ТОП 10:

Смена политического курса и конституционное строительство



14 октября 1964 г. на Пленуме ЦК КПСС был смещен со всех государственных и партийных постов Н.С. Хрущев. Ему были предъявлены обвинения: развал экономики, принижение роли партийных и советских органов, стремление к единоличному правлению.

С отставкой Н.С. Хрущева завершился процесс либерализации общественно-политической жизни, окончились начатые им преобразования. К власти пришло новое руководство.

Должности Первого секретаря ЦК КПСС и Председателя Совета Министров были разделены. Первым секретарем ЦК КПСС (с 1968 г. — Генеральным секретарем ЦК КПСС) стал Л.И. Брежнев. Именно он был одним из инициаторов и организаторов смещения Н.С. Хрущева. Человек осторожный, консервативный, он более всего стремился к стабильности общества. Главой правительства назначен А. Н. Косыгин.

Пришедшая к власти «команда» Брежнева не имела единой позитивной программы деятельности. Однако негативная установка существовала, и заключалась она в том, чтобы прекратить бесчисленные преобразования, нарушавшие стабильность существования бюрократии. Это в свою очередь означало прекращение дальнейших попыток демократизации общества и партии и свертывание критики «культа личности», поскольку дальнейшее развенчание Сталина подрывало устои тоталитарной системы. Однако новый курс утвердился не сразу. Он проходил в борьбе трех направлений.

  1. 1. Часть новых руководителей, в том числе А.Н. Косыгин и секретарь ЦК партии Ю.В. Андропов, считали необходимым продолжение реформаторского курса в экономике и дальнейшую либерализацию общественно-политической жизни, с тем чтобы укрепить существующую систему. В том же направлении действовал и инерционный фактор, поскольку разработка планов экономических преобразований активно велась в последние годы правления Хрущева.
  2. 2. Л.И. Брежнев как типичный «аппаратчик» не имел определенной политической платформы. Он вынужден был формировать такой курс, который обеспечил бы ему поддержку аппарата. Среди номенклатуры преобладали не только консервативные, но и просталинские настроения. Эти обстоятельства в сочетании с личными склонностями Брежнева (чуждого экстремизму) привели к утверждению консервативного курса. Однако даже в политической сфере этот поворот происходил сравнительно плавно, а в экономике еще несколько лет продолжались реформы.
  3. 3. Более консервативный путь развития отстаивали М. А. Суслов, А.Н. Шелепин и некоторые другие работники партийно-государственного аппарата. Достижение стабильности общества они связывали с пересмотром политического курса последних лет, с отказом от политики десталинизации и реформ. Однако, несмотря на ностальгию по сталинским временам, которая продолжалась и даже усиливалась на протяжении всего правления Брежнева, он сам не пошел на открытую реставрацию сталинизма.

Новые веяния в политике начались сразу же после смещения Хрущева. В ноябре 1964 г. Пленум ЦК КПСС восстановил «единство» партийных, советских и других органов, разделенных в 1962 г. XXIII съезд КПСС (1966) изъял из Устава партии указания о нормах и сменяемости состава партийных органов и секретарей партийных организаций. Был записан лишь формальный принцип систематического обновления партийных органов и преемственности руководства. Брежнев был «избран» уже не первым, а Генеральным секретарем ЦК КПСС ( 1968 г.). Проходившая в августе 1966 г. сессия Верховного Совета СССР «избрала» Председателем Президиума Верховного Совета СССР Н.В. Подгорного.

После снятия Хрущева началась полоса тихой «реабилитации» Сталина. Все чаще не только его имя, но и образ начинает присутствовать (и даже становиться центральным) в художественных произведениях, кинофильмах, мемуарах, периодике. Хотя сталинистам не удалось добиться полной реабилитации Сталина, сам вопрос о преодолении «культа личности» был снят. Прекратилась и реабилитация жертв сталинских репрессий.

Открытое выражение консервативного курса проявилось в следующих направлениях:

  • во внешней политике: «пражская весна» и ввод войск в Чехословакию;
  • в политической и культурной жизни: ужесточение цензуры и борьбы с инакомыслием, слабые попытки протеста со стороны интеллигентов власти использовали для «закручивания гаек»;
  • в экономике: стала свертываться реформа хозяйственного механизма (правда, к этому были и внутренние, собственно экономические причины);
  • усилились консервативные, догматические тенденции в идеологии и общественных науках.

