ТОП 10:

П.П. Короленко. « Закубанский край»



«ЗАКУБАНСКИЙ КРАЙ (К истории Западного Кавказа)

I

Кубанская граница- Закубанские горские чернее племена.-Пограничные казачьи войска - Обоюд отношения черкесов и казаков

По договору России с Турцией в Константин 28 декабря 1783 года река Кубань была определе* цицей между обеими империями. Левую сторону ни населяли азиатские горские племена, известны время под названием абазинцев и черкесов, а прав рона этой реки занималась русскими регулярными сками. В пустынных Прикубанских степях в 1792 поселено Черноморское казачье войско, собранное татков Запорожья, а позднее, й 1832 году, из разны мейных полков, расположенных на Кавказской ли из селений податного сословия Ставропольской нии образовано Кавказское линейное казачье войско эти войска занимали кубанскую границу против го первое - с низовьев реки до впадения в нее Лабы, следнее - от устья Лабы до верховьев Кубани.»

«Абазинцы, занимавшие верховья Кубани, имея против себя русские поселения линейных казаков, постоянно с ними ссорились и мирились. В одно время, в начале ншннего столетия, враждебные абазинцы пробрались аж под самый Георгиевск и, захватив там русскоподнных того же племени, аронцев, перешедших в давнее ми на жительство в Россию, угнали их за Кубань. Командовавший Кавказской линией генерал Глазенап узнав о таком злодейском поступке своих соседей, пошел с отрядом за Кубань и воротил русскоподданных абазинцев. Анапский паша, не обращая внимания на захват враждебными нам абазинцами жителей России, возбудил с Глазенапом переписку, находя переход русского отряда во владения подвластных Турции горских народов противным мирным договорам между Турцией и Россией. На такой неуместный протест начальник Кавказского края князь Цицианов отвечал паше Сеид-Хусейну 9 мая 1805 года следующим письмом: «Командующий подо мной на Лийии высокославными и неподимыми войсками его императорского величества милостивейшего и великого государя императора генерал-лейтенант Глазенап представил мне подлинное письмо вашего превосходительства, к нему писанное, из этого усмотрев, что вы, благоприятель мой, опираясь на правах мирного союза, между высокой Всероссийской державой и Блистательной Оттоманской Портой существующего, напоминаете о нарушении оного тем, что отряд высокославных всероссийских войск, ходивший за кубань, нанес беспокойство и вред подданным Турецкой Нории. Долгом звания моего ставлю вопрос, ваше превосходительство, со всей свойственной мне откровенностью,кто преступил сию обязанность: тот ли, кто воше турецкие границы, управлению вашему вверенные, для возвращения только своей собственности, или ваше превосходительство, допустив ваших подвластных перейти сию сторону Кубани и увлечь почти из-под самого георгиевска знатное число абазинцев, российских под­даных? Отдавая сие на беспристрастное суждение ва превосходительства, я должен сказать, что обстоятельство сие как совершенно противное правилам союза ирных постановлений между двумя высокими державами, существующих к блаженству рода человеческо: но оставлю довести до сведения министра нашего, в Мотннтинополе пребывающего, и донести его импера-торскому величеству, всемилостивеишему-моему госуда рю государей»'. '

Тревоги на Кавказской линии продолжались постоянно. Горцы врывались в наши пределы, линейцы со сво­ей стороны не щадили неприятелей как на евоей, так и на их земле. Но такие военные действия, носившие ха­рактер пограничных вооруженных набегов как с той, та'" и с другой стороны, не имели такого исторического зна­чения, как это было на Черноморской кордонной линии нижнего течения Кубани.

В начале мирные отношения черноморцев с черке­сами были самые дружественные. Черноморцы, пересе­лившись из-за Буга на пустынную кубанскую землю, нуждались в хлебе и лесе; тем и другим снабжали их старожилы - соседи-горцы; последние, со своей стороны, пользовались в пределах Черномории пастбищными ме­стами для своих стад и довольствовались другими пред­метами, недостаточными в черкесской земле.

