Вид на здание всемирной колумбийской выставки. Мы были как раз против

Огромного колеса Ферриса и наблюдали его постройку с самого начала.

Гертруде посчастливилось в выборе прислуги, высокой здоровой

Девицы-ирландки, около сорока лет, которая была прекрасной кухаркой, но

Очень эксцентрична. Сара была невинна, как десятилетний ребенок, и предана,

как некоторые негры в старинные времена плантаций. Я купил хитрый аппарат

для одурачивания простаков. Он назывался "Магический Делатель Денег".

Длинная лента темной материи была намотана на два параллельных валика, один

Из которых можно было вращать рукояткой, перематывая ленту с другого. С

Одной стороны вы заряжали новенькие пятидолларовые бумажки и, если слева

Вовремя всовывать чистые листки бумаги и вращать, деньги выходили между

Валиков справа. Это был очень совершенный обман зрения. Я показал машину

Саре, которая смотрела на нее широко открытыми глазами. Потом она пришла ко

Мне, со старым долларом, разорванным пополам, в руках, и с надеждой

спросила: "А можно починить его?"

"Конечно, -- сказал я и вдруг вспомнил, что машина заряжена

пятидолларовыми бумажками. -- "Но вам придется немного подождать, -- мне

надо ее отрегулировать". Я довольно долго не мог нигде в доме найти доллар,

Но, наконец, разыскал довольно новый -- в старых брюках. Закрутив его в

Машину, я подготовил ее для Сары, и в то время, как старая бумажка медленно

Исчезла в маленьком черном прессе, с другой стороны вышел новенький доллар.

Она была в полном восторге -- выбежала из комнаты и сразу же вернулась с

измятой, надорванной бумагой. "А с этим вы что-нибудь можете сделать, мистер

Вуд?" -- "Что это такое?" -- спросил я. "Знаете, когда я кончила работать у

мистрис Джонс в Канзас-Сити, где я жила десять лет, мистер Джонс, который

Вел дела с лесом, сказал, чтобы я не клала в банк семьсот долларов, которые

Я накопила, а отдала в его дело -- что деньги будут целы и он будет давать

Мне шесть процентов, а банк платит только три процента. -- Я отдала ему

деньги, а он дал мне эту бумагу. "А вы когда-нибудь просили его вернуть

деньги?"-- спросил я. "О, нет,-- сказала она и покраснела. -- Они мне

понадобятся, только если я выйду замуж".

"Машина не годится, чтобы выправить вашу бумагу", -- сказал я, -- "но

Если вы дадите ее мне, я посмотрю, что можно сделать для вас. И все-таки я

боюсь, что вам никогда не удастся получить ваши деньги назад". -- Сара

Расплакалась, и Гертруда напрасно пыталась ее успокоить. Бумага была

Обязательством, написанным вполне правильно, и я свез ее в город, в мой

банк. "Почти безнадежно, -- сказал кассир, -- но для пробы пошлем ее, и

посмотрим, что получится". Через неделю я был уведомлен, что бумагу оплатили

С процентами на сегодняшний день; я отвез Сару в банк, представил ее

Главному кассиру, и ее вклад был благополучно положен на книжку. Добрый

старый Джонс из Канзас-Сити -- снимаю перед вами шляпу!"

Таким же характерным, как мне кажется, является описанный самим Вудом

вечер, который он провел с мультимиллионером "лесным королем", жившим в

Одиночестве в глуши Висконсина, страстью которого была астрономия. Это --

Красивый и для меня незабываемый рассказ. Я хотел бы присутствовать там, в

Эту ночь, когда Роб был молод -- около пятидесяти лет тому назад.

Вот что рассказывает Вуд:

"Однажды летом, когда занятия окончились, мы решили выбраться из Чикаго

До жаркой погоды, беспокоясь о ребенке. Произведя временно Сару в чин

Няньки, мы отправились на Двойное озеро, отдаленный рыболовный уголок в

Северном Висконсине. По расписанию, нам надо было пересесть в другой поезд в

Вечера, на перекрестке железных дорог. Станция состояла из одного

Товарного вагона, и кругом не было ничего, кроме сосен. Когда наш маленький

Поезд скрылся в темнеющем лесу, мы стали ждать другого, который должен был