Основные приоритеты государственной культурной политики как фактора становления гражданского общества.

Аспект осмысле- ния куль- туры «жизненно- го мира» субъек- тами переговоров	Аспект осмыс ления куль- туры «граждан- ского общества» субъектами переговоров	Аспект осмыс ления куль- туры «системного мира» субъектами переговоров	Соответствующий пр приоритет госу- дарственной культурной политики
1.«Единичное»	1.«Особенное»	1.«Общее»	1.Легитимизация культуры граж- данского общест- ва
2.«Я»	2.«Мы»	2.«Все»	2.Решение социаль- ных проблем общества сред- ствами учрежде- ний культуры
3.«Телесное»	3.«Душевное»	3.«Духовное»	3.Гуманизация социума
4.«Будущее»	4.«Настоящее»	4.«Прошлое»	4.Обеспечение сох- ранения и использования общественно значимых куль- турных ценностей
5.«Драма»	5.«Лирика»	5.«Эпос»	5.Сохранение и развитие общест- венно значимых культурных тра- диций
6.«Экологическое»	6.«Этическое»	6.«Эстетическое»	6.Формирование нравственно-эстетической культуры общества
7.«Нравствен ность»	7.«Мораль»	7.«Право»	7.Формирование правовой культуры общества
8.«Экзистенциаль- ное»	8.«Субстанциаль- ное»	8.«Трансцендент- ное»	8.Сохранение духовной культу- ры общества
9.«Действие»	9.«Мышление»	9.«Познание»	9.Сохранение и развитие интел- лектуально-твор- ческих ресурсов отечественной культуры
10.«Неоформлен ное содержание»	10.«Оформив- шееся содержание»	10.«Содержа тельная форма»	10.Поддержка субкультур неэкстремистских гражданских общностей и этносов
11.«Рекреация»	11.«Общение»	11.«Культурная деятельность»	11.Поддержка и раз- витие клубной культуры об- щества

 

Данная таблица позволяет дать краткую итоговую характеристику приоритетным направлениям государственной культурной политики. Основное внимание необходимо уделять  взаимодействию культур «системного мира» и  гражданского общества как основных субъектов и объектов такой политики (взаимодействие 2 и 3 графы таблицы).

1. «Общее»                          «Особенное». Представители «системного мира» в данном случае претендуют на отстаивание культурных интересов, значений. смыслов всего общества и именно в этом качестве они ведут переговоры с представителями гражданского общества («общее     «особенное»). При этом их задачей является доведение каждого культурного со-бытия гражданского общества до масштаба общегосударственного, статуса общезначимого. С другой стороны, сами представители гражданского общества стремятся обогатить культурную жизнь всего общества, «вылавливая» граждански значимые со-бытия «культуры повседневности» «жизненного мира» для вписывания их в культурное пространство «системного мира» («особенное»   «общее»). Результатом такого взаимодействия является легитимизация государственной культурной политикой культурных достижений гражданских объединений и инициатив как новых общезначимых культурных эталонов и ценностей.

2. «Мы»       «Все». Представители «системного мира» формируют гражданские структуры («Все»     «Мы»), подключенные к решению общественно значимых задач, а представители гражданских структур стараются занять имеющиеся ниши в «системном мире» («Мы»    «Все») или создать для себя такие ниши, расширяя таким образом социальную базу государственной культурной политики. Соответствующий приоритет государственной культурной политики «решение социальных проблем общества средствами учреждений культуры» реален, если эта политика не теряет из поля зрения социальные проблемы рядовых членов общества для превращения их в полноценных граждан. Это - проблемы «жизненного мира».

            3. «Душевное»       «Духовное». Представители «системного мира» стремятся «одухотворить» «душевную жизнь» гражданского общества

(«Дух   Душа»), что выражается в рационализации гражданских чувств, переживаний, идей в направлении их социально-культурной конструктивности и эвристичности в интересах всего общества. Представители «гражданского общества» стремятся «одушевить» деятельность «Системного мира»

(«Душевное»   «Духовное»), обеспечивая последний гуманистической энергетикой в «поисках истины» и предвидением социально-экологических последствий действий «системного мира». Приоритет государственной культурной политики, выстраиваемый на основе этого взаимодействия «Гуманизация социума» можно трактовать как уделение особенного внимания распространению ценностей гуманитарной культуры, гуманитарному образованию и просвещению как условия формирования и сохранения культуры всего общества.