Вместе с тем жизнь требовала определенной модернизации идеологических установок. Ведь согласно новой Программе КПСС, принятой на XXII съезде партии, уже в 1970 г. СССР должен был обогнать самые развитые страны мира по производству продукции на душу населения, в 1980 г. — построить материально-техническую базу коммунизма. К тому же разоблачение «культа личности» в период «оттепели» раскрыло ложь некоторых постулатов, десятилетиями внушавшихся народу, и вера в «бесконечное служение» власти народу, в безусловную верность ее политики оказалась поколебленной. Самый радикальный импульс, который произвела «оттепель» в общественном сознании, — пробуждение мысли, зарождение критичности в отношении властных структур. Этот импульс еще не был полным, так как существовали факторы, сдерживающие его развитие.

Во-первых, в 60-е гг. в пору зрелости вошли поколения, просто не знавшие иной жизни, и основные ценности системы представлялись им вершиной общественного развития.

Во-вторых, мировоззренческая ограниченность, отсутствие адекватной информации о западной цивилизации тормозили осознание необходимости радикальных перемен и поиск эффективных путей их осуществления.

Тем не менее во второй половине 60-х гг. идеологи КПСС вынуждены были искать ответы на вопросы, доставшиеся в наследство от предшествующего, столь неспокойного для системы периода. В результате была сконструирована концепция «развитого социализма» (тезис о его построении был выдвинут Брежневым в 1967 г.).

В официальных документах «развитой социализм» трактовался как обязательный этап на пути продвижения советского общества к коммунизму, в ходе которого предстояло добиться органичного соединения всех сфер общественной жизни. Основные положения концепции:

  1. 1) не подвергались сомнениям теоретические положения о коммунистической перспективе, содержащиеся в партийных документах предшествующих лет, в частности в Программе КПСС;
  2. 2) существовавшие в обществе недочеты и кризисные явления рассматривались как результат неизбежных в процессе его развития противоречий. Устранению его недостатков должна была способствовать политика «совершенствования» социализма;
  3. 3) заявлялось о достижении в СССР равенства республик по уровню экономического и культурного развития и о решении национального вопроса;
  4. 4) утверждалось положение об однородности общества и складывании новой исторической общности — советского народа;
  5. 5) преследование инакомыслия получило идеологическое обоснование в виде официально принятого тезиса об обострении идеологической борьбы двух систем в условиях мирного сосуществования. Этот вывод явился модификацией известного сталинского положения об обострении классовой борьбы по мере продвижения к социализму.

Активными проводниками концепции «развитого социализма» были Л.И. Брежнев, сменивший его на посту главы КПСС Ю.В. Андропов и преемник последнего — К. У. Черненко.

Сложившуюся структуру властных отношений законодательно закрепила Конституция СССР 1977 г. Еще на XXII съезде партии Н.С. Хрущев заявил о необходимости подготовить новую конституцию, которая отразила бы переход страны к коммунизму и создание в СССР «общенародного государства». В 1962 г. была организована Конституционная комиссия. Но события второй половины 60-х гг. ослабили актуальность вопроса о конституции. Появление тезиса о вступлении СССР в новую историческую стадию — период развитого социализма как закономерного этапа на пути к коммунизму — подвело политическое руководство страны к мысли о необходимости разработки новой конституции, отражающей и закрепляющей законодательно произошедшие изменения в обществе.

Новая Конституция была принята 7 октября 1977 г. на внеочередной седьмой сессии Верховного Совета СССР десятого созыва. В вводной части давалась краткая характеристика основных этапов истории страны, определялось понятие развитого социалистического общества и фиксировалось, что сложилась новая историческая общность людей — советский народ, который «закрепляет основы общественного строя и политики СССР, устанавливает права, свободы и обязанности граждан, принципы организации и цели социалистического общенародного государства и провозглашает их в настоящей Конституции».

Новая Конституция состояла из девяти разделов, включающих 21 главу и 174 статьи.

В первом разделе представлены основные положения, характеризующие политическую и экономическую систему страны, социальные, культурные отношения, а также принципы внешней политики и защиты отечества.

