Тема 6. Квалификация объективной стороны преступлений



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Тема 6. Квалификация объективной стороны преступлений



 

1. Понятие и значение объективной стороны состава преступления.

2. Деяние (действие и бездействие).

3. Последствие.

4. Причинная связь между деянием и последствием.

5. Квалификация факультативных признаков объективной стороны состава преступления.

 

1. Понятие и значение объективной стороны состава преступления.

В уголовно-правовой литературе — монографиях, учеб­никах и т. д. — содержание объективной стороны состава преступления раскрыто с достаточной полнотой, что позволя­ет ограничиться освещением соответствующих стержневых и дискуссионных вопросов, притом имеющих существенное зна­чение для квалификации преступления.

Анализ определений объективной стороны состава пре­ступления, сформулированных в юридической литературе, показывает, что, во-первых, они терминологически отличают­ся друг от друга и, во-вторых, в ряде из них отсутствует какой-либо признак, характеризующий данный элемент состава преступления.

Так, объективная сторона преступления определяется как «совокупность тех объективных обстоятельств преступных действий, которые влияют на их общественную опасность и морально-политическую предосудительность и поэтому ука­зываются в качестве объективных признаков преступления в составе преступления, предусмотренном уголовно-правовой нормой». В этом определении, например, проигнорированы такие признаки объективной стороны преступления, как без­действие и последствие.

В другом определении «под объективной стороной пре­ступления понимается совокупность фактических признаков и обстоятельств, характеризующих внешний акт конкретного общественно опасного посягательства на охраняемые законом интерес, благо, ценность, признаваемые объектом преступле­ния». Из содержания данного определения не усматривает­ся указание на последствие, ибо словосочетание «внешний акт конкретного общественно опасного посягательства» ассоции­руется только с деянием.

Основополагающими представляются такие определения объективной стороны преступления, как «процесс обществен­но опасного и противоправного посягательства на охраняе­мые уголовным законом интересы, рассматриваемый с его внешней стороны, с точки зрения последовательного разви­тия тех событий и явлений, которые начинаются с преступно­го действия (бездействия) субъекта и заканчиваются наступ­лением преступного результата»; «внешняя сторона обще­ственно опасного посягательства, протекающего в определенных условиях, месте и времени и причиняющего вред соци­алистическим общественным отношениям»; «совокупность юридически значимых признаков, характеризующих внеш­нюю сторону преступного деяния»; «совокупность суще­ственных, достаточных и необходимых признаков, характери­зующих внешний акт общественно опасного посягательства, причиняющего вред (ущерб) объекту, охраняемому уголовным законом».

Базируясь на цитированных определениях объективной стороны преступления с учетом не отраженных в них иных правовых реалий, возможно выделить ряд черт, присущих рассматриваемому элементу состава преступления и его кон­кретизирующих.

Первая заключается в том, что объективная сторона — это внешнее проявление преступления, то есть проявление пре­ступления во вне, представляющее собой совокупность внеш­них, объективных признаков (обстоятельств) преступления, характеризующих посягательство на его объект и поддающих­ся восприятию, установлению и доказыванию в порядке, пре­дусмотренном уголовно-процессуальным законодательством.

Вторая черта состоит в том, что каждый из указанных признаков является социально значимым, притом выражаю­щим общественную опасность того или иного вида преступле­ний и ее степень.

Третья черта характеризуется тем, что в качестве призна­ков объективной стороны конкретного состава преступления выступают существенные типичные признаки внешней стороны данного вида преступлений в их обобщенном выражении, выделяемые из бесчисленного множества возможных прояв­лений соответствующего вида преступлений, совершаемых в действительности. Эта черта обособливает объективную сто­рону конкретного состава преступления от объективной сто­роны преступления данного вида и обусловливает необходи­мость отличать объективную сторону состава преступления от объективной стороны преступления.