4. «Настоящее»      «Прошлое». Представители « системного мира» как обладающие большим в сравнении с представителями гражданского общества «культурным опытом» на основе уже накопленных достижений культуры вносят в диалог с представителями гражданских структур знание

(«Прошлое»    «Настоящее») об этих достижениях. Представители гражданского общества стремятся институционализировать различные творческие новации и эксперименты как общественно значимые факты и явления культуры («Настоящее     «Прошлое»), включить их в уже накопленный «универсум» культурных ценностей, а также осуществить переоценку имеющихся культурных достижений в свете проблем современности. На этой основе желательно появление соответствующего приоритета государственной культурной политики – «Обеспечение сохранения и использования общественно значимых культурных ценностей».

5. «Лирика»      «Эпос». Представители «системного мира» инициируют поэтизацию и пафосность имеющегося историко-культурного достояния, традиции, обеспечивающих культурную и этническую идентичность нации; постоянно актуализируют историческую память как основу сюжетов, фабул, тем граждански ориентированного творчества и рефлексии

(«Эпос»     «Лирика»). Представители гражданского общества, поэтизируя и «награждая» гражданским пафосом современность, рождают новый эпос («Лирика»     «Эпос»). Рождающийся от этого взаимодействия приоритет государственной культурной политики выглядит как «Сохранение и развитие общественно значимых культурных традиций».

 6. «Этическое»         «Эстетическое». Представители «системного мира» задают общепринятую эстетическую меру и упорядоченность этическому, лишая последний «голого прагматизма» в достижении так или иначе понимаемых «гражданских ценностей» («Эстетическое»      «Этическое»). В этом заключается глубокий экологический смысл. Вместо «кровавой» гражданской войны за «новые» нравственные идеалы и ценности «системным миром» предлагается эстетико-игровое условное пространство, обеспечивающее «мирное» принятие обществом новых этических ориентиров. Представители гражданских структур со своей стороны конкретизируют нравственное содержание «официальных» эстетических ценностей, обращают внимание общепризнанных творцов эстетических ценностей на нужды «маленького человека» - рядового члена общества

(«Этическое»     «Эстетическое»). Соответствующий ориентир государственной культурной политики «Формирование нравственно-эстетической культуры общества» должен выражаться в первую очередь как доступность эстетического просвещения, художественного образования и творчества всем группам населения в соответствии с их нравственными и гражданскими установками без ущерба другим членам общества. В результате из разнообразия этих предпочтений формируется нравственно-эстетический контекст реализации гражданских инициатив в социализированной и не нарушающей общественную безопасность форме.

7. «Мораль»       «Право». Представители «системного мира» «распредмечивают» моральное содержание права («Право»           «Мораль»), делая последнее доступным гражданскому обществу, повышая его общую правовую культуру и расширяя правовые возможности (например, через правовое просвещение и правовой контроль). Представители гражданского общества создают прецеденты для права на основе моральных критериев

(«Мораль»      «Право»), а также корректирует имеющееся право, если оно значительно расходится с общепринятыми моральными нормами, обогащая и развивая таким образом сложившееся в обществе правовое пространство. Это взаимодействие обеспечивает реализацию следующего приоритета государственной культурной политики – «Формирование правовой культуры общества».

8. «Субстанциальное»     «Трансцендентное». Представители «системного мира» так или иначе «опредмечивают» идеальный мир, производя эталоны и образцы «идеального» гражданского служения через критику уже «устаревших» образцов гражданской практики и утверждение новых. Они также находят уже имеющиеся черты «идеальной»

(«Трансцендентное»          «Субстанциальное») гражданственности в имеющейся социально-культурной практике гражданских структур. Представители гражданских структур в свою очередь стремятся расширить имеющееся пространство «трансцендентного» через разнообразие собственных «альтруистических» поисков всеобщего блага как сверхценности социально-культурной активности («Субстанциальное»    «Трансцендентное»). Соответствующий приоритет государственной культурной политики «Сохранение духовной культуры общества» можно трактовать как сохранение и обеспечение в обществе определенного уровня религиозной культуры, если под последней понимать не приверженность той или иной конфессии, а конечный перевес в обществе суммы «Альтер» над «Эго».

