ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Со странами СНГ в 2008 г., млн. долл. США



 


Значительно увеличили предоставление услуг в 2008 г. по сравнению с 2004 г. области Западного макрорегиона: Хмельницкая – в 38,5 раз, Волынская – в 8,9, Винницкая – в 4,6, Закарпатская – в 3,7, Черниговская – в 2,6 раза (см. Приложение Б, табл. Б.11).

Киев имеет приоритет как в экспорте, так и в импорте услуг. Его внешнеторговый оборот со странами СНГ превышает внешнеторговый оборот всего Восточного макрорегиона, а также почти в 1,5 раза больше Западного и Южного вместе взятых, в т.ч. по экспорту в 2 раза, по импорту – в 2,4 раза.

Также необходимо отметить огромную дифференциацию в развитии экспорта и импорта товаров и, особенно, услуг по регионам Украины. Разница максимального и минимального показателей огромна: в экспорте и импорте товаров в 2008 г. соответственно 102 и 1032 раза, а в экспорте и импорте услуг ещё значительнее – 1950,3 и 676 раз (в последние годы разбежность сокращается).

Для повышения эффективности внешнеторговых отношений регионов Украины перспективным может быть создание зоны свободной торговли между Украиной и РФ.

Практически все региональные экономические организации начинались с введения режима свободной торговли с использованием инструментов двустороннего сотрудничества. Такая модель отношений предусматривает постепенную отмену взаимных таможенных ограничений – как тарифного, так и нетарифного характера, гармонизацию законодательства и нормативно-регулятивных процедур, создания более эффективной системы взаимных расчетов.

Перспективы создания зоны свободной торговли (ЗСТ) обсуждались в рамках СНГ немало раз, и на протяжении первого десятилетия независимого существования этих стран идея конструктивного решения этой проблемы была инициирована Россией. Именно эта страна отстаивала для себя право на жесткие импортные ограничения, в частности на поставки в страну агропромышленной продукции. Правительство РФ активно использует вывозные пошлины в торговле энергоносителями, древесиной, минеральными удобрениями.

Принципы свободной торговли между Россией и Украиной формально были закреплены в соглашении от 24 июня 1994 года. Страны договорились в своих взаимоотношениях обеспечить [12, С.79]:

ü последовательное снижение и отмену таможенных пошлин, налогов, а также количественных ограничений;

ü гармонизацию таможенного законодательства;

ü упрощение таможенных процедур;

ü унификацию форм таможенной документации для ведения таможенной статистики;

ü поэтапное сближение тарифов на перевозку грузов и пассажиров;

ü сближение транзитных тарифов при соблюдении принципа свободы транзита;

ü недопущение несанкционированного реэкспорта в третьи страны.

Однако изъятия из режима свободной торговли, которые предусматривались этим документом, фактически нейтрализовали его в целом. Так, применение режима свободной торговли ограничивалось для товаров, которые согласно законодательствам обеих стран подпадают под действие экспортного тарифа или подлежат квотированию и лицензированию.

Одновременно с созданием на границах СНГ зоны свободной торговли важное значение имеет повышение эффективности многостороннего сотрудничества в разных отраслях экономики. Важную роль в этом должна сыграть производственная кооперация, в частности создание международных (транснациональных) структур в приоритетных сферах экономической деятельности. С этой целью необходима реализация таких действий и решений [12, С.304-305]:

· Использовать возможности зоны свободной торговли для развития транспортной сферы, прежде всего международных транспортных коридоров, которые проходят по территориям этих стран, как единственной и взаимодополняющей инфраструктуры межконтинентального значения Европа – Азия. Основными направлениями реализации этой задачи должны стать:

– проведение согласованной тарифной политики, в т.ч. установление тарифных коридоров на главных направлениях международного транзита;

– развитие сотрудничества для оптимального использования имеющихся мощностей национальных транспортных систем при перемещении экспортно-импортных грузов;

– более быстрое решение актуальных заданий развития инфраструктуры, обновление подвижного состава, улучшение технологий и организации работы транспорта, реконструкция и модернизация автомобильных и железнодорожных магистралей.