Четвертая черта выражается в том, что признаки объек­тивной стороны состава преступления — это юридически зна­чимые признаки, то есть признаки, предусмотренные, во-пер­вых, в уголовном законе и, во-вторых, когда диспозиция ста­тьи Особенной части УК РФ бланкетная, — в другом (других) законе (законах) и (или) ином (иных) нормативном правовом акте (нормативных правовых актах).

Важно отметить, что позитивные признаки объективной стороны состава преступления, притом все без исключения, предусматриваются только в статьях Особенной части УК РФ (кроме ст. 331) и — в случаях бланкетности их диспози­ций — в других законах и (или) иных нормативных правовых актах. Негативные же признаки, характеризующие данный элемент состава преступления, так же все без исключения, со­держатся в статьях Общей части этого УК, например, ч. 2 ст. 14, ст. 37-42, и в отдельных случаях — в статьях Особен­ной части данного УК, к примеру, ст. 166, 179.

Сутью пятой черты является то, что в статьях Особен­ной части УК РФ формулируются признаки объективной сто­роны, характеризующие преступление как, с одной стороны, оконченное и, с другой — совершенное исполнителем (соиспол­нителями).

Следует обратить внимание на то, что в диспозициях ста­тей Особенной части уголовного законодательства обрисовы­ваются преимущественно именно признаки объективной сто­роны состава преступления. Эти признаки являются наибо­лее значимым критерием отграничения преступлений друг от друга и, как следствие, их правильной квалификации.

Таким образом, объективная сторона конкретного со­става преступления — это совокупность внешних, объ­ективных, социально значимых, выражающих обще­ственную опасность и ее степень, существенных, ти­пичных для данного вида преступлений признаков, предусмотренных уголовным законом и — при бланкетности диспозиции статьи Особенной части УК РФ — в других законах и (или) иных нормативных правовых актах, характеризующие преступление как оконченное и совершенное исполнителем (исполните­лями).

Необходимо отличать объективную сторону конкретного состава преступления от общего понятия объективной сторо­ны состава преступления. То и другое соотносятся так же, как конкретный состав преступления и общее понятие соста­ва преступления. Общее понятие объективной стороны соста­ва преступления отражает закономерности построения объек­тивной стороны каждого конкретного состава преступления и концентрирует все без исключения признаки, свойственные объективной стороне как всех или многих конкретных соста­вов преступлений, так и отдельных конкретных составов пре­ступлений.

В общем понятии объективной стороны состава преступ­ления в зависимости от того, объективной стороне всех или нет конкретных составов преступлений присущи ее признаки, последние подразделяются на обязательные и факультатив­ные.

Обязательным признаком объективной стороны любого конкретного состава преступления является деяние, под ко­торым понимается альтернативно действие или бездействие.

Все другие признаки объективной стороны конкретных составов преступлений — факультативные. Их целесообразно разделять на две группы: 1) признаки, обязательные для объ­ективной стороны всех конкретных материальных составов преступлений, и 2) иные факультативные признаки объек­тивной стороны конкретных составов преступлений. К первой группе относятся: 1) последствие и 2) причинная связь между деянием и последствием. Вторую группу составляют: 1) ме­сто, 2) время, 3) обстановка (условия), 4) способ, 5) орудия и 6) средства совершения преступления.

Кроме этого деления, признаки объективной стороны кон­кретных составов преступлений могут быть классифицирова­ны и по другим основаниям (критериям), аналогично приве­денной ранее классификации признаков состава преступления в целом.

 

2. Деяние (действие и бездействие).

Деяние — это проявление поведения человека во вне. Убе­ждения и намерения человека, какими бы отрицательными и опасными для общества они ни были, не воплощенные в де­янии, не подлежат уголовной ответственности. Как отмечал К. Маркс, «лишь постольку, поскольку я проявляю себя, по­скольку я вступаю в область действительности, — я вступаю в сферу, подвластную законодателю. Помимо своих действий ясовершенно не существую для закона, совершенно не являюсь его объектом». Исходя из этого, уголовно-правовое значение имеет деяние, а не убеждения и намерения, не воплощенные в деянии.