Глава 1 Конституции определяла характер и содержание политической системы. В статьях 2 и 3 говорилось, что государственная власть в стране осуществляется народом через Советы народных депутатов, составляющие политическую основу СССР и действующие на принципах демократического централизма.

В этой главе определялась роль КПСС и общественных организаций (комсомола, профсоюзов, трудовых коллективов) в государственном управлении. Статья 6 Конституции узаконила роль КПСС как руководящей и направляющей силы советского общества, ядро ее политической системы. (Ранее же КПСС рассматривалась как высший тип общественной организации — политическая организация рабочего класса.) Такого не было даже в сталинской Конституции.

Разделы II и III определяли права и обязанности граждан, их взаимоотношения с государством, а также структуру национально-государственного устройства СССР, основанного на свободном союзе 15 Советских Социалистических Республик.

Раздел IV посвящен характеристике Советской системы (принципы деятельности, избирательная система, статус народного депутата).

Разделы V и VI описывали структуру и функции высших органов государственной власти и управления в СССР, союзных республиках и местных органах власти. Высшим органом государственной власти, правомочным решать все вопросы, отнесенные к ведению Союза ССР, провозглашался Верховный Совет СССР, состоявший из двух равноправных палат: Совета Союза и Совета Национальностей. Постоянно действующим органом Верховного Совета являлся Президиум Верховного Совета, осуществлявший функции высшего органа государственной власти в период между его сессиями. Рабочими органами Совета Союза и Совета Национальностей являлись избираемые из числа депутатов постоянные комиссии.

Высшим исполнительным и распорядительным органом государства стал Совет Министров — Правительство СССР.

Последние разделы Конституции посвящены организации судопроизводства, арбитража, адвокатской деятельности, прокурорского надзора, а также вопросам государственной атрибутики (герб, флаг, гимн) и порядку изменения Конституции.

Конституция (Основной Закон) Союза Советских Социалистических республик была введена в действие со дня ее принятия — 7 октября 1977 г.

По новой Конституции структура государства оставалась прежней: Верховный Совет СССР, собиравшийся ежегодно на сессии, был высшим законодательным органом, депутаты советов разных уровней (от сельских до Верховного) как бы представляли интересы всех слоев общества. Руководство экономикой осуществлял Совет Министров, из ведения которого практически были изъяты вопросы культуры, гуманитарных наук, образования и подчинены идеологическому отделу ЦК партии.

С конца 60-х гг. Председатель Совета Министров становился лишь «главным хозяйственником», но не официальным главой исполнительной власти. Функции представительства страны за рубежом с начала 70-х гг. перешли к Генеральному секретарю, который, таким образом, де-факто был признан главой Советского государства.

Происходило сращивание высшей власти партийной номенклатуры с командованием Вооруженных Сил: министр обороны входил в Политбюро, ранг первого секретаря обкома партии приравнивался к воинскому званию генерала.

В развитии общественно-политической жизни прослеживались две тенденции: демократическая и антидемократическая. С одной стороны, в 70 — начале 80-х гг. интенсивно росла численность общественных объединений (профсоюзы, комсомол, народный контроль, организации технического творчества и т. д. ). С другой стороны, все массовые объединения находились под контролем партийных организаций. Деятельность общественных структур создавала иллюзию участия в управлении широких масс населения.

Общественные объединения из представителей различных категорий населения действовали при местных Советах. Но выборы в Советы, социальный состав самих Советов, соотношение в нем рабочих, колхозников и интеллигенции определялось партийными органами.

Под партийным контролем находилась повседневная работа всех структур государственной власти в центре и на местах. Закономерным явлением стало ее руководство экономикой. К началу 80-х гг. постепенно сложилась система «партия — государство», которая сохранила преемственность властным институтам, порожденным Октябрьской революцией и окончательно оформившимся в 30-е гг. Важнейшими аспектами этой преемственности были:

  • отрицание принципа разделения власти;
  • отсутствие парламентаризма;
  • политический монополизм;
  • превращение партийных структур в надгосударственные.

Тезис об общенародном государстве, получивший хождение с 1966 г. и конституционно оформленный в 1977 г., был не более чем декларацией. Партийные и государственные органы «исполнительной» власти фактически командовали и Советами, и судом, диктуя ему, кого и как судить, предрешая до суда содержание судебных приговоров.

