Падение «Священной римской империи германской нации» и исторические формы объединений германских государств в начале XIX в. Первые конституции германских государств в начале XIX в.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Падение «Священной римской империи германской нации» и исторические формы объединений германских государств в начале XIX в. Первые конституции германских государств в начале XIX в.



“Священная римская империя германской нации” лишь формально представляла собой единое государство, включая в себя в XVIII в. помимо непосредственных владений императора 7 курфюрществ, являющихся суверенными государствами, 300 владений имперских князей, епископов, аббатов, территории вольных городов, формально зависимых от императора, а фактически управляемых князьями, епископами, городскими советами, и множество других феодальных владений. Империя скреплялась не столько экономической общностью или общеимперскими органами управления, сколько культурным, языковым и прочим единством ее народов.

Падение “Священной римской империи германской нации” стало прямым следствием победоносных наполеоновских войн, в ходе которых не только существенно была перекроена политическая карта Европы, но и дальнейший импульс получило развитие Германии по капиталистическому пути. Было ликвидировано множество мелких феодальных владений, которые или слились, или вошли в крупные монархии, при этом наибольшие территориальные приобретения получили непосредственно зависимые от Наполеона государства: Баден, Бавария, Вюртемберг, Саксония. В 1807 г. было создано крупное королевство Вестфалия.

В 1806 году 16 формально независимых прирейнских государств были объединены в “Рейнский союз”,впоследствии их число увеличилось. “Рейнский союз” формально возник как союз монархий, не лишенных государственного суверенитета, но отношения их с Наполеоном строились скорее на сюзеренно-вассальных связях зависимости, протектората. Государства “Рейнского союза” объявили о своем выходе из “Священной римской империи”, что и предопределило ее распад.

В этих государствах были отменены сословные привилегии духовенства и дворянства, личная крепостная зависимость крестьян, реорганизованы судебная и правовая системы, введен в действие Французский гражданский кодекс .1804 г.

Конец эпохи наполеоновских войн в Европе был ознаменован созданием нового объединения германских государств, правовой основой которого стал Союзный акт 1815 г., принятый на Венском конгрессе державами-победительницами. Они боялись возникновения в сердце Европы единого сильного немецкого государства, но были заинтересованы в создании некоего конфедеративного форпоста у границ беспокойной Франции.

В Германский союзкроме Австрии и Пруссии вошли еще 35 суверенных монархий (впоследствии — 32) — королевств, княжеств, герцогств и 4 вольных города, между которыми не существовало ни крепких экономических связей, ни единого законодательства, ни общих финансов или дипломатических служб.

В новом объединении отсутствовали и центральные органы власти, кроме единственного — Союзногосейма, состоящего. из представителей правительств государств, вошедших в Германский союз. Решения сейма требовали единодушного согласия всех его членов, что парализовывало его деятельность.

С 1816 по 1847 гг. в большинстве германских государств были приняты, во исполнение решения Союзного акта 1815 г., первые конституции, в основном в форме октроированных (дарованных монархами) хартий.

По формам правления, высшим органам государственной власти (во главе с монархом “божьей милостью”, как правило, двухпалатным, контролируемым монархом сословно-представительным органом — ландтагом и назначаемым и ответственным перед монархом правительством) эти конституции мало отличались одна от другой.

Так, согласно конституционному акту Великого герцогства Баденского, принятого в 1818 г., наследственный Великий герцог(“священный и неприкосновенный”) объединял в своем лице все права государственной власти, но “в согласии с предписаниями Конституции” (ст. 5), то есть прежде всего в согласии с создаваемым на основе конституций сословно-представительным двухпалатным органом — ландтагом.

законодательной вверяла Великому герцогу, который мог созывать, распускать ландтаг, отсрочивать его заседания, расширять или сужать круг вопросов, подлежащих его обсуждению, “если они не были отнесены к их ведению самой Конституцией” (ст. 50).

Ему же предоставлялось вместе с каждой из палат право законодательной инициативы, право утверждения (фактически в форме абсолютного вето) и обнародования законов, а также издание для их исполнения “распоряжений, регламентов и общих указов” (ст. 66).

Более того, Конституция предусматривала и прямое законотворчество герцога в форме указов в связи с принятием мер, “которые по своему значению относятся к компетенции народного собрания, если они были крайне необходимы в видах государственной пользы...” (ст. 66).

