Малая Азия). При императоре Юлиане Иларий вернулся на родину. Тринитарные воззрения Илария суммированы в трактате «О Святой Троице», написанном в защиту Никейского Символа веры. Особая заслуга Илария — согласование греческой тринитарной терминологии с гораздо менее развитой латинской и определение принципов перевода греческих терминов: προσωπον, υποστασις и ουσια латинскими persona, substantia и essentia.

Известный ритор Марий Викторин обратился в христианство уже в зрелом возрасте (ок. 355). Знаток неоплатонизма, он во многом содействовал его утверждению на латинской почве. Главные сочинения Викторина — «О Троице против Ария», комментарии на Послания ап. Павла, переводы и комментарии «Введения» Порфирия, «Категории» и «Об истолковании» Аристотеля — отличаются высокой теоретичностью. Неоплатоническая диалектика ипостасей прилагается в них к учению о Святой Троице. Прежде всего это касается проблем единосущности и троичности Бога, которые Викторин решает с помощью неоплатонической теории эманации. Бог — полнота бытия, избегающая прочих определений. Рожденный от Бога Логос есть источник жизни и движения, творец мира. Энергия Логоса тождественна Святому Духу. Конечные вещи причастны не запредельной Божественной сущности, а только ее энергии. В трактатах Викторина намечено учение о предопределении, которое приобрело большое значение у Августина.

Амвросий, епископ Медиоланский (ок. 340-397) родился в христианской семье (отец его был префектом Галлии) и получил юридическое образование. Поначалу Амвросий избрал светскую карьеру, занимал крупный пост в Медиолане (Милан). В 374 г. он неожиданно для себя самого был избран епископом Медиоланским и вскоре приобрел репутацию выдающегося духовного авторитета, каким его воспринимал молодой Августин. О твердости и непреклонности Амвросия ходили легенды. Рассказывали, например, что, когда император Феодосии разрушил Фессалонику, Амвросий закрыл перед ним двери церкви. Основные сочинения Амвросия — «О вере», «О Святом Духе», «О благе смерти», «Об Исааке, или о душе», «Шестоднев» (в большинстве своем — талантливые проповеди) — показывают хорошее знакомство с неоплатонизмом; вместе с тем они свидетельствуют о нравственно-практической ориентации всей мысли Амвросия. В «Шестодневе» он развивает традицию Василия Великого и использует аллегорический метод для толкования Писания. Трактат «Об обязанностях священнослужителей» написан под несомненным влиянием Цицерона и стоической традиции.

Деятельность Илария, Мария Викторина и Амвросия, способствовавшая развитию латинской теологии и теологической лексики, укоренению неоплатонических идей, подготовила появление Августина. Аврелий Августин (354-430) родился в Тагасте (Северная Африка), получил хорошее риторическое образование и испытал большое влияние матери-христианки. Августин был натурой впечатлительной и тонкой, но вместе с тем порывистой и энергичной. Поначалу он избрал для себя риторическое поприще и думал о карьере адвоката. В молодости ему пришлось пережить увлечение манихейством (дуалистическим учением, напоминающим гностицизм). Со временем, однако, внутренние перемены и внешние обстоятельства привели Августина к христианству. В середине 80-х годов IV в. он слушал проповеди Амвросия, не без влияния которого вскоре стал христианином. В Медиолане и Риме Августин познакомился с некоторыми сочинениями неоплатоников в переводе Мария Викторина. В 386-388 гг. появились его первые философские сочинения — «Против академиков», «О порядке» и др., — еще очень рассудочные и проникнутые уважением к античной мудрости. Вернувшись в Африку, Августин принял сан священника, а с 395 г. до конца жизни был епископом приморского города Гиппон.

Вероятно, самый универсальный представитель патристики, Августин соединил высокие теологические интересы Востока с традиционным вниманием Запада к человеческому индивидууму. Таким образом, в его творчестве гармонически слились два "полюса" христианства, — традиция Тертуллиана и традиция Оригена. При хорошем знании христианских авторов Августин был осведомлен в греческой философии и особенно ценил платонизм. Далекий от строгого систематизма (в отличие от Оригена, Григория Нисского и даже Мария Викторина), Августин, тем не менее, подчинял все свои построения одной общей идее — идее личности, взятой в абсолютном и конкретно-эмпирическом измерении. Основная интуиция его сочинений — восхождение просветленной личности к Богу, "новый" человек в отношении к Творцу и миру. Все богатство августиновских теорий можно условно разделить на четыре группы.

