ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Типология стратегий отношения к старению



«Параллельно» с обширным материалом, накопленным геронтологической наукой и близкими к ней отраслями знания, в общественном сознании существует масса как позитивных, так и негативных стереотипов, связанных со старением и старостью и далеко не всегда имеющих под собой реальную основу (Г. Крайг, 2000). Эти стереотипы, обусловленные незнанием многообразия механизмов и стратегий адаптации в поздние периоды жизни человека, мешают воспринимать пожилых людей дифференцированно, как индивидуумов с действительно существующими между ними различиями и могут приводить к негативным последствиям как для пожилых людей, так и для молодого поколения, то есть для общества в целом (табл. 4).

Стереотипы отношения к старости, определяющие во многом стратегии адаптации к возрасту, обусловливаются многими факторами, в том числе культурно-историческими особенностями развития общества. Такой выбор в значительной степени определяется, например, национальной традицией отношения к старости. В расширенных семьях на Востоке существуют такие отношения, которые требуют от пожилых людей участия, интеграции, готовности к общению и дают ощущение надежности, обеспечивают эмоциональное тепло и защищенность. В странах Запада старость часто воспринимается негативно, и общество, отторгая пожилых людей от участия в производительной жизни, лишает их многих социальных прав, а также социального интереса к ним и участия.

Большое значение влияния социального стереотипа старости на выбор стратегии адаптации к возрастному фактору в старости отмечают В. И. Слободчиков и Е. И. Исаев. Они пишут, что в современном обществе получил распространение образ стариков как бесполезных и обременяющих общество людей. Такие стереотипы отрицательно влияют на самочувствие пожилых людей.

Ощущение себя как ненужных людей, как обузы для своих детей - психологическая основа общественной и профессиональной пассивности пенсионеров. Быстрые инволюционные процессы, обнаруживающиеся у людей в ранний постпенсионный период, - результат их неспособности противостоять мощному влиянию социальных стереотипов. Данное влияние приводит к негативным изменениям в еще совсем недавно активных и здоровых людях.

Такие стереотипы приходят в противоречие с объективным медицинским и психологическим статусом пожилых людей. Психологические исследования показывают, что большинство людей в пенсионном возрасте сохраняют работоспособность, компетентность, интеллектуальный потенциал. В настоящее время люди, вышедшие на пенсию, отстаивают свои права на активную жизнь в обществе, могут осваивать и новые профессии, совершенствоваться в сфере своего привычного дела. Некоторые из них желают получить новейшие знания в области своей или смежной профессии (В. И. Слободчиков, Е. И. Исаев, 2000).

Проблема взаимосвязи социального стереотипа старости и личного выбора стратегии старения представлена в работе Л. И. Анцыферовой. Она выделяет два личностных типа старости, отличающихся друг от друга уровнем активности, стратегиями совладания с трудностями, отношением к миру и себе, удовлетворенностью жизнью. Представители первого типа мужественно, без особых эмоциональных нарушений переживают уход на пенсию. Они, как правило, заранее готовятся к этому событию, ведут поиск новых путей включения в общественную жизнь, планируют будущее свободное время, предвидят негативные состояния и события в период отставки. Люди, планирующие свою жизнь на пенсии, нередко воспринимают отставку как освобождение от социальных ограничений, предписаний и стереотипов рабочего периода. Под влиянием переживания свободы у человека выявляются новые способности, реализующиеся в увлекательных занятиях. У многих старых людей выход на пенсию связан со стремлением передать профессиональный опыт ученикам. Они испытывают тягу к воспитанию нового поколения, наставничеству. Занятие другим интересным делом, установление новых дружеских связей, сохранение способности контролировать свое окружение порождают удовлетворенность жизнью и увеличивают ее продолжительность.