9. «Мышление»      «Познание». Представители «системного мира» предоставляет для «гражданской» рефлексии результаты общественно значимой культурно-познавательной деятельности («Познание»        «Мышление»), т.е. «просвещает» гражданское общество. Представители гражданского общества осуществляют рефлексивное переконструирование имеющегося знания, актуализируя его для решения граждански значимых проблем

(«Мышление»      «Познание»). Возникающий в результате приоритет государственной культурной политики «Сохранение и развитие интеллектуально-творческих ресурсов отечественной культуры» означает, что предпочтение в государственной поддержке отдается тем ресурсам (включая субъектов социокультурной деятельности), которые способны в конечном счете развивать культуротворческую гражданскую самодеятельность населения.

10. «Оформившееся содержание»       «Содержательная форма». Представители «системного мира» предоставляют «содержательно-емкую» форму процессу социокультурных инициатив гражданского общества: через право, эстетическую, художественную, научную, культурно-языковую форму

(«Форма»      «Содержание»). Представители гражданского общества развивают свои социокультурные инициативы до законченного общественно значимого результата, претендуя на обретение той или иной имеющейся зримой культурной оформленности (соответствующего культурного статуса) этого результата или в случае необходимости создание новой наглядной формы культурного самовыражения («Содержание»      «Форма»). Соответствующий приоритет государственной культурной политики «Поддержка субкультур неэкстремистских гражданских общностей и этносов» обеспечивает необходимую «пассионарность», внутреннюю энергетику процессу самодвижения и сохранения культуры как «жизненной среды» для различных групп населения.

11. «Общение»       «Культурная деятельность». Представители «системного мира» наполняют коммуникативное пространство гражданского общества результатами культурной деятельности, обеспечивая этому общению содержательность и культуротворческую направленность

(«Культурная деятельность»        «Общение»). Представители гражданского общества порождают ту или иную коммуникативную ситуацию как актуальную для культурной самоидентификации участников коммуникативного процесса

(«Общение»           «Культурная деятельность»), формируя соответствующий «культурный заказ» на ту или иную культурную деятельность. Соответствующий приоритет государственной культурной политики - «Поддержка и развитие клубной культуры общества». Он в первую очередь связан с усилением клубного элемента в сфере досуга, где возникает большинство граждански значимых ситуаций межличностного общения (развитие прежде всего устойчивой клубной инфраструктуры и государственной поддержки сферы любительской деятельности в сфере досуга).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Различные  социокультурные и жизненные ориентации тех или иных слоев населения формируют собственные субкультуры и модели культурного поведения, соответствующие формы социокультурной активности, которые необходимо учитывать в государственной культурной политике. Это означает разумное использование  социокультурных инициатив самого населения, возможностей расширения влияния учреждений культуры на самые различные сферы жизнедеятельности людей.

Выявление возможностей институциональных форм социокультурной деятельности в развитии гражданской активности населения позволяет сделать вывод о необходимости   ориентированности институционализированной социокультурной деятельности на создание социально-культурной среды, обеспечивающей доступность культурных услуг для различных групп населения независимо от их культурно-образовательного уровня, способностей и т.д. 

 В то же время эта социокультурная среда становится фактически пространством для нового образа жизни участников культурной деятельности, институционализирующим разнообразные культурные запросы; расширяет репертуар культурной активности различных групп населения, особенно в культурно-досуговой сфере; формирует новые жизненные ориентации и экзистенциальные ценности на основе социализированного  поведения.

При этом институционализированная социокультурная самодеятельность населения предназначена, в основном, для «культурного оформления» актуального социального содержания жизненного мира через предоставление разнообразных технологий творческой самореализации личности, позволяющей ей решать собственные жизненные проблемы. Доступ индивида к жизнетворческой самодеятельности становится для него,таким образом, возможностью занять активную гражданскую позицию в социуме на основе собственных социокультурных ориентаций.

