Из телеграммы посла СССР в Великобритании в народный комиссариат иностранных дел СССР

1 июля 1941 г.

...Дня три назад у меня в частном порядке был лондонский представитель де Голля профессор Кассен, который от имени ге­нерала передал симпатии и лучшие пожелания СССР. Вместе с тем Кассен поднял вопрос об установлении тех или иных отно­шений между Советским правительством и силами де Голля. Это было еще до разрыва с Виши³, и поэтому я дал Кассену понять, что считаю постановку данного вопроса несколько преждевремен­ной. Теперь положение изменилось. Просил бы указаний, какую позицию мне занять в отношении де Голля.

И. Майский

Печат. по арх.

5. Из выступления по радио Председателя Совета Народных Ко­миссаров СССР

3 июля 1941 g.

...Войну с фашистской Германией нельзя считать войной обыч­ной. Она является не только войной между двумя армиями. Она яв­ляется вместе с тем великой войной всего советского народа против

46

немецко-фашистских войск. Целью этой всенародной отечествен­ной войны против фашистских угнетателей является не только ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но и помощь всем народам Европы, стонущим под игом германского фашизма. В этой освободительной войне мы не будем одинокими. В этой великой войне мы будем иметь верных союзников в лице народов Европы и Америки, в том числе в лице германского народа, пора­бощенного гитлеровскими заправилами. Наша война за свободу нашего отечества сольется с борьбой народов Европы и Америки за их независимость, за демократические свободы. Это будет еди­ный фронт народов, стоящих за свободу против порабощения и угрозы порабощения со стороны фашистских армий Гитлера...

И. Сталин

Печат. по: Правда, 1941, 4 июля.

6, Телеграмма посла СССР в Великобритании в Народный комис­ сариат иностранных дел СССР

8 августа 1941 s.

Меня посетили профессора Кассен и Дежан, политические представители генерала де Голля в Лондоне, которые поставили передо мной вопрос об установлении тех или иных официальных отношений между Советским правительством и движением Сво­бодная Франция⁴. На мой вопрос, в какой форме они представля­ют себе эти отношения, представители генерала ответили, что им рисуется примерно тот же характер отношений, который сейчас существует между британским правительством и генералом де Гол-лем⁵. Я ответил, что сообщу об их предложении правительству и по получении ответа информирую их.

Кассен и Дежан сообщили, что армия де Голля насчитывает в настоящее время около 80 тыс. человек и что политический центр Свободной Франции де Голль намерен перенести из Браззавиля в Бейрут, хотя окончательного решения об этом еще не принято.

И. Майский

Печат. по изд.: Советско-французские отношения во время Великой Отечест­ венной войны 1941—1945 гг. (далее — Советско-французские отношения...). М., 1959, с. 43.

47

7. Запись беседы посла СССР в Турции с корреспондентом Фран­ цузского независимого агентства в Анкаре

10 августа 1941 г.

Принял корреспондента Французского независимого агентства (АФИ) и неофициального представителя генерала де Голля в Турции Жеро Жува. Жув заявил мне, что он просил принять его для того, чтобы иметь возможность передать мне просьбу генерала де Голля, с которым он только что имел встречу в Бейруте. Жув сказал: “Хотя я и являюсь уполномоченным де Голля в Турции, я до последнего времени не имел случая с ним познакомиться. Пер­вая встреча с ним в Бейруте оставила у меня самое хорошее впе­чатление. Я убедился в том, что это истинный руководитель и гла­ва Свободной Франции '. Генерал де Голль,— продолжал Жув,— учитывая, что я буду в Анкаре, поручил мне передать послу СССР в Анкаре его просьбу.- Она сводится к следующему: генерал де Голль очень хотел бы, чтобы вы сообщили Советскому прави­тельству о его желании иметь в Москве двух или трех своих пред­ставителей. Это не означало бы официального признания де Голля и движения Свободная Франция. Эти представители могли бы на­ходиться в СССР в неофициальном порядке, но таким путем гене­рал де Голль имел бы возможность установить с Советским прави­тельством прямой контакт, а не через посредничество англичан, как это было до сих пор. Генерал де Голль сказал мне, что он уже ставил этот вопрос перед послом СССР в Лондоне Майским, но пока не получил ответа”.

На мой вопрос, чем вызвано желание де Голля установить пря­мой контакт с Советским правительством, Жув сказал: “Генерал де Голль считает, что это было бы полезным, принимая во внима­ние тот факт, что Советский Союз и Франция являются континен­тальными державами и что поэтому у них имеются другие цели и задачи, чем задачи англосаксонских государств, являющихся it первую очередь морскими державами”.

Я заметил, что, по моему мнению, у нас сейчас имеется одоа общая цель — это победа над гитлеровской Германией. Я не думаю, чтобы англосаксонские страны не поняли задачи, стоящей перед всеми нами.

Жув ответил: “Это совершенно верно, но следует иметь в виду, что победоносное завершение войны неизбежно поставит перед нашими континентальными странами задачи, которые не всегда смогут понять и принять во внимание англосаксонские страны. Поэтому, по мнению генерала де Голля, было бы очень важно, если бы Франция и Советский Союз установили прямой контакт. Я должен вам сказать, что генерал де Голль очень много говорил о Советском Союзе. Он сказал, что вступление СССР в войду явля-

48

ется для нас шансом, на который мы раньше не надеялись. Конеч­но, нельзя сейчас точно определить, когда будет достигнута побе­да, но генерал де Голль выражал безусловную уверенность в том, что немцы в конце концов будут разгромлены”.

Я сказал, что для нас вопрос о победе над Германией не вызы­вает никакого сомнения. Я обещал затем передать просьбу гене­рала де Голля Советскому правительству.

После этого я спросил, не известно ли Жуву что-либо о конфе­ренции английских военных представителей, которая, как я слы­шал, будто бы происходит в Сирии. Жув ответил, что ему известно лишь, что английское командование обсуждало предложение ге­нерала де Голля относительно взятия под арест генерала Денца и ряда других его офицеров. Жув сказал, что Деыц нарушил усло­вия подписанного им перемирия, направив ряд английских и фран­цузских пленных в страну, оккупированную Германией. “Поэто­му мы не считаем себя больше участниками перемирия,— сказал Жув,— мы были слишком либеральными к правительству Виши. Поскольку они не сдержали данное ими слово, мы сейчас отказы-

С. Виноградов

Печат. по изд.: Советско-французские отношения..., с. 43—45.