Таблица 4 Позитивные и негативные стереотипы старости

Негативные стереотипы Позитивные стереотипы
1. Большинство старых людей бедны 2. Большинство стариков не могут свести концы с концами из-за инфляции 3. У большинства старых людей есть жилищные проблемы 4. Старые люди, как правило, слабые и больные 5. Старики не являются политической силой и нуждаются в защите 6. Большинство старых людей плохо справляются с работой; работоспособность, продуктивность, мотивация, способность воспринимать новшества и творческая активность у них ниже, чем у молодых работников. Вероятность несчастных случаев у пожилых рабочих выше, чем у остальных 7. Старые люди медленнее соображают и у них хуже память; ниже способность к обучению 8. Старые люди часто интеллектуально ригидны и догматичны. Большинство стариков закоснели в своих привычках и не способны их менять 9. Большинство старых людей живут в социальной изоляции и страдают от одиночества. Большинство стариков содержатся в домах престарелых 1. Старики относятся к довольно зажиточной категории населения. Работающие члены общества щедро обеспечивают их пенсиями и пособиями 2. Старики являются потенциальной политической силой. Они голосуют и принимают участие в политической жизни. Они едины и их много 3. Старики легко сходятся с людьми. Они добры и приветливы 4. Большинство старых людей отличается зрелостью, жизненным опытом и мудростью. Они интересные люди 5. Большинство старых людей умеют слушать и особенно терпеливы по отношению к детям 6. Большинство старых людей отличаются добротой и щедростью по отношению к своим детям и внукам

 

Картина поведения представителей второго типа людей, вышедших на пенсию, иная. Вместе с отходом от профессиональной деятельности у них развивается пассивное отношение к жизни, они отчуждаются от окружения, сужается круг их интересов и снижаются показатели тестов интеллекта. Они теряют уважение к себе и переживают тягостное чувство ненужности. Эта драматическая ситуация - типичный пример потери личностной идентичности и неспособности человека построить новую систему идентификации (Л. И. Анциферова, 19946).

Интересную типологию стратегий адаптации к старению предлагает М. Ермолаева. Обобщив достаточно неоднородную информацию о различных аспектах старения, содержащуюся в работах Г. С. Абрамовой, Р. М. Грановской, Н. Ф. Шахматова, Э. Эриксона, а также данные собственных исследований, автор выдвигает предположение, что ведущая деятельность в старости может быть направлена либо на сохранение личности человека, поддержание и развитие его социальных связей, либо на обособление, индивидуализацию и «выживание» его как индивида на фоне постепенного угасания физических, физиологических и психофизиологических функций. Оба варианта старения подчиняются законам адаптации, но обеспечивают различное качество жизни и даже ее продолжительность (М. Ермолаева, 2002). В литературе наиболее полно описан второй вариант старения, при котором возрастные изменения проявляются в качественно своеобразной перестройке организма с сохранением особых приспособительных функций на фоне общего их спада. Эта стратегия адаптации предполагает постепенную перестройку основных жизненно важных процессов и в целом структуры регуляции функций в целях обеспечения сохранности индивида, поддержания или увеличения продолжительности жизни. Данная стратегия создает возможность превращения «открытой» системы индивида в систему «замкнутую».

Относительная замкнутость в психологическом плане контура регуляции в старости проявляется в общем снижении интересов и притязаний к внешнему миру, эгоцентризме, снижении эмоционального контроля, «заострении» некоторых личностных черт, а также в нивелировании индивидуальных качеств личности. Во многом эти личностные изменения обусловлены замкнутостью интересов старого человека на самом себе. Как отмечают многие авторы, неспособность пожилого человека что-либо делать для других вызывает у него чувство неполноценности, углубляемое раздражительностью и желанием спрятаться, чему способствует неосознаваемое чувство зависти и вины, которое впоследствии оборачивается равнодушием к окружающим (Т. С. Абрамова, 1997; Р. М. Грановская, 1997).