Для оптимизации государственной культурной необходимо использование социокультурноых ресурсов всего спектра социокультурных инициатив, включая альтернативные по отношению к существующим государственным структурам.

В то же время это использование эффективно, если оно осуществляется не по отдельности к каждому из рассмотренных выше видов и типов социокультурной активности, а на основе взаимосвязей между ними, на основе их взаимокоррекции и взаимодополнения.

Это предполагает необходимость для государственных структур дистанцироваться от прямого вмешательства в социальную и культурную жизнь граждан. Соответственно прерогативой государственной культурной политики в культуротворческом процессе является выстраивание целостной идеальной картины (модели) возможных взаимодействий различных структур социокультурной активности, значимых для культурной жизни общества с последующей их экономико-правовой поддержкой на специально создаваемой и используемой для этого правовой основе.

 Основное требование к такой «идеальной картине» должно заключаться в ее непротиворечивости и эстетической завершенности, если под последней понимать органичность культурного содержания и правовой формы, поддерживаемой государством социокультурной инициативы. Достижение этой органичности и является задачей государственной культурной политики.

Особую роль для  культурной политики играет общественно организуемый досуг, являющийся пространством для инициатив самых различных социальных структур.

Выше были рассмотрены различные модели государственной культурной политики. На основе соспоставительного анализа этих моделей был сделан вывод о предпочтительности проектной модели как базовой для других моделей, которые могут носить вспомогательный характер. Именно проектная модель культурной политики является предпосылкой реального взаимодействия государства с самыми различными общностями и субъектами в сфере культуры. Реализация этой возможности предполагает наличие системы государственного управления в сфере культуры на основе проектной идеологии предполагающей взаимодействие других имеющихся моделей (цивилизационной, мифологической, социально-ориентированной) в рамках общенациональных и региональных проектов культурного развития.   

Сопоставительный анализ моделей культурной политики и различных видов, типов социокультурной активности позволяет наметить границы реализации каждой из рассмотренных моделей.

Для совершенствования государственной культурной политики продуктивно соотнесение культуротворческой активности «жизненного мира» с «цивилизационной» моделью культурной политики; культурной активности «жизненного мира», тяготеющей к культуре «системного мира» с «мифологической» моделью культурной политики; «системной» гражданской культуротворческой активности, тяготеющей к культуре «жизненного мира» с «социально-ориентированной» моделью культурной политики и собственно «системной» гражданской культуротворческой активности с «проектной» моделью культурной политики.

Для современной культурной политики следует особо отметить важность выделенного в исследовании промежуточного положения ее «мифологической» модели между «цивилизационной» моделью и «социально-ориентированной». Она является альтернативой распространенному заблуждению представителей «системного мира», считающих себя ответственными за «производство» «национальных мифов» (в истории достаточно примеров, показывающих катастрофические последствия такого заблуждения). Культуротворческая устойчивость мифа может быть обеспечена его «выталкиванием» из реальной жизненной практики самим  населением, трансформирующим его до уровня желаемого социального преобразования общества как своеобразного желаемого «сверхпроекта» в виде социальной мечты о «светлом будущем» или воспоминания о «золотом прошлом». В недрах же «системного мира» можно только инициировать появление социально значимых персоналий и общественных поступков, которые могут «разбудить» мифотворчество масс.

Соответственно зрелая проектная модель культурной политики предполагает концептуальную и методическую проработку других моделей культурной политики как ее составных частей. Сам итоговый социокультурный проект является творческим синтезом этих моделей и соответствующих им социокультурных инициатив. Этот подход к культурной политике желателен как по отношению к культуре в целом, так и по отношению к ее отдельным сферам, областям, подотраслям и т.д.

При этом особая роль в реализации проектной модели принадлежит государственной политике в сфере досуга населения как его необходимому «тренингу спонтанности» (термин Дж.Морено), развивающему способности к самоорганизации и навыки социокультурной самодеятельности.

Рассмотрение нами проблем культурной политики показывает, что акцент на преимущественно затратных механизмах управления учреждениями культуры не позволяет определить реальное влияние культуры на общество в категориях соответствующего изменения сознания (прежде всего в сторону нравственного самосознания) и социального поведения на основе гуманистических ценностей.