· Уделить особое внимание вопросам топливно-энергетического комплекса, роль которого в обеспечении стабильного экономического и социального развития стран СНГ очень важна. Доля ТЭК составляет (в разрезе отдельных стран) от 45 до 75% взаимной торговли.

· Отработать вопрос относительно создания в границах СНГ механизмов координации аграрного рынка, в т.ч. создание системы оптовых продовольственных инфраструктур, которые с успехом функционируют в Европе.

· Углублять сотрудничество в научно-технической сфере, в отраслях инновационных и высоких технологий. Наиболее глубокие интеграционные связи формируются в первую очередь на основе кооперации в отмеченной сфере. Страны-партнеры должны интегрироваться в мировых рынок не только как производители сырьевых товаров, но и как высокотехнологичные государства. Интеллектуальный и научно-технический потенциал стран СНГ при их умной кооперации позволит шаг за шагом двигаться в этом направлении.

Серьезной пробой определить свое место в системе координат СНГ является реализация международного геоэкономического проекта – Соглашения о формировании Единого экономического пространства (ЕЭП) между Россией, Белоруссией, Украиной и Казахстаном, ратифицированное в Верховной Радой 20 апреля 2004 г. [8, С. 356].

Единое экономическое пространство – пространство, объединяющее территорию участников договора, на котором действуют однотипные механизмы регулирования экономики. Они основываются на рыночных принципах и применении гармонизированных правовых норм, единой инфраструктуре и согласованной налоговой, денежно-кредитной, валютно-финансовой, торговой и таможенной политике, обеспечивающей свободное перемещение товаров, услуг, капиталов и рабочей силы. Это определение по форме близкое к тому, которое используется в Евросоюзе. Существенное отличие заключается в том, что в ЕС введена единая валюта и имеются конкретные критерии согласования экономической политики.

Российская Федерация, Беларусь и Казахстан вкладывают в понятие ЕЭП практически формирование союзной страны (Российской либеральной империи – по терминологии А.Чубайса или Единой великой России – по терминологии В.Путина) с наднациональными органами управления и даже общей валютой. По их мнению, ЕЭП предусматривает единое пространство, которое объединяет таможенные территории стран-участниц, где функционируют единые механизмы регулирования экономик, базирующиеся на единых принципах.

В Соглашении о формировании ЕЭП предусмотрена трехступенчатая интеграция стран-участниц: 1) создание зоны свободной торговли; 2) создание таможенного союза и 3) создание регулирующего наднационального органа управления ЕЭП.

Реальные перспективы, которые открывает ЕЭП в рамках зоны свободной торговли (а именно о ней можно говорить с точки зрения дальнейших интересов Украины), могут заключаться в следующем:

1) сохранение традиционных рынков сбыта продукции украинского производства;

2) либерализация торговли Украины с постсоветскими государствами и увеличение её объемов;

3) ускорение экономического роста и увеличение взаимного оборота товарами и услугами, что может дать дополнительных 1-2-процента роста ВВП;

4) гармонизация тарифной политики и упразднение бюрократических барьеров, что даст возможность повысить уровень кооперации в таких отраслях, как ВПК, авиастроение, машиностроение, транспорт и транзит энергетических ресурсов;

5) усиление интеграции в смежных с промышленно-производственной сферах – научно-технической, информационной, гуманитарной.

Создание единого Таможенного союза в рамках ЕЭП с общим таможенным тарифом, к которому потенциально может присоединиться Украина, предусматривает единство управления таможенными службами, ограничение национального экономического суверенитета, унификацию внешнеэкономических законодательно-правовых систем, ценовой политики, валютного, экспортно-импортного контроля, идентичность тарифно-нетарифной регламентации, включая создание единого внешнего тарифа. Речь идет о высшей степени интеграции, которая предусматривает согласованность действий этих стран, а также внедрение в пределах нового регионального образования общей валюты и регулирующего наднационального органа ЕЭП.

