Развитие социальной структуры

Российского общества в последней трети XIX в. – 1917 г.

Комментарии

К началу XX в. на самом верху социальной пирамиды находилась царст­вующая фамилия, дом Романовых, включавший около 50 персон. Царской семье принадлежало: 8 млн. десятин земли (по 160 тыс. на каждого в среднем), рудники, промышленные предприятия, вклады в банках, овцеводческое, винодельческие и другие доходные хозяйства. Император распоряжался огромной государственной собственностью. Введение винной монополи пре­вратило питейный доход в важнейший источник госбюджета.

Ведущие позиции в стране по-прежнему занимало дворянство. К началу XX в. в России насчитывалось 1,2 млн. потомственных и 620 тыс. личных дворян. Дворяне были офицерами, чиновниками, земскими начальниками, судьями, высшими чинами полиции, жандармами, губернаторами, минист­рами. Дворянство расслаивалось, но сохраняло положение элиты общества.

Быстро укреплялись позиции российской буржуазии. К 1913 г. россий­ские предприниматели частным образом или путем акционирования конт­ролировали 29,4 тыс. крупных предприятий, 1/3 железнодорожной сети, большую часть речного флота (около 31 тыс. судов), 2393 банка и их филиалы. 60% частных земель были в залоге в банках, в основном в частных. Численный состав буржуазной элиты был очень невелик.

В пореформенный, капиталистический период отечественной истории интеллигенция стала превращаться в крупную социальную группу. На 1917 г. исследователи относят к интеллигенции до 1 млн. человек, в том числе

240 тыс. с дипломами о высшем и среднем специальном образовании. Основная масса интеллигенции жила на заработную плату. Часть специалистов с высшим образованием входила в правления акционерных обществ, получала дивиденды от акций, владела предприятиями, частными школами, газетами, издательствами.

Влиятельной и достаточно консервативной силой была Русская православная церковь. В 1912 г. в стране насчитывалось 111 тыс. священников и дьяконов (так называемое белое духовенство) и 100 тыс. монахов и монахинь (черное духовенство).

Самым многочисленным было сословие свободных сельских обывателей. К 1917 г. в стране было свыше 100 млн. крестьян. В руках мужиков были сосредоточены почти 60% всех земель, инвентарь, рабочий и продуктивный скот, жилища.

В России насчитывалось 600 тыс. ремесленников в городах, до 4 млн. сельских кустарей и ремесленников. Наряду с крупными и средними российская статистика учитывала около 150 тыс. мелких предприятий с 2–15 рабочими.

Национальный вопрос в дореволюционной России

 

Комментарии

Модернизация способствовала обострению национального вопроса в полиэтничной России. Национальные окраины оказались в роли внутренних колоний, сырьевого придатка для быстро развивавшихся основных промышленных регионов – Петербургского, Московского, Уральского, Южного, Западного. Так, в недавно присоединенной Средней Азии поощрялось выращивание монокультуры – хлопка. Субъективным фактором обострения национального вопроса стало усиление ассимиляторских тенденций со стороны верхов российской бюрократии, что вызывало болезненную реакцию в первую очередь у местной элиты и формировавшейся национальной интеллигенции.

В Великом княжестве Финляндском в 1903–1904 гг. генерал-губернатор Н.И. Бобриков проводил жесткий курс на ограничение автономии этой составной части Российской империи. Революция 1905–1907 гг. заставила царя отменить все постановления, принятые без согласия финляндского сейма. В Великом княжестве Финляндском создавался однопалатный сейм на основе всеобщего (с 24 лет), равного и тайного избирательного права. Женщины Великого княжества Финляндского с 1906 г. стали первыми женщинами в Европе, получившими избирательное право наравне с мужчинами. Однако с середины 1908 г. все финляндские дела стали представляться на рассмотрение императора и лишь после их обсуждения в Совете министров, что противоречило решениям финляндского сейма. Сам сейм в 1907–1911 гг. 4 раза распускался царем.

В 1911 г. киевского приказчика Бейлиса обвинили в убийстве православного мальчика в ритуальных целях. При поддержке Министерства юстиции и Департамента полиции черносотенцы развернули вокруг «дела Бейлиса» антисемитскую кампанию. Против раздувания национальной вражды в России выступила русская и зарубежная общественность. Суд присяжных осенью 1913 г. оправдал Бейлиса за недостатком улик.

К началу XX в. завершалось формирование ряда наций, составлявших многонациональный российский социум. Первопроходцам культурно-национального самоопределения часто приходилось натыкаться на высокомерие бюрократического аппарата, на многочисленные факты, которые расценивались как проявления русификации, шовинизма в сфере культуры. Так, в 1864–1904 гг. было запрещено печатание книг с использованием латинско-литовского алфавита (в Литве и Латвии). Литовские книги печатались в Восточной Пруссии и завозились нелегально. В 1914 г. царское правитель­ство пыталось принизить значение 100-летнего юбилея со дня рождения Т. Г. Шевченко. Подобные проявления русификаторства гневно осуждались русской интеллигенцией.