Членство в партии превратилось для граждан в необходимое условие для служебного продвижения, вплоть до приобщения к партийной номенклатуре — привилегированному руководящему слою социалистического общества. Интриги, чинопочитание, угодничество, готовность безоговорочного выполнения распоряжений вышестоящего начальства формировали особый тип беспринципного партийного функционера периода «застоя».

Номенклатура — высший слой партийного, советского, хозяйственного, общественного и союзного, областного и республиканского звена — была тем господствующим слоем, который правил страной. Она обеспечила себе тщательно маскируемые материальные привилегии: персональные дачи, машины, квартиры, заграничные поездки в составе разнообразных делегаций, продовольственные пайки, спецраспределители промышленных товаров, улучшенное медицинское обслуживание и т. д. Бесконтрольность и всевластие приводили к тому, что в некоторых регионах (особенно в Средней Азии, на Кавказе и в Москве) происходило прямое сращивание целых звеньев партийного и государственного аппарата с теневой экономикой, уголовными элементами. И это все — на фоне трескучей пропаганды успехов во всех сферах, непрерывных юбилеев, массовых награждений и т. п.

Данные явления были возможны лишь в системе, в которой партийно-государственный аппарат обладал всевластием и стоял над Конституцией. Фактически решения высших партийных органов всегда имели приоритет над законами. Совместные постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР официально ставились наравне с законодательными и включались в свод законов СССР. Законы попирались и неофициальными решениями, устными указаниями номенклатуры — так называемым «телефонным правом». Таким образом, в «обществе развитого социализма» корпоративные интересы номенклатуры полностью возобладали над государственными и общественными интересами.

Естественным продолжением процессов морального разложения общества явился рост преступности, особенно хищений и взяточничества. По приблизительным оценкам, капиталы теневой экономики на рубеже 70–80-х гг. достигали 70–89 млрд руб. Преступность в обществе быстро росла. Однако официально широко распространялся тезис о ее сокращении.

Власти не случайно закрывали глаза на эти процессы. Взятки и хищения затронули практически все уровни партийно-государственного руководства. Происходило сращивание деятелей теневой экономики и представителей номенклатуры, т. е. шло формирование организованной преступности («мафии»). Только среди разоблаченных коррумпированных руководителей оказались зам. министра внешней торговли Сушков, Первые секретари ЦК КП Узбекистана Рашидов и Усманходжаев, зам. предсовмина Молдавской ССР Вышку, ряд министров и первых секретарей обкомов республик Средней Азии и Казахстана.

Партийные съезды проходили под знаком парадности — XXIV ( 1970 г.), XXV ( 1975 г.), XXVI ( 1980 г.). Теория все больше отрывалась от социальной практики. Проблемы нарастали и углублялись, но шагов для их решения не предпринималось, лишь громче и громче говорилось о мнимых успехах и достижениях. Намечались меры «совершенствования» хозяйственного механизма, которые не устраняли чрезмерной централизации и командно-приказных методов управления. Нарастание трудностей и негативных явлений в экономике и обществе не осознавалось руководством страны.

70–80-е гг. отмечены прочной стабилизацией элиты и прекращением ее пополнения извне, превращением в достаточно замкнутую привилегированную касту. Достигнутая «стабильность» руководящих кадров не стимулировала реформы и нововведения во всех сферах жизни. Политический консерватизм углублялся по мере старения облеченных властью руководителей. В 1980 г. средний возраст членов Политбюро был 71 год. Ядро правящей верхушки составляли: Л. И. Брежнев — Генеральный секретарь ЦК КПСС, А. Н. Косыгин — Председатель Совета Министров СССР (до 1980 г.), затем — до 1985 г. — Н.А. Тихонов, М.А. Суслов — секретарь ЦК по идеологии (до 1982 г.).