В уголовном праве термин «деяние» употребляется в двух значениях: широком и узком. По действующему уголовному законодательству — УК РФ — оно понимается в широком зна­чении: деяние отождествляется с преступлением и посягатель­ством в целом. Это вытекает из норм, содержащихся, напри­мер, в ст. 2, 8, 9, 14 УК РФ.

Теория уголовного права исходит как из широкого, так и — преимущественно — из узкого понимания названного термина. В узком значении деяние представляет собой обязательный признак лишь объективной стороны состава преступления, охватывающий действие и бездействие. Именно в таком — узком — значении раскрывается содержание деяния как призна­ка объективной стороны состава преступления.

Уголовно-правовое значение имеет только то деяние, пред­ставляющее собой признак объективной стороны состава пре­ступления, которое характеризуется совокупностью четырех обязательных признаков. К ним относятся: 1) противоправ­ность, 2) общественная опасность, 3) осознанность и 4) до­бровольность.

Под противоправностью понимается запрещенность деяния уголовным законом. Этот запрет во всех случаях содер­жится в диспозициях статей Особенной части УК РФ и выра­жается по-разному. Существуют четыре формы такого выра­жения. Ими являются:

1) деяние описывается в диспозиции статьи Особенной ча­сти УК РФ, например, в его ст. 116,117,119 и многих других;

2) деяние не описывается в диспозиции статьи Особенной части УК, а описывается последствие (последствия) и деяние выражается как причина, вызвавшая это последствие (послед­ствия), посредством ее обозначения терминами «причинение», в частности, в ст. 105, 109, 111, «заражение», к примеру, в ст. 121 УК РФ, либо когда не описываются последствия деяние выражается термином «посягательство», например, в ст. 277 этого УК;

3) деяние не описывается в диспозиции статьи или части статьи Особенной части УК, а делается или подразумевает­ся ссылка на другую часть той же статьи или другую статью Особенной части УК, в которых содержится его описание, на­пример, в ч. 2 и 3 ст. 126, ч. 2 и 3 ст. 127, или иное его выра­жение, к примеру, в ч. 2, 3 и 4 ст. 111, ч. 2 ст. 112, в ст. 106, 107 и 108 УК РФ;

4) деяние полностью или частично не описывается в дис­позиции статьи Особенной части УК, в которой в той или иной форме содержится ссылка на другой (другие) — не уго­ловный — закон (законы) и (или) иной (иные) нормативный правовой акт (нормативные правовые акты), где его содер­жание соответственно полностью или частично описывается и тем самым раскрывается.

Деяние всегда является признаком основного, квалифи­цированного и привилегированного составов преступлений. Оно может быть точно определенным, оценочным, постоян­ным или переменным признаком.

Важно подчеркнуть, что в диспозициях статей Особенной части УК РФ указываются, как правило, позитивные призна­ки деяния, характеризующие его как признак объективной стороны состава преступления, и соответственно обществен­ную опасность данного вида деяний и ее степень. Негативные признаки деяния предусмотрены лишь в отдельных диспози­циях статей Особенной части УК, а также в отдельных нормах его Общей части.

Обязательность такого признака деяния, как обществен­ная опасность, обусловлена двумя моментами. Суть перво­го — в описании в диспозициях статей Особенной части УК, как было отмечено, не любых, а лишь позитивных, то есть ха­рактеризующих общественную опасность деяния признаков, отсутствие какого-либо из которых исключает преступность деяния, а второго момента — в исключении согласно статьям Общей части УК РФ, например, ч. 2 ст. 14, ст. 37, 38, 39, преступности и, следовательно, уголовно-правового значения того деяния, которое в его конкретном проявлении не пред­ставляет общественной опасности, то есть в исключении нега­тивных признаков состава преступления. Так, на основании ч. 2 ст. 14 УК РФ «не является преступлением действие (без­действие), хотя формально и содержащее признаки какого-ли­бо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опас­ности».