 Продуктивен акцент на критериях эффективности государственной культурной политики, связанных с выявлением соотношения «производства» и освоения населением социально-культурных ценностей в рамках социокультурных задач, решаемых на основе той или иной модели государственной культурной политики.           

Желательными приоритетными направлениями государственной культурной политики являются:  

легитимизация государственной культурной политикой культурных  достижений гражданских объединений и инициатив как новых общезначимых культурных эталонов и ценностей; решение социальных проблем общества средствами культурной политики; обеспечение сохранения и создания общественно значимых культурных ценностей; сохранение и развитие общественно значимых культурных традиций; формирование нравственно-эстетической культуры общества; формирование правовой культуры общества; сохранение духовной культуры общества; сохранение и развитие интеллектуально-творческих ресурсов отечественной культуры; поддержка субкультур неэкстремистских гражданских общностей и этносов; поддержка и развитие клубной культуры общества.

Соответственно в качестве господствующей  парадигмы государственной культурной политики должна быть ее ориентированность не на реальность «учреждения культуры-посетители», а на реальность «социокультурная среда – население»(как потенциальный посетитель учреждений культуры»). 

   В этом случае учреждения и посетители здесь уже носят подчиненный, технологический характер по отношению к данной парадигме. На первый взгляд, такой поворот культурной политики есть уход от ее «реальных» объектов к условно-символическим единицам. На самом деле, в конечном счете это выход на реальные результаты культурной политики, выражаемые не в условных единицах посещаемости учреждений и объектов культуры, количестве мероприятий, культурных акций, единиц хранения и т.д., а в реальном изменении качества и образа жизни населения в сторону большей востребованности этим населением программ и услуг учреждений культуры.

 В этой связи распространенность региональных программно-проектных инициатив в сфере культурной политики следует признать положительной тенденцией, противостоящей традиционному подходу к учреждениям культуры на основе формальных и «валовых» показателей. Другой положительной тенденцией является усиление ориентированности этой политики на субкультуры отдельных социально-демографических групп. В настоящее время в большей мере «повезло» молодежной субкультуре как объекту индустрии развлечений, культурно-информационных услуг. Но появляются и предпосылки для центрирования культурной политики на других возрастных группах, прежде всего благодаря определенным достижениям социальной работы и социального обеспечения отдельных групп населения, использующих в определенной мере культуртрегерские технологии. «Встреча» социальной и культурной политики еще должна произойти. Ее результатом может стать рост общей гражданской культуры населения как сбалансированности социальных прав и обязанностей всех членов общества.

 Мировой и частично отечественный опыт государственной культурной политики показывает усиление важности государства в поддержке и сохранении культуры. Причем, выявились и основные приоритеты такой политики. Это - поддержка государством профессионального искусства, охрана культурного наследия, обеспечение доступа к услугам учреждений культуры различных групп населения, поддержка высокого уровня культурных запросов, художественное образование населения. Каждый из этих приоритетов так или иначе служит формированию гражданского общества, основанного, как известно, на социокультурных инициативах и творческой деятельности самого населения безотносительно к прямому государственному или политическому заказу. При этом основными механизмами реализации этих приоритетов являются экономико-правовые, чей потенциал (как показывает опыт зарубежных стран) в отечественной государственной культурной политике далеко не исчерпан.

Вопросы для закрепления материала:

1.Сущность современной концепции государственной культурной политики в России.

2.Развитие информационной базы культурной политики.

3.Основные приоритеты дальнейшего совершенствования государственной культурной политики.

 Литература:

1. Алов А.А., Владимиров Н.Г., Овсиенко Ф.Г. Мировые религии/ Под ред. Каменца А.В., Лялиной Г.С. – М.: «ПРИОР», 1998. – 480 с.

2. Арнольдов А.И. Грядущая цивилизация: духовно-нравственное и социальное здоровье человека// Ориентиры культурной политики. Информ. Сборник. Выпуск 6.- М.: Министерство культуры Росс. Федерации, ГИВЦ, 2001. – С.6-19.

3.Астафьева О.Н. Культурная политика: теоретические понятия и управленческая деятельность: лекции. – М.: Изд-во РАГС, 2010. – 70 с.