Первая группа — философская теология, учение о тринитарной структуре абсолютной личности как чистого Я (трактат «О Троице»). Здесь заметно влияние неоплатонизма, особенно в рассуждениях о субстанциальном единстве трех "персон" — Ипостасей Святой Троицы (тринитарная формула Августина: „одна субстанция, или сущность, три Лица" — напоминает формулу Каппадокийцев) и о просветленном восхождении души к Первоначалу, когда душа не только познает себя, но и очищается. "Истина, — повторял Августин вслед за ап. Павлом, — обитает во внутреннем человеке" (Об истинной религии 39, 72); здесь находит свое обоснование тезис о первенстве веры над знанием. На эмпирически-психологическом уровне трансцендентное единство являет себя как единство ума, памяти и воли в конкретном человеке. Августин предвосхитил знаменитый тезис Декарта: „Я мыслю, значит, я существую".

Вторая группа проблем — моральная личность и ее религиозно-психологические характеристики. Эти проблемы привлекали Августина более всего, и здесь его достижения особенно велики. Проблематика моральной личности рассматривается в диалоге «О свободном решении», «Исповеди» (с которой начинается жанр психологической автобиографии), комментариях на Послания ап. Павла и целом ряде трактатов 20-х годов V в. Вместе с неоплатониками Августин понимает зло как отсутствие блага и толкует его в чисто моральном смысле. Бог не отвечает за мировое зло, единственным источником которого является злая воля. Рационалистическая этика долга, разработанная в диалоге «О свободном решении» и других ранних трактатах, сменяется у позднего Августина концепцией благодати и предопределения. Адам, совершив грех по своей воле, стал смертным и утратил способность самостоятельно возвышаться к добру. Человечество, носитель первородного греха, нуждается в помощи свыше для исполнения своего долга. Борьба внутренних мотивов и поиски благодати описаны в «Исповеди» — произведении высоких художественных достоинств и уникальной для своего времени психологической глубины. Благодать несоизмерима с человеческими заслугами; она дается на непостижимых основаниях тому, кто избран и предопределен к спасению. Высшие решения нельзя понять: в их справедливость можно только верить. Эти мысли, воспринятые впоследствии Лютером, делают Августина предшественником протестантской этики. А если мы учтем, что этика протестантизма способствовала зарождению 'духа" капитализма, нам лучше будут понятны масштабы влияния Августина на европейскую цивилизацию.

Третья группа проблем — теология и антропология в их историческом измерении. Путь к новому человечеству, эсхатология, учение о церкви и государстве — предмет обширного трактата «О Граде Божием». Град земной и Град Небесный (тождественный Незримой Церкви) — это символическое выражение двух видов "любви": эгоистической любви к себе и бескорыстной любви к Богу. Моральную историю человечества Августин начинает с грехопадения Адама и рассматривает как поступательное движение к нравственному совершенству, в котором человек обретает "невозможность грешить". Так в философский обиход вводится идея морального прогресса. Сообщество праведных и будет тем Градом Божиим, который не от мира сего. Реальные земные государства Августин признавал лишь родом необходимого зла. Цель истории свершается не на земле.

Наконец, четвертую группу проблем составляет то, что мы называем христианской герменевтикой. Здесь Августин развивает традицию Александрийской школы, рассматривая текст Писания как совокупность "знаков", имеющих теологическое, историческое, моральное значения. Способы их толкования — тема трактата «О христианском учении», обширных комментариев на книгу Бытия и трех заключительных книг «Исповеди». К числу герменевтических средств Августин относит и так называемые свободные науки: риторику, диалектику, музыку, математику.

Августин создал целостное и завершенное (хотя и не очень стройно изложенное) учение, которое на тысячу лет стало образцом для мыслителей Запада.

Из современников Августина должен быть упомянут многогранный и плодовитый писатель Иероним Стридонский (ок. 340-420). Иероним составил обширные комментарии почти на все Писание, опираясь в основном на труды Оригена (многие из которых он перевел на латинский язык). Перу Иеронима принадлежат многочисленные полемические трактаты, в которых опровергаются различные ереси. Основные достижения Иеронима — исторический труд об отцах церкви первых четырех веков («О знаменитых мужах») и перевод Писания на латынь — так называемая Вульгата, — признанный Западной церковью образцовым.

Литература:
Столяров А.А. Латинская патристика./История философии. Запад-Россия-Восток. Книга первая. Философия древности и средневековья.- М.:Греко-латинский кабинет, 1995 - с.271-275

 

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-08-14; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.214.224 (0.011 с.)