В этом аспекте некорректными становятся сравнения предложенных принципов формирования Таможенного союза с принципами Евросоюза. В ЕС (хотя в нем всегда существовало и сохраняется особенное влияние Германии) не доминирует какое-то одно государство, которое превышало бы в несколько раз остальных членов ЕС по уровню ВВП и численности населения. Так, на долю ФРГ приходилось 36,2% совокупного ВВП, Франции – 32,8, Италии – 18,5%. Франция и ФРГ как бы уравновешивали друг друга, а Италия играла особую роль: её поддержка усиливала то одну, то другую сторону. Остальные участники – страны Бенилюкса маневрировали внутри этого треугольника, усиливая в каждом конкретном случае тот его «угол», позиция которого была им ближе. Позднее, с вступлением в ЕЭС Великобритании, это равновесие сил ещё больше укрепилось [15, С.120].

В случае с Таможенным союзом в рамках ЕЭП ВВП России в 8 раз превосходит Украину, в 13 раз – Казахстан, в 25 – Белоруссию. Кроме того, ЕС не является преемником империи, выходцы из которой – новообразованные государства – хранят справедливые опасения относительно возможности воссоздания в новой форме „интеграции” имперского диктата.

Кроме того, экономика двух потенциальных членов ЕЭП – России и Казахстана – имеет четко определенную сырьевую направленность. Именно сырьевые продукты, прежде всего нефть и газ, доминируют в экспорте этих стран. Их сырьевые комплексы потребляют львиную долю инвестиций. Рост российской экономики на 3/4 обеспечивается нефтегазовым комплексом. Поэтому именно сырьевая мононаправленность экономик России и Казахстана будет определять экономическую политику ЕЭП, которая ориентирована, прежде всего, на бесплатную транспортировку российских и казахских энергоносителей в Европу через территории Украины и Беларуси и использование их нефтеперерабатывающих мощностей.

Следовательно, в лучшем случае речь будет идти об использовании украинского производственного потенциала для обслуживания российской добывающей и оборонной промышленности, но не об укреплении достижений украинской экономики, направленных на повышение уровня жизни её граждан.

В Концепции экономического интеграционного развития СНГ, утвержденной 28 марта 1997 г. руководителями государств, были допущены декларативность и значительные неточности. Например, была предложена двухэтапная модель, причем первый этап фактически воспроизводит логику зоны свободной торговли, тогда как второй этап предусматривает радикальные ограничения суверенных прав государств СНГ на проведение таможенной политики согласно со своими национальными интересами.

Создание института международной правосубъектности Таможенного союза и перенесения таможенного контроля на его внешние границы приведут к радикальному сокращению поступлений в Госбюджет Украины. Подтверждением является положение Соглашения о Таможенном союзе между Россией и Беларусью от 6 января 1995 года. В частности Ст.4 Соглашения («Распределение пошлины, налогов и сборов, которые имеют эквивалентное действие») предусматривает, что суммы ввозных пошлин, налогов и сборов на товары, которые ведут свое происхождение с территории третьей страны и ввозятся на территорию Таможенного союза, вносятся в бюджет страны назначения товара. Вместе с тем суммы вывозных пошлин, налогов и сборов засчитываются в бюджет страны происхождения товара. Потому, ввиду географического положения Украины и России, можно сделать вывод о почти одностороннем отказе Украины от использования рычагов таможенной политики, которыми владеет государство с транзитным статусом [11, С.672].

Следует учитывать, что основные положения соглашения о Таможенном союзе противоречат действующему законодательству Украины, в том числе Декларации «О государственном суверенитете Украины», Конституции Украины, Закону «О внешнеэкономической деятельности», «О международных договорах», Таможенному кодексу Украины и многим другим законодательным актам.

В конце 2003 года Европейским парламентом была принята резолюция «Расширенная Европа – соседство: Новая структура отношения с восточными и южными соседями». Самыми существенными в резолюции для Украины являются 3 и 4 абзацы 18-го пункта. В первом Европарламент «считает, что Украине из-за её размеров, географического расположения, исторических, культурных, экономических и прочих связей с Центральной и Западной Европой, а также и с Россией, и её потенциала стать еще более ценным партнером ЕС в важных сферах, должна быть отведена особо важная роль в контексте политики ЕС «Расширенная Европа – добрососедство»; поддерживает желание Украины интегрироваться в ЕС и разработку Плана действий для Украины». Этот абзац в официальных сообщениях был изложен детально. Но сразу же за ним – другой абзац. А в нем Европарламент «отмечает, что запланированное создание Единого экономического пространства вместе с Россией, Белоруссией и Казахстаном может ухудшить дальнейшее сотрудничество между ЕС и Украиной; считает, что только абсолютно демократическая и независимая Украина с развитым открытым обществом, сравнимым по степени своего развития с обществами новых членов ЕС, может решать вопросы окончательного выбора страны; призывает к тесному мониторингу состояния демократии в ходе президентских выборов 2004 года; высказывает мнение, что для поддержки прогресса Украины на пути реформ ЕС должен оставлять свои двери открытыми для членства».

