Глава 13 Мы объявляем войну пеликанам. Счастье лагартосов лежало на полметра левее. Как правильно резать помидоры. К дикарям приходит гость. Яд для Наташи.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Глава 13 Мы объявляем войну пеликанам. Счастье лагартосов лежало на полметра левее. Как правильно резать помидоры. К дикарям приходит гость. Яд для Наташи.



 

Мы с Игорем вознамерились залезть на самую высокую пальму на острове, растущую на территории лагеря, чтобы вывесить наш флаг. Кроме романтической цели есть еще одна, причем весьма банальная. Дело в том, что на дереве устроили себе гнезда пеликаны. Так как посуду девушки моют недалеко от лагеря, там постоянно остаются мельчайшие (мелкие мы доедаем сами) остатки пищи. На запах собираются стаи мальков, их там как грязи. Естественно, там же и стаи пеликанов — тоже питаются. Но круг пока не замкнулся: мы до сих пор не поймали ни одной птицы, хотя сделать это очень хочется по многим причинам. Дело в том, что, когда племя собирается для трапезы, один из соседей на верхнем этаже совершает свой туалет. Обычно он не ошибается и бьет метко в цель. Каждый из нас уже испытал здесь чувство обкаканной Черепахи. Что мы только не делали, чтобы объяснить старожилам наверху неправильность их поведения. Кричали, размахивали руками, швыряли кокосы — бесполезно.

Огромные птицы с невероятно крепким клювом камнем падают в море, чтобы добыть себе рыбу. Кто‑то говорил, что мясо у пеликанов невкусное, пропитано рыбным запахом. Проверить это нам пока не удалось. Оперение настолько крепко сплетено, что даже свинцовые пульки, выпущенные из рогатки, не пробивают эту броню. Игорь пытался ловить этих разбойников на крючок, заброшенный в море, — также тщетно. Чувство мести, помноженное на желание отведать их «невкусного» мяса, по‑прежнему пылает в наших сердцах и желудках.

Перед очередным конкурсом происходит встреча племен. Одинцов ищет взглядом в наших рядах своего боевого товарища Серегу и не находит его. Все Черепахи потупили глаза. Только Наташа быстрым шагом подходит к вождю Ящериц. Видно, что она готова расплакаться на плече у Одинцова. Они обнимаются, обмениваются короткими фразами и удаляются в сторону. Вместо Терещенко другом для Одинцова в нашем племени стала теперь Наташа. Как трогательно: она принесла песенник Терещенко, чтобы отдать его Одинцову. Песенник — единственная вещь, которую он брал с собой на остров. А Одинцов из Лагартос привез гитару. Выходит, не споются атлеты. Наталья торжественно, глядя Одинцову в глаза, передает ему размокшую книжку, словно это прах самого Терещенко. Одинцов прижимает подарок к груди. Прямо мексиканский сериал какой‑то.

Итак, конкурс, этап первый. Я и Сакин бежим наперегонки к отмеченному на карте месту. Там мы должны найти следующий кусок карты. Серега мчит по берегу вдоль ручья, а я ныряю в него и хоть с трудом, но плыву. Мелковат ручей, коряги то и дело цепляются за ноги. Вскоре замечаю бутылочки с картами — синюю и красную. Сакин убежал слишком далеко, чтоб заметить цель, но что‑то удерживает меня поначалу от окрика. Лишь забрав свою карту, запоздало подсказываю конкуренту, что он на неверном пути. Но наше лидерство длится недолго, Сергей Одинцов обгоняет Игоря на втором, морском этапе. В борьбу вступают девушки, и тут нам широко улыбается удача: Ящерицы ошибаются в расчетах и копают на полметра левее обозначенного на карте клада.

В откопанном сундуке — только фляжки сока «Джей севен». Наши радостные вопли сразу стихают, но тут приносят приложение к выигрышу — лукошко с мясом, специи, овощи. Теперь ликованию воистину нет границ. Мы приглашаем Ящериц разделить с нами предстоящий шикарный ужин, но Бодров разрешает осчастливить только одного человека, причем даму. Черепахи единогласно выбирают гостьей Инну. Как только Бодров на секунду отворачивается, мы молниеносно передаем Сакину и Одинцову часть полученных нами специй, а главное — соль! Выглядит это не как гуманитарная помощь, а нечто само собой разумеющееся. Мы ведь не только боремся друг против друга, но и вместе выживаем.