4.Балакшин А.С. Культурная политика: теория и методология исследования. Автореф. дисс.д-ра филос.наук. Нижний Новгород: Волжская госуд.академи водного транспорта, 2005. – 54 с.

5.Беляева Е.Е. Культурная интеграция как основная стратегия культурной политики Европейского союза. Автореф. дисс. Канд культурологии.- М.: Моск.пед.гос.ун-т, 2011. - 24 с.

6.Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма.- М.: Наука, 1990. – 223 с.

7. Бердяев Н. О культуре/ Н.Бердяев. Философия творчества, культуры и искусства. – М.: Искусство, 1994, т.1.

8.Брехт Б. О театре. – М.: Изд-во Ин. лит-ры, 1960. – 363 с.

9.Веденин Ю.А. Необходимость нового подхода к культурному и природному наследию// Актуальные проблемы сохранения культурного и природного наследия. Сб.статей. – М.: РНИИ культурного и природного наследия, 1995. – С.5 – 20.

10.Витюк В.В. Состав и структура гражданского общества как особой сферы социума Гражданское общество6 теория, история, современность/Ред. З.Т.Голенкова – М.: РАН, ин-т социологии, 1999. – С.28-68.

11.Воеводина Л.Н. Мифология и культура. – М.: Институт общегуманитарных исследований, 2002. – 384 с.

12.Востряков Л.Е. Государственная культурная политика: понятия и модели. – СПб.: Изд-во СЗИРАХН и ГС, 2011, - 168 с.

13.Гадамер Х.Г. Истина и метод: Основы философской герменевтики. – М.: Прогресс, 1988. – С.293-305.

14.Гарипов М.И. Основы культурной политики:определения, категории, понятия. Учебное пособие для студентов вузов. – Уфа: Восточная экономико-юридическая академия, 2011. – 344 с.

15.Гегель Г.В.Ф. Философия права. Пер. с нем. – М.: Мысль, 1990.–524 с.- (Философское наследие).

16.Генисаретский О.И. Методологический анализ понятия «культура в структурно-функциональных моделях общества. Автореф. дисс. на соиск. учен. степ. канд. филос. наук. – М.: ИКСИ АН СССР, 1970. – 20 с.

17. Генисаретский О.И. Навигатор: методологические расширения и продолжения. – М.: Путь, 2002. – 528 с.

18.Горшков М.К. Российское общество как оно есть.- М.: Новый хронограф, 2011. – 672 с.

19.Гражданское общество в России: структуры и сознание. – М.: Наука, 1998. – 256 с.

20.Гришаев Т.А., Соколов Е.Н. и др. Национально-культурная политика в Российской Федерации: принципы и механизмы// Ориентиры культурной политики. Информ. Сборник. Выпуск 1.- М.: Министерство культуры Росс. Федерации, ГИВЦ, 1994. – С.3-24.

21.Гуревич П.С. Культурология. – М.: Проект, 2004. – 336 с.

22.Достоевский Ф. Записки из подполья.- Л.: Наука, 1989. – С.452 – 550.

23.Духовное развитие и реформирование общества: Учебно-методическое пособие. – М.: Изд-во РАГС, 2003. – 217 с.

24.Жидков В.С., Соколов К.Б. Культурная политика России: теория и история. _ М.: Академ.Проект, 2001. – 592 с.

25.Завершинская Н.А. Христианский храм как культурное пространство формирования ценностей гражданского общества// Россия. Политические вызовы ХХ1 века. – М.: РОССПЭН, 2002. – С.672- 679.

26.Зиновьев А. На пути к сверхобществу.- СПб.: Изд.дом «Нева», 2004. – 608 с.

27.Зеленцова Е., Мельвиль Е. Культурная политика и экономика культуры. Тезисы для сборки региональных стратегий. М., 2010. – 96 с.

28.Ильин И.А. Наши задачи. Историческая судьба и будущее России. Статьи 1948-1954 годов. В 2-х т. – М.: МП «Рарог, 1992. – Т.1. – 344 с.; Т.2. – 272 с.

29.Ильин И.А. Одинокий художник. – М.: Искусство, 1993. – 342 с.

30.Ионин Л.Г. Социология культуры.- М.: изд.дом ГУ ВШЭ, 2004. – 427с.