Осознанность в качестве признака, характеризующего де­яние с объективной стороны, понимается как совершение де­яния под контролем сознания в психофизиологическом значе­нии, то есть в смысле наличия у лица физиологической, фи­зической возможности осуществлять такой контроль, напри­мер, не во сне, не в виде неподконтрольных сознанию рефлек­торных телодвижений. Поэтому осознанность в таком понимании представляет собой объективный признак, состоящий в возможности осознания лицом своего деяния, и отличает­ся от одноименного субъективного признака, характеризую­щего интеллектуальный момент форм вины, который выра­жается в реальном осознании лицом общественной опасности деяния. Совершение деяния неосознанно, к примеру, во сне или посредством рефлекторных телодвижений, представляет собой негативный признак состава преступления, исключаю­щий уголовно-правовое значение деяния и, как следствие, на­личие деяния как такового. Вместе с тем совершение деяния не под контролем сознания ввиду состояния опьянения лица, приведшего себя в такое состояние осознанно и добровольно, не исключает признака осознанности деяния. Это закреплено в норме, содержащейся в ст. 23 УК РФ, на основании которой «лицо, совершившее преступление в состоянии опьянения, вы­званном употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ, подлежит уголовной ответ­ственности».

Добровольность как признак, характеризующий деяние с объективной стороны, означает совершение деяния под кон­тролем воли при наличии у лица реальной физической воз­можности не совершать данное деяние, избрав иное поведе­ние, то есть понимается, как и осознанность, в психофизиоло­гическом значении. Добровольность в таком понимании явля­ется объективным признаком, состоящим в отсутствии непре­одолимых препятствий в выборе лицом того или иного по­ведения, вызванных внешними воздействиями, в частности, в виде непреодолимой силы или непреодолимого физическо­го принуждения. Добровольность в обрисованном смысле — в качестве объективного признака деяния — отличается от со­ответствующего субъективного признака, характеризующего волевой момент форм вины, состоящий в направленности воли на осуществление общественно опасного поведения. Недобро­вольность совершения деяния — негативный признак состава преступления, исключающий уголовно-правовое значение де­яния и, следовательно, наличие самого деяния. Обязательность добровольности как объективного признака деяния вы­текает из норм, содержащихся в ч. 1 ст. 40 и ч. 1 ст. 42 УК РФ. В соответствии с ч. 1 ст. 40 этого УК «не является преступле­нием причинение вреда охраняемым уголовным законом ин­тересам в результате физического принуждения, если вслед­ствие такого принуждения лицо не могло руководить своими действиями (бездействием)», а ч. 1 ст. 42 данного УК «не яв­ляется преступлением причинение вреда охраняемым уголов­ным законом интересам лицом, действующим во исполнение обязательных для него приказа или распоряжения».

Совокупность всех четырех очерченных признаков дея­ния — противоправности, общественной опасности, осознанно­сти и добровольности — присуща обеим формам деяния, кото­рыми согласно УК РФ, например ст. 9, 14, являются действие и бездействие.

Действие — это активное поведение человека, а бездей­ствие — пассивное состояние человека при наличии у него обя­занности и возможности совершить определенные активные действия.

Действие.Основу любого действия составляют телодви­жения, хотя бы одно. Именно с телодвижения, точнее, с нача­ла телодвижения начинается действие, могущее включать как одно телодвижение, так и совокупность телодвижений. Дан­ное положение о начальном моменте действия является обще­признанным.

Вместе с тем вопрос о конечном моменте действия явля­ется в теории отечественного уголовного права дискуссион­ным. Согласно одной позиции «неправильно включать в по­нятие действие силы, которые использует лицо в своей дея­тельности, а тем более закономерности объективного мира», то есть действие ограничивается телодвижением. Сторонники этой позиции полагают также, что действие заканчивается те­ми движениями, посредством которых человек воздействует на используемые им силы и средства, а эти силы и средства лежат за пределами действия и охватываются понятием при­чинной связи между действием и вредным результатом.

В соответствии с другой — противоположной — позицией действие «охватывает собой не только телодвижение челове­ка, но и те силы, которыми он пользуется, и те закономерности, которые он использует».