Очевидно, что в случае стратегии адаптации к старости по принципу «замкнутого контура» этот возраст нельзя считать возрастом развития. Возможна, однако, альтернативная стратегия адаптации, когда пожилой человек стремится сохранить себя как личность, что связано с поддержанием и развитием его связей с обществом. В этом случае в качестве ведущей деятельности в старости можно рассматривать концептуализацию, систематизацию и передачу опыта. Другими словами, позитивная революция в старости возможна в том случае, если пожилой человек найдет возможность реализовать накопленный опыт в значимом для других деле и вложит в это частицу своей индивидуальности, своей души. Тиражирование своего опыта, плодов своей жизненной мудрости делает пожилого человека значимым для общества, хотя бы с его собственной точки зрения, и тем самым обеспечивает сохранность и его связей с обществом, и самого чувства социальной причастности. Спектр таких социально значимых видов деятельности может быть самым широким: продолжение профессиональной деятельности, писание мемуаров, воспитание внуков и учеников, преподавание и многие другие дела, к которым всегда тянулась душа. Здесь главный момент - творчество, которое позволяет не только повысить качество жизни, но и увеличить ее продолжительность. Именно этот вид ведущей деятельности обеспечивает в старости внутреннюю интегрированность, необходимые социальные связи, отвлекает от навязчивых мыслей о здоровье, укрепляет чувство собственного достоинства, позволяет поддерживать преимущественно хорошие и теплые отношения с окружающими.

Обзор изменения личностных проявлений в старости делает чрезвычайно актуальной для геронтопсихологии проблему типологии старения. Попыток описания типов старения было сделано очень много. В типологии Ф. Гизе, построенной на основе отношения человека к собственному старению, выделяются три типа стариков и старости: первый - старик-негативист, отрицающий у себя какие-либо признаки старости; второй - старик-экстраверт, признающий наступление старости через внешние влияния и наблюдение за изменениями (выросла молодежь, имеют место расхождение с нею во взглядах, смерть близких, изменение положения в семье, изменения-новшества в области техники, социальной жизни и т. д.); третий - интровертированный тип, для которого характерно острое переживание процесса старения. Человек не проявляет интереса к новому, погружается в воспоминания о прошлом, малоподвижен, стремится к покою и т. п. (см.: М. В. Гамезо и др., 1999).

И. С. Кон выделяет следующие социально-психологические типы старости. Первый тип - активная творческая старость, когда ветераны, уходя на заслуженный отдых, продолжают участвовать в общественной жизни, воспитании молодежи и так далее, живут полнокровной жизнью, не испытывая какой-либо ущербности. Второй тип старости характеризуется тем, что пенсионеры занимаются делами, на которые раньше у них просто не было времени: самообразованием, отдыхом, путешествиями и т. п. То есть для этого типа старения также характерны хорошая социальная и психологическая приспособляемость, гибкость, адаптация, но энергия направлена главным образом на себя. Третий тип (это преимущественно женщины) находит главное приложение своих сил в семье. А поскольку домашняя работа неисчерпаема, то женщинам, занимающимся ею, просто некогда хандрить, скучать. Однако удовлетворенность жизнью у этой группы людей ниже, чем у первых двух. Четвертый тип - это люди, смыслом жизни которых становится забота о собственном здоровье. С этим связаны и разнообразные формы активности, и моральное удовлетворение. Вместе с тем обнаруживается склонность (чаще у мужчин) к преувеличению своих действительных и мнимых болезней, повышенная тревожность (см.: М. В. Гамезо и др., 1999).

Наряду с выделенными благополучными типами старости И. С. Кон описывает и отрицательные типы развития: это агрессивные старые ворчуны, недовольные состоянием окружающего мира, критикующие все, кроме самих себя, всех поучающие и терроризирующие окружающих бесконечными претензиями; разочарованные в себе и собственной жизни, одинокие и грустные неудачники, постоянно обвиняющие себя за действительные и мнимые упущенные возможности, делая себя тем самым глубоко несчастными.