Сегодня в Украине рассматриваются два принципиально разных подхода относительно возможности соединения европейского и российского геоэкономических векторов в рамках выработки единой стратегической линии участия Украины в процессах международной экономической интеграции. Между развитием векторов ЕС и ЕЭП в принципе нет непреодолимых проблем. Главные проблемы лежат в неодинаковом концептуальном видении странами отдельных аспектов модели своего будущего развития.

В модели, которую предлагают трое наших партнеров по ЕЭП и поддерживают в Украине политические силы, поддерживающие идею «В Европу – вместе с Россией», акцент делается на энергичном развитии взаимной интеграции «четверки», форсирование продвижения к созданию экономического союза в рамках ЕЭП. Темп, направления и механизмы развития интеграции в европейские структуры при этом непременно зависят от течения интеграционного процесса в рамках формирования ЕЭП и означают реализацию курса на формирование двуценричной экономики Европы: одним из центров (более передовым) будет выступать ЕС, а другим (экономически более отсталым) – ЕЭП. Эта модель вряд ли может быть применима для Украины с точки зрения стратегических решений.

В модели, которую предлагают сторонники евроинтеграционного курса Украины, ЕЭП для нашей страны должна означать создание зоны свободной торговли без изъятий и ограничений. Создание такой зоны автоматически означает (главным образом, со стороны России) отмену всех ограничений на импорт украинских товаров, ликвидацию экспортных пошлин на российские энергоносители и уплату НДС при поставках газа по принципу страны назначения. Напомним, что, по оценкам украинских экспертов, все торговые ограничения и изъятия в торговле с Россией приводят к ежегодным потерям украинских экспортеров до 1 млрд. долл. США. Эта модель не принимается ни одним из партнеров по ЕЭП и поэтому тоже является не реальной [9, С.51].

Поэтому целесообразно принять третью модель, в которой приоритетное создание общего европейского экономического пространства будет базироваться на соответствующих предложениях Еврокомиссии в рамках её инициативы «Восточное партнерство». При реализации этой модели, зона свободной торговли в рамках ЕЭП может рассматриваться как дополнительный инструмент, обеспечивающий согласованное включение в процесс формирования общего европейского экономического пространства. Такая модель была бы активно поддержана Европейским Союзом не только политически, но и организационно, и финансово, т.к. полностью отвечает интересам ЕС. При этом Украина не ограничивает свое участие в развитии экономических отношений в рамках ЕЭП исключительно формой зоны свободной торговли, позволяя себе активно включаться в крупные секторальные процессы интеграции, которые, однако, будут общеевропейскими.

Целесообразен новый формат отношений в СНГ, который можно назвать форматом стратегического партнерства. Вместо «виртуальной интеграции» необходимо формирование реального партнерства. Такая модель имеет ряд преимуществ:

· позволяет охватить страны с разными экономическими моделями развития. Сегодня интеграция в СНГ упирается именно в этот тупик в экономической части;

· создает условия для долговременного взаимодействия и реализации региональных интересов стран с различным типом политического устройства. Именно модель стратегического партнерства позволяет реализовывать совместные политические интересы;

· сочетает в себе многовариантность развития отношений внутри СНГ, предполагает именно стратегические сферы взаимодействия.

Украина доказала свою способность компенсировать потери от режима ограничений своего экспорта на рынок СНГ и, в первую очередь России, продвижением продукции на другие рынки, включая технологический рынок Евросоюза. Ориентировка преимущественно на рынок СНГ будет ограничивать свободу выбора Украины в поиске новых рынков, приведет к потере тех рынков, которые были освоены за годы независимости, повредит интересам украинского производителя и создаст в конечном итоге серьезную угрозу национальной безопасности Украины.