Единственно правильной является последняя из приведен­ных позиций. Это обусловлено тем, что, как было отмечено ра­нее, обязательной чертой каждого признака объективной сто­роны состава преступления, в том числе такого ее обязатель­ного признака, как деяние, включая действие, в его уголовно-правовом значении является социальная значимость, выра­жающая общественную опасность конкретного вида деяний и ее степень. Такая значимость проявляется не только и не ис­ключительно в физических телодвижениях человека, а в тело­движениях в сочетании и совокупности с используемыми при этом предметами, средствами, силами и закономерностями — природы и т.д. Например, выталкивание другого человека из окна высокого этажа здания обретает социальную значимость и общественную опасность действия, направленного на убий­ство, в сочетании с силой земного притяжения. Социальная значимость и общественная опасность клеветы в устной фор­ме состоит в клеветническом содержании мысли, выраженной в речи, а не просто в движениях языка и издаваемых этими движениями звуках; клеветы в публично демонстрирующем­ся произведении — в написании и опубликовании клеветниче­ского текста, а не только в телодвижениях в виде ведения пером ручки по листу бумаги, либо ударов по клавиатуре пи­шущей машинки или компьютера, либо набора типографского шрифта.

В этой связи представляет интерес положение о том, что «элементами объективной стороны состава преступле­ния являются: а) совокупность всех телодвижений, направ­ленных на достижение преступного результата; б) использо­вание с их помощью приборов, механизмов, орудий и оружия, различного рода приспособлений для достижения преступной цели; в) использование естественных закономерностей и сил природы, например стихийного бедствия (наводнения, пожа­ра и т. п.) для диверсионного акта; г) использование в качестве орудия преступления деятельности других людей».

Цитированное определение, в целом справедливое и весь­ма емкое по содержанию, нуждается, по нашему представ­лению, в двух уточнениях. Первое состоит в том, что пере­численные в нем признаки являются признаками именно дей­ствия, представляющего собой один из признаков, а не все эле­менты объективной стороны, хотя отдельные из названных в перечне признаки могут иметь и нередко имеют значение еще и факультативных признаков объективной стороны состава преступления. Поэтому первое уточнение сводится к целесо­образности замены словосочетания «элементами объективной стороны состава преступления» словосочетанием «признака­ми действия как элемента объективной стороны состава пре­ступления».

Суть второго уточнения заключается в необходимости при характеристике действия в целом указать на его завершен­ность, то есть, что оно представляет собой воздействие на объект преступления, поскольку содержащееся в приведенном положении указание на «совокупность всех телодвижений, на­правленных на достижение преступного результата» ассоции­руется или может ассоциироваться с незавершенным действи­ем, присущим покушению на преступление, определенному в ч. 3 ст. 30 УК РФ как «умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступ­ления...».

Отмеченное позволяет определить действие как совокуп­ность всех телодвижений, включая использование при этом предметов внешнего мира, сил и закономерностей природы, а также при посредственном совершении преступления дей­ствий других лиц, состоящую в направленности и активном воздействии на объект преступления, то есть в причинении вреда общественным отношениям, охраняемым уголовным за­коном.

Действие может проявляться в любых телодвижениях, на которые способен человек, в частности, выражающихся в воз­действии на других людей или иные предметы внешнего ми­ра, одушевленные и неодушевленные, посредством использо­вания физической мускульной силы, в жестах, в устной и письменной речи. Действие же, включающее использование предметов внешнего мира, сил и закономерностей природы, действий других людей, может состоять в не имеющих гра­ниц бесконечно многообразных видах деятельности, которые известны человечеству в целом или будут изобретены им в бу­дущем, то есть имеют или могут иметь место в действитель­ности. При этом во всех случаях необходимой и неизменной исходной предпосылкой является то, что уголовно-правовое значение имеет только то действие, которое характеризует­ся противоправностью, общественной опасностью, осознанно­стью и добровольностью.