31.Каменец А.В. Клубы вчера, сегодня, завтра. – М.: «Каисса», 2001. – 75с.

32.Карпова Г.Г. Социальная динамика культурной политики в современных условиях. Автореф.дисс. докт. социол. наук. -Саратов: Саратов.гос.ун-т, 2011. – 39 с.

33.Кондаков И.В. Национально-русский менталитет как фокус взаимодействия природного и культурного наследия// Ориентиры культурной политики. Информ. Сборник. Выпуск 11.- М.: Министерство культуры Росс. Федерации, ГИВЦ, 1997. – С.49-64.

34.Костина А.В., Гудима Т.М. Культурная политика современной России: соотношение этического и национального. – М.:Изд-во ЛКИ, 2010. – 240 с.

35.Крокинская О.К. Гражданское общество и массовое сознание: Несколько социологических фактов: Учебное пособие. – СПб: Изд-во С-Петерб. ун-та, 2000. – 72 с.

36.Культура и культурная политика в России/ Отв. ред.Бутенко И.А., Разлогов К.Э.- М.: Моск. обществ. научн. фонд, 2000.- 240с.

37.Культурная политика России. История и современность. Два взгляда на одну проблему// Ориентиры культурной политики. Информ. Сборник. Выпуск 8.- М.: Министерство культуры Росс. Федерации, ГИВЦ, 1999. – С.3-14.

38.Лузан В.С. Социально-философский анализ динамики государственной культурной политики Российской Федерации. Автореферат дис. канд философ.наук. – Красноярск: Сибирский Федеральный университет, 2011. – 24 с.

39.Мурашева Л.Е. Культурная политика местного уровня: управление в условиях муниципальной реформы. Автореф. дисс.канд социол.наук. Майкоп: Кавказская академия государственной службы, 2011. – 25 с.

40.Национальный доклад. Культура и культурная политика в России/Отв. ред. Бутенко И.А., Разлогов К.Э., - М.: Моск. обществ. научный фонд, 2000. – 240 с.

41.Оленев С.М. Протекционизм как принцип формирования культурной политики/ Культурная политика в условиях информационного общества: Сб. науч. статей. – М.: ИД МГУКИ, 2008. С.26 – 32.

42.Ориентиры культурной политики за рубежом //Ориентиры культурной политики. Информ. Сборник. Выпуск 5.- М.: Министерство культуры Росс. Федерации, ГИВЦ, 1995. – С.3-19.

43.Орлова Э.А. Теоретические основания построения критериев социальной эффективности программ (проектов) социокультурного развития//Ориентиры культурной политики. Информ. Сборник. Выпуск 2.- М.: Министерство культуры Росс. Федерации, ГИВЦ, 1998. – С.9-39.

44.Панарин А.С. Политология. – М.: «ПРОСПЕКТ», 1998. – 408 с.

45.Перепелкин Л., Размустова Т. Культурная политика и культурное разнообразие в современной России//Ориентиры культурной политики. Информ. сборник. Выпуск 6.- М.: Министерство культуры Росс. Федерации, ГИВЦ, 2003. – 73 с.

46.Пономаренко О.П. Модели культурной политики как факторы структурирования социокультурного пространства. Автореф. канд.культурологии. – Барнаул, Алтайский гос. ун-т, 2006. – 17 с.

47.Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. – М.: Прогресс, 1986. – 431 с.

48.Ремизов В.А. Социальная экология культуры личности. – М.: МГУКИ, 2005. – 163 с.

49.Розин В.М. Теория культуры. – М.: NOTA BENE Медиа Трейд Компания, 2005. – 416 с.

50.Савинков В.И. Коммуникативные основания культурной политики: социологический подход. – М.: МАКС Пресс, 2010. – 120 с.

51.Селезнева Е.Н. Культурное наследие и культурная политика России 1990-х годов. – М.: РИК, 2003. -164

52.Селезнева Е.Н. Культурное наследие России в политических дискурсах 1990-х годов. Автореф. на соиск. учен. степ. доктора филос. наук. – М.: Госуд. академия славянской культуры, 2004. – 23 с.

53.Селезнева Е.Н. Проектный подход к анализу культурного наследия / Культурная политика в