Конституция, однако, не соответствовала бы своему новому назначению, если бы она не говорила и об определенных ограничениях законодательных прав герцога, которые касались бюджета и изменения самой конституции. Налоги не могли впредь устанавливаться и взиматься без согласия палат, а все законы, дополняющие, разъясняющие или изменяющие конституционный акт, требовали 2/3 голосов присутствующих в каждой палате членов “для их принятия” (ст. 64).

Отдав формально дань буржуазному конституционному принципу “никаких налогов без представительства”, конституция выхолащивала его множеством оговорок, предусмотрев, например, возможность заключения займов и установления военных налогов без согласия палат (ст. 63), включив в бюджет статьи “о секретных расходах” и “долговременных налогах”, связанных с договорами правительства (ст. 63), а также категорически запретив ландтагу “ставить свое согласие на взимание налогов в зависимость от каких бы то ни было условий” (ст. 56).

Правительство по Конституции отвечало в своей деятельности только перед королем. В его обязанность входил отчет перед ландтагом о расходах предыдущего сметного года при внесении очередного бюджета, за которым, однако, не могла последовать отставка его членов, назначаемых и сменяемых только королем.

Все германские конституции включали ограниченный перечень демократических прав и свобод (в некоторых хартиях содержался специальный “каталог Основных прав”), которые, однако, не предусматривали правовых гарантий их осуществления и содержали оговорки, которые сводили их фактически на нет.

128. Революция 1848 г. в Германии и общегерманская конституция 1849 г.

Достижение государственного единства Германии стало одной из важнейших задач буржуазно-демократической революции 1848 г. Без уничтожения феодальных и полуфеодальных порядков, без окончательного утверждения национального единства не мог в полной мере быть обеспечен капиталистический прогресс — необходимое условие преодоления сравнительно с другими странами европейского континента отставания Германии.

В переменах было заинтересовано подавляющее большинство немецкого народа, которому противостояли крупные и мелкие монархи, опиравшиеся на высшее дворянство, верхушку бюрократии и военщины, отстаивающую свои наследственные и благоприобретенные привилегии.

Разнородная, но все более настойчивая, противостоящая им оппозиция принадлежала к различным идейно-политическим течениям, единым в главном, но по-разному смотрящим на пути и формы объединения.

Апогеем германской революции стало мартовское массовое восстание в столице Пруссии Берлине в 1848 г. Король прусский Фридрих-Вильгельм IV, объявивший еще в 1847 г. о созыве объединенного ландтага, стремясь погасить революцию, подписал в марте 1848 г. серию указов, идущих навстречу ее демократическим требованиям. Им была признана необходимость конституционной монархии, создано новое либеральное правительство, провозглашены свободы личности, союзов, собраний, печати и др.

В апреле 1848 г. собрание представителей местных ландтагов, или предпарламент, выступило с инициативой созыва общегерманского парламента во Франкфурте-на-Майне. Избранное на основе двухстепенной избирательной системы общегерманское Национальное собраниеоткрыло свои заседания в мае 1848 г., когда революционное движение уже ослабло. Основная же его деятельность происходила в обстановке нарастающей контрреволюции. Собрание состояло главным образом из представителей либеральной буржуазии и умеренной мелкобуржуазной демократии, большинство которых в качестве своей главной задачи считало принятие конституции объединенной на федеральной основе Германии с закреплением в ней широкого перечня демократических прав и свобод. Конституция была опубликована в 1849 г. с явным запозданием, когда реакционные силы, прежде всего Пруссии, консолидировали свои ряды и вновь были готовы отстаивать старые порядки.

В Германскую федерацию, по Конституции, должны были входить государства и территории Германского союза. При этом субъекты федерации должны были сохранить свою независимость, поскольку она не ограничивалась имперской конституцией, иметь свои конституции и администрацию. Самый большой раздел II Конституции посвящен “имперской власти”, перечню многочисленных полномочий общефедеральных органов, призванных нейтрализовать сепаратистские тенденции, укоренившиеся представления о раздробленности как “национальной черте характера” немцев.

Перед имперскими властями была поставлена прежде всего задача создания единой дипломатической службы и проведения единой внешней политики. Только имперская власть должна была впредь назначать посланников и консулов, заключать международные договоры. Отдельные немецкие государства имели право заключения договоров с другими немецкими государствами, с не немецкими же — только по ограниченному кругу вопросов, главным образом частного права. При этом любой договор, “затрагивающий имперские интересы”, подлежал утверждению империи (ст. 1, разд. II).