Определение начального и конечного моментов действия, то есть временных границ действия, необходимо для решения различных вопросов уголовного права, в частности, о приме­нении уголовного закона во времени, об отграничении дей­ствия от последствия, приготовления к преступлению от по­кушения на преступление и от оконченного преступления, по­кушения на преступление от оконченного преступления и т. д. Так, начальный момент действия является критерием отгра­ничения приготовления к преступлению от покушения на преступление и в ряде случаев от оконченного преступления с формальным составом, а конечный момент действия в пре­ступлении с формальным составом, объективная сторона ко­торого выражается исключительно в действии, притом един­ственном, — критерием отграничения покушения на преступ­ление от оконченного преступления.

Начальный и конечный моменты действия обусловлены описанием действия в диспозиции статьи Особенной части УК РФ (здесь и далее имеется в виду, что в случаях, когда диспо­зиция является бланкетной, действие и его начальный и ко­нечный моменты описываются в другом (других) или еще в другом (других) законе (законах) и (или) ином (иных) нор­мативном правовом акте (нормативных правовых актах), на которые в этой диспозиции содержится в той или иной форме ссылка).

Приведенные положения характеризуют общее понятие действия. В данном понятии аккумулируются признаки, при­сущие единичному действию в любом составе преступления. В качестве признака объективной стороны конкретного со­става преступления действие характеризуется дополнитель­ным признаком, конкретизирующим его содержание и отлича­ющим его от других действий. Как признак объективной сто­роны конкретного состава преступления действие описывает­ся в диспозициях статей Особенной части УК РФ. Существует несколько вариантов такого описания. В зависимости от того или иного варианта преступления подразделяются на четыре вида: 1) простое, 2) продолжаемое, 3) длящееся и 4) составное. Это деление касается преступлений с формальными состава­ми, поскольку в преступлениях с материальными составами объективная сторона характеризуется еще и последствием, а также причинной связью между действием и последствием.

Простое — этопреступление, в диспозиции нормы об от­ветственности за которое описывается только одно единственное действие, образующее объективную сторону данного со­става преступления, например, клевета (ст. 129 УК РФ), оскорбление (ст. 130 этого УК), либо обрисовываются альтернативно два или более равнозначных в уголовно-право­вом смысле и взаимозаменяемых действий, характеризующих порознь названный элемент состава преступления, к приме­ру, половое сношение и иные действия сексуального харак­тера с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста (ст. 134 УК РФ). Начальным моментом является начало со­вершения любого из указанных действий, а конечным — мо­мент его окончания.

Продолжаемое преступление определено в постановлении 23-го Пленума Верховного Суда СССР «Об условиях приме­нения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым пре­ступлениям» от 4 марта 1929 г. в редакции постановления Пленума Верховного Суда СССР от 14 марта 1963 г. № 1, в п. 2 которого указано, что продолжаемые — это «преступ­ления, складывающиеся из ряда тождественных преступных действий, направленных к общей цели и составляющих в сво­ей совокупности единое преступление. К этим преступлениям относится, например, истязание, выражающееся в системати­ческом нанесении побоев (ст. 113 УК РСФСР)». В п. 3 это­го постановления указано на необходимость точно устанавли­вать начало и конец совершения таких преступлений, а в его п. 5 констатируются следующие положения: «Началом про­должаемого преступления надлежит считать совершение пер­вого действия из числа нескольких тожественных действий, составляющих одно продолжаемое преступление, а концом — момент совершения последнего преступного действия.

В соответствии с этим амнистия применяется к продолжа­емым деяниям, вполне закончившимся до издания амнистии, и не применяется, если хотя бы одно из преступных действий, образующих продолжаемое деяние, совершено было после из­дания амнистии.

Равным образом срок давности в отношении продолжа­емых деяний исчисляется с момента совершения последнего преступного действия из числа составляющих продолжаемое преступление».