По занятии в 1794 году Черноморским казачьим войском кубанской границы жившие за Кубанью бже- духский и хатукайский князья Батыр-Гирей и Магомет Калабит в отсутствие черноморского кошевого атамана Чепеги явились к войсковому судье Головатому и объ­явили, что они прежде состояли во владении крымских ханов, бывших подвластными Турции; когда же послед­них не стало, то над ними простирает власть Турция. А так как Крым покорен русскими, то черкесы скорее считают себя принадлежащими России, нежели Турции. Ввиду такого соображения они желали со своими под­властными горцами поступить в русское подданство, при­чем обещали жить мирно с черноморцами и разгонять скопища абазинцев, а при надобности и воевать против них; в случае войны России с Турцией всеми средствами своими помогать русским.

Не ожидая результатов дальнейших переговоров, хатукайцы зараз же присягнули на подданство России *; даже просили позволения перейти жить на русскую сто­рону, но владельцы этого народа не соглашались; други черкесские племена тоже были готовы дать такую ж присягу.

Важное дело это Головатый представил на решени высшему правительству. Вместе с тем отправился в Пегербург князь Батыр-Гирей депутатом от черкесского на­рода хлопотать лично о принятии черкесов в подданство России. Депутата этого сопровождал от Черномор-ского войска прапорщик Кравченко.

Государыня Екатерина Алексеевна не нашла возмож­ным принять черкесов под свою державу и тем войти в неприятные хлопоты и объяснения с Турцией, подав по­вод последней укорять Россию в несоблюдении заклю­ченного с Оттоманской Портой трактата, по которому чер­кесы находились в ведении Турции. Ввиду этого хода­тайство князя Батыр-Гирея по этому предмету было отклонено обещанием давать всякие вспоможения в их надобностях при всяких случаях. О чем дан графу Пла­тону Зубову 3 мая 1795 года Высочайший рескрипт.

Обласканный в Петербурге монархиней, черкесский депутат Батыр-Гирей возвратился в Екатеринодар. От­сюда Головатый в знак дружбы проводил его за Кубань с русскими хлебом и солью, где собравшимся толпами гор­цам объявил волю государыни императрицы, что черке­сы по существующим с Турцией трактатам не могут быть приняты в подданство России, но если они будут жить мирно, то будут пользоваться монаршими милостя­ми, покровительством и вспоможениями, как и сами под­данные ее величества.

Несмотря на такую установившуюся дружбу черке­сов с русскими, некоторые горские князья были недо­вольны действиями своего посла Батыр-Гирея и начали искать подданства России отдельно, сами от себя, через таврическое начальство. Из числа таких недовольных I болеевидными были братья султана- Селим-, Ахмет- и Крым-Гиреи, Но и эти ходатаи получили на свои просьбы отказ от Павла Петровича, изложенный вВысочайшем рескрипте графу Зубову 3 декабря 1796 года. Такие отг казы зарождали тайное неудовольствие Черкесовпротив русских.

Не искавшие подданства России абазинцы сильно были озлоблены против черкесов за приверженность их к русским и решили наказать преданного нам Батыр- Гирея, а затем вторгнуться в наши пределы. Князь, уз­нав об этом, просил у черноморского кошевого атамана помощи. По просьбе этой отряд наш из 10 старшин и 100 казаков под начальством войскового полковника Ере­меева, переправившись за Кубань, соединился с черкеса­ми. Еремеев разбил нахлынувшие толпы абазинцев, но в бою этом пал и храбрый князь Батыр-Гирей.

Этот первый случай участия русских военных дей­ствиях заКубанью против горцев имел роковые последствия, вызвавшие ожесточенную войну на Западном Кавказе.

Анапский паша, наблюдавший за действиями гор­цев, узнав враждебные намерения абазинцев против Черномории, вызвал в Анапу двух самых главных возмутителей и без дальних расследований отрубил им головы. За эту казнь абазинцы поклялись мстить русским и на­чали возмущать черкесские племена против России, воз­буждая вместе с тем вражду недовольных и против мир­ных горцев. Желая посчитаться и с турецким пашой за казнённых султанов, горцы, собравшись в значительных силах, намеревались взять Анапу и предать лютой смер­ти ненавистного пашу. Подоспевшая вовремя помощь из Трапезунда выручила осажденных турок, и озлобленный паша сильно наказал возмутившихся горцев.

Все это происходило в 1796. году. Лишившись свое­го главного предводителя и наставника Батыр-Гирея, преданные нам горцы, возмущаемые абазинцами, начали постепенно отставать от дружбы с русскими, и скоро чер- кесский народ из добрых и мирных наших соседей пре­вратился^ в непримиримых врагов.