Статьи 2—3 этого раздела посвящены исключительно военной власти империи,которой принадлежало право войны и мира, распоряжения всеми вооруженными силами объединенной Германии, издания законов, касающихся военной организации, назначения в случае войны высшего имперского командования, а также исключительное право содержания военно-морского флота. Логически связанные с предшествующими, ст. 4—6 предусматривали установление верховного надзора над имеющими общеимперское стратегическое значение морскими, речными, сухопутными и железнодорожными путями сообщения.

Последующий блок статей (7—9) закреплял конституционные основы создания единого экономического пространства.Только за имперской властью признавалось право издавать законы, касающиеся таможенного, почтово-телеграфного дела, осуществление надзора за монетным делом, регулирование банковского дела и выпуска бумажных денег. Имперская власть “была обязана”, таким образом, ввести единые таможенную и монетную системы, единство меры и веса для всей Германии.

Составители Конституции главным условием создания единого федеративного государства считали сильные финансовые рычаги центра, наличие самостоятельных каналов финансирования общефедеральных органов. В ст. 7 были четко сформулированы положения о том, что “определенная часть доходов в размере обыкновенного бюджета снимается прежде всего для имперских расходов” и что только имперское законодательство определяет, “какие предметы могут отдельные государства облагать налогами на производство и потребление в свою пользу...”

Конституция вместе с введением единого гражданствапредусмотрела необходимость создания единого правового пространства,закрепив право и обязанность империи “издавать общие уложения гражданского, торгового, вексельного и уголовного права”.

При этом утверждался конституционный принцип' любой федеративной формы государственного единства — имперские (общефедеральные) законы стоят выше законов отдельных государств, если за ними точно не оговорено их подчиненное значение (§ 66, ст. 13, разд. II).

Система органов федеральной власти в силу, видимо, спешки не была так тщательно прописана, как разграничение полномочий федеральных и земельных властей.

Во главе империи должен был стать один из крупных царствующих германских монархов, Австрии или Пруссии, которому отводилась роль скрепляющего единства немецкой нации, при этом учитывалось и то обстоятельство, что многочисленные монархи германских государств располагали в то время значительной социальной базой, военной силой и могли пойти на союз только с другими монархами, не рискуя правящим положением своих династий. Император должен был осуществлять свою власть через назначаемых им министров, которые принимали всю ответственность перед рейхстагом за его действия путем контрасигнации его распоряжений.

Предполагалось, в принципе, создание ответственного правительства, хотя порядок ответственности имперских министров перед представительным органом не был определен. Этот порядок должен был быть разработан специальным имперским законом (§ 192, ст. 1, разд. VII).

За главой империи закреплялось право законодательной инициативы, право созыва и роспуска народной палаты, публикации имперских законов и издания для их исполнения распоряжений. Но и издание, и отмена, и изменения, и объяснения имперских законов требовали обязательного постановления рейхстага (§ 102, ст. 5, разд. IV). Столь же тщательно, как и в прусской Конституции, был разработан вопрос о контроле рейхстага за кредитно-финансовой сферой, принятием бюджета, росписью расходов и пр.

Любой закон, согласно Конституции, должен был быть принят обеими палатами рейхстага: палатой государств и палатой народов, и утвержден правительством, несогласие которого с ним могло быть преодолено, “если одно и то же постановление было принято без изменения в трех непосредственно следующих одна за другой сессиях” (§ 101).

Раздел VI Конституции был посвящен широкому перечню “основных прав германского народа” (здесь же закреплялись и правовые гарантии их осуществления), к числу которых относились равенство перед законом и судом всех германских граждан, в том числе равенство гражданских, уголовных и процессуальных прав (при уничтожении всех сословных привилегий), неприкосновенность личности (при отмене смертной казни, кроме как по приговору военного суда или на основе морского права в случае мятежа), неприкосновенность жилища, свобода слова, печати (при ликвидации цензуры), “полная” свобода собраний, союзов (без разрешения властей, кроме как собраний под открытым небом в случае серьезной опасности для общественного порядка и безопасности), неприкосновенность собственности (при отмене всех личных и поземельных платежей и повинностей феодального характера и конфискации имущества), суд присяжных, несменяемость судей, тайное и гласное судопроизводство и пр. Этот раздел Конституции, дискуссиям по которому Национальное собрание посвятило значительную часть своего времени, отразил заветные чаяния либерально-демократического большинства собрания, которым еще долго не суждено было воплотиться в повседневную жизнь Германии.

Касаясь полуабсолютистских порядков в отдельных германских государствах — субъектах федерации, парламентарии постановляли, что основные права германского народа будут служить нормой для конституций отдельных государств, в которых должны “быть созданы полнокровные законодательные органы народного представительства” с ответственным правительством.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.220.231.235 (0.01 с.)