 

2.3. Южный геоэкономический вектор
межрегионального сотрудничества

 

В последние годы возникла необходимость создания особого механизма межрегиональных связей, направленного на стимулирование межнационального общения, пограничного сотрудничества в экономической, научной, культурной, образовательный сферах и содействие тем самым основному общеевропейскому процессу. Торговые потоки и прямые иностранные инвестиции между странами с общими границами представляют собой крепкий рычаг экономического развития и роста взаимопроникающих экономик, помогают предприятиям достичь большей эффективности предпринимательской деятельности за счет специализации, роста масштабов производства и установления долгосрочных связей. В то же время региональная интеграция помогает странам влиться в мировую экономику.

В основе межрегионального сотрудничества лежат объективные потенциальные преимущества, обусловленные географической близостью и общностью интересов соседствующих государств, не всегда граничащих друг с другом, а также их традиционные связи и, часто, взаимодополняемость экономик.

Межрегиональное сотрудничестворассматривается как один из инструментов, осуществляющих возможность уменьшить разность между регионами развитыми и отстающими в своем экономическом развитии.

Поэтому важным направлением трансформации экономики регионов Украины является межрегиональное сотрудничество со странами Черноморского региона.

Черноморский регион (и не в последнюю очередь Украина) замыкает на себя основные транспортные нефтяные коммуникационные пути как по оси "Восток - Запад", так и по оси "Юг - Север". Достаточно сказать, что использование территории Украины дает возможность более, чем вдвое сократить длину пути транспортирования нефти из региона Ближнего Востока (через Турцию и Черное море) в Европу. Украинско-грузинский нефтетранспортный коридор в Европу также значительно короче по сравнению с альтернативными путями через Турцию и РФ.

Как стратегический транзитный маршрут в топливно-энергетическом и сырьевом обеспечении Западной Европы, Украина становится местом регулирования глобальных геоэкономических интересов. Для нее очень важно продолжение работы над созданием благоприятных условий транзита сырьевых и энергетических ресурсов через свою территорию одновременно с разработкой альтернативных путей их транспортирования. Украина может сыграть значительную роль в устранении конфликтных ситуаций на Балканах, в Приднестровье, в Кавказском регионе.

Однако Украина частично сдает здесь свои позиции. Потеря контроля над Черноморским флотом, рынков на Балканах, что было связано с закрытием Дунайской транспортной сети, трудности с развитием Кавказского транспортно-энергетического коридора, Одесского нефтетерминала, нефтепровода Одесса-Броды − все это снижает возможности регионального лидерства Украины.

Вследствие своей непоследовательной политики, Украина не только не использовала реальную возможность занять ведущее место среди наибольших транспортеров "большой нефти" региона, а и рискует вообще быть исключенной из этого процесса. Тем временем РФ активно строила и строит транспортные коридоры в обход Украины (Ямал − Польша − Европа, Баку − − Новороссийск, «Северный поток»). В результате наша страна теряет геополитическую ценность для Запада. Сейчас, как никогда, для Украины важно укреплять свои стратегические позиции в Черноморском регионе, а также формировать более тесные отношения со странами-участниками этого межрегионального экономического сотрудничества.

Черноморское экономическое сотрудничество (ЧЭС) или Организация Черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС) была создана 25 июня 1992 года путем принятия Декларации о черноморском экономическом сотрудничестве, подписанной 11 государствами (Азербайджаном, Албанией, Арменией, Болгарией, Грецией Грузией, Молдавией, Российской Федерацией, Румынией, Турцией, Украиной). В Босфорском заявлении глав этих государств, подписанном в тот же день, выражено стремление превратить Чёрное море в регион мира, свободы, стабильности и процветания посредством взаимного сотрудничества. Статус наблюдателей в ЧЭС имеют 13 стран, в т.ч. Австрия, Беларусь, Германия, Египет, Израиль, Италия, Польша, Словакия, США, Тунис, Франция, Чехия, а также международные организации - Конференция энергетической хартии, Черноморский клуб. Организация Черноморское экономическое сотрудничество взаимодействует с Европейским Союзом, организациями Балтийского региона. Таким образом, ЧЭС не ограничивается только черноморским регионом, а охватывает широкое пространство от Балкан до Центральной Азии, от Балтии до Арабского Востока.