С этого времени начинаются враждебные нападения черкесов вооруженными силами на всю Линию кубан­ской границы. Черноморский кошевой атаман долго вел переписку с анапским пашой об удержании горцев от нападений на наши границы, но, не видя хороших резуль­татов от этих сношений, отправился сам с отрядом за Кубань и по-своему жестоко расправился со злодеями. По жалобам шапсугов о нападении на них русских анап­ский паша принял сторойу обиженных горцев и требовал от кошевого атамана Чепеги объяснения, по какому слу­чаю он вопреки мирным договорам между Россией и Тур­цией нападал вооруженной силой на подвластные тур­кам горские народы. Но Чепега категорически ответил, что так как паша сам не может или не хочет удерживать черкесов от беспрестанных нападений на наши границы, то он вынужден сам обороняться на границе и преследо­вать коварных горцев в собственной их земле.

Такое тревожное состояние кубанской границы было доведено до сведения высшего правительства, следстви­ем чего было требование нашим посланником в Кон­стантинополе Кочубеем удовлетворения за причиненные горцами Черноморскому войску убытки в 1792-1796 го­дах. Турки со своей стороны выставляли претензию, что казаки захватили у черкесов вчетверо более имущества, чем своего потеряли. Командированный но распоряже­нию таврического начальства в Анапу от Черноморского войска подпоручик Лозинский успел воротить часть из захваченных горцами скота и Оружия черноморцев и по­лучить от паши взысканные с горцев несколько десят­ков рублей .'Но это было ничтожное вознаграждение. По настоянию Кочубея декларацией, данной Порте 10 марта 1798 года, турецкое правительство уплатило 11 027 руб. 86 коп, за убытки, причиненные горцами черноморцам в 1792-1796 годах.

Оттоманская Порта сменила заведовавшего черкес­скими народами анапского коменданта, назначив туда трехбунчужного Османа Азат-пашу. Этот новый комен­дант прислал в Екатеринодар своего чиновника Селим- агу и абазинского князя Мурадина уговориться о приня­тии мер’к отвращению черкесских нападений на наши границы. Начсловесных переговорах, веденных с прибыв­шими дипломатами, со сторбны черноморского началь­ства войсковым полковником Уманцем решено было, что кто первый, т. е. турки или русские, узнает о намере­нии горцев ворваться в наши пределы, то должен для принятия предосторожности делать на кордонной линии условные знаки огнем; Селим-аге и Мурадину для сво­бодного пропуска на нашу сторону во всякое время по черкесским делам даны печати.

Такой договор не имел благоприятных результатов. Черкесы не слушали турецкого начальства, секретно про­рывались через Кубань и по-прежнему наносили много вре­да прибрежным поселениям черноморских казаков, за что, в свою очередь, были наказываемы русскими в их земле.

Дипломатическая переписка с турками по этому По­воду не прекращалась, с той и другой стороны были про­тесты об обоюдных набегах через границу в земли чер­номорцев и черкесов. Во избежание претензии турок им­ператор Павел Петрович дал рескрипт 4 апреля 1799 года черноморскому войсковому атаману Котляревскому не делать нападений на черкесов за Кубанью без особого На то Высочайшего повеления.

После этого жизнь казаков на кубанской границе стала очень тяжелой. Приведённое Высочайшее повеле­ние придало смелости горцам. «

«Черкесские дела на кубанской границе с годом год осложнялйсь. Врат убитого Батыр-Гирея, Явбук-бе избегая мести абазинцев, испросил позволение у государя императора поступить в подданство России и с пр верженными к нему черкесамй перешел на жительст в Черноморию. Турецкое правительство сильно восста против этого, претендуя, что русские не имели права пр- нимать на жительство без согласия турецкой власти н ходящихся в ведении турок горцев в нарушение сущ ствующих трактатов.

Пока русские дипломаты отписывались, отвечая, чт Явбук-бею дано убежище в России от преследования абзинцев только по настоятельной его просьбе, он сам бр сил Черноморию и со всем своим народом перешел о ратно за Кубань, объяснив анапскому паше, что был н~ сильно переселен русскими на нашу сторону. Таки- вероломным поступком Явбук-бея император Павел Пе! рович остался недоволен и в рескрипте атаману Котл ревскому повелел безусловно отказывать черкесам . просьбе о подданстве России и впредь не впускать для переселения на нашу сторону.»