Процессы, происходившие в идеологической, да и в иных сферах общества, обусловлены изменениями в реальных механизмах власти, в соотношении сил в партийной верхушке. Основной тенденцией здесь было неуклонное укрепление личной власти Брежнева. В первые годы после прихода к власти он вынужден был считаться со своими соратниками по смещению Хрущева и даже лавировать. Но уже с конца 60-х гг. эти лидеры в результате тонкой закулисной игры Брежнева один за другим без особого шума оказываются на пенсии или же на явно второстепенных постах. Такая участь постигла Семичастного, Шелепина, Воронова, Шелеста, Подгорного и др. В начале 80-х гг. из тех, кто пришел с Брежневым к власти, на политической сцене остались лишь Ю.В. Андропов и Д.Ф. Устинов. «Выбывших» заменили люди, лично близкие Брежневу и особенно знакомые ему по работе в Днепропетровске (так называемая «днепропетровская мафия»). Среди них были А.П. Кириленко и К. У. Черненко (ставшие секретарями ЦК и членами Политбюро), Н.А. Щелоков (министр внутренних дел), Д.А. Кунаев (Первый секретарь ЦК компартии Казахстана) и многие другие.

В отличие от Сталина и даже Хрущева Брежнев с осторожностью пользовался властью. Более того, он и вовсе предпочитал бездействовать, если сталкивался со сложной, трудноразрешимой проблемой, а таких проблем становилось все больше. Его «слабостью» было коллекционирование титулов, наград и принятие неприкрытой лести. Сначала, возможно, все это использовалось для укрепления власти «молодого» Генсека, но затем быстро превратилось в самоцель. Кампания по возвеличиванию Брежнева началась с конца 60-х гг., но набрала обороты лишь в следующем десятилетии. В 1973 г. принимается специальное постановление о методах «по повышению авторитета» вождя. Телевидение было обязано показывать Брежнева и остальных членов Политбюро в соотношении 3 : 1. В июне 1977 г. он стал Председателем Президиума Верховного Совета СССР. Он награждается пятью звездами Героя Советского Союза и Социалистического Труда, орденом Победы, восемью орденами Ленина, двумя орденами Октябрьской Революции, становится лауреатом Ленинской премии мира и Ленинской премии по литературе (за трилогию «Малая земля», «Возрождение», «Целина»).

Относившийся с некоторым пренебрежением к хозяйственникам, Брежнев стремится укрепить свой союз с военными. К 30-летию Победы он получил звание генерала армии, а год спустя — Маршала Советского Союза. Являясь Председателем Совета обороны, он, по крайней мере формально, возглавлял весь военно-промышленный комплекс страны.

Публичные, переходящие все мыслимые и немыслимые границы славословия в адрес вождя («лично дорогого товарища Леонида Ильича Брежнева»), становились все более оглушительными, по мере того как Брежнев становился все менее дееспособен (последствия инсульта 1976 г.). Происходило как бы возрождение культа личности, но уже без личности, возрождение в виде фарса: больной, с нечленораздельной речью Брежнев в действительности вызывал лишь стыд за страну в широких кругах населения. Явно не пользовались уважением и деятели ЦК с их откровенным подхалимажем перед Генсеком.

Параллельно с этим шло моральное разложение общества. В нем как бы легализовались двойная мораль, двойные стандарты жизни — официальные и реальные. Пример подавал сам Генеральный секретарь, который в частных разговорах признавал нормальной и теневую экономику, и взятки чиновников. Сам Брежнев давал и «образцы» кадровой политики. На ответственные посты, как уже отмечалось, он назначал главным образом своих близких или лиц, преданных ему лично. По свидетельству Шелепина, «под» родственников Брежнева создавались не только посты, но и целые министерства. Неудивительно, что протекционизм, семейственность в 70–80-е гг. пронизали все общество. Естественным спутником этих процессов явилась коррупция, которая при Брежневе приняла значительные размеры.

Разложение руководящих кадров партии и государства, происходившее на глазах миллионов простых граждан, вело не только к падению престижа власти и представляемого ею общественного строя, но и вызывало социальную апатию, распространение пьянства. Очевидный для всех маразм высших властей, не способных к управлению страной, коррупция и семейственность в высших эшелонах власти — все это вызывало у советских людей политическую апатию и насмешки, находившие выражение в анекдотах.

Таким образом, в середине 60 — начале 80-х гг. происходит поворот от либеральной политики к консервативной, который сопровождается укреплением командно-административной системы.







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-15; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.175.191.168 (0.011 с.)