Черноморское экономическое сотрудничество имеет уникальный характер, заключающийся в сочетании разнообразных экономических систем и структур с разным уровнем экономического развития, и представляет собой мозаику различных направлений в региональном интеграционном процессе. Потенциал сотрудничества в ОЧЭС огромен. Население входящих в него стан составляет более 330 млн. человек. Регион богат различными ресурсами, имеет мощную производственную базу, квалифицированную рабочую силу.

Инициатива создания регионального экономического сообщества принадлежит Турции. Эта страна, которая претендует на роль своеобразной «региональной сверхдержавы» и вынуждена соревноваться за сферы влияния на „исламском фронте” с Ираном, а на европейском пространстве − с Грецией, старается повысить свое влияние в близлежащих к себе регионах. Безусловно, для Турции имеет значение и желание реализации значительного потенциала торговли, производственной кооперации, инвестиционного взаимодействия и других форм сотрудничества с целью динамизации хозяйственного развития и создания лучших предпосылок интеграции в ЕС.

В ЧЭС вошли вновь образовавшиеся независимые страны – бывшие республики СССР, которые пытаются интегрироваться на определенной организационной основе без явного доминирования России, в отличие, например, от Экономического союза на основе СНГ. Кроме того, участие в ЧЭС и России („старшего брата”), и государств – бывших республик СССР („меньших братьев и сестер”) создает характерный колорит взаимоотношениям стран-участниц.

Успехи в реализации идеи создания ЧЭС свидетельствуют о большой степени заинтересованности ряда стран в формировании новой субрегиональной структуры экономического сотрудничества, которое объединяет страны Европы, Азии вопреки их политической, социальной, цивилизационной гетерогенности, отличии в уровнях развития и формах видения будущего. Государства региона являются членами разных политических и экономических группировок стран (ООН, МВФ, ВТО, НАТО, СНГ, ЕС). В них происходят своеобразные и глубокие социально-экономические преобразования, которые связаны с изменением в менталитете и общих схемах ориентации населения. Еще совсем недавно невозможно было вообразить их в границах одной организации. Но при условиях новой геополитической ситуации инициатива Анкары нашла соответствующую поддержку этих стран.

Кроме того, успех или неуспех дальнейшего эффективного развития ЧЕС во многом зависит от решения проблемы экономического и политического лидерства внутри группировки. По убеждению политиков, экономистов, бизнесменов Турции и России, именно эти страны должны быть локомотивом, который ″повезет″ за собой остальных участников. Но, во-первых, следует учитывать потенциал и возможности Украины, а во-вторых, Россия значительно растеряла свои «национальные интересы» и может потерять «силовое» преимущество в этом регионе. Небольшие страны региона, ввиду приобретения опыта пребывания в СССР и СЭВ, чувствуют опасность экономической зависимости от «великого партнера» [22, С.134].

Основным документом, регулирующим деятельность Организации Черноморское экономическое сотрудничество является Устав ОЧЕС, подписанный 11 государствами-членами Организации в Ялте 5 июня 1998 года. Однако и до этого деятельность ОЧЭС регулировалась целым рядом документов, основными из которых являются: вышеупомянутая Декларация Саммита черноморского экономического сотрудничества, подписанная 25 июня 1992 года в Стамбуле; «Босфорское заявление» от той же даты; «Заявление по результатам встречи на высшем уровне государств-участников черноморского экономического сотрудничества в Бухаресте» от 30 июня 1995 года; «Московская Декларация Глав государств и правительств государств-участников Черноморского экономического сотрудничества» от 25 октября 1996 года. В сентябре 1996 года был подписан Меморандум о сотрудничестве стран-членов ЧЭС в области энергетики, который предусматривает проект создания Объединенной энергетической системы, предложенный Россией.

Указанные документы не утратили своего значения до настоящее время, так как в них закрепляются основополагающие принципы деятельности Организации Черноморское экономическое сотрудничество. Это подчеркивается и в самом Уставе, в преамбуле которого сказано, что государства-члены ОЧЭС подтверждают свою приверженность принципам и целям, содержащимся в вышеупомянутых документах. Основными элементами структуры управления организации являются: Встречи глав государств и правительств; Совет министров иностранных дел; Действующий председатель (Chairman-in-office); Система Тройки (Troika System); Постоянный международный секретариат; Комитет старших должностных лиц.