«Прибрежные черкесы крайне сожалели, что с посе­лением казако» Черноморского войска в Кубанском крае они лишились своих хозяйственных занятий на правом берегу Кубани, который хотя и считался русским, но не имел еще до прихода черноморцев русского населения. Особенно сожалел об этом князь бжедухского племени Батыр-Гирей, который не только занимался на нашей стороне хлебопашеством и скотоводством, но даже и сам жил в ауле, бывшем в нынешнем лесу, Круг лик, близ города Екатеринодара, вернее, на самом месте этого горо­да, где тогда тоже был лес.

Чтобы иметь возможность оставаться на месте свое­го жительства, Батыр-Гирей заявил начальству войска Черноморского о своей преданности России и желании быть навсегда русскоподданным, с тем только, чтобы не переселяться за Кубань с подвластными ему черкесами.

Мотивом к переходу в русское подданство этот князь в своем прошении ставил то обстоятельство, что в преж­нее время горские владельцы находились под покрови­тельством крымских ханов и как вольные не принадле­жали не только Турции, но и самому Крыму. А так как Крым вошел в состав Русского государства, то и они счи­тают себя присоединенными к России. Ввиду этого под­чиняться Турции не желают.

Такие заявления последовали не только от Батыр- Гирея, но и от других закубанскнх князей и дворян.

Эти владельцы бжедухского и натухайского племе­ни народа адыге в подтверждение искренности своих заявлений дали присягу на Коране: свято и непоколеби­мо хранить верность русскому государю и обид русским подданным не делать; в случае разрыва России с Отто­манской Портой и возникновения войны между сими державами не воевать с русскими, с тем, однако, чтобы и черкесы со стороны русских не были разоряемы; в ог­раждение воровства абазинцами их скота, чтобы табуны их были приняты в Черноморию с разрешением черно­морским казакам беречь их лошадей за условленную плату; при этом натухайцы заявляли еще просьбу - доз­волить им свободный переход на житье в Черноморию. Впрочем, не все на это согласились.

За отсутствием кошевого атамана, бывшего в поль­ском походе, управлявший войском черноморских каза­ков войсковой судья полковник Головатый прошение чадельцев горских черкесов представил таврическому»

«Явбук-Бей.7 марта 1799 года явился к атаману Котляревскому брат Батыр-Гирея, Явбук-бей, и заявил, о своем желании перейти в русское подданство с подвластными ему людь­ми, причем просил дозволения переселиться из-за Куба­ни в Черноморию на всегдашнее жительство, ввиду того, что абадзехи сильно теснят и разоряют его за предан­ность русским. Явбук' заявил решительное намерений перейти на русскую сторону, хотя бы русские с оружием в руках препятствовали такому переходу: «Буде сужде­но,- говорил он,- погибнуть мне с моим народом, то луч­ше пасть, не защищаясь от оружия русских, чем от злодеев-абазинцев».

Атаман Котляревский, хотя и имел разрешение на принятие закубанских выходцев, но ввиду многочислен­ности черкесов, назначавшихся к переселению в Черно­морию, счел долгом довести до сведения государя. В от­вет он получил Высочайшее повеление: названного гор­ского владельца принять и поселить вместе с Шеретлу- гом-оглы.

15 мая Явбук-бей был уже на правой стороне Куба­ни с подвластными ему людьми в числе 1493 душ. Здесь черкесы принесли присягу на верность подданства Рос­сии и получили от Черноморского войска в виде пособи* для первоначального продовольствия хлеб на 7473 руб.»

«Из всех горских племен менее всего были располжены к татарамабазинские черкесы,самые злейшие враги русских. Эти горцы не только не дружили с ногайцами, но нередко относились и к ним с таким озлоблением, как и к мирным бжедухам, уходившим на русскую сторонуот притеснений абазинцев.

22 марта 1796 года партия ногайцев в числе 74 душ переправившись ночью на правую сторону Кубани, пере шла к Платоногорскому посту с просьбой принять их под покровительство России.»

С.Х Хотко-Восточное закубанье в контексте этносоциальной и демографической истории Черкесии

«Помимо ногайцев от произвола темиргоевцев стра­дали и другие их соседи — например, абазины







Последнее изменение этой страницы: 2016-09-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.168.112.145 (0.01 с.)