Многие интересные находки и идеи описаны в работе американских исследователей С. Рейхард, Ф. Ливсон и П. Петерсена «Старение и личность: Изучение восьмидесяти семи пожилых мужчин». Кластерный анализ личностных характеристик хорошо приспособленных и плохо приспособленных пожилых людей выявил пять разных «типов» личности или, точнее, пять разных способов «прийти к соглашению» с проблемами старости. Типология стратегий приспособления к старости, предложенная названными исследователями, более известна в отечественной геронтопсихологии под авторством Д. Б. Бромлея, в работе которого («Психология старения») она была представлена в наиболее полном варианте (D. В. Bromley, 1978). Данная типология включает в себя конструктивную, зависимую, оборонительную, враждебную стратегии и стратегию отвращения к себе. Внутри каждой из пяти стратегий приспособления есть индивидуальные различия. Авторы предполагают, что менее приспособленные пожилые люди были дезадаптированы в течение всей своей жизни. Так как стратегии приспособления к старости - это, как правило, вариации основной линии, которая характеризовала поведение человека на протяжении многих лет. Эти данные получены биографическим методом исследования (см.: D. В. Bromley, 1978).

К. Рощак представил типологию старения, основываясь на экспериментальном изучении потребностной сферы пожилых людей и дополнительных исследованиях (анкеты, интервью, анализ биографических данных, экспертной оценки, наблюдений) в домах-интернатах (К. Рощак, 1990). Несмотря на очевидные различия в выборках испытуемых (участники-добровольцы, часть из которых продолжают профессиональную деятельность, граждане США, с одной стороны, и обитатели российских домов-интернатов -с другой), описываемые типы старения в работах Д. Б. Бромлея и К. Рощака содержательно очень близки.

Сравнительный анализ представленных типологий старения показывает, что общей детерминантой выбора пожилым человеком конструктивной или неконструктивной стратегии старения является его отношение к этому процессу, которое складывается не только в поздние периоды онтогенеза, когда старость является свершившимся фактом, но и на более ранних этапах жизненного пути.

Различные формы поведения пожилых людей в однотипных ситуациях отражают особенности реагирования на собственное старение. Именно эта сторона психической жизни человека определяет его отношение к личным потерям, утрате прошлых возможностей, так же как и новое восприятие окружающего. Перед каждым человеком встает вопрос о выработке толерантного отношения к собственной старости, как, впрочем, и к своему возрасту вообще. По данным отечественных геронтологов, ни хорошее здоровье, ни сохранение деятельного образа жизни, ни высокий социальный статус, ни дружная семья не являются залогом и гарантией осознания старости как благоприятного периода жизни. При наличии этих признаков - и в отдельности, и вместе взятых -пожилой человек может считать себя ущербным и абсолютно не принимать свое старение. И, наоборот, при отсутствии названных условий пожилой человек может находиться в согласии со своим возрастом и в состоянии увидеть положительные стороны своего бытия, испытывая удовлетворение (Я. Ф. Шахматов, 1996; Р. С. Яцемирская, И. Г. Беленькая, 1999). Как отмечает Н. Ф. Шахматов, отношение к собственному старению - активный элемент психической жизни. В формировании этого чувства определяющими являются моменты осознания факта физических и психических возрастных изменений, признания естественности ощущений физического нездоровья. На последующих этапах старения отношение к новым изменениям в физическом статусе находится уже под воздействием сформировавшейся новой жизненной позиции, нового уровня самосознания. Эта новая позиция формируется за счет установившихся новых отношений пожилого человека с его окружением, но в большей степени зависит от него самого. Принятие собственной старости есть результат активной творческой работы по переосмыслению жизненных установок и позиций, переоценке жизненных ценностей. Именно при этом варианте психического старения имеется полное согласие с самим собой, согласие с внешним миром, согласие с естественным ходом событий и, наконец, согласие с неминуемостью завершения собственной жизни.





Последнее изменение этой страницы: 2016-04-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.239.51.78 (0.015 с.)