Длящееся преступление согласно п. 1 цитированного по­становления характеризуется «непрерывным осуществлением состава определенного преступного деяния. Длящееся пре­ступление начинается с какого-либо преступного действия (например, при самовольной отлучке) или с акта преступно­го бездействия (при недонесении о преступлении). Следова­тельно, длящееся преступление можно определить как дей­ствие или бездействие, сопряженное с последующим длитель­ным невыполнением обязанностей, возложенных на виновно­го законом под угрозой уголовного преследования». Пункт 3 данного постановления содержит указание на необходимость точно устанавливать начало и конец совершения длящегося преступления, а его п. 4 — следующее разъяснение: «Дляще­еся преступление начинается с момента совершения преступ­ного действия (бездействия) и кончается вследствие действия самого виновного, направленного к прекращению преступле­ния, или наступления событий, препятствующих совершению преступления (например, вмешательство органов власти).

Поэтому амнистия применяется к тем длящимся преступ­лениям, которые окончились до ее издания. К длящимся же преступлениям, продолжавшимся после издания амнистий, таковая не применяется.

Срок давности уголовного преследования в отношении длящихся преступлений исчисляется со времени их прекра­щения по воле или вопреки воле виновного (добровольное вы­полнение виновным своих обязанностей, явка с повинной, за­держание органами власти и др.).

При этом лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности, если со времени совершения преступления прошло пятнадцать лет и давность не была прервана совершением нового преступления».

Следует отметить, что с позиции квалификации длящего­ся преступления его начальный и конечный моменты совпа­дают. При этом длящимся является именно конечный момент, то есть момент окончания преступления.

Составное — это преступление, одновременно посягающее на два объекта или более, либо осуществляемое двумя или более действиями, либо влекущее два или более последствий, либо характеризуемое двумя формами вины. Наличие двух или более указанных признаков вытекает из содержания дис­позиций статей Особенной части УК РФ, устанавливающих ответственность за составные преступления. С позиции харак­теристики исключительно действия составным является пре­ступление, в диспозиции нормы о котором предусмотрено два разнородных действия или более, которые в сочетании образу­ют совокупное действие как признак объективной стороны со­ответствующего конкретного состава преступления. Наиболее выразительным примером составного преступления, характе­ризуемого двумя действиями, в чистом виде представляется вымогательство (ст. 163 УК РФ), объективной стороне которо­го присущи согласно ч. 1 ст. 163 этого УК в совокупности два разнородных действия: 1) требование передачи чужого иму­щества или права на имущество или совершения других дей­ствий имущественного характера и 2) угроза — альтернативно — применения насилия, либо уничтожения или поврежде­ния чужого имущества, либо распространения сведений, по­зорящих потерпевшего или его близких либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или за­конным интересам потерпевшего или его близких. Начальным моментом составного преступления признается начало совер­шения любого из составляющих его действий, а конечным — момент окончания всех таких действий.

Таким образом, начальные моменты как единственного, включая альтернативное, действия, характеризующего объ­ективную сторону состава простого или длящегося преступ­ления, так и действия, характеризующего этот элемент соста­ва продолжаемого или составного преступления, совпадают, а моменты окончания действия или действий, образующих в целом данный признак объективной стороны составов назван­ных видов преступлений, различаются. Моментом окончания простого и длящегося преступлений является момент оконча­ния единственного, в том числе альтернативного, действия, характеризующего объективную сторону состава преступле­ния, а продолжаемого и составного — всех действий, в част­ности альтернативных, образующих в совокупности данный элемент состава преступления.

Поэтому преступление с формальным составом является оконченным с момента окончания единственного в том чис­ле альтернативного, действия характеризующего объектив­ную сторону конкретного состава простого или длящегося преступления, либо всех действий, образующих в сочетании и в совокупности данный элемент конкретного состава про­должаемого или составного преступления.

Осуществление действий, описанных в ч. 1 ст. 30 УК РФ, направленных на совершение преступления, до начального момента какого-либо действия, описанного в диспозиции ста­тьи Особенной части УК РФ, является приготовлением к пре­ступлению. Начало совершения любого действия, обрисован­ного в диспозиции статьи Особенной части УК РФ, до завер­шения действия или действий, образующих объективную сто­рону конкретного состава преступления, представляет собой покушение на преступление.