Основными организационными структурами ЧЭС, которые осуществляют общую координацию и регулирование процесса сотрудничества, являются [36]:

· Совет глав государств и правительств;

· Парламентская Ассамблея ЧЭС (ПАЧЭС) со своими органами (Генеральной Ассамблеей, Постоянным Комитетом, Бюро, Международным секретариатом ЧЭС со штаб-квартирой в Стамбуле, Комитетом по основным направлениям деятельности ПАЧЭС);

· Совет министров иностранных дел стран-участниц и ее органы (Постоянный международный секретариат и Рабочие группы из конкретных проблем);

· Совет ЧЭС по вопросам предпринимательства со своими органами (Секретариатом Совета и консультантами при Совете по основным вопросам его деятельности);

· Черноморский банк торговли и развития (ЧБТР), основанный всеми странами-участницами в 1994 г., и его органы;

· Организация академического, научно-технического сотрудничества стран ЧЭС и ее органы (постоянный комитет, рабочие группы);

· Рабочие группы, центры-филиалы по специальным проблемам сотрудничества.

Деятельность этих органов, как и широкая активизация торгово-экономического сотрудничества на географическом пространстве стран-членов, рассматривается сторонниками идеи черноморской интеграции как фактор постоянного экономического развития, фактор решения соответствующими странами задач геополитики.

Если исходить из теории и удачной практики экономической интеграции других стран, то перспективы развития ЧЭС связанны с определенной трудностью. Это интеграция на региональной основе с ярко выраженным географическим объединяющим фактором – Черным морем. Ко всему прочему, ЧЭС можно рассматривать как потенциальный феномен. Здесь очевидны почти все ключевые дезинтеграционные факторы – от политической нестабильности стран-участниц и их экономической инфраструктурной несовместимости до важных социально-культурных отличий и глубоких традиционных конфликтов, как между странами, так и внутри некоторых из них: межэтническая напряженность в Грузии, конфликт между Арменией и Азербайджаном, историческая вражда между Турцией и Арменией, взаимное недоверие Греции и Турции, противоречия между Украиной и Румынией в вопросе судоходства в украинской части дельты Дуная, напряженность отношений между РФ и бывшими республиками СССР.

Регион входит в так называемую ″дугу нестабильности″ – бывшая Югославия – Приднестровье – Абхазия – Южная Осетия – Нагорный Карабах – Чечня. Существование непризнанных государств значительно ослабляет интеграционный потенциал региона.

Как известно, Черноморский регион объявлен зоной стратегических интересов США, что вызвано его близостью к Ираку и Ирану. Президент России В.Путин не зря упомянул в своем выступлении «так называемые легкие американские передовые базы по пять тысяч штыков в каждой», которые создаются на территории Румынии и Болгарии. Стремление перенести однополярную модель на Черноморский регион может иметь негативные последствия, станет дополнительным фактором раздора между государствами ОЧЭС [5].

Однако, несмотря на эти отличия, проведение согласованной внешнеэкономической политики может обеспечить баланс интересов в рамках основных приоритетов.

В XXI веке прогнозируется существенное увеличение добычи нефти в Каспийском регионе: в Азербайджане (морские месторождения), в Казахстане (Тенгизское и другие месторождения), в Туркмении и др. Регион должен выйти на третье место в мире после Ближнего Востока и Сибири. Потенциальные запасы нефти в Азербайджанском и Казахском секторах Каспийского побережья составляют 27 млрд. тонн, а по стоимости оцениваются в 4 трлн. долларов. Другие страны ОЧЭС также имеют собственные нефтяные месторождения, находящиеся в разработке, либо планирующиеся к использованию. Так, потенциальные запасы нефти в Грузии, по данным её Академии наук, составляют 340 млн. тонн, при их разработке не более чем на 10% [12, С.67]. Следует отметить, что грузинская нефть представляет собой высококачественную нефть типа «брент». Существуют также возможности для наращивания добычи газа из уже имеющихся месторождений. Происходит интенсивная разведка газовых месторождений в Аджарии.