Выигрыш любого конкурса, а тем более добытая пища, всегда вызывает суету и споры. Сейчас ситуация усугубляется хроническим недоеданием и ответственностью. Дикари впервые ждут настоящего гостя — Инну.

После продолжительных споров о том, как и что готовить, племя в полном составе приступает к волнующему процессу. Мы с Игорем преимущественно занимаемся костром, а наши явно разгорячившиеся девушки готовят пищу. Глядя на них, невольно вспоминаешь басню про рака, щуку и лебедя.

— Наташа, порежь помидорки! — Надя, как всегда, стоит у руля.

— Ты что, не видишь? Я режу лук! — раздраженно отвечает Наташа.

— А зачем нам лук?

— Нет, ну ты что?! Как это зачем?

— Я порежу помидоры, — вмешивается миротворец Аня.

— Как ты их режешь? — гневно взрывается Надя после некоторой паузы.

— ???

— Ты режешь их вдоль, а надо поперек!

— Да? Ладно. — Анька совсем не хочет конфликта.

— Наташа! — продолжает рулить Надя. — Как ты режешь огурец? Нам так не надо.

— Как хочу, так и режу! — поднимает голову Наталья. — Меня так учили. Во всех ресторанах так режут.

Меня раздражает этот никчемный спор, и я грубо вмешиваюсь, чего обычно предпочитаю не делать: «Да какая, на хрен, разница?! Что так резать, что эдак. Мой помидор вообще не надо резать. Дай, я его так сожру. Вы что — в ресторане?» Девушки поднимают на меня глаза. После таких взглядов трех обиженных голодных поваров хочется бежать долго и не оглядываться.

Мое неожиданное выступление на какое‑то время остужает страсти, но новый конфликт близок. Наташа берется поджарить лук, требует огня на вторую «конфорку»: «Ваня, сделай огонь!» Ни тебе «пожалуйста», ни намека на предстоящее «спасибо». И это далеко не в первый раз. Разведя второй костер, демонстративно отхожу в сторону, но вскоре вновь требуется моя помощь, чтобы перенести казан. Аккуратно поднимаю его, но в шлепку впивается маленькая палочка, и я неожиданно теряю равновесие. Срабатывает инстинкт спасения, но не себя, а еды.

До самого момента падения я так и не отпустил казан. Кипяток, мясо, раскаленное масло, вкусности — все оказывается на мне. Боли поначалу не чувствую, только испуг за совершенное и бешенство. Вскакиваю как угорелый и вижу страшную картину: еда за земле. Матерюсь как никогда в жизни, выпуская наконец казан из рук. Повара в шоке: «Не обжегся? Быстро иди к воде!» Уже отмокая в море, чувствую, как боль впивается, словно сотни огромных пиявок. Она просто сверлит кожу, вгрызаясь даже в кости. По лицу текут слезы.

Лежать больше нет сил. Выхожу на берег и вижу, как ребята пытаются собрать еду. Хочется что‑то сказать им, но не получается — зубы сцепились так, что не могу разжать. Нога опухла и меняет цвет с буро‑красного на черный. Боль невероятная. Обмазываю ногу кремом из аптечки, стараясь не смотреть в сочувственные глаза садящихся рядом соплеменников.

Подходит время важного визита с соседнего острова. Почему важного? Во‑первых, не за горами объединение племен. Инна увидит и узнает о нас гораздо больше, чем мы о Лагартос. Поскольку большинство островитян продумывает свою линию поведения, и после объединения племен нетрудно предположить, что кто‑то может построить свою тактику, отталкиваясь от увиденного Инной. И еще: предстоит определить, на каком острове жить объединенному племени дальше. Нам наша сфера обитания нравится. Надо, чтобы и гостья прониклась симпатией к острову Тортугас.

К моменту, когда Инка подплывает к берегу на плоту, еда уже готова и красиво разложена на столе. Выглядит все очень аппетитно. Никто ни к чему не притрагивается, хотя голод сжирает изнутри каждого. Все принарядились. Так странно: у дикарей есть нечто похожее на собственный дом, теперь они даже ждут гостя. Все как у людей.