Бездействие. Бездействие отличается от действия физи­ческой стороной, а именно отсутствием телодвижений и свя­занного с ними использования предметов внешнего мира, сил и закономерностей природы и действий других лиц.

Бездействие — это несовершение конкретного действия, которое лицо, во-первых, было обязано и, во-вторых, имело возможность совершить.

Конкретное действие представляет собой необходимое зве­но в цепи звеньев, обеспечивающей нормальное функциони­рование общественного процесса. Выпадение данного звена, то есть несовершение действия, означает разрыв этой цепи и соответственно нарушение названного процесса. Причем ука­занное звено персонифицировано, то есть действие должно быть выполнено определенным лицом. Таким образом, без­действие— это несовершение конкретного действия опреде­ленным лицом.

Бездействию присущи два критерия: 1) объективный и 2) субъективный. Объективный критерий выражается в невы­полнении возложенной на лицо обязанности осуществить кон­кретное общественно необходимое действие, а субъектив­ный — в наличии у него возможности совершить такое дей­ствие. Для бездействия необходима совокупность обоих кри­териев.

Обязанность совершить конкретное общественно необхо­димое действие, невыполнение которой является объектив­ным критерием уголовной ответственности за бездействие, может быть возложена правовыми и (или) иными социаль­ными нормами, источниками которых альтернативно, явля­ются: 1) уголовный закон, например, ст. 125 и 270 УК РФ, устанавливающие уголовную ответственность соответственно за оставление в опасности и неоказание капитаном судна по­мощи терпящим бедствие; 2) другой (не уголовный) закон и (или) иной нормативный правовой акт, указанный в той или иной форме в бланкетной диспозиции статьи Особенной ча­сти УК, к примеру, в ст. 157 УК РФ об ответственности за злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей; 3) обязательства, приня­тые на себя лицом на основании договора, либо функциональ­ных обязанностей по службе, либо приобретения определен­ной профессии, в частности, врач обязан оказывать больному помощь вследствие избранной врачом профессии и за невы­полнение этой обязанности ст. 124 УК РФ установлена ответ­ственность за неоказание помощи больному; 4) обязательства, возлагаемые на лицо в связи с совершением им предшество­вавших бездействию действий, ставящих законные интересы в реальную опасность, ликвидация которой обусловлена необхо­димостью осуществления последующих действий, например, хирург обязан закончить начатую операцию и при ее незавершении, повлекшем причинение пациенту смерти или вреда здоровью, ему грозит уголовная ответственность за соответ­ствующее преступление против личности; 5) общесоциальные нормы, регулирующие поведение лица в системе обществен­ных отношений, к примеру, мать обязана кормить своего груд­ного ребенка и в случае неисполнения этой обязанности, при­ведшей к смерти ребенка или причинению вреда его здоровью, она подлежит уголовной ответственности за соответствующее преступление против личности. Отсутствие у лица обязанно­сти совершить конкретное действие означает отсутствие объ­ективного критерия и, как следствие, отсутствие уголовной ответственности лица за бездействие.

Субъективный критерий бездействия состоит в реальной возможности определенного лица совершить конкретное дей­ствие в условиях конкретной обстановки. В случае, когда воз­можность совершить действие при наличии такой обязанности ограничена необходимостью выполнить другие обязанно­сти, коллизия обязанностей разрешается на основании нормы о крайней необходимости, содержащейся в ст. 39 УК РФ. В отдельных статьях Особенной части УК РФ специально ука­зываются обстоятельства, ограничивающие обязанность дей­ствовать. Так, в ст. 270 этого УК, возлагающей на капита­на судна обязанность оказать помощь людям, терпящим бед­ствие на море или ином водном пути, данная обязанность ограничена возможностью оказания такой помощи без серьез­ной опасности для своего судна, его экипажа и пассажиров. Отсутствие реальной возможности у определенного лица со­вершить конкретное действие в условиях конкретной обста­новки исключает субъективный критерий бездействия и, сле­довательно, само бездействие. Отсутствие указанной возмож­ности может быть обусловлено



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.222.124 (0.013 с.)