Украина, обладая большим опытом по переработке нефтегазовых ресурсов, реализует собственную программу по освоению нефтегазовых ресурсов Чёрного и Азовского морей. Потенциальные запасы нефти на Украине оцениваются в 830 млн. тонн, а добываемые — более 400 млн. тонн.

С начала 90-х годов ХХ ст. ведутся активные разработки нефтяных и газовых месторождений в Албании. В 80-е годы в этой стране добывалось до 2 млн. тонн нефти в год, в 90-х годах эти объёмы резко упали, и в настоящее время албанские власти пытаются за счёт привлечения иностранного капитала добиться заметного увеличения добычи нефти.

С конца 90-х годов оживилась разведка и добыча природного газа и нефти в Молдавии. Однако пока республика является весьма зависимой от экспорта энергоносителей. Столь же острую зависимость от поставок импортных нефтепродуктов испытывает и Болгария. В свою очередь Турция также весьма заинтересована в импорте нефте- и газоресурсов как для собственных нужд, так и реэкспорта.

Обращаясь непосредственно к проблеме транспортировки энергоносителей, следует подчеркнуть, что страны ЧЭС проявляют повышенный интерес к зоне Каспийского моря и путям транспортировки каспийской нефти. Проливы Босфор и Дарданеллы создают определённые ограничения транспортным потокам, что обусловливает необходимость изыскания новых решений функционирования транспортных коридоров.

Для решения проблемы вывоза нефти из Казахстана в 1992 году был создан Каспийский Трубопроводный Консорциум (КТК). Нефтепровод Тенгиз-Новороссийск, как составляющая часть КТК, позволит обеспечить транспортировку нефти не только из Казахстана и России, но также из месторождений на Каспии.

Протяжённость нефтепровода КТК составит 1 580 км, максимальная пропускная способность - 67 млн. тонн нефти в год. Первая очередь КТК мощностью 28,2 млн. тонн была завершена к середине 2001 года. Стоимость проекта КТК оценивается в 2,4 млн. долларов, а к 2015 году инвестиции достигнут 4,2 млрд. долларов. Альтернативный проект «Баку-Джейхан» является более дорогостоящим, нежели КТК.

Важным направлением в рамках ОЧЭС остаётся транспортировка азербайджанской нефти на мировые рынки, так как Азербайджан обладает существенными нефтяными запасами. Они охватывают более 100 000 км2 нефтяных полей. Особый интерес представляет Каспийское море, где только в его азербайджанской части разведано 175 перспективных месторождений. При этом 40 месторождений находятся на малой глубине (до 60 метров). В Азербайджане, по оценкам ряда источников [12, С.70], запасы углеводородов составляют от 4 до 8-10 млрд. тонн условного топлива.

В настоящее время для транспортировки нефти используются два направления - северное и западное. Северный нефтепровод сооружен на базе ранее действовавшего трубопровода Баку-Грозный и располагается от Сангалачского терминала в Азербайджане до Новороссийска на расстояние более чем 1400 км. Западный нефтепровод сооружается на базе нефтепродуктовода Баку-Хашури и пройдет от Сангалачского терминала до порта Супса (Грузия) длиной 850 км, в том числе по территории Азербайджана - 480 км. Наиболее привлекательными для транспортировки основного объема добычи нефти являются маршруты по территории Грузии – Баку-Супса, по территории России – Баку-Новороссийск и, упоминавшийся выше, проект Баку-Джейхан по территории Азербайджана, Грузии и Турции.

Экономические показатели маршрутов, завершающихся на побережье Черного моря, в сравнении со средиземноморским вариантом являются конкурентоспособными даже в том случае, если придется решать вопросы обхода пролива Босфор. Наименее затратным является маршрут Баку-Супса, предполагающий реконструкцию существующего трубопровода, оцениваемую в сумму порядка 1,5 млрд. долларов.

Более дорогостоящим считается строительство трубопровода по маршруту Баку-Новороссийск - около 2 млрд. долларов. Наибольших затрат, как отмечалось выше, потребует реализация маршрута Баку − турецкий порт Джейхан. Этот проект отличается также тем, что претендует на транс





Последнее изменение этой страницы: 2016-06-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.204.42.98 (0.02 с.)