Уже через пять минут трапезы, к которой мы приступили чинно и благородно, желудки наполнились до отказа. Съели немного, но желудки за пятнадцать дней уменьшились настолько, что им теперь многого не надо. Впрочем, в конечном счете мы слопали все подчистую. Несмотря на то что вкус лука показался чрезвычайно острым (отвыкли?), а плохо прожаренное мясо оказалось жестким, зубы впивались в него так, что проблем с пережевыванием не испытывал никто. Правда, беседа иногда смахивала на мычание солидарных друг с другом коров.

Дорогую гостью уговариваем переночевать на нашем острове. Все заранее искренне извиняются за жесткую постель, будто Инна приехала к нам с проверкой. Мы словно забыли, что она живет на Лагартос в таких же условиях, что и мы. Нет, конечно, не забыли, но все настолько истосковались по хорошим манерам, по светским беседам о высоком. Визит Инны вообще разрядил напряженность на нашем острове. Все переключили свое внимание на нее и забыли о внутриплеменных антипатиях. Я хорошо представил себе, что после объединения в лагере также воцарятся на какое‑то время мир и доброжелательность, но долго такая идиллия продолжаться не сможет. Ее наверняка нарушат схватки между новыми или уже устоявшимися коалициями.

Инка не устает восхищаться лагерем, нашим обустройством быта, попутно рассказывая, как они решали похожие проблемы. Гулять пошли втроем — Инна, Наташа и я. Наташа явно повеселела, часто улыбается. Этот всплеск хорошего настроения можно понять — у нее сложилось вполне определенное отношение к нам. С умной и красивой гостьей приятно общаться еще и потому, что нужен отдых от людей, окружавших тебя так долго. Все Черепахи уже устали друг от друга. Думаю, гостье приятно пообщаться с нами по той же причине.

Ужасно хочется пить, желудок напряженно и непрерывно трудится, пытаясь переварить огромную порцию внезапно свалившихся в него калорий и витаминов. Самое ужасное, чувство голода сохранилось, хотя протолкнуть в себя что‑либо невозможно. Но глаза, как магнит, тянутся к столу. Я доедаю остатки нашего роскошного ужина.

Только заснул, разбудили чьи‑то шаги. Чутье стало прямо звериным! Подошел оператор. Общаться нам, разумеется, запрещено, но он явно собирается пренебречь правилами: «Вань, у тебя аптечка далеко?» Оказывается, журналистку Таню Семкив, с которой я познакомился еще на полигоне МЧС в Ногинске, укусил скорпион. Почти с закрытыми глазами нахожу аптечку и, получив вежливый, но четкий отказ от предложенной помощи, ложусь досыпать. Позже узнал, что последствия укуса были серьезными: Таня даже теряла сознание, но ночью врач на остров добраться не смог. Уж лучше днем пусть эти гады кусают.

У Наташи сегодня день рожденья, поэтому еще до рассвета началась суета. Мы с Инкой уходим в лес, чтобы нарвать огромный букет цветов. Спать хочется невероятно, но так надоело жить по расписанию природы, что радуюсь даже своему полудремотному состоянию.

Дождя ночью не было, Наталью «не смыло», как обычно, с берега в «отель». Обычно наша сегодняшняя именинница встает позже всех, поэтому у нас достаточно времени для подготовки. Дикари подкрадываются к спящей Наталье и радостно орут: «С днем рожденья!» Не сказать, что все изменили нынче свое отношение к ней. Но мы хотим, чтобы она почувствовала свою значимость, чтобы этот день прошел для нее радостно. Ведем заспанную именинницу к главному подарку — к красивейшему дереву, которое нашел где‑то для нее и пересадил рядом с лагерем наш труженик и изобретатель Игорь. Реакция Натальи на подарок сшибает с ног: «Вы чего, совсем, что ли?! Это же ядовитое дерево! Убить меня хотите?!» Мы настолько ошарашены, что хором пытаемся ее успокоить: «Наташ, мы не будем стрелы ядом мазать, чтоб в тебя стрелять. Наташа, ты посмотри, какое оно красивое!» Но поздно. Поток информации из области биологии льется рекой. Едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться от комизма ситуации, а вот Игорь обижен. Слов благодарности, похоже, ему не дождаться. А вскоре Наташа вполне серьезно замечает нам, что и в подаренном нами букете есть ядовитые цветы. Полный аут! Моцарту бы такую бдительность…

 

Глава 14



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-28; просмотров: 164; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.165.57.161 (0.012 с.)